Кэйл и Лидди, которые сопровождали меня из замка отчима, всерьез взялись за мое жизнеобеспечение. Теперь после рабочего дня меня ждали не только постиранные и высушенные платья, но и деревянная кадка с горячей водой!

После того как я разрешила деревенским жителям рубить деревья на дрова, Кэйл наловчился нагревать воду, бросая в нее камни, раскаленные в самодельной печи, также сложенной из грубо обтесанных булыжников. Так что теперь я была обеспечена чистой одеждой, а также получила доступ к гигиеническим процедурам.

А еще я совершенно случайно обнаружила отличное средство от вшей!

Сбривать роскошные волосы было жалко, а чесать голову каждые пять минут надоело. И тут как-то Винс обмолвился, что неплохо бы рыбу приправить уксусом.

– Уксусом? Я не ослышалась?

– Ну да, – пожал плечами начальник охраны. – У нас некоторые деревенские ходят в лес и собирают дикий мед, чтоб побаловать детишек. А если его разбавить водою один к шести и просто оставить на улице, затянув тканью от насекомых, он через пару месяцев становится уксусом.

– А можно его достать? – загорелась я.

– Да чего его доставать? Просто попросить, и для хозяйки каждый принесет столько, сколько у него есть в запасе.

Так я разжилась примерно полулитровым горшком довольно вонючей жидкости, мало похожей на ту, что продавалась в супермаркетах моего мира. Но изнеженным вшам, которых никто никогда даже не думал выводить, чтобы благополучно передохнуть, вполне хватило нескольких промываний волос разбавленным уксусом. При этом я заставила всех деревенских жителей пройти через аналогичные процедуры – еще не хватало мне в общине эпидемий тифа или лихорадки, возбудителей которых переносят эти мерзкие насекомые. Народ сначала сопротивлялся было, но потом оценил нововведение – всяко приятнее не чесаться, нежели постоянно скрести голову ногтями…

В общем, после трудового дня я пришла в башню, приняла ванну… то есть кадку, поужинала соленой рыбой, копченой свининой и молодыми побегами рогоза, после чего завалилась спать…

Но уснуть мне не дали!

В дверь постучалась Лидди, которая несла в руках… самую настоящую подушку!

– Вот, хозяйка, чего я придумала, – сияя довольной улыбкой, проговорила женщина. – Когда деревенские девушки чистили нарезанный в болоте рогоз, я подумала, мол, чего початкам зазря пропадать. А точнее, пуху, что в них находится. Собрала его, сшила два куска материи и тем пухом набила. Попробовала под голову класть. Так знаете – спать слаще стало! Правда, пух лез из швов, потому я еще два куска материи сшила и свою придумку в них запихала. И пух лезть перестал.

– Ты только что изобрела наволочку и подушку, – улыбнулась я.

– Так, думаете, не блажь это? – расцвела Лидди. – Я вам вот такую же сделала в подарок, но боялась, что вы откажетесь.

– Конечно, не откажусь! – воскликнула я, хватая протянутую подушку. Вот уж не думала, что так обрадуюсь постельной принадлежности, которой в прошлой жизни просто пользовалась не задумываясь. – Спасибо тебе, Лидди! Ты не представляешь, как я рада!

– Ну и отлично, – обрадовалась женщина. – Всегда приятно угодить такой хорошей хозяйке, как вы!

…В общем, ночь прошла в сладких снах в обнимку с подушкой под храп Ланселота, взявшего обыкновение ночевать под моей дверью. Правда, самозваный рыцарь больше не спал на холодном полу, а соорудил себе нечто вроде деревянной лежанки, которой снаружи перегораживал мою дверь на ночь, и теперь спал с относительным комфортом. Я же про себя отметила, что под его храп мне спится намного спокойнее, чем если б это звуковое сопровождение отсутствовало. Что неудивительно – после того ночного нападения спать без охраны мне было бы тревожно…

А ранним утром, едва только первый луч солнца проник в узкое окно башни, я уже была на ногах. Удивительно быстро все-таки перестраивается организм при отсутствии электрического света, интернета, мобильных телефонов и телевидения. Моментально откатывается до заложенных самой природой «заводских настроек», когда люди ложились спать с наступлением темноты и просыпались с первыми лучами солнца. Хотя, наверно, это мне удивительно, а не телу юной леди Элейн, которое привыкло так жить с рождения…

В общем, не прошло и часа, как бочки с соленой рыбой уже были загружены на телеги. Тем временем из лесу появился Ланселот со своей командой бывших разбойников, которые катили на руках третью телегу.

– Живем! – воскликнул Винс, уже успевший нахвататься от меня словечек двадцать первого века, переведенных на староанглийский. – Будет куда мясо грузить! Только и тут надо по-хитрому сделать.

– Это как? – поинтересовалась я.

– Копченую кабанятину мы завернем в мешковину и под сено спрячем. А сверху положим только несколько кусков, потому что эта вкуснотища будет и через сено пахнуть. Мол, да, запах есть, вот все, что осталось от единственного свина, которого убила в лесу хозяйка разрушенной крепости. Иначе у нас смотритель рынка треть мяса заберет, по нему в Камелоте такие пошлины.

– А если найдут спрятанное? – поинтересовалась я.

Насчет аферы с рыбой я уже и так переживала, а тут еще и с кабанятиной намечается махинация. Как-нибудь наберусь смелости и спрошу у Винса, кем он был в молодости до того, как стал солдатом. Не иначе, каким-нибудь мошенником, судя по его криминальным замашкам.

– Если найдут, отберут все, – зевнул начальник охраны. – И в следующий раз все наши телеги перед въездом на рынок вывернут наизнанку. Но, думаю, не должны. Все так делают, чтоб не платить грабительские пошлины. И смотрители рынков это знают, потому трясут торговцев выборочно, по принципу чья рожа не понравилась. Иначе на рынки вообще никто ездить не будет.

Я, конечно, подивилась такой схеме сбора налогов, но спорить не стала. Я тут, можно сказать, вообще понаехавшая в чужое тело, с местными обычаями незнакомая. Исходя из чего пока что не всегда правильно давить авторитетом согласно опыту своего далекого будущего. Вот пооботрусь среди местного населения, тогда и буду наводить свои порядки.

…Выехали мы караваном из трех телег, которые тащили за собой худые, изможденные лошади. Бочки с соленой рыбой, на дне которых было спрятано железо, оказались очень тяжелыми, потому телеги под ними жалобно скрипели, грозя развалиться на ходу. Правда, третья, груженная замаскированной сеном кабанятиной, испытывала меньшую нагрузку, исходя из чего отряд сопровождения единогласно усадил меня на нее.

– Нам надо, чтоб ты, хозяйка, нормально до Камелота добралась, не уставшей и хорошо выглядящей, – наставительно произнес Винс. – Со смотрителем рынка тебе разговор вести, потому нужно, чтоб ты выглядела как ясное солнышко на весеннем небе.

– Эк как ты красиво сказал, – покачал головой Ланселот. – Я-то думал, что лишь мне подвластно красноречие на всем побережье, – а тут оказывается, что и ты в этом деле не промах.

– А то! – улыбнулся в усы начальник охраны. – Ты не смотри, что я седой, как куча морской соли. Таким, как ты, у стариков еще учиться и учиться.

…Выехали мы отрядом из восьми человек. Три возницы, управлявшие лошадьми, я на телеге в качестве дополнительного груза к свинине и четверо охранников, включая Ланселота и Винса, которые шли пешком. В сопровождение каравана эти двое отобрали наиболее крепких крестьян, хорошо показавших себя в рыбной ловле, охоте на кабанов и рубке деревьев.

– Мало ли что, – пояснил Ланселот. – За два дня пути в дороге многое может случиться. Лихие люди не только в нашем лесу водятся.

И тут же поправился:

– То есть в нашем уже не водятся. Но по дороге к Камелоту есть и другие леса.

В этом плане Винс с ним был полностью согласен, вооружив крестьян копьями и выдав им два ржавых, зазубренных топора.

– Это последние, – вздохнул он. – Потеряем их – считай, зимой замерзнем, так как дрова будет нечем рубить.

– А как прошлой зимой согревались? – поинтересовалась я.

– Валежник собирали, а также сухостой, упавший от естественных причин. Это королем не запрещено. К счастью, прошлая зима была не очень холодной, но кто ж знает, какой случится будущая.

Я лишь покачала головой.

Ну да, леса в королевстве, конечно, не такие густые, как в России. Редколесье, прямо скажем. Но, с другой стороны, запрещать людям согреваться зимой – это вообще какой-то садизм, на мой взгляд. Хотя королю наверняка по барабану, тепло его подданным или нет, лишь бы подати платили исправно. Ладно. Если у меня все получится, всю древнюю Британию я, конечно, не обогрею, но люди моей общины зимой точно мерзнуть не будут.