Собственно, во время полёта делать обоим было совершенно нечего, потому разговор у них шёл о самых обычных вещах. Обычных для них. Но поскольку в шлюпке вместе с ними было два пассажира, разговор Татьяна завела на русском:

-- Кость, а ты смотрел, что там за скафандры?

-- Конечно, смотрел.

-- И что, в них можно в космос выйти?

-- В целом – да. Проблема только в дыхательной смеси: каждого баллона хватает на четыре-четыре с половиной часа, не больше. Зато эти скафандры способны переносить даже погружение под воду и чуть ли не прогулку в жерло вулкана. Сирин говорила, что это самые высокотехнологичные штучки, изобретённые буквально в последние месяцы существования человечества. Что количество произведённых скафандров этого типа было настолько мало, что ими оборудовали только многоразовые шлюпки. Я не думаю, что они нам понадобятся.

-- А вот я как раз об этом и думаю. Твоя капсула многоразовая. Мы могли бы вернуться на корабль и, если уж не спасти кого-то там, то хотя бы забрать оттуда всякое нужное. Там наверняка есть и отличные инструменты, и запасы энергии, чтобы активировать эти инструменты, а также семена, какие-то знания и технологии и вообще куча всего.

-- Ну ты даёшь, дорогая! – Костя с удивлением взглянул на спутницу. – Сейчас, честно говоря, я пока ни о чём, кроме своих ребят, думать не могу. Вот перетащим их в город – там и обсудим, что и как. Добро?

-- Добро… – вздохнула Татьяна.

-- Да и в целом... я не думаю, что мы кому-то сможем помочь на корабле, – Костя задумчиво потёр кончик собственного уха. – Если бы Платон мог спасти своих колонистов, я думаю – он пожертвовал бы нами и спасал бы их.

-- А я думала вовсе не о колонистах, Кость. Понимаешь, очень ведь странно получается… Почему из такого количества записей смогли оживить так мало людей?

-- Не знаю, -- он удивлённо пожал плечами. – Я об этом вообще не думал. Сколько смогли, столько и оживили.

-- Из разговора с Платоном я поняла, что диски хранились в одних и тех же условиях, в специальных хранилищах. То есть, если бы они испортились – то испортились бы все.

-- У тебя что, есть какая-то идея? – он с любопытством глянул на Татьяну.

-- Ну… В общем-то... Есть идея, хотя и достаточно безумная, – с улыбкой подтвердила она.

-- Ну-ка? Излагай…

Татьяна смущённо помялась и негромко заговорила:

-- Понимаешь, я думала о Вселенной… Обо всей Вселенной… – она развела руки в стороны, как будто хотела охватить весь мир. – Так вот… Буквально недавно мы узнали о том, что семена человечества были высажены на разных планетах, но в масштабах Вселенной – это просто капля в море. И я стала думать о том, что мы ещё знаем ничтожно мало. Может быть наша Вселенная даже не одна? Может быть есть и другие? И там, в этих других Вселенных, в данный момент существуют те самые люди, капсулы которых остались чёрными… – она вопросительно глянула на Костю.

Он помотал головой, как отряхивающаяся собака:

-- Подожди-подождти… Даже мы очнулись не в своих телах, откуда же там, в других Вселенных, возьмутся те, чья запись не удалась?

-- Видишь ли… Может быть это и прозвучит совсем антинаучно… Человек – это нечто большее, чем физическое тело и разум. Мы часто забываем о том, что есть душа. Так вот, я подумала, что не очнулись те люди, чья душа сейчас уже существует где-то в дебрях нашей Вселенной или даже в параллельных, -- слово «уже» девушка выделила голосом.

Костя некоторое время ошарашенно обдумывал слова Татьяны и потом осторожно спросил:

-- И какой из этого нужно сделать вывод?

-- Я конечно не уверена… Может быть я и ошиблась…

-- Таня, не тяни!

-- Если мы сможем вернуться на корабль-матку, если сможем активировать Платона, и он повторит опыт, то возможно, мы получим ещё дополнительное количество наших соотечественников.

Несколько мгновений Константин обдумывал услышанное. А потом уточнил:

-- То есть, ты считаешь, что за это время часть носителей душ во Вселенной погибнет, и у нас будет шанс соединить эти души с искусственными телами?

-- Да.

После того, как Татьяна выговорилась, а Константин получил информацию, они молчали долгое время, размышляя каждый о своём. Для него мысли девушки оказались весьма неожиданными, но прокручивая их, он не мог сказать, что теория совсем уж безумная. Зато сам масштаб необычной идеи его восхитил, о чём он тут же и сказал Татьяне:

-- Слушай, мы в данный момент находимся в полной жо… Я вот, в основном, думаю о том, как уцелеть самому и выдернуть наших ребят. Я даже пока особо не размышляю о том, насколько мы впишемся в это общество. А ты в это время стараешься заглянуть за горизонт! Не знаю, права ты или нет, но масштабно мыслить ты точно умеешь! Пожалуй, я до такого бы даже и не додумался.

-- Это потому не додумался, что ещё на Земле бытовало мнение, что мужчины с Марса, а женщины с Венеры! – рассмеялась Татьяна. -- Мы просто мыслим по разному.

Пусть разговор и был совершенно абстрактным, но Костя с удовольствием смотрел на смеющуюся девушку, испытывая странное чувство восхищения и теплоты: «Идея, конечно, абсолютно безумная! Но это как раз то безумие, к которому стоит идти, чтобы не погрязнуть в повседневных делах. Все же она – удивительная!»

***

Охранники, сидевшие за спиной командира и его девушки, с некоторым неудовольствием слушали непонятный им разговор. У капитана Кирка были чёткие инструкции герцога. Во-первых – не дать им возможность сбежать. Во-вторых – ни в коем случае не допустить гибели этой парочки. В-третьих – в случае попытки побега, главное – захватить мужчину.

Однако сейчас капитан слушал беседу и, пусть даже не понимал ни слова, он отчётливо чувствовал, что в этом разговоре ведущей является женщина. Для него это было странно и непривычно.

В мире капитана Кирка женщина всегда была ведомой. Всегда! Первая из чужачек, та, что носит имя Вера, вела себя вполне обыкновенно: выбрала самого сильного мужчину в своём окружении и сейчас пытается заполучить его. Эта же, темноволосая, ведёт себя совершенно иначе. И хотя, на взгляд капитана, господин Костя совсем не против сделать эту чернявую своей женщиной – она как будто не торопится. Возможно, просто набивает себе цену? Впрочем, особо зацикливаться на этих мыслях капитан не стал: слишком много удивительного он видел сейчас, чтобы отвлекаться на такие глупости, как внутренние взаимоотношения чужаков.

Как и многие воины, капитан был практиком до мозга костей. Да: и он, и Франц испытали дикий, почти животный страх, когда это чудовищная машина поднялась в воздух. Противно природе человека наблюдать за миром с высоты птичьего полёта! Капитан видел, как по лицу Франца текут капли пота, а сам он, закрыв глаза шевелит губами, очевидно молясь. Да и сам Кирк вначале испытывал точно такой же ужас.

Но время шло, сиденья оказались удобными, никаких пугающих толчков или рывков не происходило – машина явно не собиралась падать. А вот то, что открывалась глазам капитана в данный момент наполняло его душу восхищением: «Можно сделать самые лучшие карты! Самые точные! Можно сверху отслеживать стада логиров и не ловить их по одному, а устраивать по осени действительно большую охоту. Как бы не было жутко в начале, а этой машине цены нет. А ещё сверху можно отслеживать стойбища диких…»

Понимание того, сколько жизней солдат спасёт такая вот разведка, заставили капитана прервать ход собственных мыслей: «Это всё – потом… Сейчас главное – выполнить приказ его светлости и не дать господину Косте сбежать. Наш герцог всегда был не глуп, он умеет смотреть в корень…»

Прозрачные стенки капсулы давали возможность рассмотреть проплывающие внизу куски леса, реки и озёра. Чужаки периодически брали в руки какой-то мягкий лист и рассматривали изображение на нём. Капитану казалось, что это карта, но что можно рассматривать на одной и той же карте через такие небольшие промежутки времени? Он не понимал, и потому начинал нервничать.

Неожиданно господин Костя встал со своего места и, подойдя к капитану, развернул у него перед носом тот самый лоскут. Это действительно была карта и Кирк почти сразу заметил, что это карта той местности, над которой они пролетают в данный момент. Вот – огромное озеро в форме подковы, а вот – выгнутая знаком «эльт» широкая река...

-- Смотрите, капитан, -- палец Константина указывал на скопление крестиков. – Мы почти на месте. Вот здесь я планирую сделать круг по воздуху на малой высоте, чтобы оценить обстановку. Сейчас я прикажу Сирин развязать вас и мы с вами вдвоём оценим, где нам лучше сесть.