Путь по степи проходил напряженно, несмотря на то что мы соорудили цепочку из повозок и не меньше половины из нас смогли идти рядом, внимательно осматривая окрестности. Как соорудили? Да просто привязали поводья быков к заднему борту повозок, составив их в колонну, вот и получился своеобразный автопоезд. Быкопоезд? Впрочем, как ни назови, а процессия получилась неказистая, но практичная. На себе столько всего мы таскали бы месяц, не меньше, даже при условии, что степняков при подсчете трофеев оказалось меньше, чем мы ожидали.

Скорее всего, половина отряда осталась прикрывать отход обозников с добычей, которые и попались в нашу засаду. И значит, Сашка был прав, когда не стал бежать со всей толпой по дороге. Сцапают их, как пить дать. И хорошо, если это будет как можно позже. Хотя…

– Как думаешь, беглецов уже поймали? – повторяя мои мысли, спросила Кайя, до которой тоже дошло, что трупов в крепости намного меньше, чем нам показалось в запарке боя. Ладно, признаюсь честно… Изначально мы были уверенны, что Леха просто обсчитался, до тех пор, пока Сашка не разговорился и не поведал нам о том, что вчера отряд разделился, и часть осталась, а часть повезла добычу в степь.

– Саш, а ты считать-то умеешь вообще? – задал я наводящий вопрос, благо шагал рядом с быком, на котором гордо восседал мальчуган, пытаясь управлять здоровенной скотиной.

– Меня зовут Салеш! – вместо ответа буркнул мальчик и гордо отвернулся от меня в сторону Кайи, которая шла по другой стороне от повозки.

– Понятно…

К волшебнице ребенок сразу проникся доверием и даже не возражал, когда девушка называла его переделанным именем, а вот к мужчинам относился настороженно. Впрочем, меня это не сильно волновало, поскольку мы собирались вскоре отвезти его домой, когда поедем реализовывать трофеи в империю.

Как утверждал Мороз, это была нормальная практика, и наемники часто привозили ценную добычу в прифронтовые города, закупались там же всем необходимым и отправлялись обратно на границу, чтобы, рискнув, или сложить голову в очередном бою, или снова взять трофеи. Собственно, за счет них жили некоторые купцы, везя вглубь империи сабли и доспехи, а обратно вино и еду. В основном, конечно, вино…

– А ты в школу ходишь? – продолжала расспрашивать Кайя, не спеша шагая рядом с мальчиком.

– Так мне рано еще! – удивился Сашка. – У меня еще три года свободы есть!

– Почему свободы? – возмутилась Кайя и, решив внушить ребенку полезные мысли, продолжила: – Учиться полезно, без этого сложно… Я вот не доучилась, приходится теперь самой как-то до всего доходить, годами…

– Ты сбежала? – восторженно воскликнул Сашка, всем корпусом повернувшись к девушке, и чуть не сверзился при этом с быка. – Здорово! Я тоже сбегу, обязательно!

– Так, подожди! – Кайя вскинула ладонь, останавливая восторги ребенка, и уточнила: – Я не сбегала. Просто мне пришлось идти… Помогать семье, в общем.

– А… так ты же в обычной школе была… – явно разочаровано протянул мальчик и, поморщившись, отвернулся обратно. – Тогда другое дело. Нас в такую не возьмут, некому платить, а сами мы столько не укр… не заработаем.

– Подожди, то, что за школу нужно платить, я знаю, – влез в разговор я. – А если нет денег, тогда что меняется? Условия другие?

– Тогда нас ловят и отправляют в особую школу, где мы живем, пока это все не закончится, – нахмурился юный имперец. – А закончив школу, работаем, пока не погасим долг. Это даже не школа, это тюрьма для бедняков. Или для тех, кому негде жить, как мы…

Кивнув, я замолчал, обдумывая услышанное. То, что мальчишка сирота, было понятно по его оговоркам, про родителей он не сказал ни слова. А вот то, что таких детей изолируют, было новостью.

Некоторое время я шагал молча, слушая разговор ребенка и волшебницы, которая потихоньку вытягивала из Сашки подробности их жизни и чем дальше, тем больше хмурилась. Неудивительно в общем-то. Даже изгоям на островах жилось веселее, если уж на то пошло.

Как оказалось, никаких приютов для сирот в империи не было, ну или их не было в приграничных городах. Вместо этого дети жили сами по себе, как могли, и если доживали до десяти лет, то уже тогда за них брались чиновники, как за ресурс, который в будущем мог принести пользу. Удивительно циничный подход, если честно. Дожил до определенного возраста – пригодишься, иди сюда, сейчас мы тебя используем. Родился в неблагополучной семье и не дожил? Ну, бывает…

Когда напали степняки, беспризорники были в деревне, на заработках. Трудились в поле, выпалывая сорняки в обмен на еду и ночлег на сеновале. Лето вообще было для малолетних бродяг золотым временем, можно было не заботиться ни о чем, отъедаться впрок и даже немного скопить еды на осень. А если сильно повезет, то и раздобыть в соседней деревне что-то из одежды. Там, где работали и жили, сироты не воровали никогда, за это могли убить, причем не те, у кого украли, а свои же товарищи.

– Почему? – удивилась Кайя. – Убить за старую одежду?

– Потому, что больше в эту деревню нас не пустят, – неожиданно по-взрослому пояснил мальчик. – И придется искать новую. И чужих не везде примут. Берут обычно тех, кого уже знают…

– Внимание! – голос Мороза прервал разговор. – Посматриваем назад, не расслабляемся!

Подхватив с телеги винтовку Кайи, завернутую в ткань, я остановился и, дождавшись, пока Мороз догонит, уточнил, что случилось.

– Орел упал, – хмуро пояснил разведчик, указав рукой туда, откуда мы пришли. – Где-то над крепостью. И обратно не взлетел.

– Может, поймал кого и жрет теперь? – сам не веря в это, спросил я.

– Может…

Когда-то я думал, что степь ровная, как стол, как то же море, только волны гуляют по траве. Но реальность оказалась совсем другой. Были здесь и холмы, и овраги, да и предгорье давало о себе знать. С гор и так стекали ручьи, постепенно прорезая почву извилистыми балками, а уж по весне они и вовсе превращались в быстрые речушки, годами меняя ландшафт… К чему я это? А к тому, что погоню, если она была, мы увидеть не могли никак. Но и шли медленно, обходя неудобные места или выбирая, где переправляться через балки.

– Медленно идем, – покачал головой я, прикидывая время по солнцу. – Хорошо, если половину пути прошли. Догонят…

Мороз задумался, поглядывая по сторонам, только мне его мысли не понравились сразу.

– Мы останемся, – опередил я его. – Задержим погоню и уйдем оврагами. И даже не спорь! Мы моложе, быстрее и с магией немного дружим. Если снова шаман попадется, сможем хоть что-то сделать. Только патронов отсыпь. Опять же, как доберешься до заставы, отправишь людей нас прикрыть.

Вопреки моим ожиданиям, Мороз скривился, поджал губы, но спорить не стал, лишь кивнул и пожелал удачи. И увел группу в сторону заставы, а мы остались, укрывшись в одном из оврагов, вдоль которого шла тропа.

– Ну что, как в старые добрые времена? – улыбнулся Леха, лежа на склоне оврага с травинкой в зубах. – Только без дронов, и танков не будет?

– Только быки! – усмехнулся я, укладываясь рядом. Кайю с Морой мы оставили с караваном, выдержав целое сражение, посерьезнее, чем до этого в крепости. И убедить девушек удалось только после того, как был использован бесчестный прием в лице мальчишки, о котором нужно позаботиться, довезти до крепости, покормить…

– Жалко, мин нет, – из глубины балки, раздвигая густые кусты, выбрался Федя, ушедший проверять пути отхода. – Любо-дорого было бы за собой все заминировать. Напомни мне заняться, когда вернемся. Попробую в городе кристаллы найти.

– Орел… – невпопад сказал Миха, который как раз наблюдал за небом. – Вон опять появился.

Над сожженной крепостью, действительно, снова показался орел, который летал над степью, нарезая широкие круги и высматривая добычу. Вот только как-то неправильно он это делал, пролетая все расширяющимися кругами.

– Словно следы ищет… – озвучил вслух мои мысли Федя. – Глянь, в нашу сторону полетел!

Орел и вправду был огромный. Если издали он казался обычной птицей, то подлетев ближе, реально пугал своим видом… А еще он светился от магии.

– Надо сбить! – первым сообразил Миха. – Он за нашими летит, не к добру. Еще и магия эта…

– Может, опять проделки шамана, – буркнул Леха, приготовив винтовку.

– Залпом, как поравняется с нами! – скомандовал я, беря на изготовку оружие.

Выстрелы прогремели почти синхронно, птица дернулась и, заложив вираж, ушла в сторону, но улетать далеко не стала, наоборот, принялась кружить над нами, набирая высоту.

Не знаю, может быть, магия защищала летающего гиганта, а может быть, мы толком ничего в нем не повредили, но выстрелы все стучали и стучали, а результата не было, орел лишь иногда менял направление полета, но неуклонно возвращался к нам. А потом упал…

– Воздух! – только и успел рявкнуть я, когда понял, что хищник далеко не мертв, а пикирует на нас сам, по своей воле.

В овраг мы скатились кубарем, уходя от удара, и тут же нас обдало ветром, а крылатый агрессор в последний момент превратил падение в полет.

– Сука! – орал Леха, стреляя вдогонку птице из револьвера, моргая при этом, чтобы кровь из ссадины на лбу не заливала глаза.

И что самое удивительное, орел вдруг снова дернулся и, кувыркнувшись в воздухе, упал куда-то за пределы оврага.

– Добьем! – С револьверами в руках я кинулся по склону наверх, чтобы оказаться лицом к клюву с летающим чудовищем…

Наверное, сработал рефлекс, потому что стрелять я начал еще до того, как понял, что вижу, и тяжелые пули разнесли череп хищника, в котором больше не было магии… При этом брызги крови попали мне на лицо, и, отшатнувшись, я оступился и самым позорным образом снова оказался на дне оврага, съехав туда на спине.

– Не нравится мне местная фауна… – Леха, сев рядом, вытер окровавленное лицо и вздохнул. – Над империей летать лучше, конкурентов нет. Прикинь, в воздухе с такой херней встретиться?

– Это ты еще медведей местных не видел! – похвастался знаниями Михаил с винтовкой в руках, уже карабкающийся из оврага.

– Да ну на хер… – Меня аж передернуло, стоило вспомнить наш первый день в степи.

Часа два после того, как мы разобрались с огромной птицей, все было спокойно. Но при этом пришлось разделиться, чтобы следить за всеми направлениями. Не хотелось бы, чтобы подозрения Лехи о том, что птица находилась под управлением шамана, оказались правдой, но… В этом странном мире все могло быть. И вероятность того, что как раз сейчас, следуя данным пернатой разведки, нас окружают, была совсем не нулевой. А потому мы с Лехой пробежались, заняв новые позиции, и сейчас лежали на склоне холма, ожидая погоню.

А остальные, отклонившись от маршрута, заняли позиции сбоку, чтобы вести фланговый огонь. Будь нас побольше, нам бы даже отступать не пришлось, с такой диспозицией перемололи бы всех, а так… Путь к отступлению тоже был продуман, правда, до него еще надо было добежать.

Степняки появились неожиданно и гораздо ближе, чем мы рассчитывали. Вражеский отряд с саблями в руках вынырнул из травы неподалеку от оврага, где мы стреляли в птицу, и, присев в траве, принялся чего-то ждать.

Говорить было опасно, да и необходимости не было, если честно, каждый из нас прекрасно знал, что от него требуется.

Покосившись на готового к бою напарника, я медленно поднял винтовку и, уперев локоть в землю, прицелился… И тут же опустил оружие, присматриваясь к происходящему впереди.

Вражеские воины сидели неподвижно, замерев, словно статуи, и лишь один из них, вытянув руки в сторону товарищей, что-то делал с магией, отчего в размеренном потоке искорок случилась целая буря. К вражескому отряду со всех сторон устремилась магическая энергия и постепенно облепляла воинов, будто вторая кожа…

Рядом вдруг хлопнул выстрел, и магия врага развеялась, как туман, поднимаясь в небо. А шаман рухнул ничком на землю с пробитой головой.

Не знаю, что происходило с теми, на кого кастовал защиту шаман, но неподвижными они были еще некоторое время, и за это время мы проредили их число больше чем наполовину, стреляя так быстро, как только могли. Могли бы даже справиться полностью своими силами, но… К сожалению, в реальной жизни патроны в оружии имеют свойство заканчиваться.

– М-мать… – выругался Леха, падая в траву и судорожно досылая патроны в трубчатый магазин винтовки. – Не вовремя…

Я же лишь кивнул и, уронив винтовку, принялся палить в сторону врага из револьвера, чтобы не дать им высунуться из оврага, пока напарник заряжает оружие. Ни в кого не попал, да и не мог, но свист пуль рядом с телом всегда действует волшебным образом, мотивируя людей спрятаться…

– Держу! – гаркнул Леха, вскидывая винтовку, и наступила моя очередь заряжаться.

А потом в нас полетели стрелы. Стреляли практически наугад, навесом, но пришлось отползать в сторону, чтобы не схлопотать деревяшку с острым кусочком железа в спину… Потому что если пуля дура, то про стрелу вообще говорить не о чем!

Со стороны, где укрылись остальные ребята, послышалась заполошная стрельба, и на время нас перестали обстреливать. Ну и мы не теряли времени даром, убрались с холма и ползли, как два отожравшихся удава, торопясь сменить позиции.

Как оказалось, вовремя, потому что, пока нас отвлекали лучники, точно так же в траве к холму подбирались сразу несколько степняков, и услышали мы друг друга почти одновременно. И уже тут показали, что значит кровавый оскал цивилизации, расстреляв кинувшихся на нас с саблями воинов, ни разу не усомнившись. Пусть в фильмах благородные герои бросают оружие, уравнивая шансы, и долго дерутся с нападающими, превозмогая… А мы еще поживем.

Трофеи собирать не стали, к тому же Федя, пока они перестреливались с лучниками, снова получил травму ноги, споткнувшись о какую-то корягу, и пришлось по очереди помогать ему идти, жалея о том, что не из чего и некогда сделать носилки.

Шли на заставу быстро, но и бдительности не теряли, все время контролируя то, что происходит вокруг, но нам везло, не было ни птиц, ни погони, только где-то позади протяжно ревел бык. Скорее всего, из того стада, на котором прибыли степняки. Не пешком же они за нами гнались?

– Ребят, я чего подумал! – вдруг нарушил тишину Миха. – Ну, по поводу подготовки к местному этому… Хогватсу, блин!

– Кто о чем, а лысый о расческе… – вздохнул я. – Ну и? Делись новыми гениальными идеями…

– А почему мы учебники не додумались купить?

– А ты видел хоть один книжный магазин? – поморщился я, перехватывая поудобнее Федю. – Я уже узнавал, тут книги дефицит, хрен достанешь просто так. Учитель читает вслух классу учебник, а дети слушают и запоминают. Пишут в основном мелом, и только в старших классах переходят на карандаши и тетради.

– Вот же…

– Раз не получается купить, значит, надо как-то добыть! – буркнул Федя и, неудачно наступив на поврежденную ногу, взвыл. – У, блин… Серый, вот у тебя жена маг! Лечит касанием руки… Какого хрена ты до сих пор так не умеешь!

– Я по-другому научился… – буркнул я в ответ, стараясь выровнять шаги и не наступить другу на здоровую ногу. – Умею лечить касанием ноги…

– Это как? – заинтересовался Федя, остановившись и требовательно посмотрев на меня.

– Пинка под зад даст, и сам побежишь! – пояснил мгновенно сообразивший Леха и ухмыльнулся. – Идем, уже скоро…

– Вредные вы, уйду я от вас… – вздохнул Федя.

– Ходить сначала научись, не спотыкаясь…

На заставу мы вернулись глубокой ночью, и это притом, что у самой горы нас встретили разведчики Мороза. Они же и помогли донести Федю, вынув из рюкзака предусмотрительно прихваченные с собой мягкие носилки, по сути, гамак с ручками, компактный и почти удобный.

А дома нас встретили сердитые девушки, которые, оказывается, волновались. И как назло, всех собак они спустили на меня. Ну а что, Федя пострадал, его лечить надо, а я здоров и, значит, должен все выслушать, запомнить и исправиться… Впрочем, долго Кайя обижаться не умела и уже к завершению сеанса лечения нашего охромевшего друга снова лучилась заботой и любовью.

А на плацу нас ждал караван, полный неразобранных трофеев.