В 1944 г. началось общее стратегическое наступление наших войск на советско-германском фронте. В рамках наступательных операций Советский Военно-морской флот остро нуждался в специальных самолётах, способных вести дальнюю разведку, борьбу с подводными лодками, обеспечивать десантные и спасательные действия. Такие задачи в ВМФ СССР ранее возлагались на гидроавиацию.
Однако значительные потери гидросамолётов Советского Военно-морского флота[580], особенно в начальный период Великой Отечественной войны, а также невозможность их воспроизводства отечественной авиационной промышленностью, в основном ориентированной на нужды ВВС РККА, привели к тому, что советское правительство в 1944 г. вынуждено было обратиться за помощью к союзникам, тем более, что в СССР имелся ещё довоенный опыт взаимодействия с США в области гидроавиации. Так, ещё в 1936 г. советские специалисты, внимательно изучив летающую лодку «Консолидейтед 28»[581], недавно принятую на вооружение ВМС США, оставили о ней благоприятные отзывы.
Результатом стало заключение в начале 1937 г. контракта с фирмой «Консолидейтед» о предоставлении лицензии на производство в СССР (на заводе в г. Таганроге) грузопассажирской летающей лодки под названием ГСТ[582], за основу которой была взята модификация «Консолидейтед 28—2» американской военной лодки[583].
Как уже отмечалось, существенные потери советской гидроавиации в период 1941–1943 гг. свели её количественный состав на Северном, Черноморском и Балтийском флотах к 1944 г. практически к нулю, и поэтому нарком Военно-морского флота СССР адмирал Н.Г. Кузнецов в 1944 г. предложил продолжить производство ГСТ на заводе в г. Таганроге, освобождённом от немецко-фашистских захватчиков. Однако Совнарком СССР решил после восстановления завода организовать на нём в послевоенный период выпуск перспективных и более совершенных самолётов Бе-6, а текущий некомплект гидроавиации (во время войны) компенсировать поставками хорошо зарекомендовавших себя в годы войны американских гидросамолётов более современной модификации – типа PBY-5 и его амфибийного варианта – типа PBY-5А[584].
Для обеспечения перегонки гидросамолётов в рамках достигнутых с США договорённостей (по т. н. четвёртому протоколу о поставках СССР) о поставках гидроавиации для Военно-морского флота в нашей стране была сформирована авиагруппа в составе 26 экипажей (по 10 с Северного и Тихоокеанского флотов и шесть с Черноморского). Приём американской авиационной техники начался 2 апреля 1944 г. на военно-морской базе Элизабет-сити (недалеко от Нового Орлеана), где уже была подготовлена первая партия из 25 летающих лодок типа PBN-1 «Номад». Перегонка первых 25 самолётов (после отработки советских экипажей на новой для них технике) осуществлялась по маршруту Новый Орлеан – озеро Гандер (остров Ньюфаундленд, Канада) – Рейкьявик – Мурманск (губа Грязная). К 16 июня 1944 г. 24 летающих лодки прибыли на Северный флот[585], где были включены в состав 118-го орап и ВВС Беломорской военной флотилии. Вот что говорит об этом Боевая летопись ВМФ за 1944 год: «…12 июля – 5 августа. На советские аэродромы Грязная и Лахта (под Архангельском) из Рейкьявика (Исландия) четырьмя группами перелетели 12 гидросамолетов “каталина”, полученных от союзников по ленд-лизу. При перелете первой группы 13.07 на аэродром назначения удалось сесть лишь одному самолету, два других из-за густого тумана произвели вынужденную посадку в море в районе о-ва Нокуев и у м. Крестовый близ губы Дроздовка. Высланные для оказания помощи катера МО-252, СК-46 и СК-514 привели их на буксире в Иоканьгу. Перелет обеспечивали два гидросамолета “каталина” 118-го разведывательного авиационного полка, вылетавшие к о-ву Медвежий на разведку погоды…»[586]
Вторая партия PBN-1 «Номад» (восемь единиц) была предназначена Тихоокеанскому флоту и, перелетев по маршруту Новый Орлеан – остров Кадьяк – Магадан – Владивосток, к 4 сентября 1944 г. была перебазирована на гидроаэродром Суходол.
Третья партия PBN-1 «Номад», предназначенная для Балтийского и Черноморского флотов, совершила самый продолжительный перелёт – Новый Орлеан – Пуэрто-Рико – Тринидад – Бразилия – Гамбия – Марокко – Тунис – Ирак – Баку – Севастополь и 28 октября прибыла к месту базирования.
На Северном флоте PBN-1 (отдельные экземпляры самолётов были оснащены радиолокаторами) вели, как правило, противолодочное патрулирование, для чего их вооружали бомбами ПЛАБ-100[587], а также ледовую разведку. Советские лётчики отмечали высокие тактико-технические и эксплуатационные свойства PBN-1 – большой тактический радиус, широкий диапазон рабочих скоростей, мощное вооружение, возможность приводняться в открытом море, хороший обзор для всех членов экипажей, в результате чего выросла эффективность патрулирования – на обнаружение одной подводной лодки противника PBN-1 затрачивали около 40 самолёто-вылетов, а отечественные самолёты – вчетверо больше[588].
Отметим ряд успешных действий PBN-1 «Номад» в боевых действиях. Так, 12 августа 1944 г. четыре PBN-1 в районе острова Белый обнаружили и атаковали, в том числе глубинными бомбами, немецкую подводную лодку. После атаки погрузившейся подводной лодки на воде было обнаружено масляное пятно… 5 сентября 1944 г. у острова имени С. Кирова в ходе совместных действий PBN-1, тральщика Т-116 и большого охотника за подводными лодками БО-206 была уничтожена немецкая подводная лодка U-362. 24 октября 1944 г. при проводке конвоя ДБ-9 совместными действиями PBN-1, самолёта МБР-2, тральщика Т-116 и большого охотника за подводными лодками БО-209 была уничтожена ещё одна подводная лодка[589].
На Черноморском флоте PBN-1 поступили в состав 18-й ораэ в июне 1944 г. с базированием в Севастополе и Одессе (несколько позже самолёты этого типа поступили в состав 11-й и 82-й ораэ). Здесь PBN-1 выполняли боевые задачи противолодочного патрулирования, разведки и спасательного обеспечения (отметим, что только 19 августа 1944 г. два гидросамолёта смогли спасти находившихся в воде пилотов двух наших сбитых истребителей)[590].
Всего Северный, Балтийский и Черноморский флоты к маю 1945 г. получили 107 PBN-1[591], Тихоокеанский (к августу 1945 г.) – 49 самолётов этого типа (поставки летающих лодок PBN-1 продолжались до конца войны с Японией и в целом составили 137 единиц). Так, в период с 22.05.1945 г. по 18.06.1945 г. летчики 117-го морского дальнеразведывательного авиационного полка (командир – майор И.Е. Виноградов) ВВС СТОФ перегнали из Поти в Софийское-на-Амуре 20 гидросамолетов PBN-1[592], а за период 25 августа – 11 сентября 1945 г. для ВВС ТОФ с острова Кадьяк в Анадырь советские летчики перегнали 30 гидросамолетов PBN-1[593].
Тактико-технические характеристики американских летающих лодок различных модификаций, поставлявшихся в СССР, представлены ниже.
Основные тактико-технические характеристики летающих лодок PBN-1 и PBY-6A
С лета 1945 г. началась перегонка в СССР амфибий PBY-6A (летающая лодка, способная, за счёт наличия шасси, садиться на сухопутный аэродром). Всего самолётов этого типа было передано Советскому Военно-морскому флоту 48 единиц, в том числе 21 – на Тихоокеанский флот (к началу войны с Японией). На ТОФе эти самолёты вошли в состав 16-го, 48-го и 117-го орап.
В ходе войны с Японией PBN-1 и PBY-6A выполняли следующие боевые задачи:
– ведение разведки в Японском и Охотском морях, в Татарском проливе и Сахалинском заливе;
– спасательное обеспечение авиационных ударов ВВС ТОФ по портам Юки и Расин;
– участие в высадке десантов в Корее – Гензане (два PBY-6A, 32 десантника), Порт-Артуре (10 PBY-6A и PBN-1, 135 десантников) и Дайрене (семь PBY-6A и 90 десантников);
– участие в высадке десантов на Сахалин и острова Курильской гряды – высадка PBY-6A десанта на аэродром Конторо (Сахалин) и его захват, а также высадка десанта на один из аэродромов острова Итуруп (два PBY-6A) и его блокирование[594].
Отметим, что именно PBY-6A поставили (от Советского Военно-морского флота) последнюю точку во Второй мировой войне, доставив в Токийский залив группу представителей Советского Союза во главе с генерал-лейтенантом К.Н. Деревянко для участия в принятии капитуляции Японии.
По окончании Второй мировой войны американские гидросамолёты, в отличие от других видов ленд-лизовского вооружения, не были ни уничтожены, ни возвращены в страну-изготовитель – в послевоенный период летающие лодки PBY-6A и PBN-1 ещё более 10 лет (до поступления отечественных гидросамолётов Бе-6) они составляли основу советской гидроавиации, при этом часть машин была передана из состава Военно-морского флота в пограничную и полярную авиацию, а также в состав гражданского воздушного флота.