Над чем ваш дикий смех, слепое осужденье

   И злая ненависть? Как будто в вражий стан

   Попали мы сюда на казнь и поношенье…

   О, если б летопись кровавую армян

   Могли бы вы узнать!..

       И славны и могучи

   Когда-то были мы. На рубежах родных

   Дружины смелые сбиралися, как тучи

   В громах и молниях, на стражу прав святых…

       В Армении цвела великая свобода,

   Благословенный труд счастливых деревень,

   В руинах царственных погибшего народа —

   Вам не понять его тоскующую тень.

   У наших алтарей не ваши ли молитвы?

   Не тот же ли у нас животворящий крест?

   Мы вместе с вами шли в огонь священной битвы

   За общую судьбу одних и тех же мест.

       Да, правда, мало нас! И меньше с каждым годом

   Становится армян… Осмеивайте их!

   Но ведь вы тешитесь над жертвенным народом,

   Распятым, как Христос, на рубежах своих.

   Мы на Голгофу шли с восторженной любовью,

   И в темные века боролись мы одни.

   Могли бы напоить мы ад своею кровью

   И погасить его багровые огни.

       А унижения мучительного плена?

   А пытки, а позор, а горе и боязнь?

   О, нас спасли бы всех предательство, измена,

   Но мы — мы выбрали апостольскую казнь.

   Надгробный слышен плач над братской и великой

   Могилою армян и погребальный звон…

   Стыдитесь! Жалок смех вражды и злобы дикой

   В благоговейный час народных похорон.