25 июня 1866 года,

Альгеринос, юг Эсмераны

Элио отвернулся от своих спутников и украдкой зевнул. Его клонило в сон уже два дня, с тех пор как он вышел из портала в Альгериносе, и юноша списывал это на резкую смену климата. В Риаде лето было не таким жарким, как здесь, да и море не плескалось у самых стен замка. Элио выпивал по три-четыре чашки кофе в день, чтобы не спать – но что самое обидное, что все жертвы были напрасны. За два дня и он, и агенты Уикхем опросили, наверное, всех оставшихся в городе джилахов, но ни один не вспомнил никого, похожего на Агьеррина.

Но зато из эсмеранских газет Романте узнал, что гражданская война в халифате пока что кипит в основном на востоке – вокруг столицы и прилегающих областей. Шеф, как всегда, был прав – негоцианты с юга Эсмераны, кровно заинтересованные в торговле с халифатом, получали самые свежие донесения первыми.

Элио провел за чтением газет все время, что оставалось от расспросов местных джилахов – и пока что новости обнадеживали. Не халифа, конечно, правлению которого приходил конец, а тех, кто намеревался посетить запад халифата. Там пока что было довольно тихо.

Элио коротко свистнул и купил у подбежавшего мальчишки-газетчика новый пучок свежей прессы, а затем прикрыл лицо газетой и снова зевнул. Действие третьей чашки кофе уже заканчивалось.

Он попытался развернуть газету, но ветер затрепал ее и чуть не вырвал из рук.

Вместе с агентами Уикхемами юноша стоял у белоснежной балюстрады, отделяющей Пласа дель Коронад от гавани, лежащей внизу. Респектабельная публика могла наблюдать отсюда за заходящими в гавань кораблями, не подвергая свое обоняние или представления о приличиях чрезмерным испытаниям. Альгеринос, древний тафирский город-крепость, ступенями поднимался по скалам, и над площадью на еще одной полуприродной полурукотворной террасе возвышался квартал местной богатой аристократии.

– Что-то он запаздывает, – сказала Диана. – Мы договорились встретиться сегодня, но если он не явится, то нам придется воспользоваться местным дилижансом, чтобы не выбиваться из графика.

– Можем остаться и еще раз пройтись по городу, опросить местных. Вдруг кто-нибудь что-нибудь вспомнит? – предложил Диего.

Элио зажал газеты под мышкой и приложил к глазам бинокль. Они ждали корабль мистера Скотта уже почти час, но юноша считал, что волноваться еще рано. Море, в конце концов, куда менее предсказуемый способ перемещения, чем порталы, хотя и более безопасный.

Но вдруг вдали, словно вынырнув из колыбели колышущихся волн, показалась крошечная птица. Она приближались, и вскоре Элио дернул Диего за рукав и сунул ему бинокль:

– Это «Рианнон»!

Красная яхта летела вперед, к городу, и на ее мачтах развевались флаги Риады, Эсмин Танн и компании мистера Скотта.

Диего взял бинокль, посмотрел и недовольно проворчал:

– Эта посудина отсюда выглядит еще менее надежной. Ну почему шеф отказался от порталов?

– Потому что в море можно всего лишь утонуть, – безмятежно отвечала Диана, – а в портале – разорваться на тысячи кусков, сотни часов ощущая боль перед смертью.

– Это где это ты такое прочла?

– В новом пособии для старших рекрутов, которое написал мистер Редферн.

– Уверен, что он преувеличивает.

– Да ладно тебе. Тебе же в прошлый раз понравилось на ней плыть!

– Нет, – ответил оборотень. – Но в прошлый раз нужно было потерпеть всего несколько часов. А тут – целые дни!

«Рианнон» сбавила ход, и навстречу ей из гавани выскользнула лодка с лоцманом и таможенными чиновниками.

– Идемте, – сказал Элио. – Выпьем по чашке кофе и будет спускаться к гавани. Они через час будут здесь.

– А ты не слишком много пьешь кофе? – строго спросила Диана. – Это уже четвертая чашка.

– А иначе я упаду и усну, – буркнул Элио и пошел вдоль балюстрады к крытой веранде кафе, откуда доносились манящие ароматы крепкого кофе со специями, как его обычно варили на юге Эсмераны.

Они заняли столик с видом на порт. Диана с интересом следила в бинокль за тем, как приближается «Рианнон», а Диего несколько обеспокоенно смотрел, как Элио заливает в себя большую чашку с кофе.

– Может, тебе лучше просто выспаться?

– На корабле высплюсь. Кстати, – юноша кашлянул, – у меня есть просьба. Ты не мог бы снова занять одну каюту со мной? Ну, то есть, если тебе нетрудно.

– Конечно нет. Это из-за нее? – спросил оборотень, указав на кольцо.

Романте сжал руку в кулак.

– Когда я устаю, оно… она… как будто сильнее зовет меня, – пробормотал он. – Если что-то произойдет, пока я сплю, то лучше, чтобы рядом был кто-то, кто меня разбудит.

– Хорошо. А что еще я могу сделать?

– Позови Диану, – Элио достал бумажник, вынул из него листок бумаги и протянул девушке. – Это заклинание, которому меня научил мистер Редферн. Если что – примени его.

– И что с тобой будет? – настороженно спросила мисс Уикхем.

– Оно должно помочь. В крайнем случае – просто усыпи меня, как в прошлый раз.

– Когда ты чуть не умер.

– Ну не умер же.

Через час, когда они спустились по широким лестницам на самую нижнюю террасу, к гавани, «Рианнон» уже пришвартовалась и спустила трап. Агенты и секретарь Бюро поднялись на борт, где их ждал молодой капитан Найджел Бреннон, в безупречно сидящем темно-синем кителе. Как и в прошлый раз, внимание Романте привлекли странные, слишком ярко-голубые глаза капитана, которые будто мерцали под тенью от козырька фуражки. Жаль, не было времени на то, чтобы изучить эту странность получше.

Бреннон снял фуражку и поклонился Диане. Девушка одарила его такой очаровательной улыбкой, какую Элио не часто видел. Обветренное лицо капитана немного покраснело, и он поспешил пожать руки Уикхему и Элио.

– Мы прибыли в ваше распоряжение по приказу мистера Скотта, – сказал капитан. – Мы будем готовы к выходу завтра, около семи утра.

– Спасибо, сэр, – ответил Диего. – Вам сообщили о маршруте?

– Нет. Мистер Скотт сказал, что все указания я получу от вас. Также я готов послать за вашими вещами в гостиницу.

– Благодарю, не нужно, – поспешно вмешался Элио; многие вещи из их багажа посторонним лучше не показывать. – Я сам все заберу, как только мы обсудим маршрут.

– Тогда прошу следовать за мной.

В капитанской каюте на столе уже были разложены карты южного побережья Эсмераны и залива, отделяющего его от соответственно северо-западного побережья Аль-Тахмина. Романте с радостью увидел целую россыпь мельчайших островков, которые были нанесены на карты. Наверняка среди них есть и те, координаты которых им оставил Агьеррин.

– У нас есть список из трех городов, которые нам нужно посетить, – сказал юноша и протянул капитану лист бумаги. Города Элио нашел в письмах Арье. – Это Эскалинос, Пуэрте-де-ла-Вера и Ла Мадрина. А затем нам нужно отправиться вот сюда, – он указал на координаты, написанные внизу перечня.

– А что здесь? – с некоторым недоумением спросил капитан Бреннон.

– Ах, если б мы только знали! – вздохнула мисс Уикхем. – Нам известно лишь то, что это место находится на крошечном архипелаге у западных берегов халифата.

Капитан придвинул к себе карту и некоторое время изучал ее.

– Это не самый безопасный путь, – наконец сказал он, – особенно для леди. Впрочем, я полагаю, вы останетесь в Ла Мадрине?

– Вы полагаете неверно, – с улыбкой отвечала Диана. – Как агент Бюро, я обязана выполнить возложенную на меня миссию.

– Агент… Бюро? – пробормотал Бреннон. – О, кхем… хорошо. У нас есть оружие и две небольших пушки. Я прикажу пополнить запасы пуль и пороха.

– Вы думаете, там настолько опасно? – нахмурился Элио. – Гражданская война как будто еще не докатилась до этих мест.

– Дело не в войне. Здесь нередки нападения пиратов Ибелина.

– Пиратов? – воскликнула Диана. – Настоящих?!

– Да, мисс. Поскольку в этих краях процветает работорговля, то, прошу прощения, мисс, красивая блондинка для них – весьма ценная добыча, и потому я бы позволил себе настоять…

– Ну пусть попробуют сначала добыть, – заявила девушка.

Диего встревоженно переглянулся с Романте.

– Диана, мне кажется, капитан в чем-то прав… – забормотал было оборотень, но Элио решительно его перебил:

– Мы высадим тебя в Ла Мадрине. Отправишься с докладом к шефу.

Глаза Дианы сверкнули.

– Это мы обсудим позже, – холодно сказала она. – Сэр, вам достаточно этого, чтобы проложить маршрут?

– Более чем, мисс. Я также взял на себя смелость вызвать из отеля мистера Скотта в Бресвейн горничную для вас. Она ждет вас в каюте, куда вас проводит стюард.

– Горничную? – с удивлением переспросила мисс Уикхем. – На что мне… Ну ладно, благодарю.

– Нам бы хотелось занять одну каюту, – тут же сказал Элио, – для меня и мистера Уикхема.

– Хорошо, вам покажут каюты с двумя кроватями. Можете выбрать любую.

– Спасибо.

– Ужин для вас будет накрыт в столовой, – добавил капитан, и на этом они распрощались. Диего и Диана отправились смотреть каюты, а Элио вернулся на берег, чтобы взять извозчика и перевезти их вещи из гостиницы.

Под присмотром Романте лакеи перенесли их сундуки и чемоданы в экипаж. Однако, пока они этим занимались, юношу не оставляло странное чувство – будто за его перемещениями следит чей-то пристальный взгляд, с тех пор, как он покинул порт. Элио на всякий случай пробормотал заклинание для отвода глаз, внимательно осмотрел улицу, но не заметил никого подозрительного. Но, опять же на всякий случай, он хорошенько запомнил все, что видел, перед тем как забрался в экипаж.

26 июня 1866 года,

на пути в Эскалинос, город на юге Эсмераны

Если Магелот и хотела беспокоить Элио ночью, то у нее все равно ничего бы не вышло – юноша уснул, едва коснувшись головой подушки, и спал как сурок. Он проспал и рассвет, и отлив, и выход в море, и завтрак.

Проснувшись, еще не открывая глаз, Романте нашарил на тумбочке у кровати часы, отщелкнул крышечку и с изумлением обнаружил, что уже десять. Он обычно просыпался в шесть или в половине седьмого утра, так что юноша подскочил в кровати и по ее легкому, приятному покачиванию понял, что он не в замке.

«Мы на корабле», – вспомнил Элио и сел в кровати.

Он, к своему удивлению, понял, что наконец-то отлично выспался. Кровать стояла ногами к двери, изголовьем к иллюминатору, и, обернувшись, юноша увидел Диего. Тот был уже одет и пил чай, сидя за столом у иллюминатора и просматривая газеты.

– Доброе утро, – сказал оборотень. – Ну, как ты?

– Хорошо, спасибо.

– Послать за завтраком или ты не будешь?

Желудок юноши тут же издал длинную трель. Элио сконфуженно съежился.

– Откуда в тебе столько аппетита посреди этой болтанки, – покачал головой Уикхем и позвонил.

Пока юноша умывался, брился и одевался, стюард доставил в каюту завтрак, много говорящий о щедрости и гостеприимстве мистера Скотта, а также о том, насколько хороши его повара даже на яхтах. Секретарь Бюро опустошил все тарелки и, чувствуя, как ремень брюк впивается в живот, откинулся на спинку стула с довольным вздохом. На десерт еще осталась большая чашка с кофе и сливочное печенье.

– А тебя не стошнит? – с некоторым беспокойством спросил Диего.

– Нет, с чего бы?

– Ну не знаю, мы тут полсуток, а меня уже мутит от качки. К тому же тут пахнет.

– Чем пахнет?

– Не знаю. Всем подряд. Я как будто сижу в деревянной коробке, набитой черт знает чем.

– Это потому, что ты оборотень, – сочувственно сказал Элио и пригубил ароматный кофе. – Но ты можешь гулять по палубе. Там свежий воздух.

– Еще чего. Эта чертова лоханка так бултыхается, что того гляди все с палубы смоет в море.

– По-моему, очень приятное покачивание. Я отлично спал всю ночь.

– Рад за тебя. Я едва смог уснуть. Давай сегодня вечером откроем иллюминатор? А то я тут задохнусь.

– Хорошо. Оставь мне газеты, я потом прочту. Хочу пройтись по палубе.

– Может, не надо? – обеспокоился Диего. – Соскользнешь в море или сдует – а мне потом шеф голову оторвет.

Элио с улыбкой покачал головой. Ему было жаль Уикхема – но кто же знал, что оборотень будет так тяжело переносить путешествие на корабле.

– Мы скоро прибудем в город, – сказал юноша, чтобы подбодрить его. – Да и вообще, надолго мы тут не задержимся. Неделя, самое большее – десять дней. Точно не хочешь пройтись?

– Нет. Я уже там был. Не понравилось.

Над палубой гулял прохладный соленый ветер, который сразу же растрепал волосы Элио. Юноша подошел к борту и оперся на перила, завороженно глядя на полоску сизого клубящегося тумана вдали – берег Эсмераны, вдоль которого двигалась «Рианнон». Яхта скользила по морским волнам, похожим на жидкое темное стекло; в вышине, в бесконечном, прозрачно-голубом небе, раздавались крики морских птиц – наверное, чаек или альбатросов.

Элио подставил лицо ветру. Ему нравилось все – скрип дерева и такелажа, хлопанье парусов, запах моря, ветер и соль. Здесь было так спокойно, что джилах неожиданно ощутил себя совершенно свободным. Как будто не было ничего, никакого долга, привязывающего его к земле – и если бы можно было так плыть бесконечно…

Сбоку раздалось покашливание.

«Люди, черт их побери, всюду!» – подумал Элио и повернулся к тому, кто жаждал общения.

Это оказался капитан Бреннон.

– Добрый день, сэр, – произнес он. – Надеюсь, плавание не причиняет вам неудобств?

– Нет, все в полном порядке.

– Вы не страдаете от морской болезни?

– От чего?

– Недомогания из-за качки.

– Нет, – фыркнул Элио; хотя тут ему в голову пришло, что если бы «Рианнон» боролась с бурей, то ему бы, наверное, плавание понравилось куда как меньше.

– Могу ли я задать вам два вопроса, если это допустимо?

– Конечно, задавайте, – с некоторым недоумением ответил Романте.

Капитан на несколько секунд задумался, а потом, тщательно подбирая слова, спросил:

– Мисс Уикхем сказала, что она – агент Бюро. Это действительно так? В Бюро есть агенты-женщины?

– Да, – холодно произнес Элио. – Это так. Мисс Уикхем такой же агент Бюро, как и мистер Уикхем.

Капитан обдумал сказанное. Однако никаких возражений или возмущений, которых ожидал Элио, это у него не вызвало. Вместо этого Бреннон спросил:

– Прошу простить за неуместный вопрос, но как же так вышло, что мистер и мисс Уикхем – брат и сестра?

Секретарь Бюро нахмурился. Диана говорила, что почти все об этом спрашивают, однако Элио не собирался раскрывать постороннему все карты и коротко ответил:

– У них один отец, профессор Джонатан Уикхем, и две разные матери.

– О, – произнес капитан и почему-то просветлел лицом, после чего поклонился, выразил надежду, что Элио наслаждается путешествием, и отбыл по своим капитанским делам.

Юноша усмехнулся. Он вполне уловил две вещи: капитан Бреннон, которому на вид было лет двадцать пять или двадцать шесть, старательно держался чопорно и солидно, чтобы казаться старше, в чем Элио его прекрасно понимал. Понимал он и то, что капитан, как и многие другие, не смог устоять перед красотой мисс Уикхем – и, как многие другие, наверняка вскоре испытает настоящий шок от более близкого знакомства.

Дверь, ведущая на палубу, вновь открылась, и оттуда выпорхнула мисс Уикхем, а следом протиснулся ее брат. Тревога, отражавшаяся на его физиономии, несколько рассеялась, когда он обнаружил, что с Элио все в порядке.

– Ну вот он, – сказала Диана, – как видишь, не утонул пока что и за борт его не сдуло. Можно так не волноваться.

– Я в полной безопасности, – уверил их Романте. – Наслаждался видом.

– Отлично. А теперь, юный мистер, – девушка пронзила его гневно сверкнувшим взором, – у меня к вам есть серьезный разговор, – и, перейдя на эсмеранский, прошипела: – Какого черта ты решаешь за меня, где мне высадиться?! Я агент Бюро, черт побери, я могу за себя постоять! Я не беспомощная тепличная девица из пансиона!

– Из пансиона тебя вообще выгнали. Из трех, – пробубнил Диего, видимо, пытаясь перевести огонь на себя.

– Я поддержал предложение капитана Бреннона, потому что он прав, – сказал Элио. Диана задохнулась от ярости. – Пиратам плевать на то, что ты агент Бюро – они об этом понятия не имеют и если решат украсть красивую девушку, к тому же блондинку, то…

– Ты, в таком случае, тоже ценная добыча! Насколько я слышала, в халифате покупают и миловидных мальчиков с теми же целями!

Элио потрясенно на нее уставился. Многие годы глядя на себя в зеркало, он не находил там ни единой привлекательной черты, и ему никогда даже в голову не могло прийти, что кто-то сочтет его «миловидным».

– О, ну знаешь ли, меня на борту яхты могут и не заметить среди прочих мужчин, а вот тебя – да. Неужели ты не понимаешь, что если пираты начнут нас преследовать, то это только осложнит нашу миссию, и так не особо простую?

Диана застыла с приоткрытым ртом, несколько раз моргнула и пробормотала:

– Ох. Извини. Проклятие! Об этом я не подумала.

– К тому же мне не хотелось бы ставить под угрозу команду и яхту. Они-то не агенты Бюро и не обязаны рисковать.

– Только не говори об этом капитану. Мне кажется, его это обидит. Какой он интересный человек! – неожиданно воскликнула девушка. – Ты его спрашивал насчет родства с шефом?

– Нет, конечно! – поперхнулся Элио. – Задавать такие вопросы как минимум бестактно, а в целом – просто неприлично!

– Но он так похож…

– Вот именно. Откуда мы знаем почему, и вообще – это не наше дело.

– Но почему у него такие странные глаза? – пробормотала Диана.

– Меня больше волнует, почему здесь так странно пахнет, – сказал оборотень, втянул носом воздух и чихнул.

– Тут замкнутое пространство, много людей, дерева, просмоленных веревок и всего такого вонючего… для тебя, – добавил Романте. – Сойдем на берег, и тебе полегчает. Но сейчас нам нужно обсудить кое-что поважнее. За мной кто-то следил, пока я забирал наши вещи из отеля в Альгериносе.

– Следил? – встревожилась Диана. – Но кто?

Юноша подробно описал все, что запомнил, и агенты Уикхем озадаченно переглянулись.

– Я ничего не заметила, – сказала девушка, и ее брат кивнул. – Но, вполне вероятно, слежка велась за отелем, так что когда мы уехали, то… но погоди, если она вообще была, то как ты ее заметил?

– Э… не знаю, – несколько растерянно ответил Элио. – Я просто ощутил и все.

– Без заклинания или амулетов?

– Ну да.

– Так не бывает, – твердо заявила Диана. – Если только ты не ведьма и не оборотень.

– Или не носишь кольцо, – вдруг сказал Диего.

– Это не из-за него!

– Откуда тебе знать? Может, она влияет не только на твои сны.

– Я ее слышу только когда устаю!

– Но почему ты думаешь, что ее влияние не будет усиливаться со временем?

Элио закусил губу и отвернулся. Об этом он старался не думать, но что, если оборотень прав? Что если это в итоге поставит под удар и агентов, и всю их миссию? Что Магелот сделает с командой яхты, если вырвется на волю?

– Я об этом подумаю, – наконец сказал юноша. – Если что – я вернусь в замок, а вы продолжите без меня.

28 июня 1866 года,

Эскалинос, юг Эсмераны

Диего сошел по трапу на пристань и обернулся. Капитан Бреннон счел своим долгом проводить пассажиров и даже предложить им помощь, но агенты отказались. Если Элио прав и за ними кто-то следил еще в Альгериносе, то лучше не подставлять моряков под заклятия врага. А если дело не в Магелот, а в том, что юноше это просто показалось с недосыпу – то все равно не стоит показывать людям то, что может заронить в них подозрения насчет устройства мира.

Романте свистнул, подзывая извозчика, которые в изобилии роились вокруг пристаней Эскалиноса. Когда агенты и секретарь забрались в экипаж, то юноша велел:

– В Ас-Калион, пожалуйста.

– По двойной цене, – тут же ответил извозчик.

Элио пожал плечами и бросил ему две монеты.

– Почему ты думаешь, что тут мы что-нибудь найдем? – на риадском спросила Диана.

– Потому что раньше весь этот город назывался Ас-Калион. Его основали джилахи – беженцы из Дейра и Мейстрии. Это потом уже местные стали селиться тут, когда оказалось, что колония находится в удобной гавани на пересечении морских путей. Община в городе не исчезла, даже когда местные короли тоже изгнали джилахов – почти двести лет Ас-Калион был единственным местом в Эсмеране, где им позволяли оставаться. Для странствующего элаима, увлеченного Бар Мирац, это вполне привлекательное место.

– Мало ли что сюда могли привезти изгнанники, – задумчиво сказала мисс Уикхем, и Элио кивнул.

Только Диего не задавал никаких вопросов и ни о чем не хотел думать – он дышал свежим по сравнению с кораблем городским воздухом и даже наслаждался его свежестью.

– Интересно, почему Агьеррин решил отправить шкатулку в дихаб в Арно, – произнесла Диана.

– По-моему, это довольно очевидно. Он отправил ее своему близкому другу – бен Тамиру, с которым много лет переписывался. Видимо, Арье не предполагал, что тигут присвоит шкатулку себе и даже не скажет о ней бен Тамиру. Меня больше беспокоит то, о чем говорила миледи, – хмуро признался Элио. – Зачем ему посылать кому-то, пусть даже и другу, шкатулку с картой?

– Ну мало ли, вдруг он зарыл там несметные сокровища или формулу превращения свинца в золото? И хотел подарить другу. Мы ведь всего лишь предполагаем, что там спрятан Ключ – но можем и ошибаться.

– Не хотелось бы, – тихо сказал юноша. – Мессир будет страдать, если так.

Они все знали, что случилось с миссис Бреннон – точнее, что она сделала – и знали, почему шеф Бюро ищет Ключ; не хотел бы Диего оказаться на месте шефа, если окажется, что Агьеррин спрятал не Ключ. Это была последняя надежда бывшего комиссара на встречу с женой.

Экипаж катил по улицам Эскалиноса, и волны новых запахов накатывали на оборотня со всех сторон. Это был не просто портовый город – джилахи весьма предусмотрительно основали колонию в том месте, где между двумя горными хребтами, опоясывающими юг Эсмерены, был разрыв. Именно здесь жители полуострова могли выбраться к морю, не преодолевая опасные перевалы – а потому Эскалинос быстро превратился в город, через который шел один из главных торговых путей от моря вглубь страны.

Город выглядел скорее как огромный базар, там и тут пересеченный жилыми кварталами. Только на пути от порта к Ас-Калиону агенты и секретарь Бюро миновали три рыночных площади и пару крытых торговых рядов, на которыми поднимался такой гвалт и такая густая смесь всех возможных запахов, что Диего чуть не стошнило. Он забрал у сестры надушенный носовой платок и прижал к лицу. Диана сочувственно погладила брата по руке.

– Мы уже скоро приедем, – подбодрил его Элио. – Я смотрел по карте на корабле, осталось чуть-чуть.

– Угу, – горестно промычал оборотень.

К его удивлению, справа от них проплыла мечеть, перед которой несколько мужчин в тафирских одеждах важно, степенно о чем-то беседовали, поглаживая длинные бороды – и совершенно никого это не удивляло.

«Деньги примиряют всех, – хмыкнул Уикхем, – когда у каждого достаточно возможностей, чтобы их заработать».

Наконец извозчик остановился у высоких ворот в стене, которая когда-то окружала джилахский квартал. Сейчас он давно уже выбрался далеко за границы, некогда очерченные стеной. Уикхемы и Романте вышли из экипажа, рассчитались с извозчиком и ступили под распахнутые ворота. Через них текло два потока людей – одни в Ас-Калион, другие – из него.

Диего с любопытством осматривался, удивляясь контрасту между скромной общиной в Эсмин Танн и древним джилахским кварталом. Если в общине домик гостеприимства был небольшим строением в три этажа, то в Ас-Калионе слева от ворот высились две гостиницы для публики попроще, а справа – два роскошных отеля для сливок общества. Тут же имелись и собственные извозчики – для господ богатых и господ победнее. Широкая, белая, пыльная улица вела от ворот вглубь квартала, и чем дальше они шли, тем больше оборотню казалось, что они вдруг переместились из Эсмераны в какую-то другую страну.

Больше всего Уикхема поразили фигурные арки, обрамляющие утопленные в глубь стен окна, двери и ворота – каждая арка была обрамлена мозаикой, переливающейся всеми цветами на фоне белых, бледно-серых или песочного цвета стен. За приоткрытыми резными рамами окон трепетали полупрозрачные занавеси, затканные джилахскими узорами.

Целью агентов была большая квадратная площадь, окруженная пальмами. Прямо перед ними находилось нечто вроде ратуши, слева – дом мудрости, размером лишь чуть меньше, чем дихаб в Арно, а справа – дом молитвы. Позади него, окруженный небольшим пышным садом, расположился особняк главного элаима Ас-Калиона – как пояснил Элио, в крупных общинах элаимов могло быть и несколько, но все они подчинялись одному, самому влиятельному.

– Элио, а нас туда пустят? – спросил Диего.

– Я приложу все усилия. В крайнем случае, я войду один. А вы ждите здесь и не привлекайте внимания. И ничего не трогайте! – поспешно добавил Романте. – А лучше вообще не шевелитесь.

– Ты только посмотри на этого маленького угнетателя, – проворчала Диана.

Тем не менее, к воротам элаимского дома их пропустили беспрепятственно и позволили войти – хотя и у ворот сада, и у дверей стояла охрана – по трое вооруженных джилахов.

– Им разрешают носить оружие? – пробормотал Диего.

– В Ас-Калионе – да. Это особый город для всех таких, как я. Когда я состарюсь и стану ни на что не годен, то перееду сюда, – Элио потянул двери за длинные витые ручки, и агенты следом за ним ступили в приемную.

Здесь уже была очередь из шести посетителей, которой командовал то ли секретарь, то ли помощник элаима.

Все, кто находился в приемной, тут же повернулись к Уикхемам и Романте, дабы пристально изучить незнакомцев во всех подробностях. Особое внимание приковала к себе Диана. Рассмотрев ее как следует, посетители сбились в кучку и бурно зашептались. Девушка натянуто улыбнулась и присела на краешек лавки.

– Что с ними такое? – еле слышно спросила она.

Секретарь Бюро слегка порозовел и кашлянул.

– Наверное, они решили, что я пришел за разрешением элаима взять в жены неджилахскую девушку.

– А что, это нельзя?

– Не приветствуется.

Тем не менее, хотя Диего и опасался, что сейчас явится охрана и их выведет, никто не стал их выгонять. Очередь посетителей тоже продвигалась медленно, но планомерно. После трехчасового ожидания, когда Уикхем уже во всех деталях изучил мозаики, ковры, росписи и узоры на шторах, секретарь наконец обратился к Элио:

– Доброго дня. В чем состоит ваша просьба?

– Мы должны увидеть элаима, – ответил юноша и протянул сложенный лист бумаги с портретом Агьеррина. – Передайте ему это.

Секретарь взял портрет двумя пальцами, положил на поднос и кивком подозвал охранника. Тот испепелял агентов и Элио подозрительным взором, пока секретарь отсутствовал. Длилось это, впрочем, недолго – всего через несколько минут взволнованный молодой человек отворил двери и сказал:

– Прошу вас. Досточтимый Эфраим бен Алон готов вас принять.

В огромном кабинете, окна которого затеняли апельсиновые деревья, в кресле под балдахином сидел сухонький старичок лет девяноста на вид. Он сжимал портрет в пальцах, искривленных артритом, и смотрел на него сквозь очки с таким видом, словно получил весть, которую уже и не надеялся услышать.

– Вы! – воскликнул элаим; правда, голос его был так слаб, что даже Диего едва расслышал. – Подойдите, подойдите сюда! Скорей!

Оборотень чуть подтолкнул вперед Элио. Юноша приблизился к креслу, но старец жестом велел подойти еще ближе.

– Неужели, – прошелестел он, – неужели, друг мой!

Из-под оправы очков вдруг скатилось несколько слезинок. Бен Алон протянул руку и коснулся лица Элио.

– Я уже плохо вижу, дитя, но ты… – пальцы элаима прошлись по щеке и скуле юноши, – ты, должно быть, его внук? Арье еще молод для правнуков.

Элио покраснел. Ему явно не хотелось врать досточтимому бен Алону, и он оглянулся на Уикхемов. Диана энергично закивала.

– Я и мои друзья разыскиваем тех, кто знал этого человека, – осторожно произнес Романте. – В Мейстрии он называл себя Мишелем Агьеррином, но в общине его знали как Арье.

– Почему ты ищешь его, дитя? – удивленно спросил старичок.

– Он спас нашу общину в двадцать четвертом году от большой опасности. Вот письмо элаима Мерхаива, в нем он рассказывает в подробностях, что случилось. Однако затем следы Арье затерялись, когда он покинул общину, и теперь мы… я хочу его найти.

– О какой общине ты говоришь?

– О сообществе в городе Эсмин Танн, на юге Риады.

– Так и есть, так и есть… – прошептал бен Алон, снова наклонился с кресла и провел ладонью по лицу Элио. – Но ты, если ты внук Арье, ты должен знать… – вдруг старик задумался. Несколько секунд он молчал, а потом спросил: – Говорил ли тебе кто-нибудь, что именно сделал Арье?

Элио прикусил губу. Наконец он пробормотал:

– Мы всем говорим, что он вылечил заболевших заразной лихорадкой. Потому что трудно поверить в другое.

– Арье видел ее, – вдруг сказал элаим, и Романте вздрогнул. – Назови мне ее имя, дитя.

– Королева Магелот.

Старичок со вздохом опустил портрет на колени, укрытые узорным покрывалом.

– Он боролся с нечистыми порождениями Ицфиота всюду, где только мог. Но иногда борьба была слишком тяжела. Он написал мне о тех двенадцати.

– Мы знаем, – быстро сказал Элио. – Они пожертвовали собой ради общины.

– Невыносимая ноша, – покачал головой бен Алон. – Даже зная, ради какой цели, обречь других на смерть… Потому он, наверное, не мог остаться среди вас. Но, к сожалению, я мало что могу сделать для того, чтобы помочь вам. Арье был здесь в последний раз в конце сороковых. Тогда он сказал мне, что намерен исследовать земли Аль-Тахмина, и хотя я отговаривал его… – старец вздохнул. – Он все равно отплыл в халифат. С тех пор я ничего не слышал о нем. Боюсь, что мой друг уже давно ушел из мира. Но в память о нем…

– Погодите, – перебил элаима Романте; румянец с его щек распространился на скулы и уши. – Вы немного ошиблись, досточтимый. Я не внук Арье.

Мисс Уикхем издала полный отчаяния звук.

– Ну Диана, – укоряюще сказал Диего.

Он ясно видел, что Элио не хочет врать элаиму; правда, в отношении тигута из Арно юный секретарь такой щепетильности не проявлял. Видимо, он как-то сортировал их по достойности.

– Вот как, – проронил бен Алон. – А кто же ты?

– Я был в общине в Эсмин Танн, когда двое преступников попытались выпустить Королеву Магелот из ловушки, в которой ее запер Арье,[6] – Элио коротко рассказал старцу обо всем, что произошло в городе. Правда, когда он попытался преуменьшить свою роль, оборотень вмешался и внес необходимые дополнения, к вящей досаде юноши и своей сестры.

– Что ж, – произнес элаим, дослушав до конца, – твоя честность похвальна. Все, о чем вы рассказали мне, совпадает с тем, о чем говорил Арье. Видимо, у него все же нет наследников – увы! – но твой поступок достоин награды. Подойди вон к тому столу, – сухонькая ладонь старика протянулась к большому столу у одного из окон, – выдвини левый нижний ящик и возьми мешочек из белого бархата.

Романте подошел к столу, правой рукой выдвинул ящик, левой взял мешочек и тут же выронил с болезненным криком:

– Жжется!

– Так и должно быть, – кивнул элаим, – если в твоем кольце заключена тварь из Ицфиота.

– Вы что, нас проверяете? – возмутилась Диана.

– Доверчивость – не лучшее качество в этом мире, дитя, – добродушно сказал элаим. – Ведь лгать легко и приятно, не так ли?

Девушка тоже покраснела. Элио взял мешочек другой рукой и принес его бен Алону.

– Если ты заключил в себе Королеву Магелот, – продолжал старик, – то Арье был один из немногих, кто мог бы помочь тебе. Те, кто провел над тобой ритуал Аль-Кубби, предупреждали тебя о последствиях?

Элио кивнул.

– Искушение велико, – пробормотал элаим, медленно распутывая завязки мешочка, – но чем чаще ты поддаешься ему, тем сильнее истощаешь себя, тем быстрее отдашь себя в ее власть, когда силы твои иссякнут, и ты больше не сможешь сопротивляться…

Диего с тревогой посмотрел на юношу. Румянец на его лице сменился бледностью, а пальцы левой руки мелко дрожали. Элио сунул руку в карман.

«Надо поговорить с ним об этом», – подумал оборотень.

Они никогда еще не обсуждали последствия, с которыми Элио мог столкнуться… или уже столкнулся. Впервые Диего заговорил о них вчера, на яхте, но этого было недостаточно.

На колени старца выкатился из мешочка черный обсидиановый кубик, покрытый сложной резьбой. В мешочке Уикхем успел заметить маленький свиток.

– Это то, что мирац-аит называют умран идм биссар, – сказал бен Алон. – Я уже стар, глаза мои не так хороши, как сорок лет назад, да и руки тоже. Но ты сможешь собрать верный узор, – он взял кубик и повернул одну из его граней. – Верный знак, если ты понимаешь, о чем я. Здесь, в этом свитке, Арье оставил описание того, как это сделать.

– Благодарю, досточтимый, – Элио поклонился, принял из его рук мешочек и протянул Диего. Оборотень спрятал ценную вещицу в нагрудный карман. – Могу ли я попросить у вас благословения?

– Конечно, – благодушно отвечал старичок, – а если вы останетесь в общине как мои гости, то я подумаю, что еще могу для вас сделать.

– Гости?! – ошеломленно вскричала Диана. – Вы нас приглашаете к себе?

– Ну не в дом гостеприимства же. В этом особняке уйма комнат – ума не приложу, зачем мне столько. Наверное, мой предшественник боялся маленьких пространств.

– Но… но… но разве мне можно у вас остаться?

Бен Алон засмеялся:

– Дитя, я не думаю, что в мои девяноста два я могу представлять какую-то угрозу для чести и доброго имени юной йиринн. Если вы решите остаться, то я распоряжусь подготовить для вас комнаты, а пока вы обустраиваетесь – поищу в моих книгах, чем помочь вашему юному другу с его кольцом.

– Спасибо! – выдохнул Элио и тут же спохватился: – Но мы спешим. Нам нужно успеть до того, как война захлестнет запад халифата.

– Глава нашей общины получает свежайшие новости обо всем, что там происходит. Торговые интересы, сами понимаете. Он с удовольствием поделится ими со мной. Но я предлагаю вам кров не даром.

– А что вы хотите взамен? – спросил Диего.

– Меня чрезвычайно заинтересовала ваше организация. Я бы хотел побеседовать с вашим начальством, если это, конечно, возможно. Ну или с кем-нибудь, кто снизойдет до посещения бедного старика на краю света.

– Думаю, это можно устроить… по крайней мере, я спрошу, – ответила мисс Уикхем.

– Я в таком случае отправлюсь на корабль за вещами и предупрежу капитана, чтобы он не волновался, – сказал Диего.

В конце концов, вряд ли его сестре и Элио будет угрожать опасность в общине, так что оборотень с некоторым трудом, но решился оставить их без присмотра. Ведь не будет же, да?

* * *

– Что такое йиринн? – шепотом спросила у Элио Диана.

– Это не что, а кто. Юная девушка на выданье.

– Он что, решил, будто я твоя невеста?

Романте густо покраснел. Вообще-то эта мысль его скорее пугала. Ему трудно было представить, какой мужчина согласился бы предложить мисс Уикхем руку и сердце – но сам Элио на такой отчаянный подвиг был неспособен.

– Мне не нравится, куда нас ведут, – пробормотала Диана и поправила висящий на поясе хрустальный факел.

Молчаливый слуга вел их по коридору, освещенному узкими щелями под потолком так, что рассеянный свет лишь превращал тьму в полумрак. Однако различить в нем детали было невозможно – увидеть ловушку или вооруженного человека. Впрочем, Элио почему-то был уверен, что опасаться нечего.

Прошло часа полтора или два после того, как они обустроились в комнатах, когда к юноше и мисс Уикхем пришел слуга бен Алона и сказал, что досточтимый готов снова их принять. Но повел их не в кабинет, а в какие-то полуподземные помещения – темный лабиринт коридоров, похожих на те, о которых Элио читал в книгах, где рассказывалось о легендарных строителях джилахских храмов.

Правда, лабиринт оказался небольшим, и вскоре слуга открыл перед ними двери в комнату, где не было ни окон, ни даже световых шахт. Ее освещали только круглые светильники на высоких тонких ножках. Посреди комнаты размещалось каменное ложе, покрытое узорами и знаками Бар Мирац, а около него на стуле сидел бен Алон. За его спиной высокий мужчина зажигал пучки каких-то трав и укладывал их в курительницы. При виде юноши и мисс Уикхем он коротко поклонился.

– Это мой ученик, Аарон Метцель, – представил его бен Алон и указал Элио на ложе. – Прошу. Устраивайтесь поудобнее, я приказал принести вам подушку. Снимите сюртук и закатайте левый рукав.

– Что вы намерены делать? – резко спросила Диана.

– Оказать помощь этому юному созданию, разумеется. Те, кто провел ритуал Аль-Кубби, спешили спасти его жизнь, но сам по себе этот ритуал предназначен для другого.

– Для чего?

– Искушение, – пробормотал бен Алон и тут же вздохнул: – Предмет, в котором замкнули существо с той стороны, может, по мнению некоторых, даровать огромную силу. Но на самом деле сила эта происходит от того, что нечисть из Ицфиота постепенно захватывает власть над телом и душой того несчастного…

– Элио! – воскликнула Диана и схватила его за плечо; джилах опустил взгляд. – Они хотя бы сказали тебе об этом?!

– Мистер Редферн предупредил меня, – сказал Элио. – Он присматривает за мной. И я не намерен никак пользоваться кольцом!

– Это неважно, – печально заметил элаим. – Неважно, пользуетесь вы им или нет. Голос этой твари вы слышите уже сейчас, и он будет становиться все сильней. Чем яростней вы будете сопротивляться, тем скорее она сведет вас с ума.

Диана подавленно молчала, сжимая плечо Элио, словно могла так его защитить. Романте тоже молчал. Что он мог сказать? Если они найдут Ключ, то у них будет шанс открыть щель на ту сторону, бросить в нее кольцо и запечатать без жертвоприношений…

– И почему только шеф не разрешил прикончить этих двоих! – прошипела девушка. – Как раз хватит и на открытие, и на закрытие!

Бен Алон с любопытством на нее поглядел.

– Элио, почему ты нам не говорил?

– Ну пока же со мной все в порядке, – ответил юноша. – Я не хотел никого волновать.

– В любом случае, я считаю своим долгом хоть как-то оградить вас от Королевы Магелот и вооружить хотя бы чем-то против этого создания. Расстегните рубашку и ложитесь.

Элио снял сюртук, жилет, наплечную кобуру с револьверами и ножнами для метательных ножей, ремень с кордом, отстегнул скрытые под рукавом ножны с пружиной, выкидывающей стилет ему в ладонь, убрал из манжеты рубашки спрятанные лезвия и вытащил запонку с ядом. Бен Алон не без интереса рассматривал растущую горку оружия на столике перед ложем. Метцель, который уже разжег курительницы, несколько занервничал.

– А вы, я гляжу, готовы встретить во всеоружии любую превратность судьбы, – хмыкнул старец и похлопал по подушке: – Устраивайтесь поудобнее, расслабьтесь и постарайтесь очистить разум от мыслей.

Романте устроился на ложе. Диана встала по другую его сторону и взяла юношу за руку. Девушка выглядела встревоженной, и Элио подбадривающе ей улыбнулся. Над ним было звездное небо – на черном потолке выложенные молочно-белыми круглыми камушками созвездия. Ученик бен Алона взял в руки по курительнице и стал обходить ложе, чертя в воздухе дымные знаки. Эти курительницы были похожи на огромные вилки четырех футов в длину, и на каждый зуб была насажена коробочка, в которой тлели травы и благовония.

Закончив с этим, Метцель поставил одну курительницу в ногах Элио, другую – за изголовьем и с усилием подволок ближе подставку с большой книгой и еще один столик. На нем стояли чернильница и стакан с тонкими палочками для письма.

Элио никак не мог заставить себя глядеть строго вверх. Он еще никогда не видел, как колдуют мирац-аит, и ему было чертовски интересно посмотреть на этот процесс. Он привык к тому, что действия магов сопровождаются заклинаниями – бормотанием вслух, расписыванием формул в геронах или на амулетах – но в тайном искусстве мирац-аит заклинания не применялись. Без Алон раскрыл книгу на закладке и макнул палочку в чернильницу. Метцель почтительно взял старичка под руку, чтобы она была достаточно тверда при нанесении знаков.

Пальцы элаима, сухие и теплые, дотронулись до ладони Элио, а затем юноша ощутил и легкое касание палочки с прохладными чернилами. Они оказались светло-золотистыми, как мед, и оставляли на коже тонкие, немного припекающие линии. Бен Алон медленно нарисовал квадратный знак на тыльной стороне ладони Романте, и едва рисунок был закончен, как погрузился в кожу, оставив еле заметный след. Линии на миг наполнились кровью, будто разрезы, но кровь тут же исчезла.

В полной тишине, медленно и терпеливо, старый элаим с помощью ученика расписывал знаками руку, плечо и грудь юноши. Под потолком плыли дымы от курений, словно настоящие облака, укутывающие звезды. Чем больше знаков наносил бен Алон, тем сильнее горела кожа, но Элио сжал губы и молчал. К тому же у него стала кружиться голова, и в ушах появился слабый шум, похожий на чей-то голос. Диана, сжимая его правую руку, склонилась над ним, похожая на ангела с нимбом белокурых волос вокруг лица – Элио видел его нечетко, потому что шум все нарастал, превращаясь в рокот; а потом вдруг стих.

Романте несколько раз моргнул и повернул голову. На его груди слева старичок сплетал знаки в спиральный узор. Элаим завершил узор над сердцем юноши, откинулся на спинку стула и прошелестел:

– Ну вот и все.

Элио сел и покрутил рукой перед глазами. Угловатая вязь узоров текла по его коже от тыльной стороны ладони и запястья к локтю, плечу и уходила на грудь. Однако бледно-золотистые переливы быстро бледнели, погружаясь в кожу, и вскоре юноша уже с трудом мог их различить.

– Дедушка! – вдруг вскричала Диана и бросилась к бен Алону. – Дедушка, что с вами?!

Элио встревоженно вскочил. Старичок, закрыв глаза, полулежал на стуле. Мисс Уикхем склонилась над ним, и элаим пробормотал:

– Я все еще здесь, дитя. Все в порядке.

– Слава богу, – выдохнула девушка. – Вам точно не нужна помощь?

– Уважаемый Метцель сделает все, что нужно. Завтра утром, если вы успеете договориться с вашими вышестоящими, я буду готов с ними побеседовать.

– Я провожу вас, – сказал Метцель. Это были первые слова, которые он произнес за все это время, и прозвучали они неодобрительно.

Элио поспешно сгреб со столика все свои вещи и поманил Диану за собой. Она, оглядываясь на бен Алона, пошла за юношей и Метцелем к дверям.

За ними ждал слуга, на попечение которого, Метцель и оставил гостей элаима. Одеваясь, Элио не без ехидства спросил:

– Дедушка? Он тебе уже так понравился?

– Нет! – мисс Уикхем вспыхнула. – Ты лучше представь, что бы с нами сделали, если бы самый ценный элаим в общине умер бы прямо во время ритуала!

– Ничего бы они нам не сделали, – пробурчал юноша, хотя в глубине души был в этом не уверен. Едва он застегнул последнюю пряжку, как слуга сказал:

– Вернулись ваши друзья с корабля. Желаете их встретить?

– Конечно! – воскликнула Диана. А когда слуга повел их обратно к дверям лабиринта, она шепотом заметила: – Они уже знают, на каком корабле мы прибыли.

– Они наводят справки. Откуда им знать, что мы неопасны?

– Угу. А нам откуда знать, что неопасны они?

Элио раздраженно поджал губы.

– Тебя-то они, может, и не тронут, а вот нас – кто знает, – добавила мисс Уикхем.

– Тогда почему же ты не помешала дедушке закончить ритуал, о котором никому из нас ничего не известно?

Диана фыркнула:

– Потому что я кое о ком беспокоюсь! И вижу, что пока шеф, миледи и джентльмены не могут этому кое-кому помочь!

– Спасибо, – смущенно пробормотал юноша.

Беседу они вели на риадском, чтобы слуга не имел шанса погреть уши и донести потом бен Алону об их сомнениях.

На улице уже стали сгущаться сумерки. Вокруг дома плыли ароматы апельсиновых деревьев, и они же бросали узорчатые, уже слегка размытые тени на мощенные белым камнем улицы. Элио вдохнул свежий воздух полной грудью и вдруг подумал, что слова, которые он сказал Уикхемам – правда. Он действительно хотел бы когда-нибудь поселиться здесь.

– Ну ты только посмотри! – вскричала Диана, разрушив умиротворение. – И они здесь!

Перед крыльцом стоял экипаж, из которого Диего и два матроса извлекали чемоданы агентов и секретаря Бюро, а рядом рассчитывался с извозчиком капитан Бреннон.

– Диего, что они тут делают? – строго спросила у брата девушка.

– Он сам за мной увязался. Я не смог его остановить.

– Да? – удивленно сказала Диана. – Но почему?

– Мой долг – заботиться о безопасности пассажиров, мисс, – ответил капитан. – Я должен убедиться в том, что вам ничто не угрожает, и вы разместились в этом доме с полным комфортом.

Элио хмыкнул. Бреннон, может, и говорил «вы», но взгляд его был так прикован к мисс Уикхем, что юноша даже не сомневался, чья именно безопасность и комфорт волнуют капитана «Рианнон».

– Я бы остался здесь, – продолжал он, – но мне запрещено покидать корабль. Тем не менее, если вам будет нужна моя… наша помощь на суше…

– Благодарю, – сказала Диана и улыбнулась; скулы Бреннона приобрели оттенок свежеобожженного кирпича. – Но пока что в этом нет необходимости. Тем не менее, мы очень признательны вам за предложенную помощь, – она протянула капитану руку. Он взял ее и поклонился. Диего наблюдал за этим с видом суровым и мрачным.

Как только капитан и два его матроса отбыли обратно к гавани (Диана провожала экипаж задумчивым взглядом), оборотень подошел к Элио и тихо произнес:

– Ты был прав. За нами следят.

– Даже здесь? – Романте встревоженно нахмурился. – Я был уверен, что они потеряли след.

– Я ощутил чей-то взгляд, как ты и описывал, стоило мне выйти за ворота джилахского квартала. Но как только мы снова оказались здесь, это ощущение исчезло. Буквально в ту же секунду, как экипаж проехал под аркой.

– Элаим защищает Ас-Калион от чужой магии, – прошептал Элио. – Проклятие! Нужно выяснить, кто это, а досточтимый хочет завтра с утра поговорить с шефом.

– Значит, разделимся. Я и Диана поищем шпиона, а ты устрой беседу шефа с самым главным. Как ты себя чувствуешь? – заботливо спросил оборотень и принюхался. – От тебя странно пахнет.

– Все в порядке. Идем в дом, расскажу за ужином. Даже здесь я бы не хотел обсуждать это на улице.

29 июня 1866 года,

Эскалинос, юг Эсмераны

Диего и Диана вышли из дома Эфраима бен Алона и неспешно направились к воротам Ас-Калиона. Элио остался в доме: юноша собирался после завтрака связаться с Бренноном, чтобы организовать его беседу с элаимом, если шеф захочет. Кроме того, старичок пообещал рассказать кое-что полезное о Бар Мирац, и, конечно, после этого Элио не получилось бы вытащить из дома даже клещами.

Погода на улице была чудесная, солнечная, хотя уже начинало припекать, и по мнению оборотня, не помешали бы какие-нибудь дающие прохладу тучки. Жители квартала провожали агентов любопытными, но дружелюбными взглядами и тихонько перешептывались, однако враждебности Диего не чувствовал.

Проходя под аркой ворот, он коснулся руки Дианы и указал на резьбу на внутренней стороне арки. В узор тончайшей работы вплетались уже знакомые им квадратные знаки Бар Мирац.

– Вот потому-то здесь он нас и не видит, – пробормотала девушка. Но стоило им выйти за границу квартала, как Диего вновь ощутил чей-то взгляд.

«Неужели этот тип торчал здесь всю ночь?» – он потянул носом.

Однако в какофонии запахов огромного города мог бы затеряться даже не мытый десять лет носорог, что уж говорить о людях, которых тут были тысячные толпы.

– Ты что-нибудь чувствуешь?

– Нет. Но скорее всего, это какие-то чары. Не будет же он таращиться в ночи на запертые ворота. Однако это опасно, – Диана нахмурилась. – Мы так можем привести врагов и к кораблю, и к этим милым людям. А такому они не обрадуются, и кто знает, что могут сделать.

– Думаешь, это бартолемиты?

– А кто же еще?

– Но как они узнали?

Диана пожала плечами:

– Шпионы, деньги и шантаж. Даже магией пользоваться не обязательно. Мы основательно привлекли внимание Ордена к себе, а кое-кто еще и откусил руку его главе.

Диего смущенно засопел.

– Так что счет персонально к нам у них есть, и прибавь к нему, что из-за меня миледи лично явилась за этим Мальтрезе, а он тоже не последнее лицо в Ордене. Чуть ли не друг Вальенте.

– Думаешь, у Вальенте есть друзья?

– Черт его знает. Может, мы просто не успели узнать его с самой лучшей стороны.

Они неспешно направились прочь от джилахского квартала, без какой-то определенной цели. Взгляд следовал за ними.

– Что будем делать?

– Для начала прикинемся, что у нас есть некая цель, и мы к ней стремимся, – сказала Диана и тут же с тревогой добавила: – Надеюсь, этот тип только таращится и не подслушивает.

Диего достал из внутреннего кармана сюртука карту города, развернул и приложил к стене. Эскалинос расходился от гавани кольцами, словно рябь от брошенного в воду камня, и был под завязку набит гостиницами, постоялыми дворами, тавернами, кабаками, рынками и базарами. Затеряться здесь проще простого. Но тогда почему Элио почувствовал этот взгляд еще в Альгериносе?

Оборотень поискал ближайший к предместьям пустырь, гостиницу рядом с ним и ткнул пальцем в карту:

– Можем поехать вот сюда, в кабак «Корона и бык». Остановимся здесь, а потом двинемся сюда, – Диего указал на пустырь. – Но я не уверен, что нам удастся поймать этого типа. Вдруг он следит за нами вообще из другой страны?

– Нам нужно не поймать его, а узнать, где он засел, и отправить к нему группу захвата. Хотя, конечно, хорошо бы и выманить. Мне не нравится, что он следил за Элио, – добавила девушка. – Вдруг они узнали про кольцо и решили захватить его вместе с носителем?

– У, черт, – прошипел Диего.

Об этом он как-то не подумал. А ведь юный Романте теперь стал желанной добычей для Ордена – и вряд ли Вальенте или Мальтрезе остановятся перед применением кольца.

– Может, они следят именно за Элио, не за нами? То есть не он оказался под слежкой за компанию с нами, а наоборот?

– Кто знает. В общем, чем скорее мы решим эту проблему – тем лучше. Свистни извозчика, и выдвинемся к этому «Коронованному быку».

Извозчик возник рядом с ними так быстро, словно сгустился из воздуха, Диего даже вздрогнул и подозрительно к нему принюхался. Он уже немного подзабыл, как стремительно появляются вокруг продавцы всего чего угодно в любом крупном торговом городе – как будто они чуют запах денег с расстояния в четверть мили.

Извозчик раскритиковал выбор Уикхема и сразу заявил, что «прекрасной синьоре» не место в этом вертепе. Взамен он изо всех сил пытался всучить им какой-то другой вертеп, «Золотой Гусь», и Диана, взглянув на карту, решила не спорить. Им нужно было место на окраине, удаленное от скопления людей, и «Золотой Гусь» тоже подходил.

Насчет вертепа Уикхем не ошибся – заведение мало отличалось от тех, куда заваливаются толпы работяг, чтобы залить выпивкой тяжелый рабочий день. Но на втором этаже и мансарде имелись некие «номера», каковые хозяин берлоги сдавал всем желающим. Взгляды, которыми постоянная клиентура провожала Диану, оборотню крайне не понравились – но, с другой стороны, может, выбор такого места будет выглядеть более убедительным для того, кто следит за ними.

Он запер дверь, едва они вошли, а Диана наложила на нее замыкающий герон. Диего на всякий случай подпер дверь комодом и захлопнул ставни. Стола в комнате не было, так что мисс Уикхем сбросила на пол матрас и подушку с койки, обнажив доски. Полчища клопов и блох тут же хлынули на пол, и Диана на всякий случай прочла очищающее заклинание.

– Итак, – пробормотала девушка, – с чего бы нам начать?

Трудность заключалась в том, что она сама не могла уловить этот следующий за ними всюду взгляд, так что колдовать ей пришлось бы вслепую. С другой стороны, Диана хотела скорее спровоцировать этого человека на какие-либо действия, а не предпринимать их самой. Ну то есть Диего на это надеялся.

Мисс Уикхем достала из поясной сумки небольшую книгу, пробормотала заклинание увеличения и принялась листать страницы. Диего тем временем чутко прислушивался и принюхивался – но кроме вони от местной сивухи и амбре немытых тел ничего не ощущал. Диана же, долистав до какого-то раздела, погрузилась в его изучение и спустя минут пять заявила:

– Мне все ясно. Приступим.

– Что именно тебе ясно? – заволновался Диего.

– Наша цель – заставить этого типа понервничать, верно? Ну так я думаю, что лучший способ это сделать – убедить его, что он вот-вот потеряет наш след.

– Но как? Он даже с кораблем его не потерял.

– Значит, нужно кое-что посерьезнее, чем текучая вода. Я нашла заклятие портала, разработанное Энджелом Редферном специально для того, чтобы замаскировать след. Оно также подходит для перемещения большой группы людей. Новейшая штучка, между прочим! – мисс Уикхем помахала перед носом оборотня книгой, от которой еще пахло типографской краской, клеем и свежей бумагой. – Уж от этого наш тип должен взволноваться.

– Но погоди! А ты раньше этим пользовалась?

– Нет, – беспечно отвечала его сестра. – Вот сейчас и попрактикуюсь.

– А мы сможем вернуться?

– Ну да, конечно. Я же не хочу на самом деле сбивать этого типа со следа, так что оставлю лазейку и ему, и нам. Ну все, не отвлекай. Последи лучше за дверью, чтоб никто сюда не вломился.

Диего вздохнул и смирился.

«Быть отцом юной леди – тяжело», – нередко говаривал его отец, профессор Уикхем; а уж каково приходится братьям!

Диана достала из сумочки мелок в футляре, сняла крышечку и принялась набрасывать очертания герона на днище кровати. Когда примерная схема была готова, девушка вытащила из ножен трехгранник и принялась рисовать герон и заполнять его знаками, бормоча под нос заклинание. Оборотень напряженно прислушивался, потому что уловил шаги нескольких человек на лестнице. Они то и дело останавливались и переговаривались сиплым шепотом.

Мисс Уикхес уже завершала свой труд, когда в дверь вдруг замолотили кулаками, потом попытались ее высадить, а когда хлипкая древесина не поддалась, снаружи кто-то гаркнул:

– Мужик! Эй, мужик! Открой!

– Чего надо? – спросил Диего.

– Дык это… ты бабой своей попользовался, теперь поделись с нами. Че ж мы зря столько времени своей очереди ждали?

Оборотню понадобилась секунда, чтобы переварить такое оригинальное предложение, а потом он обнажил клыки и издал такой ревущий рык, что люди снаружи шарахнулись от двери. Кто-то споткнулся и кубарем покатился по лестнице.

– Чегой-то там? – после долгой паузы прошептал тот, кто требовал делиться с ближним своим.

Уикхем уже задумался, не отодвинуть ли комод, чтобы сломать несколько челюстей, рук и ног, но тут Диана объявила:

– Готово! Ему нужна пара секунд, и можем прыгать!

– Куда прыгать? – заволновались за дверью. – Зачем?

– А куда мы будем прыгать? – спросил Диего, глядя на сгущающийся над знаком герона водоворот синей ночной тьмы, пронизанной холодными звездами.

– Не знаю, – отвечала его сестра. – Я это место на открытке увидела, красивое, тебе понравится! – с этим она схватила его за руку и прыгнула в открывшийся портал.

* * *

– Красивое? – после долгой паузы осведомился Диего, когда в полной мере насладился видом на мрачное, черное море, которое кипело под острым скальным обрывом, терзая камни внизу, похожие на клыки и когти.

Порыв ледяного ветра чуть не сдернул Диану с утеса, и она вцепилась в руку брата. Оборотень прижал ее к себе, другой рукой поймал шляпу и, пригнувшись, пошел против ветра подальше от берега.

Утес, над которым выл пронизывающий ветер, соединяла с берегом узкая скальная полоса. Ветер перехлестывал через нее волнами, и Уикхем гаркнул:

– Придумай какой-нибудь щит! А то нас сдует!

Диана пробормотала заклинание и вскинула руки. Агентов прикрыл полукруглый щит, словно зонтик. Порывы ветра его раскачивали, но под прикрытием купола Уикхемы пересекли природный мостик, и Диего поспешил подальше от этого места. Впереди виднелся темный гребень скал, и оборотень решил, что там они смогут хотя бы укрыться от ветра.

– Куда ты нас забросила? – крикнул в ухо сестре Диего.

– Разве это важно? – прокричала она в ответ. – Это далеко от Элио и общины, вот что главное! Мы увели слежку за собой!

– А если следящих двое? Или они решат напасть на общину, решив, что потеряли нас или что Элио остался без защиты?!

Девушка испуганно уставилась на оборотня:

– Но это же нелогично!

«Ладно», – подумал Уикхем.

Их идея в целом опиралась на предположение, что враг может только видеть их, а не слышать. А вот если их еще и слышно – то пиши пропало…

Под мощным боком скалы они укрылись от ветра, а Диего наконец смог разглядеть узкий вход в пещеру. Он довел сестру до пещеры и втолкнул внутрь, а сам остался снаружи, оглядывая голую скальную плоскость. Здесь не было ничего, кроме ветра, скал, моря и хмурящегося неба, по которому стремительно неслись темно-серые тучи.

– Я бы на месте нашего неприятеля, увидев такое, сразу бы домой вернулся, – буркнул оборотень, входя в пещеру.

– Надеюсь, он не настолько нежная диванная плюшка, – Диана достала из сумки зеркальце. – Покарауль у входа, а я пока свяжусь с замком и запрошу подкрепление. На случай, если наш тип приведет с собой компанию друзей.

«Элио прав, – с тоской вздохнул оборотень, – надо сначала думать, а потом делать. Но что уж теперь…»

Он вернулся к трещине, что служила входом в пещеру, и уставился на голые скалы. Унюхать что-либо под таким ветром было невозможно. К тому же Уикхема терзали сомнения насчет того, что человек, который следил за ними, немедленно пустится в погоню или еще как-то себя выдаст. Может, он предпочтет караулить Элио и корабль. Но больше всего Диего пугала мысль о том, что Орден может и впрямь рискнуть и напасть на Ас-Калион или на «Рианнон». Бартолемиты с такой отменной наглостью вломились в имение барона Сен-Мар совсем недавно, что оборотень не сомневался – им вполне хватит сил атаковать огромный квартал… разве что магия элаимов сумеет как-то их удержать.

– Готово, – сказала Диана и выглянула из пещеры, поморщилась от ветра и снова скрылась за широкой спиной оборотня. – Ждем, что будет дальше.

– А если он не придет?

– Ну посидим тут какое-то время, а потом я открою портал и по нашему следу вернемся в этот кабак.

Диего снял сюртук и накинул на плечи сестры. Диана уютно завернулась в него и разожгла магический огонь, чтобы согреть пещеру. Яркий золотисто-оранжевый свет посреди серо-сине-черной пустыни тоже должен был привлечь внимание.

Ждать пришлось долго. Они успели согреться, обсудить последние сплетни и новости Бюро, странности джилахов и их необычную магию, погадать, куда мог деться Агьеррин и зачем его понесло именно в халифат, и даже обсудить перспективы того, что Элио решит остаться в Ас-Калионе. Прошло уже два с лишним часа, а погоня все никак их не настигала, и Диего уже хотел предложить вернуться в Эскалинос. Хотя, насколько он знал, излишняя самостоятельность адептов в Ордене не приветствовалась, так что, может быть, следящий за ними тип, обнаружив бегство агентов, побежал докладывать вышестоящим, и они до сих пор обсуждали этот вопрос.

Оборотень потянулся, растер затекшую поясницу и замер. Над тем самым утесом, на который они выпрыгнули из портала, появилось бледно-серое сияние, явно неестественного происхождения.

– Смотри!

Диана жадно уставилась на это явление.

– Надеюсь, их там не батальон, – с некоторым беспокойством сказал Уикхем.

– Я сообщила в замок, так что в случае чего нам вышлют подмогу. Слушай, а ты не хочешь перекинуться? Сделаем ему неприятный сюрприз?

– Ладно, – поразмыслив, решил Диего. В магической схватке от него толку немного, а так хоть укусит как следует.

Диана перебралась к трещине, через которую они проникли в пещеру, а оборотень – вглубь их укрытия, где снял и аккуратно сложил всю одежду, белье и обувь.

– Скажи, когда будешь готов. Я брошу круг тишины, чтобы тебя не услышали.

– Готов, – сказал оборотень.

– Silentium circle, – шепнула девушка.

Когда превращение завершилось, Диего подошел к ней и выглянул из пещеры, ставшей вдруг очень тесной. На вершине утеса уже закрывался портал, из коего, к немалому удивлению Уикхема, появился лишь один человек – высокий, худой, светловолосый мужчина в черном. Порыв ветра чуть не снес его со скалы, потому мужчина, пригнувшись, поспешил к тому же природному мостику, который пересекли агенты почти тремя часами ранее.

«Хоть бы не сдуло», – подумал Диего, а то кого они будут допрашивать? Но адепт Ордена успешно преодолел опасный мостик – и тут же исчез.

– Вот гад! – воскликнула Диана. – Невидимостью прикрылся! Тогда я тоже нас прикрою!

Она зашептала заклинание. Оборотень внимательно смотрел на скальную плоскость. Для него чары невидимости не были так непроницаемы, как для мисс Уикхем, и когда адепт снова направился к гребню, то Диего уловил некое размытое движение.

– Идем, – Диана легонько потянула его за шерсть на загривке. – Пусть думает, что птички упорхнули, и нервничает сильнее.

Держась под скалой, чтобы укрыться от ветра, они прошли вдоль гребня и заняли позицию там, где он отвесно обрывался, словно оторванный рукой древнего великана. Пока они брели прочь от пещеры, противник так же медленно тащился к ней, борясь в бьющими в лицо порывами ветра. Наконец мужчина ухватился за скальный выступ и на время замер – наверное, переводил дух и собирался с силами. Затем под покровом невидимости тускло блеснуло что-то магические, но Диего не сумел различить, что именно.

– Ну, где он? – прошептала Диана.

Оборотень указал лапой на пещеру. Адепт Ордена наконец достиг цели и заглянул внутрь. В пещере все еще горел магический огонь, и когда невидимка загородил вход, то свет стал несколько тусклее.

Некоторое время бартолемит стоял неподвижно, вероятно, изучая содержимое пещеры; Диего уже заволновался о своих ботинках, свитере и шляпе, хоть и видавшей лучшие годы, но все равно любимой. Затем невидимка ступил внутрь, и тут мисс Уикхем щелкнула пальцами. Магический огонь погас.

Прежде чем противник опомнился, девушка выкрикнула: «Scutum!» и запечатала выход прозрачным щитом. Он тут же дернулся от удара – видимо, адепт от неожиданности шарахнулся из пещеры прочь и налетел на преграду. Из-за воющего ветра даже тонкий слух оборотня не мог уловить, произносит ли пленный какие-нибудь слова – нецензурные или чародейские – но Диана не стала медлить и ринулась вперед, с трехгранником в одной руке и щитом – над другой.

«Вот так всегда – не предупредив, не согласовав…» – горестно подумал оборотень и принялся карабкаться на скальный гребень, чтобы атаковать неприятеля сверху, буде тот выберется наружу.

На некоторое время скалолазание поглотило все внимание Уикхема, но затем внизу полыхнула ярко-оранжевая молния, и медведь свесил морду вниз. Диана стояла, прикрывшись щитом, а из пещеры вырывались разряды магического тока. Правда, они обычно серебристые или белые, а эти были желтые. Оборотень настороженно замер.

Он все еще ничего не слышал из-за ветра, но губы Дианы зашевелились. Она что-то говорила, обращаясь к бартолемиту, но вряд ли он мог разобрать ее речь. Щит, закупоривающий пещеру, все же треснул – в ответ на речь девушки из глубин скалы вырвалась длинная золотистая молния. Удар пришелся в щит перед мисс Уикхем. Он лопнул, и девушку отбросило назад, на камни. Она успела использовать заклятие левитации и не упала, но ее подхватил ветер. Девушка закувыркалась в воздухе, а когда смогла приземлиться, невидимый адепт Ордена уже выбежал из пещеры и помчался прочь.

Точнее, он помчался бы, если бы не ветер, который буквально сдул с него невидимость и чуть не вдавил обратно в пещеру. Мужчина прикрыл лицо локтем, наклонился и зашагал к Диане. Мисс Уикхем пыталась встать; ее шляпку унесло прочь, коса полоскалась на ветру, постепенно расплетаясь, превращаясь в белокурое облако.

Бартолемит остановился, пригнулся еще ниже и вытянул вперед руку. Сначала ничего не происходило, и Диана даже успела подняться на колени, а потом вокруг мужчины вспыхнул круг из светло-золотистых молний. Он разомкнулся в плеть из нескольких хвостов, которые, щелкнув по земле, выбили целый сноп искр. Бартолемит взмахнул рукой и направил плеть из молний в сторону Дианы.

Увы, ветер, который успел превратиться в штормовой, и тут внес свой вклад: эффектный резкий жест превратился в паническое размахивание руками в попытке адепта устоять на ногах. Хвосты молний понеслись в разные стороны, раскалывая камень и рассыпая всюду искры. Несколько разрядов проскочили в воздухе, и Диего уловил запах озона, намекающий на близящуюся грозу.

«Пора с этим заканчивать», – решил оборотень и прыгнул со скального гребня. Звук от мягкого медвежьего прыжка поглотили порывы ветра, тут же взъерошившие густую черную шерсть Уикхема.

Бартолемит все еще пытался укротить молнии, Диане ветер не давал подняться, так что Диего мог хотя бы пару минут о ней не волноваться. Медведь в один скачок достиг адепта Ордена и повалил наземь. Мужчина издал сдавленный вопль, под лапой оборотня хрустнули хрупкие человеческие ребра. Плеть из молний, подхваченная начинающимся штормом, унеслась в небеса, где раскатилась белой накаленной дугой, озарив напоследок черные тучи. Из них донесся низкий рокот.

– Пусти меня, скотина! – взвыл бартолемит. – Are…

Диего сжал когтистой лапой его горло, и мужчина подавился заклинанием. Пока он хрипел и дергался, Диана на четвереньках добралась до брата, похлопала его по загривку и набросила на адепта парализующие чары. Он обмяк в лапах медведя, только светлые глаза сверкали от ярости.

Девушка указала оборотню на пещеру. Уикхем схватил бартолемита зубами за руку, забросил себе на спину, как овцу, и быстро потрусил к пещере. Диана, цепляясь за шерсть оборотня, бежала рядом.

Ветер наконец-то им помогал, толкая в спину. Он практически занес их в пещеру, после чего мисс Уикхем запечатала вход щитом, разожгла магический огонь и с громким «Уфф!!» сползла по стенке на сюртук Диего.

* * *

Снаружи в щит колотил дождь; длинные струи стекали по нему, размывая вид на скалы и море. Выл пронизывающий ветер, но в пещерке было тепло, даже уютно – посреди нее горел огонь, согревая всех присутствующих: Диану, которая закуталась в сюртук брата и рылась в сумке, Диего, который лежал у входа, и бартолемита, который свирепо сверкал на них глазами. Этим его возможности были ограничены, поскольку девушка на всякий случай парализовала его целиком, кроме век.

Медведь неспешно разглядывал их добычу, положив голову на лапы. Это был совсем молодой человек, ровесник Дианы или капитана Бреннона, высокий, тощий, светловолосый. Он был похож на аспирантов, которые приезжали к отцу из Стернборна; интересно, говорит ли он на иларском? Или эсмеранском? Как с ним общаться-то?

– Нашла! – радостно возвестила мисс Уикхем и выудила из сумки браслет.

Бартолемит сразу понял, что это, и побледнел. Девушка застегнула на его руке браслет, лишающий возможности колдовать, ослабила действие парализующих чар и спросила:

– Как вас зовут?

– Я вам ничего не скажу! – гордо ответил адепт Ордена.

– Тогда Диего откусит вам руку, – заботливо предупредила Диана. Бартолемит вздрогнул и покосился на медведя. – Он, конечно, уже завтракал, – добавила девушка, – но это было давно.

Уикхем оскалил клыки.

– Я ничего вам не скажу, – уже чуть менее уверенно повторил молодой человек.

– Неужели вы даже не представитесь? Мы же цивилизованные люди и должны соблюдать хоть какие-то правила приличия.

– Люди? – пробормотал братолемит.

– Я – мисс Диана Уикхем, это мой брат – Диего.

– Брат?!

– Ырррр, – произнес оборотень.

Диана подождала, но адепт Ордена, видимо, счел, что они недостойны знать его имя, и молчал.

– Зачем вы за нами следили? – спросила девушка.

– Такова моя миссия, – отрезал пленник.

– Это мы поняли, но с какой целью вам ее поручили?

Бартолемит сжал губы. Диего покосился на сестру. Он вообще-то не очень хотел откусывать чьи-то руки. К тому же его беспокоило и кое-что другое.

«За ним придут, – нацапарал Уикхем на полу. Подумал и добавил: – Это может быть приманка. Или ловушка».

– Ловушка на тех, кто ловит, – пробормотала Диана и задумчиво прикусила костяшку пальца. Бартолемит смотрел на нее с некоторой тревогой.

– В сущности, – вдруг сказала мисс Уикхем, – допрашивать вас нам ни к чему. Мы и так почти все знаем.

Глаза бартолемита расширились.

– По крайней мере, мы знаем, что раз вы следили за нами, то вас интересует то же, что и нас. А подробности не так уж и существенны. Так что мы отправим вас на допрос к кому-нибудь, у кого найдется свободное время…

– Нет! – вырвалось у молодого человека.

– А сами займемся делом, – закончила Диана, вытащила из ножен клинок и принялась набрасывать очертания герона для портала.

– Постойте! – вдруг вскричал адепт. – Погодите! Меня зовут Марк Нильсен!

«Похоже, ему велели тут нас задержать, – с некоторым беспокойством подумал Диего, – до прихода основных сил. Надо бы поторопиться».

Он громко поурчал.

– Да-да, – сказала Диана, – я поняла. Не отвлекай меня, а то заброшу нас всех в жерло вулкана.

Взгляд бартолемита метнулся по пещере и остановился на узкой трещине, через которую Диего еле пропихнулся сперва наружу, а потом внутрь. Нильсен пристально уставился за спину оборотня, словно пытаясь разглядеть что-то за пеленой дождя… или кого-то. Уикхем повернулся, прижался носом к щиту и тоже всмотрелся в завесу воды. Человек ничего бы там не различил, но и оборотню было мало что видно. Но пока никаких вспышек портала не наблюдалось.

– Послушайте, – снова попытался бартолемит, – вы же отправились сюда с какой-то целью?

– Ну да, – отвечала Диана, – и мы ее достигли.

– А… н-но… то есть… о господи! – простонал Нильсен, до которого наконец дошло, в чем же тут дело. – Я знал! Я так и знал!

«Интересно, зачем тогда за нами полез, – подумал Диего. – Может, ему приказали?»

– За мной придут, – сказал бартолемит. – Вы же знаете. Вы вдвоем не выстоите против…

– Мы и не собираемся делать это вдвоем, – уверила его мисс Уикхем. – Диего, придуши его, он отвлекает меня своей болтовней.

– Вы же хотите узнать, как я за вами следил! – выпалил Нильсен скороговоркой, практически в одно слово, и, когда медведь шевельнулся, яростно выкрикнул: – Не смей меня трогать, грязная тварь!

Уикхем придвинулся к пленному и зажал лапой его рот и нос. Бартолемит задергал головой, но поскольку он все еще был полностью парализован ниже шеи, то его усилия оказались напрасны. После нескольких судорожных рывков лицо Нильсена полиловело, глаза закатились, и он обмяк на полу. Диего убрал лапу и принюхался к адепту. Нос медведя пощекотало слабое дыхание.

Оборотень успокоился и вернулся к наблюдению за окружающим миром, который тонул в потоках воды. Щит плотно закупоривал вход в пещеру, так что у его «порога» уже бурлил целый бассейн. Диего громко заурчал.

– Сейчас, – отозвалась Диана. – Еще пять минуточек.

Но тут Уикхем наконец заметил за пеленой шторма то, чего давно ждал – вспышку впереди, там, где они вышли из портала. По их следу и по следу Нильсена прибыло подкрепление. Правда, на миг у Диего возникла надежда, что бартолемитов тут же смыло штормом с этого крошечного пятачка – но тем не менее медлить было нельзя. Он издал предупреждающий скулящий звук.

– Готово! – воскликнула Диана.

Она собрала вещи брата в его сюртук, завязала в узел и взвалила на спину медведя пленного. Подобрав узел с вещами, девушка положила руку на загривок оборотня и произнесла заклинание, открывающее портал. Из него дохнуло холодом; в темной синеве, как всегда, мерцали искры звезд.

Оборотень зажмурился и шагнул в портал вместе с сестрой. Он не знал, куда она его проложила, но после холода перехода его носа коснулся аромат луговых трав и цветов, а шерсть согрело весеннее солнышко.

Уикхем открыл глаза и с большим облегчением обнаружил, что они оказались посреди типичной риадской равнины – разнотравный луг, по которому тут и там были разбросаны крупные и мелкие валуны, вдали виднелись лес и горы. А прямо перед агентами, на большом камне сидела Джен Рейден – как всегда, в черном мужском костюме и с хрустальным факелом, пристегнутым к ремню.

– А! – проронила наставница, окинув их коротким взглядом из-под шляпы. – Таки явились.

– Добрый день, мэм, – почтительно сказала мисс Уикхем. Диего склонил голову.

– Это что? – ведьма кивнула на его ношу.

– Это пленный, мэм. Бартолемит, который за нами следил. Его нужно допросить. Мы не успели.

– Допросить, – черные глаза наставницы хищно блеснули. – Ладно, бросьте где-нибудь здесь, я им займусь на перекус после драки.

– За нами следуют его сообщники, мэм. Они ненадолго отстали, там сейчас непогода и шторм…

– Там – это где?

– Не могу знать, мэм, я видела это место только на открытке.

Джен подняла бровь, и девушка быстро доложила ей обо всем произошедшем.

– Не самое здравое решение, – сказала мисс Рейден, дослушав. – Они могли не пойти за вами, а атаковать квартал джилахов.

Мисс Уикхем прерывисто вздохнула. Диего прижал уши. Именно этого он и опасался!

– Но, с другой стороны, результат же есть, – заключила ведьма. – А джилахи, по нашим наблюдениям, пока не пострадали. Ладно. Положите пленного и возвращайтесь в Эскалинос.

– А вы? – встревоженно спросила мисс Уикхем. – Они вот-вот будут здесь, неужели вы встретите их одна?

– Даже если и одна, то что с того? – Джен встала и потянулась. – Впрочем, у меня есть компания, так что не беспокойтесь. Миссия не ждет, так что валите отсюда и побыстрей. Чем скорее вы уберетесь из джилахского квартала и выйдете в море – тем меньше риска. Для всех.

* * *

Над воротами в Ас-Калион возвышалась башня с часами, и Диего, взглянув на циферблат, удивился тому, как мало прошло времени. Их не было всего шесть часов – а ему казалось, что почти сутки. Он успел изрядно проголодаться, но хотя по обе стороны улицы источали божественные ароматы харчевни и лавки с едой, оборотень быстро шагал к дому бен Алона. Диана опиралась на руку брата – ее сильно вымотали все эти скачки по порталам, хотя она и старалась не подавать вида. К тому же Диего беспокоился об Элио, которого они оставили одного после странного ритуала, в руках мирац-аит, от которых непонятно чего ждать.

Но в доме элаима их встретили с таким же почтением и радушием, как и вчера. Слуга проводил их к комнате Элио, пообещал скоро прислать ужин и приготовить ванны для дорогих гостей.

Элио сидел на кровати и увлеченно что-то строчил в тетради, поглядывая в разложенные по постели книги. Вид у юноши был одновременно очень усталым и таким довольным, что даже счастливым.

– Ну как ты? – спросил Диего, усадив сестру в кресло.

– Отлично! – жизнерадостно заявил Романте. – Беседа мессира и бен Алона прошла очень успешно, они договорились о начале сотрудничества. А еще досточтимый дал мне разрешение поработать с некоторыми книгами о Бар Мирац и… что стряслось? – вдруг резко спросил он, уставившись на Диану и оборотня. Глаза юноши сузились, он спрыгнул с кровати и навис над мисс Уикхем. – Где вы были?

– Там и тут, знаешь ли, – отвечала она. – Разнообразно провели день.

Диего вздохнул. Все равно ведь придется рассказать… и он рассказал. Гроза разразилась незамедлительно:

– Вы отправились за ним вдвоем и даже не сказали мне?! – гневно возопил Элио. – А если бы он вас там убил?!

– Ну не убил же…

– Из-за случайности и везения! А если бы на вас сразу свалился десяток бартолемитов, а не один кретин – что тогда? Где бы я вас искал и как вам помог, если вы никому, ни единой живой душе, не догадались сказать, куда отправились?!

– Но я ведь сказала – агентам в замке, потом, когда мы его уже выманили.

– Потом! – прошипел Романте. – Потом могло быть поздно! Ну ладно ты, но ты-то, Диего! Ты же разумный чел… мед… разумное существо!

– Как будто я неразумное, – с обидой сказала Диана. – Мы хотели защитить тебя, балда!

– Это я понял. Спасибо. Особенно хорошо у вас получилось бы, если бы это все оказалась провокация Ордена, чтобы толкнуть вас на идиотский…

– Логически обоснованный!

– Идиотский поступок! – рявкнул Элио так, что Диего вздрогнул. – Я не хочу… не могу потерять кого-то снова только потому, что меня нужно защищать!

– Элио, – Уикхем положил руку ему на плечо.

– Не нужно, – глухо повторил джилах, – так меня защищать. Особенно без предупреждения!

– Хорошо, я поняла, – на удивление покладисто ответила Диана. – Но мы тоже не хотим тебя потерять и заботимся о тебе. Уж извини, как умеем.

Юноша отвернулся и буркнул:

– Ладно, извините. Но ваш поступок все равно крайне глуп. Ты же сказала, что подозреваешь, будто бартолемит мог следить не за вами, а именно за мной. Так почему же вы решили, что он пойдет за вами, если вы покинете Ас-Калион?

– Э… н-ну…

– Если бы он следил за мной, то как раз ваше отбытие могло подтолкнуть его к действиям – например, проникнуть в Ас-Калион и напасть на дом бен Алона. Так что, – заключил Элио, – ваша изначальная предпосылка была неверна из-за отсутствия точных данных. Хотя я бы как раз предположил, что следят за вами, потому что Ордену вы уже известны, причем куда больше, чем я. Я, по крайней мере, не откусывал конечности его главе.

– Ну хватит уже! – взвыл Диего. – Один раз откусил, а разговоров, как будто я его целиком съел!

– В любом случае, – сказал Романте, – мисс Рейден права. Здесь оставаться нельзя. Мы подвергаем опасности досточтимого, а он уже и так много для нас сделал, и других людей в Ас-Калионе. Поэтому сразу после ужина, когда вы немного отдохнете, мы вернемся на «Рианнон».

– А что, кстати, досточтимый для нас сделал, ну помимо того, что разрисовал тебя значками? – спросил Диего.

– Он дал нам, ну то есть мне, знания, – Элио жадно уставился на книги. – А знания бесценны! Ну и еще утром провел очень удачные переговоры с шефом, так что Метцель, ученик досточтимого, отправится в Ла-Мадрину на встречу с представителями Бюро. Поэтому я и не хочу, чтобы здесь возникли какие-нибудь проблемы с Орденом.

– А ванна? – расстроенно сказала Диана. – Нам уже обещали горячие ванны!

– А ужин? – жалобно добавил Диего.

– Хорошо, – сдался юноша, – после ванны и ужина. Я как раз успею попрощаться с досточтимым. Невежливо, в конце концов, убежать просто так.

* * *

Карл Мальтрезе вошел в номер скромной гостиницы на окраине Эскалиноса, опустился на стул и закрыл глаза. Сегодняшний день был, прямо скажем, далеко не лучшим в его жизни.

Единственное, что могло порадовать в этом дне – им удалось отбить Нильсена у Бюро. Ценой этого стали трое адептов, чьи обожженные до неузнаваемости тела остались лежать на риадском лугу. Всех остальных Мальтрезе увел с собой, а потом отправил в безопасное место.

Проклятие! Чертов щенок! Он вызывал у Карла одновременно и жалость (юноша никак не ожидал, что окажется предметом такого раздора между Орденом и Бюро), и желание отхлестать охотничьей плеткой за тупость. Какого черта, как он вообще смог додуматься до того, чтобы лезть в очевиднейшую ловушку?!

«Я просто не хотел вас подводить!» – проблеял этот ценный (ценой в три жизни!) член Ордена.

Мальтрезе вздохнул. Что тут скажешь… все щенки одинаковы. Наверное, Бреннон мучается с ними также. Это утешало. Но немного.

«Ну ладно», – Мальтрезе достал из саквояжа зеркало, поставил на стол и открыл защищающую хрупкое стекло крышку. Сколько можно оттягивать неизбежное.

Вальенте ждал его доклада и отозвался сразу же. Он сидел на веранде, судя по узорным теням от листвы жасмина на лице и одежде, и пил чай со льдом.

– Ну что? Чего достигли? – нетерпеливо спросил глава Ордена.

– Похоже, что ничего, экселенс, – со вздохом признался Мальтрезе и доложил о почти провале.

Вальенте выслушал молча, пригладил бородку и наконец сказал:

– Я предупреждал тебя о том, что давать мальчишке такое заклятие, как Глаза Шу – не самое разумное решение.

– Но он достаточно силен, чтобы выносить это очень долго. Дольше, чем другие адепты.

– Тогда ты должен был приставить к нему кого-то из старших, кто пресек бы всякие глупости.

– Должен был. Виноват, экселенс.

– Ну что ж, это уже в прошлом, к счастью. Мальчишку ты вернул, и я лично с ним поговорю, если хочешь.

– Как бы у него не настало полное умопомрачение от такой чести, – хмыкнул Карл.

– Ничего, это поддерживает дух единства в нашем Ордене. Однако к делу. Агентов Уикхем вы все же упустили?

– Не совсем. Они вернулись в Ас-Калион. Я послал людей шпионить за кварталом. Без магии, по старинке, собственными глазами.

– Отлично. Ты тоже в городе?

– Да.

– Тогда займись вопросом лично. Я хочу, чтобы ты доставил ко мне и девицу, и ее брата, и этого секретаря Бюро.

– Но, экселенс, разумнее и логичнее позволить им продолжить путь. Тогда они приведут нас прямо к своей цели.

Вальенте поднял руку – стальной протез, чудо смешения магии, науки и технологии.

– Этот ковер для блох сделал меня калекой. Я желаю видеть его и девку здесь, у себя, и поскорее. С секретарем можешь развлечься сам, он, как я полагаю, нужен лишь для того, чтобы наладить взаимопонимание с джилахами.

– Хорошо, экселенс, – вздохнул Мальтрезе. – Я пополню бригаду и займусь этим вопросом.

– Будешь докладывать мне не реже раза в два-три дня. Мне весьма интересно, за чем же Бреннон так страстно охотится. Наверняка эта вещь пригодится и нам.

30 июня 1866 года,

море между Эсмераной и Аль-Тахмином

Элио стоял у перил вдоль борта яхты. Теплый ветер трепал волосы юноши; Эскалинос уже превратился в туманное облачко на горизонте.

Романте тихо вздохнул. Он пробыл в городе всего сутки, а уже тосковал, будто оставил позади что-то важное. Он бы не отказался провести здесь и неделю, и месяц – и к тому же у него возникло странное предчувствие, будто однажды он пройдет под белой аркой Ас-Калиона и останется там навсегда.

– Ну как ты? – спросил Диего, неслышно подкравшись сзади.

– Все в порядке. Сны не беспокоили. Ты же спал в той же каюте!

– Ну сны-то да, а что-нибудь другое? Эти значки тебе не мешают?

Элио покачал ладонью, ловя солнечный свет. Знаки становились видны только под ярким солнцем – мерцали, как золотистые блики.

– Нет. Я их никак не чувствую.

– А кольцо?

– Тоже. И вообще я сегодня спал куда крепче, чем ты, – фыркнул Романте.

– Угу, – пробурчал оборотень. – Опять эта вонючая, плавучая, скрипучая коробка!

– Ты прямо как шеф. Он тоже ненавидит корабли.

– Так а что в них хорошего? Смердят небожески, скрипят и того гляди потонут со всем содержимым. Ноги бы моей тут не было, если б не миссия.

– Ворчи потише. Кто-нибудь из матросов услышит и доложит капитану. Я бы не хотел его расстраивать.

– Капитан этот еще, – Уикхем засопел. – Не нравится он мне. Странный тип.

– Потому что оказывает знаки внимания Диане?

– Нет! – рявкнул оборотень так быстро, что Элио сразу понял, что недалек от истины. – От него странно пахнет, – процедил Диего.

– Ты что, его нюхал?

– Ну да, а что мне остается? В такой тесноте не захочешь, а обнюхаешь. И пахнет он не совсем как человек.

– А как? – нахмурился Элио.

– Трудно описать. Какой-то запах вроде морской соли.

– Ну, он же моряк, – разочарованно ответил юноша; а он-то думал! – Для них это нормально.

– В том-то и дело, что другие матросы на яхте пахнут не так, они пахнут как обычные люди. И глаза у него странные.

Глаза у капитана Бреннона были неестественно яркого-синего цвета, с темно-синим кольцом вокруг радужки. Но, с другой стороны, среди братьев инквизиторов был брат Антонио, с белейшими волосами, бесцветной кожей и вишневыми глазами, так что Элио не то что бы удивляла эта особенность достойного капитана.

– Ну, он рыжий, – сказал юноша. – У рыжих часто бледная кожа и странный оттенок глаз.

Диего вздохнул. Корабль словно в ответ громко скрипнул бортом, и оборотень тут же оттянул Романте от перил:

– Осторожней, упадешь!

У другого борта хохотнули матросы яхты, и оборотень с досадой умолк. Он явно не был создан для морских путешествий, в отличие от Дианы, которая выпорхнула на палубу, как фея. Вид у нее, правда, тоже был довольно мрачный.

– Плохие новости из замка, – вполголоса сказала она, подойдя к Элио и брату. – Со мной связалась мисс Рейден. Они упустили этого парня, которого мы взяли.

– Черт!

– Бартолемиты его отбили, хотя сами потеряли троих. Так что никаких ценных сведений из него выжать не удалось. И кстати – группу бартолемитов вел лично Мальтрезе. Похоже, нами заинтересовались на самом верху Ордена.

Джилах вздохнул. Что толку было провозглашать: «А я же говорил!» Нужно было думать, как отвести от себя пристальный взор Ордена.

– На море я не чувствую слежки, – сказал он. – Видимо, слишком много текучей воды. Посмотрим, что будет, когда мы пересечем пролив. Может, расстояние окажется слишком велико.

– Нужно было самим его допросить, – буркнула Диана. – Так и знала, что не следовало никуда его тащить! К тому же он уже начал колоться, оставалось только чуть поднажать!

– Ладно, что есть, то есть, – вздохнул Диего. – Будем надеяться, что нам удастся сбить бартолемитов со следа. В конце концов, у нас же есть точные координаты. Быстренько там все изучим, найдем то, что надо, и вернемся.

Элио не испытывал такого оптимизма по этому поводу, но говорить о своих сомнениях вслух не стал – потому что к ним приближался капитан Бреннон. Он, как всегда, почтительно снял фуражку и после приветствий сказал:

– Я хотел бы уточнить насчет изменения маршрута. Вчера мисс Уикхем попросила исключить из него Ла Мадрину и сразу направиться к берегам халифата. Как я понял, мисс Уикхем более не планирует сойти на берег в Ла Мадрине?

– Нет, – холодно ответила девушка.

– Но тогда где же вам угодно высадиться?

Это был острый, даже опасный вопрос. Глаза мисс Уикхем вспыхнули, и Элио быстро произнес:

– Как ты помнишь, мы это обсуждали, и ты уже согласилась.

– Я передумала, – процедила Диана.

– Мы заботимся о твоей безопасности. Особенно в свете того, что случилось вчера.

На лице капитана Бреннона при этих словах отразилось странное волнение, и он уставился на Диану, как рыцарь – на даму в беде. Диего скрипнул клыками.

– Именно из-за того, что случилось вчера, – ответила девушка, – я не намерена оставлять вас без присмотра. Мой брат, при всех его достоинствах, не может практиковать, а ты падаешь в обморок от слишком большого усилия.

Элио поперхнулся от возмущения и залился краской гнева. Да, он падает – но зачем же говорить об этом при посторонних?!

– В общем, – мисс Уикхем повернулась к капитану, на миг смолкла, оценивающе глядя на его физиономию, хмыкнула и сказала: – Нам бы хотелось проследовать сразу к берегу Аль-Тахмина, не останавливаясь в городах или на островах Эсмераны. Это возможно?

– Конечно, мисс, – отвечал капитан. – Я уже составил маршрут и поднялся к вам только ради уточнения деталей.

– Хорошо. Благодарю вас, – Диана улыбнулась и протянула ему руку.

Капитан Бреннон церемонно ее пожал, немного багровая, и добавил:

– Наш стюард накрыл для вас завтрак в столовой мистера Скотта.

– О, спасибо! – обрадовалась мисс Уикхем. – Я уже соскучилась по чаю и бисквитам!

– Можно подумать, в доме досточтимого тебя плохо кормили, – буркнул Элио.

Но девушка уже заспешила к каютам, как вдруг канат, свернутый в бухту у борта яхты, выбросил вперед один конец – прямо под ноги мисс Уикхем. Диана перескочила его с возмущенным возгласом, но капитан все равно устремился ей на помощь, подхватил под руку и с упреком воскликнул:

– Рина!

– Что? – тут же насторожилась мисс Уикхем. – Кого это вы зовете?

– А?.. Кто, я? Совершенно никого, мисс. Простите. Случайно вырвалось.

– Да?

– Позвольте проводить вас в столовую, – сказал Бреннон, явно стараясь уклониться от разговора.

– Не нужно, – отвечала девушка. – Мы найдем дорогу, спасибо! – с чем и увлекла Элио и брата за собой к двери, что вела к коридорчику, в который выходили каюты. Но вместо того, чтобы пройти дальше, к столовой, мисс Уикхем оставила дверь приоткрытой на узкую щелочку и прильнула к ней ухом. Элио не удержался и прижался к двери рядом с девушкой.

– Рина, – приглушенно донеслось до него, – прекрати! Они же заметят!

Глаза юноши вылезли на лоб от изумления, и он уставился на Диану. Она прижала палец к губам.

– Почему она тебе так не нравится? – продолжал капитан. – Она просто девушка! Пассажирка! Мы обязаны доставить ее в целости и сохранности домой, только и всего, ох! Ну перестань!

За этим возгласом послышался каскад скрипов и скрежетов, а потом все стихло. Только раздались удаляющиеся шаги капитана.

– Ну что, убедились? – торжествующе прошептала мисс Уикхем. – А я же говорила, что он странный!

4 июля 1866 года,

море между Эсмераной и Аль-Тахмином

Плавание на яхте с каждым днем нравилось Элио все больше и больше. С некоторым стыдом юноша напоминал себе, что у них – важная и опасная миссия, на которой ему следует сосредоточиться со всей ответственностью – но каждое утро все его намерения шли прахом. Сияющее и бездонное голубое небо над головой, морские волны, которые под ярким солнцем были похожи на жидкие драгоценные камни, переливающиеся всеми оттенками синего, зеленого и фиолетового, соленый теплый ветер, хлопанье парусов, скрипы обшивки – все это кружило голову и напрочь смывало все мысли о миссии, ответственности и прочих важных вещах.

Элио все эти дни бессовестно валялся то у себя в каюте с книгой об основах Бар Мирац, которую ему дал Эфраим бен Алон, то в салоне, то, гораздо чаще – проводил время на палубе. Там было несколько плетеных кресел, столик и большой зонт, укрывающий от солнца. Романте наслаждался каждой минутой путешествия, глядя, как скользят за бортом туманные тени вдалеке – острова пролива – или просто наблюдая за плеском волн.

А еще почти всегда под этим зонтом сидел Диего. На палубе оборотень меньше страдал от концентрированных запахов, а еще мог постоянно наблюдать за капитаном Бренноном и действиями своей сестры по его разоблачению.

Элио раньше был уверен, что Диана занимается этим скорее от скуки, потому что он сам не видел в капитане ничего странного – разве что глаза необычно яркого синего цвета. Но после того, как Найджел Бреннон побеседовал с воздухом, у юноши тоже возникли некоторые сомнения. Идею о том, что Бреннон сумасшедший, Романте отверг с ходу. На привычку бормотать себе под нос это тоже не походило. Но тогда что же это значит?

Элио не мог придумать, как бы это выяснить, если только не задать капитану вопрос напрямую, а потому решил предоставить все мисс Уикхем. Тем более что Бреннон не имел ничего против ее общества, хотя и выглядел после каждой беседы так, словно его душу взболтали сбивалкой для масла.

– Какого черта, – мрачно процедил Диего, – он ей там показывает?

– Скорее всего, острова Святого Иакова, – сказал Элио, приложив ладонь козырьком к глазам. – Хочешь посмотреть? Это скалистые рифы очень необычной формы. Я читал, что это – вершина подводного вулкана.

– Я не хочу на них смотреть, – буркнул оборотень. – Я хочу, чтобы этот тип держался подальше от Дианы со своей подзорной трубой, будь она проклята.

Романте некоторое время наблюдал за мисс Уикхем, которая смотрела в подзорную трубу, и капитаном, который что-то увлеченно рассказывал, а потом спросил:

– А ты заметил, что наш капитан носит с собой подзорную трубу, но никогда сам ею не пользуется?

Диего вздрогнул:

– Это, по-твоему, что-то значит?

– Ну, может, у него очень хорошее зрение. Как у орла, – хмыкнул Элио. – Или еще у кого-нибудь.

– Он не нечисть, – быстро произнес Уикхем. – Я бы сразу понял. И если б он был кем-то вроде Джен Рейден или какого-нибудь духа, я бы тоже мигом узнал.

– Он может быть одним из тех, кто подвергся воздействию провала на ту сторону. Как Полина Дефо, о которой рассказывают рекрутам.

– Час от часу не легче! Она же полностью сбрендила!

– Ну, они же не всегда сходят с ума.

Оборотень мрачно засопел. Элио прикусил губу. Вообще-то мучения Диего беспокоили его куда больше, чем заигрывания мисс Уикхем с капитаном. Если страдания оборотня от запахов юноша мог облегчить с помощью открытого иллюминатора и заклинаний, очищающих воздух, то что делать с этим – он не знал. И даже не очень понимал, как об этом спросить.

– Почему капитан Бреннон так тебе не нравится? – наконец сказал Элио.

– Мне не он не нравится, – процедил Уикхем, – а его желание торчать около Дианы как столб.

– Почему?

– Потому что он моряк, а все они одинаковы.

Элио с некоторым сомнением посмотрел на Диего. Юноше не казалось, что дело именно в этом.

– Тогда почему ты ей об этом не скажешь?

– Можно подумать, она станет слушать!

– Диана экспрессивная, а не глупая. Она вполне поймет эти доводы. Ну хочешь, я ей скажу, почему мы за нее беспокоимся? – осторожно предложил Романте. – То есть я вовсе не лезу в ваши семейные дела, но если тебя это так беспокоит…

– Спасибо, – сказал Диего и невесело улыбнулся, и Элио понял, что беспокоит его вовсе не это. Но продолжить беседу им не удалось (да и оборотню как будто совсем не хотелось дальше об этом говорить) – к ним подошла Диана и опустилась в кресло под тентом.

– Ну в общем, пока ничего подозрительного, – вполголоса сообщила она. – Или он ловко скрывает правду, не произнося явной лжи, поэтому амулет ее не ловит.

– А о чем вы говорили? – полюбопытствовал Элио.

– Помимо островов Святого Иакова – о том, почему он Бреннон.

– Святой Иаков?

– Балда! Наш капитан! Все так просто, что это прямо какое-то разочарование, – Диана взяла лимонад, который ей принес стюард. – Оказывается, у нашего шефа есть дядя – моряк и капитан частного грузового корабля. Этот дядя обосновался после революции в Южной Риаде, с молодой женой, отчего у него естественным образом появилось четверо детей – наш капитан, его младший брат и две сестры. В общем, ни тайны, ни интриги. Кстати, они близнецы.

– Кто – они?

– Капитан и одна из его сестер.

– А ты не спрашивала его, не стоял ли он случаем около открывшегося провала на ту сторону? – поинтересовался Диего.

– Мы еще недостаточно знакомы для столь деликатных вопросов, – хмыкнула Диана, – к тому же это можно выяснить и без личного общения.

– Ты же не собираешься ставить на нем опыты?

– Ну… нет, конечно, а жаль. Разве что связать и усыпить…

– Диана! Ты же не станешь этого делать?!

Элио взглянул на капитана, который, не подозревая об опасности, беседовал с одним из матросов – пожилым кряжистым мужчиной с кучерявыми седыми волосами. Юноша ничего не знал насчет корабельной иерархии – были ли на яхте старшие и младшие матросы или что-то в этом роде – однако Бреннон к словам пожилого моряка прислушивался.

Они оба отошли к борту и уставились куда-то вдаль, причем капитан, хоть и держал в руке подзорную трубу, так и не приложил ее к глазу. Вместо этого он протянул ее моряку. Тот с почтением взял ее и всмотрелся в горизонт. Затем матрос и его капитан обменялись несколькими словами, и Бреннон направился к агентам и секретарю Бюро, тогда как матрос – к своим товарищам.

– Прошу прощения, что снова отвлекаю вас от беседы, – сказал капитан, – но я должен предупредить вас о том, что надвигается шторм.

– Шторм?! – изумленно воскликнула мисс Уикхем; Элио недоуменно покосился на чистейшее небо.

– Да, мисс. Мы приложим все усилия, чтобы обойти его, однако это увеличит длительность нашего плавания. Есть ли у вас возражения?

– Нет, – покачал головой Романте. – Мы ни в коем случае не хотим подвергать опасности вашу команду и корабль. Но вы уверены насчет шторма?

– Да. В это время года они нередко движутся от оконечности южной Илары к проливу, параллельно береговой линии халифата. Мы можем отойти к Эсмеране и ее островам Консепсьон и переждать там, укрывшись в гавани Сант-Яго-де-ла-Мар.

– А если мы двинемся вперед, к Аль-Тахмину, мы сможем обогнать шторм? – спросил Диего.

– Можно попытаться. Некоторые капитаны особо быстроходных судов так делают, – ответил Бреннон. – Но всегда есть риск, что шторм вас настигнет или ударит в тыл, когда вам будет казаться, что вы уже вышли из опасной линии.

– Тогда лучше переждать, – решил Элио, и Диана кивнула.

У оборотня тем более не было возражений, и капитан покинул их, дабы отдать распоряжения команде.

Джилах с тревогой посмотрел в небо. Уж не бартолемиты ли постарались подогнать к ним шторм, чтобы задержать?

* * *

Через несколько часов Диего наконец уловил в изменившемся ветре запах бури. Стоя у борта, оборотень напряженно принюхивался и вглядывался в темно-серую полосу на горизонте. Она быстро приближалась, будто сшивая море и небо.

– Ну что? – спросила Диана.

Он повернулся к сестре и Элио, которые с тревогой ждали, что он скажет.

– Нам от нее не уйти. Шторм движется прямо на нас и очень быстро.

– Это магия? – тут же уточнил юноша.

– Этого я не чувствую. Возможно, еще слишком далеко.

Романте подошел к перилам, и Диего обеспокоенно положил руку ему на плечо. Ветер усиливался, и Уикхем опасался, что он попросту унесет невесомого секретаря за борт.

– Он вроде бы не очень близко, – пробормотал юноша, свесившись через перила. – Может, мы успеем добраться до Консепсьон.

– Не успеем, мистер, – покачал головой седой, крепко сбитый моряк; это он первым доложил Бреннону об опасности. – Шторм идет прямо за нами, и его скорость все время растет.

– А это нормально? – спросила Диана. – Что он такой быстрый?

– Да, мисс. В этих водах ветра могут срывать крыши с домов на берегу. Не бойтесь, – добродушно добавил моряк, – капитан нас проведет. Он всегда проводил.

– Значит, вы уже плавали здесь?

– Конечно! – со смехом ответил матрос, и это несколько успокоило Диего. Он оттянул Элио от борта и сказал:

– Думаю, нам нужно вернуться в каюты, как сказал капитан, и закрыть иллюминаторы, – эта перспектива оборотня не радовала, хотя перед штормом очень посвежело, а порывы ветра смывали запахи, как морские волны – водоросли с побережья.

– Для вас всегда готов салон внизу, мистер. И я бы все же советовал вам уйти с палубы. Шторм только кажется, что далеко, а ветер крепчает с каждой минутой.

По мере усиления ветра усиливалась и качка, к тому же корабль стал издавать звуки, которые Диего не нравились. Эта дорогая лоханка и раньше то скрипела, то скрежетала, но сейчас оборотню казалось, что звуки стали похожи на предсмертные. Поэтому, когда они спустились в салон и остались там одни, он спросил у сестры:

– А ты сможешь открыть для нас портал отсюда в случае чего? Как мистер Редферн?[7]

Диана улыбнулась и погладила Диего по руке:

– Мне очень льстит, что ты думаешь, будто я на такое способна, но нет. Вряд ли у меня получится, даже если я захочу. Да и мистер Редферн, уверена, не очень-то хотел это делать. Просто в той ситуации у него не было выхода.

Уикхем горестно вздохнул и выглянул в иллюминатор. Из салона открывался прекрасный вид на темнеющую и растущую серую полосу у горизонта, который как будто сужался с каждой минутой. Небо тоже стало темнеть – по нему быстро неслись клочковатые, пока еще белые облака. Волны украсились барашками пены на острых гребнях.

– Я заберу из каюты книгу, которую дал мне досточтимый, и свои записи, – решил Элио.

– Ты что, думаешь, мы потонем? – встревожился Уикхем.

– Надеюсь, что нет. Но самое ценное предпочту держать поближе, а ничего ценнее этой книги нет на всем корабле.

– Ну насчет этого улихского сервиза я бы поспорила, – пробормотала Диана. – А что это за книга?

– «Учение о знаках» Изиля бен Марцинкеля, оригинал, – с трепетом ответил юноша и ушел за своим сокровищем.

– Я бы тоже собрал в сумку самое нужное.

– Да ладно тебе паниковать. Капитан знает, что делает. Еще детектив Скотт нам говорил, что «Рианнон» – чуть ли на самая быстроходная яхта в Риаде, так что мы можем просто убежать от шторма. Но чтобы не откалываться от вашей паникующей компании, – неожиданно заключила Диана, – я тоже положу свою сумку тут. Вдруг кому-то из команды понадобится помощь, а у меня там набор зелий «Лечебный стандартный».

* * *

Качка ощущалась все сильнее, но пока что кроме этого никаких неприятных последствий не наступило. Элио, уютно свернувшись в углу дивана, читал свои записи и грыз засахаренную грушу, Диана перебирала зелья в патронташе, а Диего пытался усмирить бунтующий желудок. Ранее оборотень никогда не плавал на кораблях в шторм и потому не сталкивался с морской болезнью, а сейчас обнаружил, что это крайне неприятная штука. А уж в комплекте с запахами!

– Как они это выносят, – вздохнул Уикхем. – Всю жизнь тебя взбалтывают, как омлет!

Элио поднял глаза от тетради, чтобы ответить, и тут вдруг в салоне потемнело, а затем его озарила мощная вспышка молнии. Она была такой яркой, словно загорелась прямо за иллюминатором. Едва оборотень проморгался от цветных кругов перед глазами, как над кораблем прогремел гром, и тут же взвыл ветер. В стекла иллюминатора ударил такой поток воды, словно кто-то направил на них садовый шланг. В тот же миг «Рианнон» дала резкий крен на правый борт. Диего вцепился в стену.

– Лучше сядь, – посоветовала ему мисс Уикхем. – А то как бы нам не пришлось оплачивать содранные тобой панели.

Оборотень придвинулся к иллюминатору, но разглядеть что-либо снаружи уже было невозможно. По стеклу сплошным потоком лилась вода, причем как сверху, от ливня, так и снизу, от волн. Шторм накрыл яхту так внезапно, что Диего даже показалось, будто они пролетели через какой-то портал.

Сквозь рев ветра, раскаты грома и удары воды в стекла оборотень различал топот ног наверху и крики людей. И ему это не нравилось. Он видел, что и Элио, хотя старался сохранять спокойствие, с тревогой вслушивается в эти звуки.

Вдруг нос «Рианнон» резко задрался вверх, и джилаху пришлось вцепиться в подлокотники кресла, чтобы не выпасть из него. Диану вжало в диван, а оборотень ухватился за стол. Только теперь он понял, почему вся мебель на яхте была прикручена к полу, а кое-где – еще и к стенам.

– Проклятие! – воскликнула девушка. – Это уже что-то серьезное!

Она попыталась вскочить, чтобы добраться до иллюминатора, но следующая волна нанесла яхте удар в бок, и корабль развернуло. Агентов и секретаря Бюро затрясло, как жуков в коробочке; послышался звон бьющейся посуды в серванте.

– Я поднимусь наверх и посмотрю, что там! – крикнул Диего.

Снова полыхнула молния, расколов небо и море; почти в ту же секунду над ними прокатился оглушительный раскат грома.

– Не надо! – Диана вцепилась в руку брата. – Тебя унесет!

– Но…

– Я не хочу, чтобы тебя смыло за борт!

– Даже не вздумай! – прикрикнул Элио.

– Я не буду выходить, я только взгляну!

Однако выйти из салона оказалось непростой задачей – яхту швыряло из стороны в сторону, и Уикхема внутри вместе с ней. Продвигаясь по тесному коридору к лесенке и двери, ведущей на палубу, он все время бился о стены, а одни раз – даже об потолок. Но когда оборотень все же достиг двери и открыл ее, то перед ним предстала картина, поразившая его в самое сердце.

Палубу яхты заливали потоки ливня, а волны перехлестывали через борта. В черном небе грохотал гром, сверкали молнии, и в их белых сполохах Уикхем увидел впереди высокую, худую фигуру в развевающемся плаще. Это был капитан Бреннон – он стоял у штурвала, накрепко в него вцепившись, причем стоял так твердо, словно корабль под ним не плясал, как безумный, а ветер и волны не проносились над палубой. Лишь спустя минуту или две оборотень понял, что капитан не просто так там стоит, а лично ведет «Рианнон» сквозь шторм.

Болтанка, которая так пугала Диего внизу, возникала от того, что Найджел Бреннон каким-то непонятным агенту образом прокладывал путь то между вздыбившихся волн, то ловко направлял корабль на их гребни так, чтобы волны переносили его вперед, к узкой светлой полосе, едва виднеющейся на горизонте.

Вдруг мимо оборотня с воплем пронесся матрос, сорванный волной с палубы. Откуда-то так же внезапно выстрелил длинный канат, обхватил матроса, как змея, втянул обратно на палубу и положил у мачты. У Диего глаза полезли на лоб; матрос же, едва витки каната с него сползли, вскочил на ноги и бодро помчался по своим делам. Его товарищ, который сорвался с мачты, упал в скользнувшую к нему бухту каната, как в люльку.

«Это еще что такое?!»

– Эй, мистер! – гаркнул кто-то в ухо Уикхема.

Оборотень дернулся и увидел перед собой пожилого матроса, который докладывал капитану о шторме. Моряк был мокрым насквозь, но сохранял удивительное спокойствие.

– Вы чего это тут делаете, а, мистер?! – рявкнул он, чтобы перекричать вой ветра.

– Я вышел посмотреть, что тут происходит! – проревел Диего в ответ. – Я беспокоюсь!

– Чего это вы беспокоитесь?! Не беспокойтесь! Капитан нас выведет! Ступайте-ка себе в салон, к мисс и мальчику! – моряк попытался запихнуть Уикхема обратно в коридор, хотя, конечно, не преуспел, потому что был на полторы головы ниже.

– Вашего капитана сейчас самого смоет!

– Куда смоет?! Зачем?! Не волнуйтесь, она крепко его держит! Ну, чего тут застряли?! Топайте вниз!

Диего отступил, не столько под давлением моряка, сколько от изумления. Стоило оборотню спуститься на три ступеньки, как матрос захлопнул дверь перед его носом, оставив в темноте и полном недоумении.

Уикхем проложил путь по пляшущему под ногами коридору и ввалился в салон, где Диана и Элио встретили его нетерпеливым возгласом:

– Ну что?! Ну как?!

– Там что-то очень странное, – признался Диего и поскорей занял кресло, чтоб не навернуться и не расколотить сервант, набитый осколками посуды. – Я даже не очень понимаю, что именно я увидел.

Он рассказал об увиденном, хотя сейчас, в полумраке салона, он уже сомневался, а не показалось ли ему. Ведь он видел это все минут пять, не больше…

– Диего, а ты уверен? – спросил Элио, как только оборотень закончил.

– Не знаю. Раньше глаза меня не подводили, но это же просто очень странно. Я о таком даже и не читал никогда.

– Я тоже, – пробормотал юноша и замолк, нервно покусывая губу.

Мисс Уикхем тоже долго молчала, а потом осторожно предположила:

– Но мы же не думаем, что наш капитан одержим каким-то духом? Он не похож на одержимого, и команда его не боится.

– Но от него странно пахнет, и глаза у него необычные, – возразил Диего.

Хотя его сестра была права: матросы, несмотря на молодой возраст капитана, относились к нему с уважением, но без страха, который люди инстинктивно чувствуют при встрече с одержимым.

Некоторое время они еще поспорили, но грохот грома, скрипы и скрежеты яхты, удары волн и ливня в иллюминатор не особо способствовали беседе, так что вскоре в салоне наступила тишина. К тому же из-за постоянного раскачивания корабля агентам приходилось цепко держаться за кресла и диван, а Элио и вовсе уперся в спинку и подлокотники коленями и локтями, чтобы его не вышвырнуло на пол.

Диего не знал, сколько времени «Рианнон» шла сквозь шторм – привычное чувство времени, на которое он привык полагаться, отказало ему, поскольку за бортом была только тьма и рев бури, так что понять, утро сейчас или день, или, может, вечер, оборотень не мог. Но вдруг, когда он уже почти примирился с бухтыханием по волнам, яхта издала пронзительный, почти человеческий стон и чуть не завалилась набок. Сквозь плотно закрытые рамы иллюминатора плеснула вода.

– Ого! – вскричала Диана. – Кажется, нашему капитану нужна помощь!

– Какая? Ты же сказала, что не сможешь открыть портал.

– Поднимемся наверх и посмотрим, – решил Элио. – Здесь мы все равно ничего не узнаем.

– Мы с Диего поднимемся и посмотрим. Тебя же сдует ветром, как только ты высунешь нос наружу!

Джилах презрительно фыркнул, выбрался из кресла и, уцепившись за панели вдоль стены, добрался до дверей. Когда он дернул ручку, то уехал вместе с дверной створкой к стене и, судя по воплю, весьма чувствительно к ней приложился.

– Давай ты останешься здесь… – начал было Уикхем.

– Давай мы не будем тратить время на чушь! – огрызнулся юноша и практически выпал в коридор.

Агенты поспешили за ним, хоть и это стало непростой задачей. Корабль уже не качало, а швыряло из стороны в сторону, и дверь в конце коридора пришлось открывать Диего – ее то ли заклинило, то ли перекосило от влаги.

Когда оборотень буквально отжал дверную створку наружу, им в лица ударил шквальный ветер и ливень. Его потоки рушились с черного неба на палубу, через которую перекатывались волны. Фигурки матросов были еле различимы во тьме, размытой дождем, и только впереди, под вспышкой молнии, Уикхем разглядел капитана – пригнувшись к штурвалу, он все еще вел яхту куда-то сквозь шторм. Далеко впереди, в узкой щели между черным небом и черным морем едва виднелась полоса спокойной воды и светлого неба, с серой тучкой на горизонте.

– Эй вы! – рявкнул пожилой моряк, но все остальные его слова унес ветер.

Старый матрос вцепился в ванты, чтобы не последовать за ними. Корабль приподнялся на крутом изгибе волны, на миг порыв ветра сменил направление, и Диего услышал голос Бреннона:

– Ну же, сестренка, давай, давай!

Волна бросила яхту вперед, к цели, к просвету в шторме, и тут вдруг Элио выдохнул:

– Ох нет… – и вцепился в локоть Диего.

Оборотень повернулся к нему и замер. Юноша, весь бледный, с расширенными от страха глазами, указывал ему на огромный, крутой темно-синий гребень волны, несущейся к «Рианнон» слева.

– Боже мой! – вскрикнула мисс Уикхем.

Старый моряк тоже его заметил и взревел:

– Капитан!

– Скорей! – пронзительно крикнул Элио. – Диана, займись щитом!

– Но…

– Не спорь! Нам нужен щит по левому борту!

Юноша попятился в коридор, туда, где пол еще был сухим и куда не долетала вода. Щелчком пальцем сотворив светящийся шар, Романте присел на корточки и быстро стал набрасывать на полу знаки трехгранным кордом. Затем Элио чиркнул кончиком клинка по ладони и протянул ее над знаками. Капли крови впитались в знаки и окрасили их в бледно-золотой.

– Это Бар Мирац?! – охнул Диего.

– Диана, готова?

– Да! Но я все еще…

– Дай мне руку!

Девушка тоже отступила от двери и протянула Элио руку. Он вонзил корд в пол, крепко сжал ладонь мисс Уикхем в своей и приказал:

– Щит!

– Scutum magnum! – крикнула Диана.

Джилах молча махнул рукой над знаками. Брызги крови перечеркнули их алой полосой. Знаки тут же втянули кровь в себя, и тут произошло нечто такое странное, что Диего не сразу поверил своим глазам.

Над левым бортом яхты появился большой полукруглый щит, но в тот же миг превратился в шар. Он полностью заключил в себя «Рианнон», зачерпнув еще и морской воды, а затем поднялся над бурлящим морем. Перед оборотнем мелькнуло бесконечно изумленное лицо старого матроса, а потом на корабль обрушился удар огромной волны.

Она накрыла яхту всю целиком. Масса воды была так велика, что наступила полная тьма, даже всполохи молний не могли ее прорезать. Шар качнулся под ударом, но выдержал, а затем волна с шумом и грохотом скатилась по нему вниз и рухнула в море. Каскад брызг и мелкие волны обдали низ шара.

– Господи боже ты мой, это что такое было? – просипел моряк.

Капитан Бреннон, все еще крепко сжимая одной рукой штурвал, повернулся к Уикхему. Глаза капитана горели во мраке, как яркие синие огни. Диего невольно отпрянул и обнажил клыки.

– Элио!

Возглас сестры отвлек его от созерцания капитанской рожи. Обернувшись, Уикхем обнаружил, что юноша стоит на одном колене, протянув ладонь над знаками, а другой рукой сжимает руку Дианы. По лицу Элио метались блики золотистого света, отражаясь в потемневших глазах. Вдруг юноша вскинул взгляд к двери, точнее, к темному небу, что виднелось в дверном проеме, и сделал над знаками какой-то странный жест рукой, словно отталкивал кого-то. В эту же секунду шар, вместе с яхтой внутри, ринулся вперед, летя между бурными волнами и штормовыми тучами, прямо к полосе света на горизонте. Ветер хоть и выл вокруг, и качал шар, но сбить его с курса не мог – загадочная сила джилахской магии попросту волокла шар к цели, как взбесившаяся лошадь тащит за собой экипаж.

Матросы облепили борта яхты и, изумленно перешептываясь, свешивались через перила в попытках понять, что за сила несет их к границе шторма. Капитан Бреннон, устало опираясь на штурвал, поднял лицо к небу. Он все еще было затянуто черными тучами, шар все еще купался в потоках ливня, но все все же то тут, то там в плотной пелене мелькали просветы.

Шторм, как понял Диего, несся на юго-запад, гонимый ветром к проливу в океан, а шар мчался под углом к движению шторма, в сторону островов Консепсьон. И когда они наконец вырвались из самой бурной полосы – тучи из черных стали серыми, молнии и гром утихли, ливень превратился в дождь, а ветер уже не бил в стенки шара с такой силой. Серое облачко на горизонте обрело очертания земли.

Еще через десять-пятнадцать минут яхта вылетела из полосы ветра и дождя, и шар плавно опустился в море. Послышалось громкое бульканье, словно кто-то бросил в кастрюлю огромную клецку. Элио отпустил руку мисс Уикхем, и девушка со слабым вздохом привалилась спиной к стене.

– Диана? – встревожился Диего. – Ты как? Отвести тебя в каюту?

Его сестра только покачала головой и рассеяла заклинание щита. Шар принялся стремительно таять – от вершины к дну под водой. «Рианнон» качнулась, когда он исчез, и морские волны снова лизнули ее борта.

Элио выдернул из пола корд, чиркнул им по знакам и убрал в ножны. Знаки растаяли, и юноша поднялся. Диего тут же схватил его за плечо – он слишком хорошо помнил, как в Эсмин Танн Элио просто упал без сознания после куда как меньших усилий.

– Ты в порядке?

– А? Да, да, – рассеянно ответил джилах. – Все нормально.

– Нормально?! После того, что ты тут устроил?!

Романте вздрогнул и как будто очнулся. Сначала он неверяще посмотрел на свою ладонь, разрез на которой бесследно растаял, потом выбежал на палубу и принялся озираться с таким видом, словно забыл все, что происходило в последние полчаса. У Диего сжалось сердце. Что-то было не так.

– Курс на Сант-Яго, Консепсьон! – вдруг раздался хриплый голос капитана. – Мы должны успеть до того, как ветер переменится!

Диана слабо вскрикнула, выскочила на палубу и бросилась к Бреннону, но почему-то, добежав до него, остановилась, будто в замешательстве. Капитан, мокрый насквозь, как и вся его команда, устало улыбнулся. Диего показалось, что он стоит на ногах только потому, что опирается на штурвал.

– С вами… все хорошо? – с запинкой спросила Диана.

– О да, мисс, благодарю.

– Вы уверены? Вас же выжимать можно!

– О! – со смехом отвечал Бреннон. – Это обычная морская ванна, мисс, не волнуйтесь! Каждый моряк принимает ее не менее трех раз за плавание!

– Вы чего это такое сделали? – с подозрением спросил старый матрос. – Вы как нас вытащили?

Мисс Уикхем вздрогнула, в упор уставилась на него и произнесла:

– Мы? Мы ничего не делали. Абсолютно ничего. Вам показалось.

– Мистер Макрири, – строго сказал капитан, – курс на Сант-Яго. Займитесь делом.

– Да, сэр, – пробурчал Макрири, но было ясно, что он девушке не поверил, как и все остальные матросы, которые с удивлением и подозрением рассматривали трех пассажиров.

– Я могу оказать помощь раненым, – добавила мисс Уикхем. – У меня с собой саквояж с медикаментами.

– Благодарю, мисс.

– Можем устроить медпункт в салоне, – деловито сказала девушка.

Диего вздохнул и подошел к Элио. Он знал, что в конце концов это произойдет, что однажды Диана обратит внимание на кого-нибудь – но не думал, что это случится так скоро.

– Идем, – тихо сказал оборотень и обнял юношу за плечи. Элио испуганно и растерянно взглянул на него. – Идем, вернемся в каюту. Не будем мешать команде.

Джилах безмолвно позволил увести себя с палубы. Они спустились в каюту, где Диего открыл иллюминатор, чтобы хоть немного проветрить. Элио опустился на кровать и сцепил пальцы, глядя на кольцо. Его брови и углы рта нервно подергивались, словно он боролся с собой, пытаясь укротить чувства, которые не хотел показывать. А может, он просто боялся.

– Элио, – мягко спросил Уикхем и присел на кровать напротив, – что ты сделал?

– Это не я, – быстро ответил юноша. – Я не хотел!

– Ты пользовался кольцом?

– Я не хотел!

Диего взял стул, приставил его к кровати Элио и сел поближе. От юноши слабо пахло потом и страхом.

– Ты мне не веришь, – упавшим голосом сказал Элио, – но я не хотел…

– Я знаю. Я чувствую, когда мне врут. Но я думал, что эти знаки, которые нарисовал дедушка из Ас-Калиона, нужны для того, чтобы помешать Магелот тебя схватить, а тебе – использовать кольцо.

– Нет, это не совсем… я не знал, что оно так сработает!

– А что ты хотел сделать?

– Укрепить щит и сдвинуть корабль так, чтобы на него не упала эта волна. Я не ожидал… – Романте съежился. – Но я не чувствовал ее присутствия и не слышал ее голоса. Я не вру!

– Я знаю, знаю, – Диего погладил его по плечу; Элио был напряжен, как струна. – Но мне кажется, ты не совсем понимал, что делаешь.

– Это трудно объяснить, – прошептал джилах. – Это просто произошло и все. Меня как будто подхватило и понесло, и я уже не мог остановиться.

– Но ты ее не призывал?

– Нет! Она однажды уже схватила меня, и я больше ни за что… – юноша болезненно сжался и прошептал: – Лучше сразу умереть!

Оборотень притянул его к себе, обнял и шепнул:

– Знаешь, что мы сделаем? Мы найдем тайник Арье, достанем ключ Гидеона, отвезем его джентльменам, и как только они поймут, как им открывать и закрывать порталы, то в первый же из них выбросим твое кольцо. Хорошо?

Элио кивнул.

– Вот и ладно. А сейчас ложись и поспи. Тебе нужно отдохнуть.

– Я не устал! – запротестовал юноша, но Диего был непреклонен:

– Даже если тебе так кажется, что лучше не рисковать и не давать ей шанса. Раньше она всегда пыталась достать тебя, именно когда ты уставал. Так что давай, баиньки. Все равно до прибытия в Сант-Яго тут делать нечего. Мы и так уже такого наделали, – ворчливо добавил он, – что как бы команда не решила сжечь нас всех к черту.

* * *

Бухта Сант-Яго на самом крупном из островов архипелага Консепсьон была похожа на овал неправильной формы. Проникнуть в нее можно лишь через сравнительно небольшой разрыв между стенами высоких скал, а потому гавань давала надежное убежище кораблям от штормов на пути от Эсмераны к Аль-Тахмину. Здесь «Рианнон» укрылась от бури – как и предсказывал капитан Бреннон, она последовала за ними и достигла островов Консепсьон через два часа после того, как яхта бросила якорь в гавани.

Элио смотрел на бушующую в открытом море стихию сквозь мелкий дождь, заливающий окна в гостинице, где они сняли два номера. Капитан уже отправился закупать все необходимое для ремонта яхты, которую шторм успел потрепать, хоть и не фатально.

Сразу же в лобби гостиницы джилах взял все газеты, какие смог найти, и новости в них его не обрадовали. Эмир западной части халифата, где жили «племена пустыни», воспользовавшись вспыхнувшей на востоке гражданской войной, решил не присоединиться к какой-либо из сторон, а объявить о независимости своего куска страны, и его вдохновляющему примеру немедленно последовали еще пятеро эмиров. А это значило, что безопасный путь к тайнику Агьеррина исчез, как мираж среди барханов.

«Разве что мы сумеем прокрасться к островам незаметно для стражи эмира, найти то, что нужно, и также незаметно скрыться».

– Неприятно, однако, – заключил Уикхем и передал газету сестре. – Если я правильно помню координаты тайника, то нам было бы удобнее всего прибыть в Арбеллу, но сейчас туда лучше не соваться.

– Арбелла принадлежит одному из племен пустыни, – буркнул Элио. – Они и так… очень верующие, я бы сказал. А тут еще и это.

– Ну, не будем унывать раньше времени, – хмыкнула Диана. – Тут нигде не сказано, что местный эмир решил закрыть порт и город для иностранцев. Да бросьте! Это же торговля, деньги, прибыли!

– Племена пустыни – религиозные фанатики со стажем в пятьсот лет, – кисло ответил Романте. – Причем у них какая-то своя, очень особенная разновидность веры. Халифы Аль-Тахмина еще могли держать их в рамках приличий, но теперь… эх!

– Но мы можем подойти, посмотреть…

– И что ты будешь делать, если они решат обстрелять яхту из орудий форта Арбеллы?

Девушка недовольно нахмурилась.

– Честно говоря, я бы даже не рискнул проплывать мимо этой шайки агрессивно верующих, – добавил Диего. – В газетах еще не пишут о том, что эмир Аль-Мунзир устраивает гонения на иноверцев и иностранцев, но новости всегда запаздывают, а пока мы в море, нам о них тем более никто не расскажет. Мы можем приплыть в Арбеллу в самый разгар религиозной резни.

– Вот именно! И вообще, – Элио нахохлился, – самое разумное, что мы можем сделать – это отослать яхту с экипажем обратно в Риаду. Они и так из-за нас чуть не погибли.

– Но не погибли же! Ты их всех спас!

– Я не хочу повторять этот фокус на бис.

– Но почему? – вскричала мисс Уикхем. – Тот добрый дедушка все сделал правильно, раз Магелот тебя не захватила!

– Диана, – строго сказал оборотень, – об опасностях использования кольца предупреждал и мистер Редферн, и элаим бен Алон уже после ритуала. Я против того, чтобы Элио вообще применял магию, до тех пор, пока мы эту дрянь с него не снимем.

– Я согласен, – сказал джилах. – Но это делает тебя единственной среди нас, кто может колдовать. Может, переодеть тебя в мальчика? – неуверенно предложил он. – Ну, чтобы подданные эмира, кхм… не перевозбудились.

– Лучше придумай сначала, как нам добраться до островка Агьеррина без яхты и помощи капитана Бреннона.

Этот вопрос ставил Элио в тупик. Он и сам не знал – разве что рискнуть и проложить портал в место, о котором им неизвестно ничего, даже то, как оно выглядит. Но опасность впечататься в камень или оказаться над ущельем слишком велика. Может, долететь? Использовать левитацию? Но на такое большое расстояние…

Его размышления прервал стук в дверь – капитан Бреннон выкроил время, чтобы навестить их и рассказать, как идут дела.

– На ремонт «Рианнон» понадобится четыре-пять дней, – сказал он и с затаенным беспокойством добавил: – Вы же не планируете взять другой корабль?

– Ну вообще-то… – пробормотал Диего и бросил виноватый взгляд на сестру, которая помрачнела, как туча.

– Мы хотели бы освободить вас от обязанностей, возложенных на вас мистером Скоттом, – произнес Элио, – поскольку это уже чуть не стоило вам жизни. У нас нет права рисковать ни вами, ни вашим экипажем, ни яхтой. Поэтому после ремонта вы можете возвращаться в Риаду.

Найджел Бреннон выслушал его с удивлением и воскликнул:

– Но, сэр, вы все не так поняли! Мы обязаны вам жизнью – я и моя команда, вы сохранили наш корабль, и теперь для нас это долг чести – сопровождать вас в вашем путешествии и убедиться, что он закончится успешно и что вы безопасно вернетесь домой!

– Но вы бы не оказались в шторме, если бы не мы!

– Если бы не я, – тут же возразил капитан. – Я проявил недостойную самонадеянность, когда проложил маршрут к Арбелле, вместо того чтобы сразу свернуть к Консепсьон. Так что вина лежит на мне, и я глубоко благодарен вам за то, что вы сделали.

– Мы считаем, что путешествие к Арбелле опасно, – быстро сказала Диана, хотя ее лицо просто засветилось от облегчения. – В газетах пишут, что эмир Аль-Мунзир провозгласил независимость. Пока что неизвестно, как он и его подданные будут принимать иностранцев и не атакует ли халиф мятежников.

– Ну, халиф-то вряд ли, – заметил Диего. – Он сейчас безуспешно пытается вытащить занозу из своей зднкхххммм… усмирить своего брата. Но опасения у нас есть.

Капитан обдумал его слова и кивнул:

– Понимаю вас. Но если вы позволите, я бы предложил помощь в этом вопросе.

– Какую?! – воскликнули агенты.

– Я, как капитан личной яхты мистера Скотта, являюсь одним из его доверенных лиц. Мистер Скотт бывал в Арбелле, поскольку ведет некоторые дела в этом эмирате. Я напишу представителю мистера Скотта, мистеру Фоггу, и визирю Рамину дан Надиру Аль-Рахману, советнику эмира по делам с иностранцами. На телеграфное сообщение и ответ уйдет пять или шесть дней.

– Боже ты мой! – со смехом воскликнула мисс Уикхем, пока Элио и ее брат переваривали это предложение. – Вы просто кладезь бесценных сюрпризов!

Найджел Бреннон покрылся кирпичного цвета румянцем и кашлянул.

– Но это предполагает задержку почти в неделю.

– Ну что ж, зато мы успеем всласть насочинять отчетов для нашего начальства, погулять по городу и наесться инжира и орехов, – жизнерадостно ответила Диана. – Они тут великолепны, как нас уверяли при заселении.

– Погодите! – воскликнул Диего. – А как же ваша команда? Они это все видели, и я уверен, что не обрадовались!

– Почему?

– Ну это зрелище не для слабонервных, знаете ли.

Бреннон издал короткий смешок.

– Это не самая пугливая команда. К тому же они привыкли видеть не самые обычные вещи. Однако если вы согласны с моим предложением, то я поспешу к телеграфной станции – у меня еще есть полтора часа до ее закрытия.

– Ох, ну… – Элио взглянул на оборотня и его сестру.

Будь он один, он бы не колебался и сразу отказал капитану, но раз они втроем, то решать должны все.

– Я за, – сказала Диана. – Самое простое и практичное решение.

– Я не уверен. Визирь может завлечь нас в ловушку, чтобы захватить яхту и другие ценности мистера Скотта. Если уже не захватил, – мрачно добавил Диего.

– Ну почему ты всегда смотришь на все так пессимистично!

– Я думаю, нужно послать сообщение, но только мистеру Фоггу, – сказал Элио. – Узнать у него, нуждается ли он сам в помощи. А потом, уже после его ответа, если он последует, будем решать, что нам делать. Возможно, – нахмурившись, предположил юноша, – нам придется совместить нашу миссию со спасением людей мистера Скотта.

– Хорошо, так и поступлю, – кивнул капитан Бреннон. – Доброго вечера, господа, мисс. Если желаете – завтра обед на «Рианнон» к вашим услугам.

11 июля 1866 года,

Сант-Яго, столица архипелага Консепсьон (Эсмерана)

С некоторым стыдом Элио подумал, что у него еще никогда не было такого хорошего отпуска. Обычно он брал его два раза в год, для религиозных целей, и потому неделя в Сант-Яго, полном фруктов, солнца и теплого бриза, показалась юноше истинным раем. Он проводил время либо изучая книгу о Бар Мирац, либо гуляя по городу вместе с Диего и Дианой, а иногда – в одиночку. Даже мысль о том, что тайник Арьеррига с Ключом Гидеона все еще не найден, никак не действовала на совесть Романте. Она, видимо, уснула, убаюканная напевами местных птиц.

– Чертовы твари, – мрачно изрек Диего за завтраком. – Орут, не переставая, с утра до ночи! Хоть бы на еду прерывались!

– Ну, не ворчи, – Диана намазала ломтик белого хлеба нежнейшим маслом и положила ему на тарелку. – В конце концов, здесь же намного лучше, чем в деревянной коробке, правда?

– Что есть, то есть, – согласился оборотень, поместил на хлеб ломоть ветчины и с наслаждением впился в него зубами. – Что там пишут насчет Аль-Мунзира?

Элио сунул в рот ложку салата и перелистнул газетную страницу.

– Пока ничего. В смысле, о гонениях на иностранцев и иноверцев не слышно. Эмир уже принял кучу законов, но все они касаются борьбы с его врагами и халифом. По-моему, – хмыкнул юноша, – он больше увлечен расхищением собственности халифа и его родственников в свою пользу, чем сражениями за веру. Хотя одно другому не мешает.

Чай, кофе и десерт в виде сладких булочек с инжирным вареньем и ореховым муссом они сели вкушать на террасе, с которой открывался прекрасный вид на гавань – однако вне досягаемости от ее сомнительных запахов. Но от порта к отелю вела широкая белая дорога, чтобы путешественники могли без хлопот добраться до уютных номеров и отличной кухни.

Агенты и секретарь Бюро уже допивали чай, когда на дороге показался наемный экипаж. Он резво домчался до гостиницы, и из экипажа выпрыгнул капитан Бреннон. Все эти дни они почти его не видели – капитан занимался ремонтом яхты. Диана, заметив Бреннона, просияла и поспешила ему навстречу; Диего помрачнел.

Элио отвел глаза. Он видел, что оборотню это все не нравится, но не знал, как тут помочь. И можно ли вообще называть это помощью, а не бестактным влезанием в дела семьи, которые его, джилаха, не касаются.

– Пойдем, – сказал Диего и поднялся. – Она отведет его в наш номер, чтобы не обсуждать это здесь, – оборотень окинул взглядом стол: – Наверное, нужно сказать, чтобы чай со сладким принесли к нам. Невежливо все-таки его ничем не угостить.

Элио подозвал официанта, и вскоре их небольшая процессия добралась до номера, который заняли юноша и оборотень. Там капитан Бреннон с большой благодарностью принял чашку чая и протянул им телеграмму – ответ мистера Фогга, управляющего делами мистера Скотта в свежеобразованном эмирате.

«Слава Богу! – начиналась телеграмма, что сразу внушило Романте некоторое беспокойство. – Рад вашем сообщению. Ситуация несколько тревожная. Я отослал почти всех сотрудников с кораблями, которые шли в Адану[8]. Нас осталось четверо. Рахман пытается убедить эмира сохранить отношения с Аданой, но его соперник, Аль-Сухран, настраивает эмира против иноверцев. Мы были бы рады сесть на ваш корабль, но я не уверен, насколько безопасна будет Арбелла даже через несколько дней. С уважением, м-р Фогг».

Диего протяжно присвистнул:

– Однако! Дела у них там идут не лучшим образом.

– Может, он преувеличивает? – спросила Диана у Бреннона.

Капитан покачал головой:

– Мистер Фогг – человек спокойный и рассудительный, не склонный к панике.

– Но в таком случае… – девушка нахмурилась. – Он ведь практически просит вас о помощи. С нашей стороны будет не самым лучшим поступком требовать, чтобы вы ему отказали ради нашей миссии.

– Мы можем совместить, – сказал Элио. – Как только прибудем в Арбеллу, капитан и его команда займутся эвакуацией людей мистера Фогга, а мы отправимся на островок по указанным координатам.

– Тогда я последую за вами, как только мистер Фогг и его сотрудники поднимутся на борт…

– Не обязательно. Можете следовать сразу же в Риаду. С островов до нашей штаб-квартиры мы доберемся сами.

Капитан ошеломленно уставился на юношу и спросил:

– Но позвольте, как же вы это сделаете? Вы же не намерены везти мисс Уикхем через бунтующую страну в другой порт?

– У нас есть свои способы перемещения, – с улыбкой ответила Диана. – Для нас самое важное – точно знать место назначения, именно поэтому к островам, которые неизвестны никому из нас, мы вынуждены плыть на корабле.

– О! Кхм. Мистер Реджинальд, конечно, упоминал… но вы уверены, что там вам не потребуется помощь?

– Вы все равно вряд ли сможете ее оказать, – произнес Диего. Глаза Бреннона сверкнули. – Не потому, что я сомневаюсь в вашей храбрости, а потому что тут нужны знания определенного рода.

– Которыми вы не обладаете, – заключил Элио; ему тоже не хотелось, чтобы капитан Бреннон, при всех его достоинствах, крутился возле них, когда они будут искать тайник Арье. И уж тем более – когда найдут.

– В таком случае я отдам приказ о подготовке к выходу в море, – сказал капитан. – С завтрашним отливом мы отчалим.

С этим он поднялся, поблагодарил за чай и направился к двери. Диана тоже встала, чтобы проводить гостя.

Когда они оба скрылись за дверью, Уикхем тихо вздохнул, а его могучие плечи поникли.

– Диего? – несмело позвал Элио.

– Я знал, что это произойдет, – несчастно пробормотал оборотень, – но почему же так быстро!

Этого юноша уже не смог выдержать. Он вскочил и быстро вышел, хотя не понимал, что вообще намерен сделать. Тем не менее он догнал Диану и капитана Бреннона у выхода на террасу, но сбился с шага и замер за колонной, поддерживающей балкон над террасой.

– Элио прав, – произнесла девушка, и джилах даже вздрогнул от неожиданности. – Вы подвергаете корабль и команду опасности.

– Теперь это наш долг. Мистер Фогг просит о помощи, и мы не вправе отказать. Но я бы все равно отправился в халифат, – добавил Бреннон.

– Потому что считаете себя обязанным? – ласково спросила Диана.

– Потому что я готов отправиться куда угодно, если смогу немного дольше оставаться рядом с вами.

Элио поперхнулся. Это далеко выходило за рамки приличий и того, что молодой мужчина может сказать юной незамужней девушке. И капитан это знал. Он поспешно надел фуражку и попятился к лестнице на веранду, словно ожидал грома и молний от благовоспитанной девицы – но Диана только взяла его за руку и сказала:

– Я тоже.

– О… я… вы… – пробормотал Найджел Бреннон. – То есть я не хотел, мисс, прошу простить, вырвалось…

– Но я бы не хотела, чтобы пострадали вы, или ваша чудесная яхта, или матросы. Поэтому, если кому-то из вас будет грозить опасность, то мы… я приму меры. И возможно, – со смешком, который вышел до странности невеселым, заметила Диана, – вы после этого очень сильно измените мнение обо мне.

– Но почему же?

– Я – агент Бюро-64. Вы, к счастью, пока еще не знаете, что это значит. Но я бы… я бы хотела, чтобы наше плавание было просто приятным путешествием, чтобы… – она запнулась.

– Я не думаю, что смогу изменить мнение о вас, – приглушенно сказал капитан. – Что бы ни произошло, – он прижал руку Дианы к груди, поклонился и заспешил прочь.

Мисс Уикхем некоторое время стояла на ступеньках, покачиваясь на каблуках, а потом, опустив голову, повернула к их номеру.

Элио выступил ей навстречу.

– Эй, маленький мистер! – вспыхнула девушка. – Вы что это – тут подслушивали, а?!

Романте немного покраснел (она, в конце концов, права, и какого черта он лезет в их семейные дела?!), но довольно твердо ответил:

– Я знаю, что ты редко задумываешься о чужих чувствах, но все же один раз сделай над собой усилие и подумай о чувствах Диего.

– Диего? – ошеломленно пробормотала девушка, но Элио, не готовый дальше вести беседу на такую опасную тему, быстро обошел ее, сбежал с лестницы и укрылся в саду, окружающем веранду.

* * *

«Любовь», – философски подумал Карло Мальтрезе, наблюдая за паническим бегством капитана от соблазна.

Позиция для этого была крайне удобной – в плетеном кресле, под хлопковым тентом, защищающим гостей отеля от пекущего солнца. Карло, конечно, не стал брать здесь номер – слишком велик риск, что Уикхем его учует, но кафе при отеле принимало не только постояльцев. Оно располагалось на террасе чуть ниже, чем веранда, в том же саду.

Итак, достойный капитан Бреннон (до чего же забавное совпадение!) устремился в гавань, к своему кораблю, к которому Мальтрезе предусмотрительно распорядился прикрепить следящий амулет во время стоянки в порту Эскалиноса. Это было куда более рискованно, чем Глаза Шу – агенты могли обнаружить амулет в любой момент; а еще это оказалось недолговечно. Амулет оторвался во время шторма и теперь исправно вещал из морских глубин. Но Мальтрезе, которого в свое время изрядно помотало по этим местам, сразу предположил, что найдет «Рианнон» в Сант-Яго – единственной безопасной гавани на пути в Аль-Тахмин. И не ошибся.

Однако сейчас проблема состояла в том, чтобы понять, куда же направится яхта теперь. Мальтрезе так и не понял, как агенты догадались о Глазах Шу, и не рискнул набрасывать следящие чары. А входить в отель, где жил оборотень, прекрасно знающий запах Карло, было бы не самым разумным решением.

Но тут его размышления были прерваны самым неожиданным образом – на веранду выбежал юноша в черном костюме, и у Мальтрезе перехватило дыхание. Раньше он не видел секретаря Бюро вблизи – и как же экселенс был прав, когда говорил, что Карло захочет сам с ним развлечься!

Мальчик был идеален – точно по вкусу Мальтрезе, словно сделанный по его заказу: белокожий, даже бледный, невысокий, хрупкий, с пышной копной угольно-черных волос, полными губами и большими, красивыми глазами, зелено-голубыми, как аквамарин. Юноша ослабил галстук, приоткрыв длинную шею с ямкой между ключицами, расстегнул сюртук, так что стали видны тонкая талия и узкие бедра, а затем опустился на перила вокруг веранды и о чем-то задумался, глядя вдаль на море.

Он был чем-то взволнован и несколько раз обернулся, словно думал, что его будут преследовать, но потом успокоился и устроился поудобней, опираясь спиной на витую колонну. Мальтрезе пожирал его взглядом, не в силах отвести глаз. Какой невероятно ценный приз ему внезапно преподнес бывший комиссар Бреннон – и зачем ему такой секретарь, если он едва ли пользуется всем, чем мальчика одарила природа!

Хотя, конечно, это было несколько странно – брать секретаря, которому едва ли есть семнадцать, так что можно было бы подумать… но Мальтрезе точно знал, что нет – Бреннон хранил верность супруге, о чем знали даже в Ордене, не то что в Бюро.

Мальчик, конечно, чистокровный джилах, но Мальтрезе это ничуть не смущало. У него и раньше были мальчики-джилахи, и в их красоте было нечто особое, экзотичное – секретарь Бюро в профиль напоминал портреты принцев со старинных монет… может, ему даже шестнадцать, а не семнадцать. Такой юный и свежий!

Наконец Карло заставил себя отвести глаза от чудесного создания и проследить за его взглядом. Юноша смотрел на корабль, и бартолемит снова с досадой вспомнил о насущной проблеме. Если «Рианнон» ускользнет, то он потеряет и след агентов, и такой прелестный приз, который непременно должен попасть к нему в руки.

Однако в гавани Мальтрезе уже нашел несколько кораблей из Аль-Тахмина. Хотя официально Сант-Яго был портом его величества короля Эсмераны, на практике мало кто в этом городе интересовался тем, каким образом добыты товары, которые сбывают капитаны кораблей на рынках или перекупам. И вряд ли чиновнику администрации порта придет в голову спрашивать, а не пиратским ли способом получены те деньги, которые тишком подсыпает ему в карман капитан какого-нибудь брига.

Тем самым Карло, воспользовавшись заклинанием приближения, довольно быстро отыскал то, что ему нужно – шхуну, которая явно сошла со стапелей в каком-нибудь мейстрийском доке, но носила гордое имя «Эль Асифа». Купил ли капитан этот корабль в Мейстрии или утопил его команду в море – уже мало кто узнал бы. Мальтрезе же в первую очередь занимала скорость – ему по опыту было известно, что шхуны, особенно из южных мейстрийких доков, одни из самых быстроходных. Так что для «Эль Асифы» не составит труда следовать за «Рианнон» и не терять ее из виду.

Карло открыл бумажник и провел инспекцию. Не все тахминские пираты принимали банкноты – многие по старинке держали тарифы в золоте и серебре. Но почему бы не начать с банкнот? Может, у капитана «Эль Асифы» более современные взгляды на оплату проезда.

12 июля 1866 года,

открытое море, курс на Арбеллу

– Ну что, плавание на этой лоханке уже не доставляет тебе столько радости? – с некоторым ехидством спросил Диего, наблюдая за тем, как юный секретарь Бюро вглядывается в небо и море на горизонте.

– По-моему, когда нет шторма, все вполне приятно.

– Ну да. А когда есть – уже не очень. Скорей бы доплыть уже! – мечтательно вздохнул оборотень.

Он провел на борту всего полсуток, и ему уже казалось, что встреча с религиозными фанатиками – не такая уж и плохая перспектива. Их хотя бы можно не нюхать.

– Не ной, – строго ответил Элио и сел в плетеное кресло, придвинув к себе свежие газеты, которые купил вчера вечером в порту. – Капитан сказал, что плыть всего три-четыре дня.

– Не самое безопасное место, эти острова Консепсьон, – покачал головой Диего. – Слишком близко к берегам халифата. Хорошо, что мы ни там ни тут не задержимся. Кстати, почему Диана с тобой не разговаривает?

Элио спрятался за газетой, но Уикхем успел заметить, как заполыхали его уши.

– Тут пишут, что Аль-Мунзир провозгласил миролюбие и терпимость, – сообщил ему Романте из-за газеты. – Пока иностранцы не посягают на веру, им ничего не грозит.

– Это хорошо…

– А в заметке от репортера газеты в Арбелле написано, что местные жители уже стали грабить лавки и торговые дома иностранных купцов.

– Может, он преувеличивает, – с некоторым беспокойством сказал Диего.

– Надо было взять винтовки и запас патронов.

– Ну ты бы еще гранаты притащил!

– И притащил бы, – с холодком ответил Элио. – Надеюсь, наш капитан вооружил свой экипаж.

Капитан Бреннон, легок на помине, появился на носу «Рианнон», потом подошел к борту, некоторое время вглядывался в морские дали, а затем остановился около плетеных кресел под тентом.

– Доброе утро, господа.

– Доброе, – ответил Элио и опустил газету на колени. – Все в порядке, капитан?

– Да, сэр. Могу ли я задать вам вопрос о ваших, кххх… о том, что вы практикуете?

Романте поднял бровь.

– Можно ли с помощью таких, эээ, умений, спрятать корабль в море?

– Сделать его невидимым? Конечно можно. Хотя это потребует больших сил, и чародей очень устанет, если будет поддерживать невидимость долго.

– Чародей? – с запинкой пробормотал капитан. – Ладно… а вы сможете определить, происходит ли такое сейчас?

– Вам кажется, что нас преследует невидимый корабль? – спросил Диего.

– Меня несколько удивляет, что я вижу признаки движения судна, но не вижу его самого.

– Где это? – Элио поднялся, и капитан подвел его к правому борту. Уикхем поспешил за ними.

– Видите? – Бреннон указал им на горизонт. – Там движется некий крупный объект.

– Я ничего не вижу, – признался оборотень и потянул носом.

Но запахи с такого расстояния до него не долетали, даже корабельная вонь, не говоря уже о том, что все перебивало амбре «Рианнон». Капитан протянул Элио подзорную трубу, и юноша приложил ее к глазу.

– Видите? На море след от движения корабля. Он следует параллельным курсом, направляясь в сторону северо-восточного побережья халифата, к проливу Мессарат.

Элио передал трубу оборотню и указал, куда смотреть:

– Там и правда что-то есть. А вы уверены, что это не какое-то морское явление?

– Нет, – капитан Бреннон скупо улыбнулся. – Любой моряк отличит след от продвижения корабля от обычных волн.

Диего нацелил подзорную трубу пониже, на море. Его как будто действительно рассекало что-то крупное – волны расходились, словно перед килем корабля.

– Интересно, – пробормотал Романте и нахмурился. – Но скинуть покров невидимости с такого расстояния у нас вряд ли получится. Но не могли же они узнать…

– Прошу прощения, капитан, на пару слов, – Диего взял юношу за плечо, отвел в сторону и как мог тихо сказал: – Это скорее всего бартолемиты.

– Думаешь?

– А кто же еще?

– Но как бы они узнали о том, куда мы направляемся?

– А как они узнали о нашей с Дианой миссии в Сен-Маре? Наверняка у них есть шпионы и доносчики.

– А если это просто корабль с чародеем на борту?

– Который плывет в ту же сторону, что и мы?

– Мда… позови-ка Диану. Нужно решить, что делать.

* * *

Им ничего не оставалось, как молча наблюдать за курсом невидимого корабля. Он не пытался с ними сближаться или стрелять из пушек, если они были на борту, но следовал тем же курсом, на том же расстоянии. Это странное преследование, похожее то ли на слежку, то ли на угрозу, тревожило оборотня все сильнее. Диана, Элио и капитан Бреннон тоже происходящему не радовались.

– А мы никак не можем от него оторваться? – спросила мисс Уикхем.

Капитан покачал головой:

– «Рианнон» и так идет на пределе возможностей. Можем уклониться к югу, чтобы проверить, действительно ли он следует за нами.

– Давайте попробуем.

Капитан ушел, чтобы отдать распоряжения команде, и вскоре агенты и секретарь Бюро ощутили смену курса – яхту накренило, ее корпус заскрежетал, паруса и канаты заскрипели.

Спустя некоторое время Бреннон вернулся и сказал:

– Невидимый корабль следует прежним курсом. Наш маневр он не повторил.

– А он может нас опередить, повернуться и атаковать? – спросил Диего.

– Если продолжит идти своим курсом – то нет.

– Странно как-то, – пробормотала Диана. – В чем же тогда его цель?

– Может, они как-то вызнали, куда мы направляемся, и теперь спешат нас обогнать? – предположил Уикхем.

– Как бы им это удалось? Никто, кроме нас и руководства Бюро, не знает координат, – возразил Элио.

– Ну да. Еще и кроме… – оборотень бросил выразительный взгляд на капитана.

Бреннон холодно посмотрел на него в ответ.

– Ну знаешь! – воскликнула Диана. – Это уже слишком! Капитан тут ни при чем! Ты уже совсем…

– Капитан! Сэр! – вдруг крикнул матрос из какого-то странного гнезда на вершине одной из мачт (Диего не знал, что это, но ни за что бы сам туда не полез). – Корабль по левому борту!

– Еще один?! – воскликнул Элио; все бросились к левому борту – и даже подзорная труба никому не понадобилась. За ними шел, уверенно приближаясь корабль, над мачтой которого развевался длинный узкий флаг с тремя хвостами – черным, белым и зеленым.

– Кто это? – в ошеломлении выдавил Диего: он уже различил пушки в портах по бортам преследователя и ораву людей, столпившихся на носу.

– Пираты, – процедил Бреннон. – Это ибелинские пираты. Мисс, господа, спуститесь в салон. Мы постараемся от них оторваться.

– А если не выйдет? – спросила Диана.

– Я не позволю им причинить вам вред.

Элио сжал кулаки, посмотрел на кольцо и выдохнул. Диего положил руку ему на плечо и покачал головой. Может, юноша и сумел бы еще раз повторить такой фокус, как во время шторма, но оборотень категорически этого не хотел.

– Мы защитим вас от выстрелов из пушек, – быстро сказала мисс Уикхем, схватив капитана за руку. – Но Элио больше не сможет нас так унести!

– Я смогу, – чуть слышно прошептал юноша, – если нужно, я смогу, но…

– Понял вас, – кивнул Найджел Бреннон. – Положитесь на быстроходность нашей яхты.

С этим он их покинул, и вскоре они услышали, как он уверенно раздает команды. «Рианнон» издала пронзительный скрежущущий звук и под всеми парусами ринулась вперед, прочь от пиратов. Ветер донес до Диего их негодующие вопли.

– Диана, они наводятся! – вскричал Элио.

– Scutum Magnum, – прошептала девушка и вскинула руку.

Над водой, между яхтой и пиратским кораблем развернулось прозрачное полотно щита, сверкнувшее под жарким солнцем. Тут же загрохотали пушки, и в щит врезались три ядра. Он содрогнулся, но выстоял. Джилах подался вперед.

– Элио, не вздумай! – Уикхем стиснул его плечо так, что юноша вскрикнул от боли. – Ты же обещал!

– Но что, если у нее не получится?!

– Все получится! Иди в каюту!

– Нет! – огрызнулся Элио и вывернулся из-под его руки.

Для пиратов такой оборот дела с ядрами оказался полной неожиданностью. Они разразились дикими криками и скучились на носу судна так, что Уикхем уже понадеялся, что оно сейчас перевернется. Но поскольку «Рианнон» быстро увеличивала расстояние между собой и пиратским кораблем, а морские разбойники, видимо, уже назначили ее очень ценной добычей, то их канонир дал второй залп. Если первый был нацелен в борт, то второй – в корму; однако результат был таким же. Щит издал слабый звон и стал рассеиваться по краям.

– Они отстают! – воскликнул Элио. – Нет, погоди, они отворачивают в сторону!

– Неужели уже решили отступить? – прошептала Диана.

– Ну, вряд ли они каждый день видят что-то подобное. Может, мы их достаточно напугали, и они решили не связываться. Моряки довольно суеверны, как я читал, а это и вовсе какие-то дикари.

Ветер благоприятствовал «Рианнон» – под горой белых парусов она летела, словно птица, прочь от пиратского корабля. Он, в свою очередь, стал забирать куда-то вбок, словно капитан его и впрямь решил не связываться с такой странной добычей. Но моряки и Бреннон почему-то не спешили радоваться, и Диего снова встревожился.

– Мы уйдем от них? – быстро спросил он у пробежавшего мимо седого моряка – кажется, Макрири или Макрори.

– Делаем все, что можем, сэр. Чертовы твари… простите, сэр, ибелинцы пытаются обогнуть нас и пройти наперерез. Ветер в их пользу, так что прошу простить, – с этим моряк умчался прочь, криками подгоняя матросов.

– Но если они пройдут нам наперерез, то смогут стрелять только по носу. Это же плохая мишень, – озадаченно пробормотал Диего.

Он мало что смыслил в кораблях, и Романте тут же указал ему на ошибку:

– Они смогут сбить наши паруса, мачты и такелаж! Я видел такое однажды, когда его преосвященство морем следовал в Эсмерану с папским посольством. На торговое судно напали пираты, и если бы наша эскадра не пришла купцам на помощь, они бы все потонули.

«Проклятие!» – оборотень думал, что ветер играет на руку «Рианнон». Но, впрочем, пиратский корабль быстро удалялся, так что, может, они и впрямь решили не связываться.

Диана напряженно смотрела им вслед, пока Элио не протянул ей подзорную трубу. Девушка долго осматривала море, совершенно одинаковое со всех сторон, и вдруг воскликнула:

– А невидимый корабль все еще там! Отстал и как будто тоже отворачивает.

– То есть это бартолемиты, – заключил Романте. – Ничего удивительного, но почему их чародей не пытается проломить наш щит?

– Но почему ты думаешь, что они действуют сообща?

Элио не ответил, к тому же вряд ли у них был бы шанс об этом узнать. Яхта неслась по волнам так стремительно, что Диего минут через двадцать уже вздохнул с облечением, как снова раздался крик:

– Капитан, по левому борту!

Агенты и секретарь Бюро бросились к Бреннону, хотя перемещаться, тем более бегом, по несущейся «Рианнон» было непросто и даже опасно. Диего пришлось пару раз схватить за руки сестру и Элио, чтоб они не вылетели за борт.

Капитан снова стоял у штурвала, положив на него руки. В его позе было что-то странное, но Диего не успел задуматься о том, что именно. Впереди, чуть левее, снова показался пиратский корабль. Как и говорил Макрири, они шли наперерез яхте и уже наводили пушку.

– Мисс! Юный сэр! – гаркнул Макрири (Макрори?). – Нам бы еще разок такой фокус, как на той неделе, а?!

Элио закусил губу. Диана взмахом руки передвинула щит, и он принял на себя удар еще одного ядра. За первым выстрелом тут же последовал второй.

– Куда они целят?! – крикнул Диего.

– Выстрелы в нос, – ответил Бреннон. – Нам приказывают лечь в дрейф.

– Чего?

– Остановиться! – перевел оборотню Макрири.

Диана вздрогнула и ринулась к капитану:

– Сэр! Выполните их приказ!

– Что?! – в изумлении вскричал Бреннон.

– Остановитесь! Только так, чтобы ваша яхта смотрела носом на их борт!

Моряки зароптали, но капитан, после секундного колебания, приказал:

– Лечь в дрейф! Мистер Макрири!

– Что ты хочешь сделать? – прошипел Элио, поймав Диану за руку.

– Кое-что, но мне нужно, чтобы «Рианнон» не пострадала. Поэтому она должна развернуться-аааа!

Яхта как будто отозвалась на слова девушки и так круто повернула нос в сторону пиратского судна, что Диане и Элио пришлось вцепиться в оборотня, который запустил когти в ближайшую мачту.

– Господи, – прохрипел Диего. – Чтобы я еще раз!.. Больше никогда! Никаких лоханок!

Если пиратов и удивила такая покорность, то они не стали задумываться о ее причине, а уверенно пошли на сближение. Когда их корабль оказался на расстоянии выстрела из винтовки, Диана быстро сказала:

– Я сейчас уберу щит, но если вы увидите, что они снова готовы стрелять – Элио, вернешь его обратно.

– Хорошо, но что ты…

– Мисс, что дальше? – окликнул ее Найджел Бреннон. – Что вы будете делать?

– О, кое-что такое, о чем вам лучше забыть сразу после того, как увидите! – отозвалась девушка. – Я постараюсь не задеть «Рианнон».

– Не задеть? Но…

– Ведь корабли не только хорошо плавают. Они еще и отлично горят!

– Горят?! – вскричал капитан.

Мисс Уикхем промчалась мимо него, сдернула с ремня хрустальный факел и с ловкостью акробатки взбежала по бушприту на самый его конец.

– Диана! – оборотень метнулся вперед.

Пираты, увидев красивую девушку с развевающейся по ветру белокурой косой, радостно взревели. Диего ответил им таким свирепым рыком, что моряки вокруг него даже присели.

Диана, держась одной рукой за ванты, вскинула над головой хрустальный факел и крикнула:

– Flammae Lampada Sancta! – а затем направила его на пиратский корабль.

Пираты встретили ее демарш веселым улюлюканьем – которое мгновенно оборвалось, когда в факеле зародился крошечный алый язычок пламени, за несколько секунд превратившийся в огненную волну. Она хлынула от носа «Рианнон» к кораблю пиратов и накрыла его от верхушек мачт до ватерлинии.

Огонь облизал левый борт корабля, и от жара в портах стали лопаться пушки, разрывая дерево. Паруса вспыхнули мгновенно. Пламя обвило мачты и такелаж, скользя по ним, как живое, к палубе. В треске огня раздались пронзительные крики боли и заметались черные силуэты горящих заживо людей.

– Матерь Божья! – прохрипел Макрири; несколько матросов принялись креститься.

– Диана, это же против нечисти… – беспомощно прошептал Элио.

Всего через минуту или две огонь Lampada Sancta погас, рассеявшись снопами золотых и алых искр над искалеченным кораблем. Однако уцелевший в первой волне пламени пиратский экипаж не стал ждать вторую – с трудом развернув обугленное судно, они как могли быстро поплыли прочь, зачерпывая воду пробитыми в бортах дырами.

Мисс Уикхем подождала, пока корабль удалится на достаточное расстояние, повесила факел на ремень, осторожно повернулась на кончике бушприта и устало улыбнулась команде яхты – а потом со слабым возгласом соскользнула вниз.

Сердце Диего екнуло, и он ринулся к борту, но его опередили. Капитан Бреннон, одним прыжком перемахнув через изящные перильца, нырнул в воду, как дельфин. Его фуражка закачалась на волнах, а сам Найджел устремился к Диане, которая барахталась перед носом яхты.

– Боже мой, ее же затянет вниз! – в отчаянии взвыл Диего, но тут «Рианнон» каким-то странным образом отодвинулась от девушки, издав протяжный скрежет, словно это стоило ей немалых сил.

– Че стоите, остолопы?! – гаркнул на матросов Макрири. – Трап капитану!

Бреннон добрался до Дианы, подхватил ее и поплыл обратно. Моряки сбросили веревочный трап. Диего встревоженно перегнулся через борт. Капитан мог грести только одной рукой (другой он прижимал к себе мисс Уикхем), а потому назад двигался медленнее и к тому же боролся с волнами, которые отбрасывали его от яхты. Элио чуть слышно шепнул Motus и указал на Найджела. Капитана с девушкой тут же толкнуло к «Рианнон», и вскоре Бреннон поймал трап.

Диана тоже уцепилась за веревочную лестницу и весьма бодро для чудом спасшейся от утопления принялась карабкаться наверх. Капитан следовал за ней, поддерживая ее под руку. Но для Диего это все равно было слишком медленно – он схватил трап и в несколько мощных рывков втащил его наверх, правда, с некоторой помощью матросов.

Наконец, когда Диана показалась над бортом корабля, оборотень подхватил ее на руки и попятился подальше перил, крепко прижимая к себе. Элио, Макрири и его матросы помогли забраться на борт капитану.

– Больше никогда так не делай, – хрипло пробормотал Диего.

– Ну что ты, Диг, – девушка ласково погладила его по щеке, – ну что ты так переволновался? Со мной все в порядке.

Уикхем прикрыл глаза, все еще крепко сжимая ее в объятиях. А если бы капитан не успел?!

– Ну, Диг, ну не надо, все же хорошо!

Он вздохнул, стянул сюртук, завернул в него девушку и снова поднял на руки.

– Я могу идти сама! – брыкнулась Диана.

– Цыц! Я отнесу тебя в каюту, тебе нужен горячий чай и сухая одежда.

– Мисс Уикхем! – капитан, оставляя за собой лужи морской воды, дошлепал до брата с сестрой и поклонился, прижав руку к груди. – Мы снова в большом долгу перед вами. Вы спасли яхту и экипаж.

Хотя далеко не все моряки выглядели довольными от увиденного, они все же хором пробормотали что-то благодарственное.

– Спасибо, – с улыбкой ответила Диана. – Я тоже очень вам обязана, как и мой брат. Ведь я совершенно не умею плавать.

* * *

Приложив к глазу окуляр подзорной трубы, Мальтрезе с некоторой досадой наблюдал за тем, как стремительно удаляется «Рианнон». Впрочем, курс корабля уже был ему ясен – по некоей неизвестной пока причине агенты Бюро-64 плыли в Арбеллу, столицу мятежного эмирата Таназар, населенного «племенами пустыни», которые давно уже контролировали не только караванные тропы, но и морские маршруты на северо-западе халифата. Тем не менее, следовало поторопиться – всегда есть вероятность, что агенты свернут куда-нибудь прямо около порта.

– Саид, – почтительно обратился к Карло капитан «Эль Асифы», – ибелинский корабль просит помощи.

– Какой?

Капитан указал ему на жалкие остатки судна, которое раньше было угнанной пиратами иларской шхуной. Мальтрезе навел на нее подзорную трубу и с большим удовлетворением изучил сожженные остатки парусов, такелажа и пробоины в бортах от взорвавшихся пушек. Мисс Уикхем нравилась ему все больше и больше – чертовски жаль, что он не успел обработать ее и мистера Уикхема в Сен-Маре. Отличные бойцы так нужны Ордену!

– Саид, если мы не пошлем к ним лодки…

Карло поднял руку, указал на место, где должен быть пороховой погреб, и шепнул: Crepitus. Мощный взрыв тут же сотряс пиратское судно; к небесам взвился столб огня и дыма, а веер обломков и кусков тел разлетелся над зелеными водами моря.

– Саид! – в ужасе вскричал капитан.

Мальтрезе сунул руку в карман и протянул ему кошелек:

– Здесь достаточно, чтобы успокоить вашу совесть?

Пока владелец «Эль Асифы» пересчитывал монеты и банкноты, Мальтрезе осмотрел останки ибелинского корабля. Ему никогда не нравились жадные идиоты, которые порываются украсть у него из-под носа его законную добычу – агентов, отличную яхту (пригодится Ордену) и, разумеется, прелестного мальчика.

– Мы следуем тем же курсом, саид? – спросил капитан.

– Да. Скорее всего, «Рианнон» идет в Арбеллу. Держитесь на расстоянии, – Мальтрезе указал на уходящий на дно корабль, – как видите, экипаж яхты весьма опасен.

– Д-да, саид, – пробормотал капитан и убрался.

Карло снова приложил к глазу окуляр, но искал уже не «Рианнон». Ему было чертовски интересно, что же это за невидимый корабль проплыл мимо яхты, направляясь в сторону Арбеллы – и откуда на борту взялся настолько сильный маг, чтобы укрывать его покровом невидимости так долго.