– Вы же на самом деле не думали, что Бири шпион Истинного Ландовела, правда, Лихэйн? – спросила Соломинка, когда они позже ели булочки с джемом на кухне. – Вы упомянули об искре, просто чтобы заставить его рассказать о генерале Ивене.

– Конечно! – Лихэйн был весьма доволен собой. – Сработало на ура, не так ли?

– Я не часто видела Бири, потому что он нёс ночное дежурство, – задумчиво вставила Зена. – Но, похоже, всем он нравился.

– Правда! Мне он точно нравился, – сказала Вин. – А смотри-ка, оказался настоящим серийным убийцей!

– Справедливости ради, он, возможно, и не думал, что яд будет смертелен для нас, – предположил Бонгани. – Генерал наверняка сказал ему, что нам просто станет плохо.

– Возможно, – сказал Лихэйн с сомнением. – А теперь этим молодым людям пора приступить к работе. Мы и так уже потеряли слишком много времени. До обеда мы будем внизу – никому нас не беспокоить.

– Конечно, – сказала Вин, задумавшись. – Начинаете уроки чтения, да? Но почему Бири и этот генерал хотели помешать?..

– Даже не представляю, – ответил Лихейн весело. – Пойдёмте, молодые люди.

– А как же он? – Кот презрительно глянул на Нума, который как раз сажал Китти себе на плечо.

– Ах да, пусть идёт с нами, – сказал Лихэйн, улыбнувшись Нуму.

Они вышли из кухни и прошли через столовую. Но Лихэйн повёл их не в свой кабинет, а к входному вестибюлю.

Коридоры в этой передней части убежища были понаряднее, чем в задней части. Их стены были обшиты высокими, блестящими бледно-голубыми панелями, разделёнными тонкими серебряными полосками. Соломинка, Дерри и Нум бежали по этим коридорам в субботу вечером, но Дерри исследовал их несколько раз до того и не нашёл ничего интересного. Он удивился, когда Лихэйн остановился и начал похлопывать себя по карманам, бормоча что-то под нос.

– У меня есть, – сказала Зена. Она подошла к Лихэйну и направила некое устройство, похожее на ручку, на серебряную полоску, соединяющую две панели.

С тихим звоном панели раздвинулись, открыв комнату, похожую на камеру.

– О! – воскликнула Соломинка. – Я не знала, что здесь такое есть! Это вертикон, как в Альма-Сити?

Зена кивнула.

– Ещё четыре находятся в главном вестибюле, а в глубине здания ещё один, побольше, грузовой. Но кататься на них для забавы нельзя. Их держат на замке́. Хранилище – запретная зона.

Все столпились в вертиконе. Панели плавно закрылись. Дерри внезапно ощутил чувство тяжести в желудке. Китти недовольно мяукнула.

Через несколько секунд снова раздался тихий звон, дверь открылась, и они оказались в хранилище.

Дерри огляделся, вдыхая запах книг. Запах был знакомый, но эта часть хранилища сильно отличалась от той, которую они с Нумом видели раньше. Вдоль стен по обеим сторонам вертикона тянулись ряды дверей. Перед ними было открытое пространство, заставленное длинными металлическими столами и таинственными предметами, накрытыми белыми простынями. За столами в тени возвышались книжные полки.

– Здесь мы делаем копии редких книг из нашего хранилища, – сказал Лихэйн, обводя рукой комнату. – Отсюда они отправляются в библиотеки всего Свободного Ландовела. Конечно, на данный момент работу пришлось приостановить. Мы хотели, чтобы в убежище было как можно меньше персонала, пока наши… наши гости находятся здесь.

– Пахнет почти как в Большом зале Крэма, – сказал Кот, морща нос.

– Надеюсь, сходство лишь отдалённое, – сказал Лихэйн, распахивая дверь слева и включая свет. – Сюда, пожалуйста.

Три стены комнаты, в которую они вошли, были заставлены стеклянными шкафами, полными книг, на вид очень старых. У дальней стены стоял большой письменный стол, заваленный бумагами, раскрытыми книгами, пустыми чашками, блокнотами и изжёванными ручками. Из другой мебели в комнате был только круглый стол с шестью стульями, расставленными вокруг него. В центре стола лежал круглый чёрный коврик.

– Это мой кабинет в хранилище, – сказал Лихэйн. – Иногда я использую его как комнату для совещаний. Присаживайтесь!

Он указал на стулья.

Дерри, Кот, Соломинка и Нум сели вокруг стола. Лихэйн тоже занял своё место и кивнул Зене, которая подошла к письменному столу и отперла ящик. Она вернулась к круглому столу с чёрным мешочком в руке. Осторожно она вытряхнула содержимое мешочка над ковриком. На стол посыпались блестящие камни разных цветов. У каждого камня было проделано отверстие, чтобы его можно было нанизать на шнурок.

– Именные камни! – прошептала Соломинка. – О, я совсем забыла о них! – Она приложила руку к шее, словно ища то, чего там давно уже не было. – Мы носили их на шее. На них были выгравированы наши имена и место рождения – по крайней мере, так мне объяснили значение этих букв и цифр.

– Но… – начал было Дерри и осёкся, когда все посмотрели на него.

– Да, Дерри? – Лихэйн наклонил голову набок и сложил руки, словно давая понять, что будет терпеливо ждать, когда Дерри продолжит.

– Но если в Истинном никто не умеет читать, – тихо сказал Дерри, – то какой смысл писать слова на именных камнях?

– Как оказалось, – медленно начал Лихэйн, – в Истинном всё-таки есть люди, которые владеют азами чтения и письма. Их боятся за это, хотя… есть и другие причины. Они гравируют надписи на именных камнях и умеют их читать. Их называют словотворцами.

– С-словотворцы? – запинаясь, произнёс Дерри. Это слово неприятно отозвалось в его сознании, как будто он слышал его раньше.

– Так их называют, – усмехнулся Лихэйн. – Но я бы назвал их иначе.

Кот нахмурился.

– Я никогда о них не слышал!

– Жители Истинного обычно не говорят о словотворцах. – Лихэйн презрительно скривил губы. – Я очень надеюсь, что вам никогда не придётся иметь с ними дело. Тем не менее, я полагаю, вам нужно о них знать. И я вам всё расскажу в своё время – когда ваши камни будут готовы.

– Нам не разрешалось снимать именные камни, но у меня не было моего, когда я попала на Скалу, – сказала Соломинка. – Не знаю, что с ним стало.

– Мой камень забрал Харкер, – сказал Кот, едва двигая губами. – Он приставил острие кинжала к моей шее. Я думал, он собирается убить меня, но он просто перерезал шнурок с именным камнем и выбросил камень за борт. Он сказал: «Теперь ты никто, оборванец» – и засмеялся.

В его голосе чувствовалось столько пронзительной горечи. Но ещё тяжелее было воспоминание о полном отчаянии, которое скрывалось за этой горечью. Дерри быстро отвернулся и сосредоточился на склонённой голове Зены. Коту вряд ли понравится, если кто-то почувствует его слабость.

– Они, наверное, так поступали со всеми, – сказала Соломинка. – На Скале ни у кого не было именных камней.

– Капитан Ола объяснил мне, что работорговцы имеют привычку уничтожать все следы личности своих пленников, – сказал Лихэйн серьёзно. – Конечно, с идентификационными кодами это не так легко сделать. – Он вздохнул. – Хоть что-то хорошее в этих кодах есть, полагаю. Итак… Зена?

Зена подняла голову и вымученно улыбнулась.

– Как сказала Соломинка, все в Истинном носят именные камни, поэтому вам они тоже понадобятся. Прежде чем вы покинете нас, на них будут выгравированы ваши вымышленные имена и места рождения. Выберите камень, который вам хотелось бы носить – который вам больше всего нравится на вид и на ощупь. Не спешите.

– А что, если двое захотят один и тот же камень? – спросил Кот, разглядывая разбросанные блестящие камни.

– Сомневаюсь, что это произойдёт, если вы выполните указания Зены, – сказал Лихэйн. – Посмотрим.

Кот, Соломинка и Дерри склонились над столом и начали перебирать камни. Кот проворно заработал руками, стремясь заполучить лучший камень раньше всех остальных. Соломинка действовала медленно и методично. Нум наблюдал за ними, его глаза блестели от любопытства.

Дерри понял, какой камень он хочет, как только увидел его. Он был меньше других, абсолютно чёрный и очень гладкий. Дерри взял его и почувствовал, что это тот самый. Крепко сжимая его в руке, он откинулся на спинку стула.

– Покажи мне, Дерри, – тихо сказала Зена.

Дерри нехотя разжал пальцы. Камень лежал на его ладони – маленький чёрный овал. На вид в нём не было ничего примечательного, но для Дерри он был совершенно особенным.

– Чёрный янтарь, – сказала Зена, бросив взгляд на Лихэйна.

Кот всё ещё перебирал камни на коврике. Соломинка выудила два камня – зелёный и бледный – и, похоже, выбирала между ними.

Лихэйн заговорил тихо, чтобы не помешать им.

– Хороший выбор, Дерри. Говорят, что чёрный янтарь – мощный талисман. Это камень защиты. Он отгоняет зло. А также придаёт силу и притупляет страх и печаль. Ты вспомнил, что именно чёрный янтарь был твоим именным камнем? Поэтому ты так быстро выбрал?

Дерри покачал головой. Он не помнил, был ли у него когда-нибудь именной камень. Он прикоснулся к шее, как это сделала Соломинка, но единственное воспоминание, которое вернулось к нему из прошлого, – острый кончик кинжала Харкера. Он снова сжал чёрный камень в руке. Тот был тёплым на ощупь.

Соломинка выпрямилась, протягивая камень, который она выбрала. Он казался почти белым, но под его жемчужным блеском переливалась целая радуга блёклых оттенков.

– Лунный камень, – сказала Зена, и Лихэйн удовлетворённо кивнул.

– Мой старый именной камень был зелёным, – сказала Соломинка смущённо. – Но… но мне очень нравится этот.

– Тот камень выбрали для тебя родители, – ласково сказала ей Зена. – Но сама для себя ты выбрала лунный камень, потому что его качества – именно то, что тебе сейчас нужно. Это камень новых начинаний. Он поможет тебе понять мысли других людей, что сейчас тебе даётся тяжело. Он поможет сохранять спокойствие и увеличит твою внутреннюю силу.

– Которая и так весьма внушительная, – вставил Лихэйн, делая запись в блокноте.

– Это была ещё одна проверка? – прямо спросила Соломинка.

Лихэйн улыбнулся и покачал головой.

– Не для вас, – сказал он, – хотя, полагаю, это можно считать проверкой моих теорий о ваших внутренних качествах.

Соломинку не вполне убедили его слова. И Дерри тоже был уверен, что Лихэйн что-то скрывает. Глаза старого библиотекаря были теперь прикованы к Коту, он со жгучим интересом наблюдал за его окончательным выбором.

Кот взял камень, который блестел, как золото.

– Этот, – сказал он.

– Золото дураков, – объявила Зена, и у Кота вытянулось лицо.

– Его официальное название – железный колчедан, – поспешно вставил Лихэйн. – Говорят, он искрит, когда ударяется о что-то твёрдое. Он похож на тебя, Кот.

– Это камень действия и позитивного мышления, – добавила Зена. – Повышает энергию и силу воли.

– Не верю я во всё это, – сказал Кот, но заметно повеселел.

Никто не следил за Нумом. Теперь он наклонился через стол с протянутой рукой. В его ладони лежал гладкий камень с чёрно-белыми пятнами.

– Эй, он не должен был выбирать… – начал Кот.

– Мерлинит! – сказала Зена Лихэйну. На долгое мгновенье их взгляды встретились.

Лихэйн первым отвернулся.

– Что ж, значит, так тому и быть, – пробормотал он. Затем посмотрел на Нума. – Мерлинит – очень счастливый камень, Нум. Хороший выбор!

Нум улыбнулся и кивнул куклой-палкой.

Лихэйн откинулся на спинку стула.

– Я принял решение, – сказал он. – Боюсь, – его взгляд на мгновение остановился на Коте, – тебе оно не понравится. Но эмоции здесь не уместны. Ваша миссия слишком важна.

Внезапно Дерри понял, что будет дальше. Его сердце сжалась.

– Я решил, – сказал Лихэйн, – что Нум должен пойти с вами.