– Что это за письмо?

Через несколько дней Клод лично пришел в Изумрудный дворец.

– А, ты пришел.

Я встретила его в розарии, где мы обычно пили чай.

– Приглашение на чаепитие, – произнесла я совершенно будничным тоном, словно это было очевидно. Бровь Клода вопросительно изогнулась. – Я пригласила тебя выпить чаю, и ты пришел в мой сад.

Это ведь было так просто, правда? Я проигнорировала удивление Клода. На его лице было крупными буквами написано: «Ага, будто бы я не догадался». Я снова не обратила на это внимание и предложила ему сесть напротив меня:

– Присаживайся. А то у меня уже шея затекла на тебя снизу вверх смотреть.

Клод посмотрел на меня прищуренными глазами, а затем сел на предложенное место, словно ему не оставалось ничего другого.

– Какое-то знакомое место. Я здесь часто бывал?

Над нашими головами шелестели зеленые листья. Я лично наливала ему чай, пока он сидел в тени и оглядывался по сторонам.

– Ты раньше приходил раза три-четыре в неделю.

Чай тонкой и ароматной струйкой лился в чашку. В прошлый раз, когда я была здесь одна, я наливала его довольно агрессивно, но теперь хотела показать, что могу делать это изящно.

– Это чай Липпе. Я сама его сегодня заварила.

Я поставила чашку прямо перед Клодом. Сегодня я специально попросила горничных принести все для чаепития и оставить нас одних. В саду вокруг нас витал аромат цветов и чая.

Клод какое-то время молча рассматривал чашку и протянул к ней руку. Я спокойно наблюдала за тем, как он подносил ее ко рту. Он сделал глоток. Увидев это, я спросила:

– Почему ты так просто взял и выпил? А если бы я отравила чай?

Я задала такой странный вопрос, повинуясь неожиданному импульсу. Клод безмятежно задал встречный вопрос:

– Ты его отравила?

– Нет! Зачем бы мне подобное делать?

– Значит, все нормально.

Все нормально? А если бы я была настоящей злодейкой и правда подсыпала яда? Он же сам говорил, что не помнит меня! Как можно было так слепо принимать то, что я даю?

– Пап, но я ведь для тебя чужой человек. Не нужно ли быть осторожнее?

Я-то знала, что такое ужасный характер, поэтому и спрашивала. Клод уставился на меня, не говоря ни слова. Его глаза ярко сияли из тени.

– Не знаю, – через какое-то время произнес он.

Его ответ был крайне расплывчатым. Он не знал, надо ли ему быть осторожнее? Или же не знал, почему я вообще задала такой вопрос? Или и то, и другое? Его следующие слова заставили меня опустить чашку:

– Но даже если бы в чае был яд, я бы все равно его выпил.

– Почему?

– Потому что мне его дала ты.

Я потеряла дар речи, но и сам Клод переменился в лице, словно поверить не мог в то, что он это сказал.

– Что за бред я несу?..

М-мне-то откуда знать? Похоже, это было что-то бессознательное. Клод выглядел так, словно услышал несусветную чепуху. Как будто мимо нас пробежал какой-то безумец, наговорил бреда и убежал. Но самое забавное, что этим безумцем был сам Клод.

Я не знала, что сказать, и крепче сжала чашку в руках, задумчиво постукивая по ней пальцами.

– Я бы не стала пить, если бы ты дал мне отравленный чай.

Конечно, я понимала, что Клод не собирается меня травить. Но в этот момент мне было не по себе, и я решила, что должна это сказать вслух, чем позволить тревоге взять верх.

– Сколько раз мне нужно повторить, что я не стану тебя убивать, чтобы ты мне поверила? – Клод нахмурился, явно считая, что я все еще сомневаюсь. – Если я снова сойду с ума и попытаюсь тебя убить…

Он тоже поставил чашку на стол и нахмурился.

– Тогда беги.

Я напряглась. Он же сам мне говорил никуда не уходить?

– Да, я этого не хочу… – пока он продолжал говорить, мне нестерпимо захотелось взять его за руку. – Но лучше так. Лучше так, чем твоя смерть от моей руки.

– Какие странные вещи ты говоришь.

– Знаю, – Клод нахмурился, словно снова сказал нечто безумное, и отпил еще чая.

Над нами запела какая-то птица. Я рассмеялась над своим глупым папой, но одновременно мне захотелось плакать.

– Ах!

Я проснулась посреди ночи. Стояла кромешная тьма, в которой слышался только звук моего тяжелого дыхания. Похоже, мне приснился кошмар.

Я знала это, но не могла вспомнить, что именно видела. Однако страх, оставленный сном, ощущался слишком ярко. Некоторое время я неподвижно сидела на кровати, а затем резко встала.

– Ой, принцесса! Почему вы вышли в такой час? Не спится?

На выходе из комнаты и случайно столкнулась с Лили, которая шла по коридору с подносом в руках. Хоть было уже довольно поздно, она все еще не спала.

– Сон, мне приснился сон.

– Что?

– Мне нужно к папе.

Глаза Лили удивленно расширились от моих неожиданных слов. Но я больше ничего не сказала и продолжила свой путь.

– Принцесса, почему вы так неожиданно?.. – Лили осеклась, увидев мое выражение лица. Она последовала за мной: – Ночи уже холодные, поэтому накиньте это.

Лили поставила поднос, который держала в руках, стянула с плеч шаль и протянула мне.

– Боже, принцесса. В чем дело?

– Куда вы идете в такой час?..

Горничные, которые еще не спали, были удивлены увидеть меня так поздно.

– Принцесса идет к его величеству.

Услышав слова Лили, девушки склонили головы и молча вернулись к своим делам.

Я покинула Изумрудный дворец и направилась в Гранатовый. К нам с Лили присоединились рыцари, которых Клод недавно приставил ко дворцу. Я просила Клода снять опасный магический барьер, но он наотрез отказался. Он будто бы опасался, что я сбегу, стоило ему только отвернуться. Поэтому я не могла телепортироваться к нему напрямую.

К счастью, он не спал.

– Ты нечасто так внезапно здесь появляешься.

Клод сидел за документами и вопросительно поднял бровь, когда я вошла. Он не ожидал увидеть меня в кабинете в такой час. В последнее время он стал лучше питаться и больше спать. Сейчас он выглядел гораздо лучше, чем раньше.

Убедившись, что с Клодом все в порядке, я почувствовала, как страх начал отступать.

– Эм… Я неожиданно проснулась, и мне резко захотелось тебя увидеть, – я не стала скрывать причину своего странного визита.

Но почему-то лицо Клода постепенно становилось все более обеспокоенным. Наверное, со стороны выглядело несколько странно, если бы я тут же развернулась и ушла. Но я выполнила свою задачу, поэтому направилась к двери.

– Я тебя увидела, так что вернусь к себе.

– Постой.

Мне показалось, что я услышала его тихий голос, и вскоре надо мной показалась тень. Клод подошел ко мне и смотрел на меня сверху вниз.

– Ты…

Он осекся, не найдя подходящих слов.

– Атанасия, – вскоре он снова тихо позвал меня.

Звук моего имени растворился в комнате. Над головой послышался вздох, а затем мое тело неожиданно оказалось в воздухе.

– Ты всегда совершаешь такие странные поступки.

Клод вдруг поднял меня на руки, и я широко распахнула глаза. Услышав его грустные слова, я возмутилась:

– А сам-то? Кто просил тебя это делать?

– Ты заразила меня своей странностью. Очевидно же.

Кхм. Туше. Я действительно ворвалась в его кабинет посреди ночи. Я взглянула на Клода, и от выражения его лица мне стало еще больше не по себе. Крайне неловко. Клод последний раз носил меня на руках в детстве… Да еще и как принцессу меня держал! Ох!

Клод одним взглядом отогнал людей от двери и вышел в коридор, продолжая нести меня. Мне было очень неловко просить его опустить меня, поэтому я просто цеплялась за него.

– Сегодня, и только сегодня, я присмотрю за тобой. Спи спокойно.

Клод вошел в спальню, положил меня на кровать и даже накрыл одеялом. Он произнес это тоном, не терпящим возражений, из-за чего я надулась.

– Я что, малый ребенок, который боится спать в одиночестве из-за кошмаров?

Кхм. Но я п-правда пришла к нему из-за кошмара, хоть гордость и не позволяла мне это признать открыто. Но один единственный смешок Клода стер мою гордость в порошок.