– Где ты взял одежду?

– Снял с трупов.

– Они уже были мертвы или…

– Ты действительно хочешь знать?

Хести натянула странного вида черные шаровары и пошевелила грязными пальцами ног. Проклятые символы покрывали даже ступни, даже ногти!.. И ужасно чесались.

– Что мы будем делать дальше?

Гомиэль расхаживал туда-сюда, то и дело вскидывая голову и вглядываясь в темное небо. Он выглядел странно обеспокоенным.

– Без Верховной нам не открыть врата, – ответил он. – Как она могла умереть? Может, стоит вернуться и попытаться найти ее останки?

– Храм рухнул. Что ты надеешься там найти? Я видела, как ее поглотило черное пламя. – Сложив руки на груди, Хести разглядывала бегающие по коже древние знаки.

– А что стало с тобой? – Гомиэль с подозрением уставился на нее. – Что за татуировки? Откуда они взялись?

– Это не татуировки. Я не знаю, что это.

– Расскажи, что случилось в склепе.

– Хм…

Хести не знала, стоит ли рассказывать генералу обо всем, что она увидела, и о том, что случилось с ней самой. Но у нее не осталось никого, кроме него, – все прибывшие с ней нуады теперь покоились под развалинами храма.

– Древние пробудились, – медленно начала она, – и им явно не понравилось, что их потревожили.

– У мертвецов не может быть мнения, – фыркнул Гомиэль.

– Если они были мертвецами.

– А кого еще оставляют в склепе, глупая жрица?

– Глупый здесь только ты!

Уставившись друг на друга, они некоторое время молчали, а затем Хести выпалила:

– Я думала, что демоны древние и мудрые! Разве ты никогда не слышал ни о чем подобном? Вы разоряли Упорядоченное веками!

– Прости, что я был занят охотой, а не изучением плесневелых манускриптов! – Рвано выдохнув, Гомиэль прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. – Ладно, хорошо. Древним нуадам не понравилось, что Верховная их потревожила, и они убили ее. А ты? Почему выжила ты?

– Если бы я знала, – пробормотала Хести.

– И эти знаки! Что это? Язык твоего народа?

– Его древний аналог. Я не понимаю значения большей части символов.

– Но что-то все же понимаешь?

Гомиэль подошел ближе и подцепил ее подбородок когтем.

– Мое лицо… в порядке? – осторожно спросила Хести.

– Исписано знаками, как проклятая книга. Но в целом да, в полном порядке.

«Могу поклясться, что в склепе оно походило на морду чудовища».

– Расскажи мне все, жрица, – проворковал демон. – Не думаю, что Таумиэль будет таким же нежным, допрашивая тебя. Ему очень не понравится то, что мы потеряли еще и Верховную.

Хести ударила генерала по руке и отступила. Что ему рассказать? Она видела только куски собственного прошлого, размытые и нечеткие. Ничего из того, что показали ей древние, не имело отношения ни к вратам, ни к Черной Матери.

– Я пыталась спасти ребенка, – наконец начала она. – Некроманта, сына Лаверна Предателя. Сломала сигил, вошла в него, и… Древние восстали. Все эти знаки были на их коже, даже на языках. Мне казалось, что они нападают, но сейчас я понимаю, что они просто пытались что-то сказать. Но, возможно, не могли…

– Черный огонь убил всех, кроме тебя? – уточнил Гомиэль.

– Не уверена, что это был именно огонь… И пламя, и тьма в ее первозданном виде, и туман… – Хести поежилась. – Я вдыхала это. Оно заполнило мое нутро.

– Довольно мерзко. Продолжай.

– Потом были виде́ния. Ничего особенного, просто моменты из моего детства.

– Как мило, что чудом не сгнившие старики решили напомнить, каким сладким малышом ты была. – Гомиэль закатил глаза.

– В этих виде́ниях Верховная была в ярости, а моя мать прятала от нее живот. – Хести замерла, перед внутренним взором появились размытые фигуры. – Верховная разгромила ее спальню. И творила магию над моей колыбелью.

– Ты говорила, что они были сестрами, да? – Голос Гомиэля доносился до нее будто из-под воды.

– Да… – медленно ответила Хести. – Были.

Громкий вопль и хлопанье крыльев вывели ее из оцепенения. Вскинув голову, она увидела пикирующих с неба генералов.

«Только их не хватало…»

Первое, что сделала Лауриэль, приземлившись, – схватила Гомиэля за горло и подняла над землей.

– Где Верховная?!

– Я как раз собирался все объяснить, сестра. Может, поставишь меня?

– Храм разрушен! – прорычал Таумиэль.

– И наша волшебная птичка осталась под обломками, – подтвердил Гомиэль. – Выбраться смогла только ее бесполезная помощница.

«Он врет им! Но зачем?»

Лауриэль отшвырнула Гомиэля и приблизилась к Хести. Ее ноздри трепетали, она принюхивалась, словно дикий зверь.

– Что там произошло?

– Верховная начала ритуал, но что-то пошло не так. Старый склеп не выдержал давления магической энергии и стал рушиться, – прошептала Хести. – Все жрицы остались там.

– А ты? – Прищурившись, Лауриэль подошла еще ближе. – Как выбралась ты?

– Я испугалась и… сбежала.

– Трусливая тварь, – бросил Таумиэль.

– Она самая слабая из нуад, которых Верховная притащила с собой, – небрежно заметил Гомиэль. – Похоже, она держала ее рядом, только чтобы поддерживать свою искру.

– А что с твоей кожей? – Лауриэль продолжала приближаться, заставляя Хести отступать.

– Это… нужно для ритуала. – Ее голос правдоподобно задрожал. – Верховная собиралась пропустить через меня энергию и…

– Хватит подробностей. Ваша примитивная магия нас не интересует, – фыркнул Таумиэль.

Генерал сам избавил Хести от необходимости врать дальше, и она замолчала. Уверенность в собственном превосходстве сыграла с демонами злую шутку.

– Они живы? – Лауриэль наконец отвернулась и раздраженно расправила, а затем снова сложила крылья. Ее хвост метался из стороны в сторону.

– Да, – ответил Гомиэль. – Храм рухнул, но склеп под ним остался цел. Верно, жрица?

Хести покорно опустила взгляд и кивнула:

– Я видела, как Верховная возвела купол, чтобы защитить Круг. Эту магию не уничтожить простым обвалом.

– Тогда почему ты здесь, а не… – начал было Таумиэль, но Гомиэль резко перебил его:

– Потому что я должен был понять, что случилось! Неужели ты считаешь, что я настолько глуп, чтобы пытаться откопать Верховную, не зная, что погребло ее под грудами камней?!

По взгляду Таумиэля Хести поняла, что «глупец» – самое безобидное слово, которым он мог бы назвать Гомиэля.

– И что, теперь мы должны спасать ее? – Лауриэль хлестнула хвостом. – Проклятье!

– Призовем низших демонов. Мормо открыл столько порталов, что марать руки нам не придется. – Таумиэль боднул возлюбленную лбом и провел длинным языком по ее мохнатому подбородку.

– Тогда не будем терять время. – Лауриэль оттолкнула его и перевела взгляд на Гомиэля. – Отправляйся в Кричащий Город и следи за Халахэлем. Как только Верховная окажется на свободе, мы присоединимся к тебе и заставим предателя говорить. Игры кончились.

– А что делать с ней? – Гомиэль безразлично кивнул в сторону притихшей Хести.

– Сбрось со скалы. Трусость должна быть наказана.

Присев, Лауриэль оттолкнулась от земли, взмахнула крыльями и взмыла в небо. Таумиэль последовал за ней, напоследок смерив Хести полным презрения взглядом.

Дождавшись, пока генералы скроются из виду, она повернулась к Гомиэлю и прошипела:

– Что ты делаешь?

– То, что поможет мне обскакать сестру и брата. – Усмехнувшись, он потянулся. – Пусть займутся раскопками, их присутствие может мне помешать.

– Помеш…

– Отвернись, жрица, я должен вернуться в истинную форму.

Отворачиваться Хести отказалась: так и стояла, разглядывая мучительное перевоплощение. То, что происходило с телом демона… Похоже ли это на то, что случилось с ней в склепе? И произойдет ли это снова?

Пока она размышляла, ей на глаза попался светящийся гриб – такой же, как те, что она уже видела возле храма древних. Решив, что было бы неплохо изучить растения Запретного Края, Хести присела, осторожно выкрутила несколько грибов из почвы и спрятала их в поясную сумку.

– Эй!

Она обернулась на окрик. Стряхнув с себя ошметки кожи, Гомиэль расправил крылья и с удовольствием хрустнул шеей.

– Так-то лучше. Возьми, это мне еще понадобится.

Он швырнул ей одежду.

– Зачем ты так часто меняешь форму? – Хести скрутила ее в неаккуратный узел и прижала к груди.

– Мне нравится боль, жрица. А теперь иди сюда.

Хести отступила и прищурилась.

– Ты решил сбросить меня со скалы?

– Еще чего. У меня есть одна мысль… Но я пока не уверен. Прекрати пятиться!

Он схватил ее за шиворот, притянул к себе и насильно взял на руки.

– Не вырывайся. Если я повешу тебя на плечо, тебе не понравится.

Тяжело взлетев, Гомиэль выровнялся, пронесся над умирающим темным лесом, перевернулся в воздухе, а услышав визг Хести, расхохотался.

– Страшно?

– Прекрати так делать!

– Брось, я просто развлекаюсь. Впереди меня ждет до колик неприятный разговор, поэтому будь умницей и заткнись.

– Разговор с кем? – Вцепившись в его шею, Хести жмурилась, пытаясь защитить слезящиеся глаза от порывов ветра.

– С тем, кого я предал много лет назад. Не думаю, что он забыл, как мой клинок вошел в его спину.

– Он опасен?

– О, ты даже не представляешь…

Они летели над широкой дорогой, по которой вереницей двигались люди. Хести извернулась, чтобы рассмотреть их.

– Куда они идут?

– Кажется, туда же, куда летим мы.

– Ты так и не сказал…

– Ты слишком любопытна. И прекрати болтать, я пытаюсь придумать план.

Они быстро обогнали бредущих по дороге путников. Завидев демона, многие бросались прочь, пытаясь спрятаться, но рядом не осталось ни кустов, ни деревьев – только проклятое смердящее болото, вонь которого чувствовала даже Хести.

Полет оказался довольно долгим, а когда впереди показались очертания города, она выпалила:

– Какого хрена ты делаешь? Мы что, летим туда?!

– Именно.

– Зачем?!

– Я же просил тебя помолчать, – проворчал Гомиэль. – Или мне нужно откусить твой язык, чтобы получить хотя бы пару мгновений тишины?

Хести сомневалась, что он действительно так поступит, но все же замолчала, кипя от раздражения. Он – крылатый демон, она – изрисованная символами, значение которых, должно быть, помнил только сам Жнец, нуада. Их попытаются убить, как только заметят! На что он рассчитывает?!

К ее удивлению, на территорию города Гомиэль залетать не стал – приземлился рядом с глухой стеной, опустил ее на землю и рыкнул:

– Приготовь одежду, жрица.

Пока генерал сдирал с себя демонический облик, Хести мысленно поблагодарила Черную Мать за то, что он додумался перевоплотиться, прежде чем войти в город.

А затем замерла, едва не выронив одежду.

«Все еще обращаюсь к Черной Матери. Проклятье… Пора избавиться от этой мерзкой привычки».

Она больше не верила в благословение сущности Фаты, не верила в то, чему ее учили многие годы. Черная Мать – злобная тварь, которая сводит смертных с ума и несет только разрушение. Поклоняться ей и дальше Хести не собиралась.

Гомиэль отобрал у нее одежду, быстро натянул ее на блестящую от пота и сукровицы кожу, и огляделся.

– Прекрасно. Теперь мы можем войти в город.

– Мой вид тебя не смущает? – Хести указала на свое лицо. – Если ты не хочешь привлекать лишнего внимания…

– Ты видела вольных ведьм? Эти женщины вплетают в волосы ветки, создавая из них то оленьи рога, то целые скульптуры. Твой вид мог удивить зажравшихся лордов на Фокасе, но только не жителей Запретного Края. – Гомиэль схватил ее за руку и потащил за собой. – Так что просто прекрати смотреть на всех так, будто готова их убить.

– Убить я готова только тебя, – огрызнулась Хести.

– А зря, ведь прямо сейчас я спасаю твою изрисованную шкуру.

– Пока ты просто тащишь меня в город и не объясняешь зачем.

– Узнаешь. Но просто на всякий случай: будь готова бежать. Или использовать свою примитивную магию, как пожелаешь.

– Значит, на нас все-таки нападут?

– Определенно. Но я постараюсь все объяснить до того, как наши сердца попытаются вырвать.

Чтобы войти в город, им пришлось пробраться через дыру в стене. Заваленные камнями и осколками улицы буквально кричали о том, что демоны здесь уже побывали. Но Хести не видела трупов и искренне надеялась, что жители смогли отстоять свои дома.

На них действительно никто не смотрел – люди оказались слишком заняты. У каждого дома лежали шкуры и одеяла, на которых сидели беженцы, – так подумала Хести. Уставшие и покрытые дорожной пылью, они не выглядели подавленными, наоборот – кто-то пел, кто-то весело болтал, а местные выносили из трактиров и домов котлы с едой. Живот заурчал, слюна наполнила рот, и Хести с тоской проводила взглядом пышнотелую женщину, несущую миски, наполненные похлебкой.

– Вам нужен ночлег?

Высокий худощавый мужчина приветливо улыбался, глядя на них. Хести покосилась на Гомиэля, а тот, расплывшись в ответной улыбке, ответил:

– Нет, господин, не беспокойтесь. Но если у вас есть лишний кусок сыра или хлеба…

Закивав, мужчина жестом подозвал женщину, разносившую похлебку.

– Нужно накормить этих бедолаг.

– Только мою жену, я сыт. – Гомиэль снова улыбнулся.

– Не утруждайтесь, правда… – начала было Хести, но женщина уже протянула ей большой ломоть хлеба и несколько полосок вяленого мяса. – Спасибо.

Отойдя достаточно далеко, она прошипела:

– И зачем ты это сделал?

– Твой живот урчал, как дикий зверь. К тому же на что ты сгодишься, если упадешь без чувств от голода? Я уже сказал: возможно, тебе придется использовать магию. Можешь ли ты делать это, когда в глазах темнеет от слабости?

«Проклятый мерзкий ублюдок, – думала Хести, отрывая зубами кусок мяса. – Но соображает неплохо».

Гомиэль привел ее к неприметному трактиру и без лишних слов толкнул хлипкую дверь. В полумраке зала горела пара свечей, за деревянной стойкой никого не было, но за столом в углу сидел хмурый мужчина. Услышав, как они вошли, он положил руку на рукоять меча и медленно поднялся.

– Дракон никого не принимает, – сказал он.

– Он нам и не нужен, – заявил Гомиэль. – Я ищу старого приятеля, может, ты видел его? Высокий, длинноволосый, любит бахвалиться способностью превращать кровь в золо…

Черная тень налетела на генерала и сшибла с ног. Хести успела отскочить в сторону и прижаться к стене, надеясь, что ее просто не заметят.

Напавший на Гомиэля мужчина обхватил его голову и с такой силой приложил затылком об пол, что раздался звук, подозрительно напоминавший треск расколовшегося ореха. Хести не знала, что делать, поэтому сложила пальцы в жест Силы и отбросила его прочь. Сбив несколько столов, мужчина вскочил, и только тогда она увидела горящие нечеловеческие глаза. Глаза демона.

– Стой, стой! – Гомиэль, удивительно бодрый для того, чей череп едва не разбили, приподнялся и выставил перед собой руку. – Хэль, погоди!..

Демоническая сущность быстро заполняла зал. Хести пришлось возвести над собой и генералом незримый купол, чтобы она не подобралась слишком близко.

– Я пришел поговорить! Смотри, я даже не защищаюсь!

Гомиэль поднялся на ноги, но не выпрямился, так и стоял склонившись, будто зверь, признающий вожаком другого.

По узкой лестнице в зал спустились люди – Хести заметила их краем глаза, но все ее внимание было сосредоточено на демоне, сквозь смазливые черты которого проглядывал истинный облик.

– Что происходит? Кто это?

Худощавая девушка со спутанными волосами медленно подходила к нему и, кажется, совсем его не боялась.

– Генерал. – Демон презрительно скривился. – Один из предателей.

– Согласен, я поступил скверно, но прошло столько лет, Хэль. Не пора ли поговорить? – Гомиэль все еще стоял в позе смирения и покорности. – Я пришел один. Ну почти. Таумиэль и Лауриэль не знают, что я здесь.

– Ты умеешь только лгать и изворачиваться, – процедил тот.

– Но не в этот раз, клянусь. Я не хочу, чтобы они пробудили остальных, не хочу, чтобы им досталась сила. Ты же знаешь, что случится, если наши братья и сестры ворвутся в Упорядоченное, верно?

– Порталы уже открыты.

– Но не врата! К тому же Таумиэль поспешил пробудить возлюбленную, чтобы разделить с ней силу Черной Матери, остальных они даже не искали! Чтобы доказать чистоту своих намерений, я привел ее.

Гомиэль стиснул локоть Хести и силой заставил выйти вперед, в круг света. Она зашипела, вырвалась из его хватки, но незнакомцы уже разглядывали ее – кто с интересом, кто с подозрением.

– Она убила Верховную.

На лице короткостриженой девчонки отразилось недоумение, демон же лишь сильнее стиснул зубы.

«Проклятый лжец! Я убью его, убью, как только предоставится возможность!»

– Врешь, – выдохнула девчонка. – До Верховной невозможно добраться.

– Не тогда, когда ты жрица ее Круга. Самая приближенная жрица, – возразил Гомиэль. – Останки Верховной лежат под руинами древнего храма, эта нуада сожгла ее, я видел это собственными глазами!

Внутренний голос орал в голове на разные лады, превратившись в непрерывный гомон. Хести сжала кулаки, стараясь не показывать волнения, но ладони предательски вспотели. Неужели этот ублюдок решил бросить ее в пасть давнему врагу, чтобы заручиться его поддержкой?!

– Если Верховная мертва, то врата не открыть, – вдруг подал голос смуглый юноша. – Ты действительно убила ее, жрица?

Он подошел ближе, ступая мягко, словно хищник, подкрадывающийся к жертве. Заглянув в его горящие золотом глаза, Хести вдруг почувствовала слабость, пошатнулась, и только рука Гомиэля, поддержавшая ее за талию, позволила устоять. Голова налилась болью, правая сторона лица пульсировала.

– Да, – выдохнула она. – Верховная действительно мертва.

Про смерть жрицы Хести не соврала, но все равно почувствовала себя виноватой.

– Это прекрасно. Просто прекрасно!

Темнокожий юноша радостно улыбнулся, обнажив клыки, и повернулся к остальным.

– Мы можем вернуться на Фокас, уничтожить Столпы и покончить с этим!

– Надеюсь, Монти собрал наших людей и готов к этому, – пробормотала девчонка.

Хести насторожилась. Монти?..

– Дом Наполненных Чаш? – осторожно спросила она. – Ты говоришь о том самом Монти?

Девчонка резко повернулась и уставилась на нее.

– Ты знаешь моего брата?

– Я спасла его из клетки под Домом-Над-Водой. – Хести пожала плечами.

– Да кто ты такая? – прорычал Хэль, сделав шаг к ней.

– Не пугай ее! – Гомиэль заслонил Хести собой. – Она сделала много полезного, но остается всего лишь нуадой.

– Убившей Верховную! – рявкнул Хэль. – Если ты думаешь, что я хотя бы на мгновение поверил тебе…

– Она знает Монти! – вмешалась девчонка. – И если все действительно так, как они говорят, то она помогла нам больше, чем кто бы то ни был!

– И тебе ли не знать, как легко стать жертвой предательства, Хэль, – бросил Гомиэль. – Верховная доверилась ей и потеряла бдительность, вот и все.

– Именно поэтому я никогда не поверю тебе. Более того, я убью тебя, как и обещал.

Исчезнувшая было демоническая сущность вновь появилась вокруг. Хэль сделал шаг к защитному куполу, Хести оттолкнула Гомиэля и нарисовала в воздухе еще один символ, вспыхнувший и рассыпавшийся пеплом.

– Не трогай хотя бы нуаду!

Девчонка Наполненных Чаш преградила дорогу Хэлю, а тот, потеряв всякий контроль от злости, толкнул ее в грудь. Хести сделала несколько поспешных шагов, чтобы подхватить ее, прикоснулась к рубашке, ощутила тепло человеческой кожи под пальцами…

Мир вспыхнул, сжался, а затем разлетелся на миллионы осколков. Боль пронзила лицо, Хести вскрикнула, упала на колени, держась за щеку, на которой уже открывались глаза. Вокруг не было ничего – только тьма, живая и злобная. Она тянулась к ней, кричала, взрывалась яркими вспышками и извивалась толстыми щупальцами. Тело сдавило тисками, каждая кость откликнулась мучительной болью. Хести казалось, что ее пытаются смять, уничтожить…

Прокатившись по песку, она закашлялась, сплюнула все, что набилось в рот, и подняла голову.

– Какого…

Красное низкое небо. Такой же красный песок. Вдали – очертания пирамид. Все другое. Неправильное. Давящее и пугающее.

– Будь я проклят.

Она перевернулась на спину и резко села, уставившись на Гомиэля. Тот чесал голову и разглядывал мертвый пейзаж. Второй демон помогал подняться девчонке из Дома Наполненных Чаш.

– Что ты сделал?! – прорычал он, как только та смогла выпрямиться.

– Ничего! Клянусь! – Гомиэль поднял руки. – Но так или иначе, добро пожаловать домой, Халахэль. Давненько ты здесь не был, верно?

Хести не смогла сдержать полный гнева вопль.

Это не просто неправильное место. Не просто пустыня на другом краю континента.

Это Фата. Трижды проклятый мир демонов.