Норе не впервой было оживлять скучные вечеринки. Однажды, когда на яхте Сабины Ленерт кончилась выпивка, Нора взяла на абордаж торговое судно из Альбы, заходившее в порт. В другой раз на охоте она выпустила всех сквадеров. Но поджигать себя ей еще не доводилось. Нужно будет запомнить этот фокус. Она никогда не видела, чтобы кто-то так быстро привлекал к себе внимание всего зала.

Схватив стоявшее на перилах ведерко со льдом, Нора вынула из него бутылку шампанского. Половина толпы устремилась ближе к танцполу, чтобы лучше разглядеть происходящее, другая в панике попятилась. Не было времени гадать, что же это за испытание. Оно было последним. Последний шанс проявить себя.

Доказать, что она достойна стать Наследницей.

Нора приземлилась на танцпол, не забрызгав платье тающим льдом. Она уже давно овладела искусством обращаться с ведерками для шампанского.

Танцпол погрузился в настоящий хаос – парочки с криками разбегались прочь. Нора не обращала на них внимания, пробираясь к танцующей девушке. Но ее партнер успел первым. Он сорвал с себя пиджак и попытался затушить им ее горящие ноги.

Но добился только того, что обжегся сам.

– Отойди! – Нора подбежала, отшвырнула ногой горящий пиджак и выплеснула на ступни девушки полурастаявший лед, погасив разгоравшееся пламя.

Но девушке это не помогло.

Она продолжала всхлипывать в неистовой пляске. Двое мужчин схватили ее, пытаясь остановить. Ее ноги вдруг подкосились, и она упала на пол.

На миг все замерли в облегчении.

А потом двое спасителей сами начали плясать с тем же невольным пылом.

Проклятие распространялось. А у Норы иссяк запас ведерок со льдом.

И тут она заметила, что ботинки ближайшего танцора стали красными.

До этого они были из черной лакированной кожи. Нора точно обратила бы внимание на обувь, не сочетающуюся с костюмом. Теперь же ботинки приобрели цвет раскаленных углей. Молодой мужчина схватил за руки двух других человек, танцевавших еще пару минут назад. Нора прочитала по его губам: «Помогите!» И вдруг он рухнул без сил, а те двое, кого он держал, пустились в пляс.

Проклятие расползалось со скоростью лесного пожара. Те из танцоров, кто еще не был поражен, пытались бежать, но выходы с танцпола перекрыли, чтобы остановить распространение заразы. А попавшие под ее воздействие хватали других и передавали проклятие, освобождаясь от его власти.

Нора смотрела, как загорелись ноги одного из мужчин. У многих они уже дымились и выпускали искры. Проклятие распространялось слишком быстро. Нужно было сосредоточить его в одном месте.

Она схватила за руку ближайшего мужчину в красных ботинках. Прямо на глазах они обесцветились. Зато ее туфли налились багрянцем.

Честное слово, красный – такой вульгарный цвет для обуви.

Тут Нора почувствовала, как ее ноги начали двигаться вопреки воле, словно кто-то дергал их за ниточки. Почти в такт музыке. Она протянула руку девушке рядом, которая кружилась и плакала.

– Хватайся за меня! – крикнула Нора.

Девушка то ли услышала ее, то ли схватилась рефлекторно. Красный цвет сошел с ее туфлей, и она остановилась. Нора выпустила ее и схватила другую девушку, затем – молодого мужчину, подтянув его ближе за рукав, чтобы впитать проклятие.

Она забирала себе одну частичку проклятия за другой, впитывая его без остатка, изо всех сил стараясь обуздать тело, вышедшее из-под контроля. Красный цвет расползся по ее чулкам и платью. Целиком окрашенная в алый, она кружилась, кружилась на месте.

Ей было дурно, и она не знала, как остановиться.

Чулки задымились. Становилось все жарче.

Она продолжала кружиться, лихорадочно пытаясь что-то придумать. Почему ей ничего не приходило в голову? На очередном обороте она увидела Лотти. Та что-то кричала, но музыка заглушала слова.

Кожа наполнилась жаром. Не только ступни, а все тело целиком.

Она устала. У нее помутилось в глазах.

И Нора вдруг осознала, что погибнет.

Впервые в жизни ей не хватало ума, чтобы решить проблему. Она не могла ни вспомнить нужные чары, ни придумать хитрую уловку. Ей предстояло сгореть заживо.

Но зато все остальные будут жить.

Вдруг у нее подкосились колени. Как у марионетки с перерезанными нитями.

Нора упала на пол.

Сверху на нее пялились сотни потрясенных лиц.

Затем появилась рука с пятнами от чернил на манжете.

Аугуст помог ей встать.

И приподнял ее ладонь.

– Симпатичное колечко.