Униформа служанки была маловата, но все же не шла ни в какое сравнение с заляпанным платьем, которое теперь осталось лежать смятым где-то в недрах особняка.

Лотти упустила рыжеволосую девушку из виду, как только их провели на бурлящую жизнью кухню. Всюду суетились девушки в одинаковых фартуках, бегая между печками и духовками, которые нагревались магией, а не огнем. По полозьям над их головами скользили подносы длиной в человеческий рост. Под гигантским медным котлом вспыхивали неестественные искры, а кухарка быстро щелкала рычажками, включая духовку. Аппетитные запахи тут же напомнили Лотти, что за весь день она съела только булочки, которыми поделилась Эстель. Шкворчащий ломоть мяса поворачивался на вертеле сам по себе, а женщина в белом аккуратно раскладывала ягоды по пирожным в сахарной глазури.

Лотти справилась. Она проникла в особняк. Теперь она старалась поменьше глазеть по сторонам, раскрыв рот, чтобы не выглядеть деревенщиной.

Нужно было найти мать. Сердце Лотти заколотилось быстрее, когда она вспомнила, как Бенедикт обнажил под дождем меч. Она не знала, долго ли он сможет сражаться против троих сразу. Сколько времени у нее осталось, прежде чем они пустятся за ней в погоню. Нужно было найти мать, пока они не нашли ее.

– Эй, ты. – Лотти вздрогнула, когда женщина в возрасте щелкнула пальцами у нее перед носом. – Тебе платят не за то, чтобы ты стояла тут столбом. Иди с Эбигейл, соберите грязные фужеры.

Должно быть, облегчение от возможности покинуть кухню слишком явно отразилось у нее на лице, потому что женщина посмотрела с недоумением.

– Только фужеры, ты поняла? – добавила она. – Это не приглашение поглазеть на тех, кто лучше тебя!

К Лотти подошла девушка с каштановыми кудрями, которые выбивались из-под белого чепца. Наверное, это и была Эбигейл.

– Не обращай на нее внимания. – Девушка демонстративно закатила глаза. – Ничем они нас не лучше. Ну разве что преуспели в искусстве быть богатыми.

– Не знала, что этому можно научиться. – Простонародный говор Лотти звучал грубо на фоне городского произношения Эбигейл.

Та мелодично рассмеялась.

– Думаю, мы с тобой подружимся. Нам сюда. – Эбигейл повела ее в длинный коридор, ведущий из кухни.

Стоило им ступить за порог, как все вокруг резко переменилось. Вместо плиточного пола Лотти шагнула на неровный газон и чуть не упала. Эбигейл подхватила ее под локоть. Прикосновение преодолело действие блокатора, и до Лотти донесся мысленный смешок.

– Впервые встретила обход? – Теперь Эбигейл рассмеялась вслух, но по-доброму.

Вместо коридора за дверями кухни они очутились в огромном саду. Обернувшись, Лотти не обнаружила ни духовок, ни толпы служанок. Дверь у нее за спиной вела в просторный бальный зал. Казалось, они одним шагом преодолели половину особняка.

– Что такое обход?

– Волшебная дверь. – Эбигейл передала Лотти серебряный поднос. – Госпоже Хольцфалль не нравится, когда мы бегаем по всему дому. Прохлаждаемся за ее деньги. Поэтому мы используем обходы. – Она поманила Лотти за собой и двинулась вперед, собирая по пути разбросанные фужеры. Лотти последовала ее примеру, хотя ее мысли были далеки от работы.

Где-то в саду играл оркестр, но когда Лотти попыталась найти его взглядом, то увидела лишь инструменты, парящие в воздухе. Неподалеку стоял фонтан, из которого вместо воды били струи шампанского, и гости непринужденно набирали себе полные фужеры. На глазах у Лотти женщина в красно-белом платье опустошила свой фужер одним глотком и небрежно бросила на траву. Эбигейл тут же его подхватила. В своей светло-серой униформе она то появлялась, то исчезала в толпе, словно призрак.

В этом саду, должно быть, собрались тысячи людей. В том числе и мать Лотти. Но где искать Грейс Хольцфалль, она понятия не имела. Ее глаза бегали от одного лица к другому в поисках женщины, которую она видела только в газетах. Руки двигались сами по себе, а сердце гнало вперед.

Потому-то она и смотрела в другую сторону, когда налетела на юношу, расплескав шампанское на его костюм с узором из павлиньих перьев.

Лотти отступила.

– Простите. – Затем она вспомнила, что притворяется служанкой, и торопливо добавила: – Сэр. – Ее мысли пустились вскачь. Пережить встречу с волками и рыцарями, а потом влипнуть в неприятности из-за какого-то разлитого шампанского…

Юноша в павлиньем костюме ухмыльнулся, промокая пятно.

– Не переживай, я все равно собирался выбросить этот костюм. Впрочем, ты можешь загладить вину. Выпей со мной. И не надо называть меня «сэр». Фредди Лётце – к твоим услугам.

Имя показалось Лотти знакомым. Но этого не могло быть. Она никого не знала в городе.

Фредди Лётце протянул ей фужер шампанского.

– Мне нельзя. – Пусть Лотти и не привыкла к городской жизни, но даже она знала, что слуги не пьют с господами. Она попыталась найти оправдание, и у нее невольно вырвались слова из монастырской проповеди: – Поддаваясь искушению, пятнаешь свой труд.

Лотти огляделась в поисках Эбигейл. Она нашла ее – и заметила, как изменилось лицо девушки при виде Фредди. На мгновение их глаза встретились. Из-за блокатора Лотти не могла прочесть ее мысли, но во взгляде Эбигейл ей почудилось безмолвное извинение. А затем она развернулась и исчезла в толпе. Вот тебе и дружба.

Лотти попыталась было пойти за ней следом, но Фредди цепко схватил ее за запястье, не переставая улыбаться.

– Должно быть, ты здесь недавно. – Его белозубый оскал напомнил Лотти о механических волках. – Тебе еще не объяснили, что отказывать гостям невежливо.

В этот миг Лотти поняла, почему он показался ей знакомым. Она видела его в воспоминаниях рыжей девушки. Тот самый парень, что приставал к ней. Его прикосновение разрушило защиту блокатора, и Лотти почувствовала, как липнут к ней его мысли. Слова из проповеди его ничуть не отпугнули – наоборот, еще сильнее раззадорили. В его глазах она была невинной овечкой, заблудившейся в большом городе. И ему не терпелось лишить ее налета добродетельности и оставить ни с чем.

Лотти подавила желание вырвать руку из его хватки. Привлекать к себе внимание было нельзя. В стороне стояла фигура в сером дублете с клинком на поясе, сцепив руки за спиной и наблюдая за толпой. Как бы опасен ни был этот юноша, рыцари были еще опаснее.

Она взяла предложенный фужер.

– Вот и славно. – Фредди заулыбался еще шире. – Не хочешь прогуляться по лесу? – Лотти даже не обратила внимания на лес, пока Фредди не махнул рукой вдаль. За огнями вечеринки сумрачные деревья были почти не видны. – Знаешь, здесь полно магии, – продолжил он, ведя ее к границе леса. – Именно отсюда берется, – он жестом обвел огни вокруг, – все это. «Технологии ЛАО» черпают магию прямо из леса и питают весь город. – Он тянул ее все дальше от освещенного сада, все ближе к деревьям. – Если приглядишься, увидишь серебряные штыри, которые вытягивают магию из леса. Мерси Хольцфалль лично установила их там. Она единственная в городе, кому лесные твари позволяют наведываться в гости. Все остальные, кто отправлялся туда на поиски магии, так и не вернулись. Если кто-то сможет раскрыть секреты «Технологий ЛАО», мы все будем купаться в магии, как Хольцфалли.

– Магия твоей семьи на исходе, да? – Подслушанная мысль сорвалась с губ Лотти так быстро, что она не успела себя остановить. Она лишь знала, что нужно помешать ему затащить ее в лес.

У нее получилось.

От потрясения фальшиво-обольстительная маска мгновенно слетела с его лица, но хватку он не ослабил. Зря.

– Твой отец почти всю ее потратил на подозрительно выгодную сделку с Отто-Раубмессерами. Сделка оказалась с подвохом. Теперь вы остались ни с чем. Потому ты и изображаешь богатенького мальчишку перед девушками вроде меня, которых можно впечатлить парой дешевых побрякушек, а не перед теми, кто видит разницу. Они с тобой только ради денег, и ты обещаешь каждой из них жениться. Но на самом деле тебе самому придется жениться по расчету. – Лотти озвучивала его мысли, одну за другой, все его тайны, что он хранил столько месяцев. – Нора ни за что за тебя не выйдет, ты ей противен. Но если на испытаниях победит другая кузина, то у тебя, возможно, появится шанс…

Он отдернул руку, но Лотти успела уловить в его мыслях страх.

– Да кто ты такая? – прошипел он, больше не пытаясь ее очаровать.

Освободившись от его прикосновения, Лотти почувствовала прилив решимости.

– Меня прислали к Грейс Хольцфалль. – Пусть думает, что она здесь неслучайно. – Ты знаешь, где она? Или хочешь, чтобы я всем рассказала правду о тебе, пока ее ищу?

Она и без всякого чтения мыслей ощутила ледяную ярость Фредди. Он молча указал головой в сторону.

Лотти повернулась и увидела ее в водовороте нарядов.

Все остальное вдруг потеряло всякое значение. Лотти пошла к ней сквозь толпу, одетая как служанка, и никто не обращал на нее внимания. В детстве ей часто снились такие сны – как она бежит к смутной фигуре в отдалении, точно зная, что это ее мать. Она всегда просыпалась, не достигнув цели. Но сейчас это был не сон.

Она вот-вот встретит мать.

Ей будто снова было шесть, и все ее детские мечты вернулись с удвоенной силой. Грейс Хольцфалль повернулась к ней.

Она была великолепна. Лотти отметила это в первую очередь. Светлые волосы обрамляли изящное лицо. Отдельные прядки выбивались из короткой стрижки и лезли в полуприкрытые глаза. На полных губах осталось немного яркой помады, большая часть которой была размазана по полупустому фужеру у нее в руке. Длинное платье из перьев липло к ней, будто паутинка, собираясь элегантными складками и обнажая фарфоровую кожу.

Она напоминала всех женщин из журналов разом. Тех, чьи фотографии Эстель вырезала и клеила на зеркало, пытаясь им подражать.

Теперь Лотти поняла, почему Бенедикт узнал ее с первого взгляда. Почему другие рыцари ни на миг не усомнились, кто она такая.

В лице матери она увидела отражение своего собственного.

Грейс Хольцфалль тоже ее узнала.

Лотти тысячу раз представляла эту встречу, но теперь не могла вымолвить ни слова. Все, о чем она мечтала сказать матери, теперь казалось неважным.

– Милая! – жизнерадостно воскликнула Грейс, будто они были старыми друзьями, встретившимися после долгой разлуки. – Ты страшно опоздала, знаешь ли. Нам пришлось начать без тебя. – Она взмахнула рукой с фужером, указывая на собравшихся, словно бы они пришли только ради Лотти. Потом огляделась и чуть нахмурилась. – А куда подевался Бенедикт?

У Лотти душа ушла в пятки, когда она вспомнила расставание с Бенедиктом. Он вступил в неравный бой, чтобы дать ей шанс. Но ответить матери она не успела: солнце окончательно закатилось за горизонт и зазвонил колокол, созывая всех гостей.

– Время пришло. – Грейс ослепительно улыбнулась. – Ну что, ты готова стать звездой?

Сказка о лесорубе

Наследие

Минули годы. Вальштад рос, а лесоруб разбогател и состарился. Но сколько бы деревьев он ни срубил, он держал слово, данное хульдрекаллу, и оберегал его дерево.

С возрастом лесоруб все чаще наведывался к хульдрекаллу. Он выражал признательность бессмертному другу за его бесценный дар, а также делился сомнениями. В отличие от хульдрекалла, лесоруб был смертен. Скоро его земная жизнь должна была подойти к концу. Но без его волшебного топора никто не будет в безопасности.

Кто-то должен был унаследовать топор.

У лесоруба и его жены было трое детей, и все они обладали своими добродетелями. Старший сын отличался умом, дочь – милосердием, а младший сын – честностью. Но лесоруб не мог решить, кто их них троих достоин унаследовать топор и тяжелый груз ответственности.

И вот хульдрекалл вновь предложил ему свою помощь.

Он посоветовал лесорубу вернуть ему топор, полученный столько лет назад, а затем пойти домой и сказать детям, что забыл топор в лесу, и послать каждого на поиски.

Тот из них, кто вернется с топором, и окажется достойнейшим.