Я умерла? Интересно, а якульт здесь бывает? А мороженое? Желательно со вкусом матча – мы такое с Джином на днях ели…

Тесса приоткрыла один глаз. И как это понимать? В воздухе кружились лепестки сакуры, а значит, она по-прежнему была на Весенней арене.

В сантиметре от ее лица застыла деревянная дубина: вся в черных подпалинах, свидетельствующих о многочисленных битвах, усаженная острыми шипами, она была готова в любой момент превратить жалкую невезучую в горку блестящей пыли. Из дубины вылетела крошечная молния и только чудом не подожгла Тессе волосы…

Погодите. Так ведь это оружие Райдзина, а не Фудзина.

Выходит, бог молний остановил брата-близ-неца? Она подняла голову.

Боги нависли над Тессой, скрестив дубины.

– Я принимаю ее ответ, – прорычал Райдзин.

– А я не принимаю, – огрызнулся Фудзин. – Твое дело – загадки загадывать, а ответы – моя забота.

Все инстинкты Тессы вопили в унисон: «Не шевелись! Даже не думай о том, чтобы сбежать!» Но как же ей не хотелось их слушать! Тории – вот же они, совсем близко! Быть может, если она проскользнет под дубинами и опрометью бросится к вратам… то, скорее всего, вмиг превратится в гору сверкающего праха, который тут же развеется на ветру.

И все же – что, если попробовать?.. Она чуть-чуть, всего лишь на дюйм вытянула носок вперед – и разъяренные близнецы тут же воззрились на нее, словно позабыв про свой спор. Тесса окаменела от ужаса.

– Вы продолжайте, продолжайте, – пискнула она.

– Нечего тут продолжать, – рявкнул Фудзин и замахнулся.

Тесса бросилась на землю, услышав, как дубина со свистом пронеслась над головой. Спасибо за тренировки, Джин.

– Сказал же тебе: на сей раз выбор за мной, – произнес Райдзин. – Сдается мне, ее ответ верен – равно как и твой, брат.

Фудзин раздраженно запыхтел, топнул ножищей, и рядом с ним завертелся миниатюрный торнадо. Торнадо пронесся по мощеной улице и растворился в тумане. Этот туман наползал со всех сторон, с каждой секундой подбираясь все ближе. Тесса нервно огляделась. Кажется, скоро этот весенний мир окончательно растворится в белой дымке. Больше медлить нельзя.

– Быть может, попробуем договориться?

Дубина в руке Райдзина дернулась, как будто он боролся с желанием пустить ее в ход.

– Входи, – прорычал он. – Но помни, какой ты дала ответ. Считай это обещанием. Если нарушишь его, я позволю Фудзину исполнить то, что он намеревался.

– Б-благодарю вас обоих.

Тесса поспешно поклонилась.

В глазах Фудзина пылала ярость.

– Из-за тебя мой родной брат пошел против меня. Истинное проклятие, вот ты кто.

– Или дуновение свежего ветра, мой неистовый брат, – примирительно сказал Райдзин и повернулся к Тессе: – Ступай же, не медли. Мои маринованные сливы меня уже заждались, а этому миру вот-вот придет конец.

Если на следующем этапе меня ликвидируют, как Мидори, бог молний и бог ветров сделают мое поражение еще невыносимее. Надо же было умудриться нажить себе такого врага, как Фудзин. Вот ведь проклятье, а я самая что ни на есть невезучая.

– Клянусь вам, достопочтенные Фудзин и Райдзин, я использую шанс, который вы мне дали, чтобы помочь смертным и бессмертным, – пообещала Тесса.

Бог ветров смерил ее суровым взглядом.

– Поживем – увидим. А теперь ступай. Время вышло.

Тесса бросилась в серую клубящуюся бездну врат.

– Джин! Мими! Хати! У меня получилось! Я…

В тот же миг ее с головой накрыла сильная волна.

И дышать стало нечем.