Кит вел своих подопечных по коридорам академии. Где-то там, в глубине этого бесконечного лабиринта, находилась классная комната, где клану несчастья предстояло набираться мудрости. Тессе хотелось хоть одним глазком взглянуть, что происходит за всеми этими раздвижными дверями, попадавшимися у них на пути. На что похожи комнаты, где трудятся легендарнейшие из богов?

– Дзидзо сказал – налево, потом сразу направо. – Кит взглянул на карту, которую держал в руках. – Осталось совсем немного…

– Я в жизни дорогу не запомню, – простонала Мими.

– А я слышал, у кошек отличная память, – заметил Джин.

– Только не у этой, увы.

Тесса насторожилась. Где-то неподалеку послышались голоса.

Они свернули вправо, но Кит не стал сбавлять шаг. Тесса остановилась у класса, из которого доносились разговоры.

– Погоди, разве это не здесь? – спросила она, слегка отодвигая дверь в сторону.

Кит повернулся – но было уже слишком поздно.

Воспитанники всех семи кланов недовольно уставились на замершую в дверях Тессу. Они сидели за столами, внимая каждому слову преподавателя, которым оказалась…

– Смертная. – Бензайтэн брезгливо повела носом, словно от Тессы за милю несло невесть чем. Сказать бы этой богине, что смертная, между прочим, совсем недавно из душа, вот только Тесса от смущения лишилась дара речи. – Ты что здесь делаешь? Решила, что и правда можешь учиться вместе с остальными?

Бензайтэн рассмеялась – звук был такой, будто кто-то куском стекла провел по грифельной доске.

У Тессы мурашки по коже побежали и вспотели ладошки.

– Я… эмм…

– Классом ошиблась, – мягко произнес Кит и вежливо улыбнулся.

– Оно и видно! – Богиня снова рассмеялась своим жутким смехом, словно вспомнила какую-ту необычайно забавную историю. – Ты по собственной воле вызвался обучать свой невезучий клан, так что удачи.

Кит аккуратно прикрыл дверь, из-за которой по-прежнему доносился дружный смех. Руки у Тессы невольно сжались в кулаки.

– Семерка не пожелала нас учить?

– Но ведь так нечестно, – пробормотал Джин.

Линия рта у Кита стала тонкой и жесткой. Он с неохотой кивнул.

– Дзидзо еще раз проверил правила… ничего не попишешь.

– Но мы ведь бессмертные – с нами-то они почему так обошлись? – возмутился Хати. – Мы должны тренироваться в тех же условиях, что и остальные!

У Тессы сердце защемило. Бедняга Кит.

– А мне плевать на семерку. Все равно лучший учитель в академии – это ты!

Кит заметно приосанился, а на губах у него заиграла лукавая ухмылка.

– А знаете, в чем главная прелесть всей этой истории? Если уж они не соблаговолили включить меня в свою команду, я волен делать все, что захочу. А посему заявляю: после того как вы усвоите основы – и сдадите мне экзамен, – мы отправимся на выездную практику. Что скажете?

– Поездка! Поездка! – радостно запела Мими. – Я за!

Они наконец устроились в своей классной комнате – такой просторной, что и кланам семерки с лихвой хватило бы места. Если бы, конечно, они пожелали сидеть в одном помещении с невезучими, что вряд ли. Простые, добротно сколоченные деревянные столы и стулья были расставлены ровными рядами; под окнами колыхалось зеленое море бамбука. Если честно, выглядела эта комната как самый обыкновенный класс – магией здесь и не пахло.

– Поездка, поездка! – продолжала напевать Мими, сияя, как монетка в пять иен.

Хати сидел рядом с ней, скрестив руки на груди. Джин с Тессой ерзали на стульях, с трудом сдерживая охватившее их волнение, – в отличие от Хати и Мими им столько всего нужно было усвоить, чтобы оказаться с бессмертными наравне, а времени оставалось ужасно мало!

– Так… с чего бы начать… – пробормотал Кит, расхаживая туда-сюда перед своими учениками.

– Наши бумажные звери успели многое нам рассказать, так что мы с Джином уже кое-что знаем, – подбодрила его Тесса.

Кит кивнул.

– Даже если так, я должен посвятить вас в суть первого дня состязаний.

– Ура! – восторженно пропищала Мими.

– Ваша главная цель – не умереть, – просто сказал Кит.

– Отстой, – расстроилась Мими.

– У меня сразу живот заболел, – простонал Хати.

Кит свистнул, и на столе перед каждым из детей тут же появился его бумажный компаньон.

– Нянко-тян! – воскликнула Мими. Кошка выгнула бумажную спинку, поточила коготки о крышку стола и уткнулась носиком в щеку Мими. – Я так соскучилась!

Тут выяснилось, что компаньон Хати не простая белка, а белка-летяга! Она отчего-то, единственная из всех, материализовалась где-то в конце классной комнаты. Раскинув лапки с перепончатыми крыльями, она подпрыгнула – и в два счета оказалась у Хати на столе.

– Привет, Хати. Ну что, какова она – жизнь среди невезучих?

Перед Тессой и Джином уселись их хорошие знакомые – тигрица Тора и дракониха Рю.

– Слышала, вы тут обо мне говорили, – промурлыкала Тора.

– Только самое-пресамое лучшее, – ухмыльнулась Тесса.

Тигрица с достоинством облизнула лапу:

– Даже не сомневаюсь.

– Уважаемые магические существа, – прервал их громкий голос Кита. – Прошу обратиться в монеты.

– Ну вот, опять весь мех помнется, – недовольно проворчала Тора.

Она встряхнулась и – исчезла. На стол с глухим стуком упала монетка, немного прокатилась на ребре и легла перед Тессой. Монетка немногим отличалась от пятииеновой, только вместо рисового стебля с колосом над отверстием изгибалась фигурка тигра.

Кит раздал всем шнурки такого же цвета, как их хаори. Тесса продела шнурок в монетку, которая оказалась на удивление теплой, словно была живая, и завязала шнурок у себя на шее. Мими щелкнула пальцами, и ее шнурок окрасился в ярко-розовый цвет, под стать волосам.

– Так-то лучше!

– Отныне вы должны беречь свои монеты как зеницу ока, – продолжил Кит. – На протяжении следующих нескольких дней не расставайтесь с ними ни на миг, даже отправляясь спать. Вам предстоит научиться сражаться с ними на шее и защищать их.

Невезучие тут же вытянулись в струнку. Тесса подумала, что теперь, в одинаковых хаори и с медальонами, они выглядят как самая настоящая команда.

– Это понятно, а дальше что? – с нетерпением спросила Мими.

Кит дал каждому листок с расписанием.

– Здесь вся неделя. Тренировки в додзё, уроки со мной… Времени у нас в обрез. Каждый день вы будете учиться чему-то новому, что пригодится всем вам в состязаниях – в особенности Джину и Тессе, ведь они, в отличие от юных бессмертных, не готовились к Циклу смены богов.

– Так… – протянул Хати, водя пальцем по строчкам на листке. – Завтрак… Классные занятия… И тренировки в додзё до конца дня… А когда выездная практика? Завтра?

Мими шумно вздохнула:

– Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня?

– Интересную поездку вы должны еще заслужить, – нравоучительно заметил Кит. – И когда я говорю «заслужить» – это значит «пережить сегодняшнюю тренировку». Справитесь – завтра отправляемся на выездную практику. Одевайтесь в то, что не жалко намочить, ибо воды там будет… кхм… достаточно.

– Ненавижу воду! – Хати заерзал на стуле, и тот, громко скрипя ножками по полу, отъехал назад.

Кит весело подмигнул:

– Если ненавидишь воду, ку тебе в помощь. Ну все, вам пора. Я к вам попозже загляну.

– Погоди, а разве не ты будешь нас учить? – удивился Джин.

– Только не в додзё, – покачал головой Кит. – Я подумал, два учителя куда лучше одного – так дело пойдет быстрее. А раз уж никого из семерки уговорить не удалось, я нашел другого специалиста – Кагуцути.

Тесса покопалась в памяти:

– Кагуцути… Это тот, кто пару месяцев назад дал божественный огонь одному злющему богу, который чуть не сжег дотла весь Токио?

– Кагуцути встал на путь исправления, – торжественно заявил Кит. – По крайней мере, он сам так говорит. Вот и проверим. Мы с семеркой глаз с него не спускаем. Вы тоже держите ухо востро: если он вдруг начнет чудить – сразу дайте мне знать.

– Супер, – буркнул Хати, поднимаясь из-за стола. – Наш препод – бог, который хочет нас прикончить. Звучит прямо как…

– Отличный способ научиться сражаться за свою жизнь, – тихо произнес Джин.

Тесса скривилась. Оба они были правы. И от этого, если честно, становилось еще страшнее.