Больница в Драмбурге, со слов Роберта, являлась типичной для провинциального городка и состояла из приемной, кабинета врача, общей палаты на десять человек и процедурного кабинета, который, при необходимости, превращался в операционную, но ничего сложного на месте не делали, предпочитая отправлять больных в более комфортабельный госпиталь в Ариенбурге.

Приближаясь ко входу, Герхард готовился ко всему, даже к тому, что дверь окажется заперта, и ее придется ломать, но реальность, как всегда, превзошла ожидания.

Во-первых, дверь никто не запирал. А во-вторых, в небольшой приемной, где кроме стола и стула для администратора располагались еще только двери в другие помещения, спиной к ним медленно пятился Вальтер, а на него наступала Великая герцогиня. И выглядела Ивон разгневанной, хотя и держала себя в руках.

— …с ума сошли! — крик доктора зазвенел, эхом отражаясь от потолка.

— Заражение произошло после контакта с вами, — спокойно и терпеливо объясняла тетушка, тень за спиной которой сгустилась и обрела объем. — Нам нужно разобраться.

Она заметила их появление первой и замерла, перестав наступать.

— Я никого на заражал! — истерически крикнул Вальтер, топнув ногой. — Я делал все по регламенту! Спросите местного доктора!

Дверь в конце коридора приоткрылась, в проеме мелькнуло бледное лицо мужчины в белом халате, который так и не решился выйти, прикрыв дверь снова.

Акерманн выругался себе под нос и шагнул вперед, обходя коллегу по дуге, чтобы оказаться перед ним. Герхард остался на месте, отрезая путь к выходу. Его совсем не привлекала вероятность бегать за доктором по всему городу.

— Вальтер, успокойся! Мы во всем разберемся.

— Роберт, какое счастье! Объясни ей, что я не мог заразить больных! Я не понимаю, почему все началось заново!

— Все нормально, — с нажимом произнес более старший маг. — Мы знаем, почему началось заражение. Предполагаем. И ты ни в чем не виноват.

— Но… — тетушка нахмурилась, пытаясь возразить. Герцог поймал ее взгляд и выразительно покачал головой. Ивон умолкла. Она привыкла доверять его выводам, и сейчас авторитет оказался крайне полезен.

— Ты не виноват, — повторил Роберт, успокаивая коллегу. — Заражение происходит из-за новорожденного элементаля. Он заразил Брэнда. А после растратил все силы и перекинулся на тебя.

— На меня?! То есть как?! — успокоившийся было доктор, взмахнул руками. — Я же… Я… Мы выскочили из шатра! Потом я ночевал в ратуше, утром всех проверил. Заражения не было!

— Потому что элементаль ослаб! — отрезал Герхард, переключая внимание на себя.

Вальтер обернулся к нему. Бледный, взъерошенный, на смерть перепуганный тем, что привычные методы работы не дают результатов.

— Он лишь недавно появился на свет. Ему требовалось восстановить силы. Возможно, он прицепился к вам сразу или только утром перетек от Брэнда. Это неважно. Главное, что он полностью восстановился и снова запустил болезнь. Симптомы ведь те же самые?

Доктор молча кивнул, как и тетушка, внимательно слушавшая разговор.

— Многие пострадали?

Стоило задать профессиональный вопрос, и Вальтер взял себя в руки, заговорив гораздо тише и по делу:

— Первой упала медсестра. Я даже сразу не понял, почему. Она была рядом, мы вместе осматривали больных. Проверяли состояние. Никто не ждал заражения, просто хотели удостовериться, что нет внутренних кровотечений и прочих осложнений. А потом она упала… Я подумал, обморок. Подняли ее, а на шее бубон… Как у Брэнда. Я сразу ее изолировал в процедурной. Подумал, что вчера подцепила, а проявилось поздно. Начал лечить. Все как нас учили. Но не помогало. Ей только хуже становилось! Доктор отправил кого-то в ратушу сообщить. Здесь посетители были. Кто-то кричать начал. Увидели следы заражения у больных. Подняли панику. Я велел всех выгнать и закрыть больницу. Но люди сами разбежались… Я старался лечить всех зараженных. Врач и медсестры помогали. Мы старались!

— Вальтер, сколько погибло? — перебил откровения коллеги мрачный Роберт.

— Медсестра. И еще двое. Остальных спасла Ее Светлость. Сейчас они стабильны. Получается… я все-таки виноват?

Доктор уставился на свои руки, пытаясь осознать произошедшее.

— Нет, — ответил бастард. — Вы делали все правильно. Никто не мог подобное предположить. Сейчас нам нужно все исправить. Призовите своего элементаля.

— Но как это поможет?..

— Вальтер, просто сделай так, как говорит герцог. Пожалуйста.

— Хорошо.

Элементаль возник рядом с ним. Объемная густая тень, только ростом ниже хозяина и значительно плотнее, чем любая тень. А еще у теней не бывает пышных воротников. Впрочем как и у элементалей.

— Ивон, отойди. Он может испугаться твоего элементаля.

Тетушка поспешно сделала несколько шагов назад, к дверям, а Роберт быстро достал из-под куртки цилиндр. Воротник трясся и дрожал, то становясь плотнее, то почти растворяясь. Его носитель издал предупреждающее шипение. Только защитного инстинкта им и не хватало!

— Это он? — Вальтер недоверчиво смотрел на своего спутника и его неожиданное украшение.

— Омилум, мы не причиним тебе вреда! — упоминание имени заставило новорожденного замереть и перестать мерцать. — Нас послал тот, кто сидит в шахте. Он просил вернуть тебя ему. И очень быстро, потому что он волнуется!

— Вальтер, успокой своего элементаля, — Акерманн плавно вытянул вперед руку с колбой и начал приближаться крохотными шажками.

— Мы лишь хотим забрать тебя и доставить домой, — спокойно и уверенно продолжал Герхард.

Носитель снова зашипел, но теперь уже не так агрессивно, а словно… успокаивая? Без Окума понять тонкости было сложнее, но интонация перестала казаться угрожающей. Воротник на его плечах сжался и превратился в более компактный комок, а затем неожиданно прыгнул в сторону, мгновенно оказавшись на стене под потолком и растекся там кляксой, живо напомнившей монстра в шахте.

— Разрази тебя свет! — выдохнул Вальтер, отпуская элементаля, который сразу же рассыпался клочками мрака.

Роберт тоже выругался, наблюдая за перемещениями сравнительно небольшого сгустка, старательно прячущегося в тенях. Хорошо, что на улице день. Солнечный свет элементали тьмы не любят, иначе пришлось бы ловить его по всему городу.

— Омилум! — Герхард оттеснил доктора плечом и тоже достал пустой цилиндр. Маленькую пакость требовалось немедленно собрать и доставить в шахту, пока никто больше не пострадал. — Я знаю, что тебе страшно. Здесь слишком много людей и незнакомого. Ты не понимаешь, что делать. Но мы можем помочь.

Шарообразная тень с отростками засела в углу, пытаясь слиться с ним и не привлекать внимание. Раствориться без помощи более опытного элементаля новорожденный не мог, что играло им на руку. Вот только на уговоры он тоже не поддавался, а время уходило.

— Ладно, не хочешь так, будет иначе…

Под потолком промчался полупрозрачный буревестник и громко хлопнул крыльями прямо над элементалем. Тот дернулся, заметался, издал какой-то чирикающий звук. Орион не отставал, продолжая бить его потоками воздуха. Тень стремительно теряла густоту, растекаясь кляксой, которая отчаянно цеплялась отростками за стены.

— Спускайся! Мы отнесем тебя туда, где темно, тихо и спокойно!

Герхард вытянул вверх руку с цилиндром.

Следовало бы вспомнить, что Окума с ним больше нет. А вместе с элементалем пропал и иммунитет, которым обладают темные маги. Следовало бы… Но он слишком увлекся и уже давно привык к собственной неуязвимости.

Дурнота накатила неожиданно, когда казалось, что элементаль уже вот-вот будет загнан внутрь. Комната вдруг крутанулась, пол встал дыбом, ударив по лицу, груди и коленям. Цилиндр выпал из пальцев с громким звоном, перед глазами все расплылось.

— Герхард!

Крик эхом разнесся по комнате, ударив по ушам, в висках застучало. Его кто-то дернул за плечо, переворачивая на спину. Рядом возникли лица. Рты открывались и что-то говорили, но он не слышал. Только смотрел вверх на проклятую мечущуюся тень.

— Поймать… Его… надо… поймать…

— Герхард, посмотри на меня.

Виски сдавили прохладные пальцы. Он моргнул, пытаясь сфокусировать зрение. Ивон. Над ним склонилась тетушка.

— Смотри на меня. Все будет хорошо.

Ее глаза заволокло тьмой, черты лица заострились. Она приоткрыла рот и сделала глубокий вдох. Его внутренности рванулись следом за потоком воздуха. Судорога прошила все тело, едва не заставив кричать, но тонкие пальцы держали крепко. Ивон вдыхала. А боль уходила.

Он не знал, сколько это длилось. Сколько вдохов сделала герцогиня, чтобы спасти его. Перед глазами лишь стояло ее лицо в обрамлении темных кружев. И где-то рядом металась тень. Потом сквозь звон в ушах пробились голоса.

— Получилось?..

— Кажется, да. Я чувствую его внутри…

— Что теперь?..

— Нужно в шахту. Срочно. Ваша Светлость, как он?

— Уже в порядке.

Глаза Ивон снова стали голубыми, а кружева исчезли. Она отстранилась, а Герхард сделал вдох, пытаясь прийти в себя. Боли не было, но тело стало тяжелым. Неповоротливым. Комната же медленно вращалась.

— Элементаль…

— Мы его поймали, — нам ним склонился Роберт. — В больнице есть лошадь и коляска, Вальтер сейчас с ними разберется, и мы отправимся к шахте. Я бы оставил тебя здесь, но тебе нужен элементаль. С ним восстановление пойдет быстрее.

Герцог смог только что-то согласно промычать.

— Ваша Светлость, вы же присмотрите за больницей?

— Конечно, можете не волноваться.

— Цилиндр… — пробормотал Герхард, ощущая себя так, будто вращается вместе с комнатой. — Возьми… Он пустой. Пригодится.

— Благодарю.

Лицо тетушки снова возникло над ним. На лоб легла прохладная ладонь. У Милисент тоже были прохладные руки. От ее прикосновений всегда становилось легче. Сейчас облегчение не наступило.

— Легкий жар… Я бы рекомендовала постельный режим хотя бы до вечера, но раз все так серьезно… Присмотрите за ним. Доктор Вебер наверняка сможет помочь.

— Конечно, Ваша Светлость.

Акерманн оттеснил тетушку.

— Сейчас я тебя подниму…

Это было последнее, что Герхард запомнил. Дальше все потонуло в какой-то сплошной круговерти из теней, лиц и тряски.

Он очнулся от невыносимой вони, которую упорно совали под нос. Попытался отвернуться, но не удалось. Пришлось открыть глаза.

Над ним простиралось бесконечное и безоблачное небо, под спиной ощущалось что-то достаточно мягкое, чтобы лежать. Голову кто-то придерживал. Мир перестал вращаться, и одно это уже было прекрасно.

— Вы, наконец-то, очнулись.

Доктор Вебер склонился над ним, заглядывая в лицо. Вонь отдалилась. Нашатырь. Вот что это было.

— Признаться, вы нас очень напугали, Ваша Светлость. Неужели, вы забыли, что к элементалям тьмы не стоит приближаться без защиты? Повезло, что Ее Светлость находилась рядом.

— Элементаль?

Язык с трудом ворочался, в горле пересохло, голова гудела, но тело перестало ощущаться чужим. Герхард с трудом приподнялся, едва не завалившись обратно.

— Я его поймал, — Акерманн поддержал под спину и помог сесть.

Рядом горел костер, над которым снова грелся котелок с чаем. Охранник молча протянул кружку, в которую императорский врач накапал что-то из своей фляжки.

— Пейте, Ваша Светлость. Судя по рассказу доктора Акерманна, силы вам понадобятся. Сразу предупреждаю, что срок действия этого средства крайне ограничен. Потом вам потребуется полноценный отдых и строгий постельный режим. Хотя бы пару дней.

— Обязательно, — согласился герцог. Позже, когда у него появятся силы, он обязательно поспорит и откажется лежать. Потом… Когда вернется домой.

— Клаус видел, как мы уезжали, успел даже подбежать. Так что в ратушу он передаст, что все в порядке, — успокоил Роберт. — Визита светлых можно не опасаться.

— Доктор Лампрехт отправился в Драмбург на вашей коляске, — добавил доктор Вебер. — Полагаю, вдвоем с Ее Светлостью они справятся с чем угодно.

Такое количество хороших новостей не могло не настораживать, но учитывая, что им предстоял спуск в шахту к монстру, радовало то, что хотя бы город больше не должен пострадать.

— Вы что-нибудь выяснили про мертвых магов? — с каждым глотком становилось лучше, в голове прояснялось, и разум привычно жаждал новой информации и деятельности.

— Мы успели провести вскрытие. У одного поврежден мозг. Со стороны похоже на инсульт, но все намного сложнее. Ткани начали распадаться. Других повреждений нет. А вот второй… Там все сложнее. Сам мозг сохранен, но все остальное… Тьма проникла так глубоко, что поразила буквально все жизненно важные органы. Печень, сердце, почки, спиной мозг… Это тело требует дополнительных исследований. Я заберу его в столицу.

Герцог допил остатки чая и отдал кружку охраннику.

— Нам лучше спуститься и вернуться до темноты, чтобы не давать элементалю преимущества.

— Преимуществ у него и без того достаточно… Сейчас позову Вальтера и пойдем.

Акерманн встал и огляделся, высматривая коллегу.

— Он направился к шатру с телами, — пояснил охранник. — Хотел осмотреть их после вскрытия.

— Вы взяли его с собой? — мимолетно удивился Герхард.

— Один я не смог бы донести тебя до коляски. К тому же оставлять его в больнице было опасно. Мало ли какие мысли бродят в головах у людей. Вальтер!

Ответом стала тишина, заставившая поежиться и направившая мысли в определенном направлении.

— Роберт, скажите мне, что вы не оставляли проклятый цилиндр без присмотра.

Если им опять придется куда-то бежать или ехать, чтобы вернуть пропажу, он сам вызовет бурю и с большим удовольствием закинет очередного носителя прямо в шахту. Как можно глубже!

— Нет, он здесь, — доктор наклонился и поднял сумку герцога. — Я положил его внутрь, чтобы меньше контактировать. Не хотел, чтобы он присоединился к моему элементалю.

Он достал колбу и нахмурился, затем осторожно потряс.

— Я… не уверен, но…

Герхард прикрыл глаза.

— Тьма. Во втором цилиндре была тьма. Которую он мог сожрать. Ведь сосуд, который вы держите, пуст?

— Да, но он один! Где второй?!

— Кхм… — прокашлялся доктор Вебер. — Я полагаю, его забрал ваш коллега. Он выглядел крайне подавленным, когда прибыл сюда. Вы ведь рассказали ему, что нужно делать?

— Да, но… Он же не отправился в шахту один?!

— Вот мы и узнаем…

Быстрый обыск лагеря показал отсутствие одной из безопасных керосиновых ламп и следы, ведущие в шахту. Сомнений не оставалось. Вальтер забрал элементаля и отправился исправлять ошибку, которой на самом деле не было. Пришлось брать оставшиеся лампы и идти следом, надеясь, что ничего непоправимого не случится.

— Поверить не могу, что он это сделал, — Акерманн снова тащил на себе врачебную сумку. — Вальтер всегда поступал разумно!

— Он оказался в критической ситуации. Запаниковал. Бывает…

Если бы еще от поступков доктора не зависело возвращение Окума и благополучие города, Герхард был бы куда спокойнее. Сейчас же сдерживаться удавалось лишь благодаря воспитанию и дыханию, которое в шахте приходилось сдерживать.

— Вся наша работа — критическая ситуация! И он не первый год мне помогает! Да, в этот раз все пошло не так, возникли сложности, но все решаемо. Я же ему объяснил!

— Ты не виноват. Каждый из нас делает то, что может.

Сердце неприятно кольнуло. Милисент тоже сделала то, что могла. И погибла. Все прошедшие месяцы он винил себя в ее смерти. Немного Сабину, немного Ульрике, но большей частью себя, забывая простую истину. Каждый делает то, что может. Баронесса могла не поехать к любовнице дяди, могла не уговаривать ее отправиться во дворец немедленно, могла не усыплять Сабину… Но она поступила так, как считала нужным.

Герхард судорожно вздохнул и почувствовал, как распались тиски, которые сжимали его с того дня. Стало свободнее. Легче. Печаль осталась. Но мучительное чувство вины ушло.

— Герхард!

Роберт дернул его за локоть, заставляя остановиться, и выше поднял фонарь. Сейчас он чувствовал тьму лучше, и первым понял, что их встречают.

Вальтер стоял к ним спиной, раскинув руки в стороны, будто пытался обнять кого-то, и медленно покачивался на носках. Цилиндр валялся у его ног, а под потолком колыхалась тьма, свешивая жгуты мрака до самого пола.

— Мы выполнили свою часть договора, — герцог не стал тратить время на вопросы, решив сразу перейти к сути. — Омилум возвращен тебе.

Доктор покачнулся и медленно обернулся к ним. В свете ламп вокруг него метались тени, лицо заливала бледность, а глаза — тьма.

— Возвращен… — прошептал он.

— Вальтер! — Акерманн шагнул вперед, но теперь уже Герхард остановил его, упираясь рукой в грудь.

— Ты получил, что хотел. Верни мне элементаля. Ты же не станешь нарушать договор?

— Не стану… Забирай…

Один из сгустков мрака вытянулся огромным пузырем, который трансформировался в Окума. Очень злого и… напуганного? Элементаль рванул к нему и поспешил слиться с тенью рядом. Снова ощутить его силу было облегчением.

— Благодарю. А теперь, когда мы обменялись, не мог ты отпустить нашего друга?

По лицу мага расплылась безумная улыбка.

— Нет…

Роберт дернулся, но герцог качнул головой и сжал в кулак полу его куртки, чтобы спутник не вырвался.

— Зачем он тебе?

— Изучать… Вы — нас. А я — вас.

Звучало логично, но в то же время настолько неправильно и жутко, что немедленно захотелось все прекратить. Ударить. Вырвать Вальтера из лап монстра. И сбежать отсюда.

— Разве ты не достаточно изучил, пока воздействовал на людей в городе?

— Мало… Хочу больше… Он поможет. Так интереснее.

— Нет.

Пламя в лампах вспыхнуло ярче. Пусть с огнем герцог управлялся не слишком хорошо, сейчас он мог помочь.

— Сантамэль… Человек… Глупый. Беги.

Жгуты мрака ударили по керосинкам, не испугавшись полыхнувшего огня, поползшего по стенам. Надолго его не хватило. Пламя задохнулось в сгустившейся темноте, а потом затрещал свод…

— Бежим!

Герхард дернул доктора за собой. Роберт еще пытался упираться, но первый же упавший под ноги камень убедил его не спорить. И они побежали. Без света. Ориентируясь лишь на память и подсказки элементалей, для которых тьма была родным домом.

— Окум!

Знакомый рык ответил справа, заставив шарахнуться в противоположную сторону. Что-то тяжелое упало на землю. Балка или камень не понять. Да и не все ли равно, если приземлилось оно не на голову?

Главное не споткнуться и не упасть. Тогда даже элементали не спасут. Кулак все еще сжимал куртку Акерманна, герцог буквально тащил его за собой, слыша рядом тяжелое дыхание. Им сегодня пришлось несладко. И вчера тоже. Но сейчас нужно просто выбраться. Об остальном он подумает позже. Когда все закончится.

Впереди замелькал свет. Гул сзади наоборот нарастал, заставляя бежать быстрее. Ноги отказывались слушаться. Мышцы сопротивлялись. Пот застилал глаза. Но Герхард бежал. Он не доставит удовольствие этой твари своей смертью.

Когда до выхода оставалось совсем немного, краем глаза он заметил, как отходит от стены и падает балка под потолком, а за ней тянется оставшийся свод. Рывком подтянул к себе Роберта и швырнул его вперед, добавив рукам силы и выталкивая доктора из шахты. А потом призвал воздух, сформировав подушку под ногами, и оттолкнулся от пола. Инерция вынесла его наружу за считанные секунды до полного обрушения.

Земля ударила в лицо, сзади раздался грохот. Бастард с трудом приподнялся на локтях, чувствуя, как по губам течет теплая кровь. Акерманн валялся чуть в стороне и тоже поднял голову. Живой. Они оба живы.

— Ваша Светлость!

К нему подбежал и упал рядом доктор Вебер.

— Вы в порядке?

Герхард с трудом кивнул и перевернулся на спину, зажал переносицу, чтобы остановить кровотечение. Над ним навис некто незнакомый в военной форме.

— Ваша Светлость! Разрешите представиться, — мужчина ударил кулаком по груди. — Полковник Майер, командир третьего пехотного полка Его Императорского Величества Георга Второго! По приказу императора прибыли под ваше командование!

Вовремя. Лучше и придумать нельзя. Теперь все будет в порядке…

Если, конечно, не думать о Вальтере.