Простой ответ на этот вопрос – ваш близкий отказывается от терапии, потому что его причины для отказа перевешивают мотивы начинать или продолжать лечение. Не хочу показаться язвительным, но это просто вопрос стимулов. Стимул заставляет нас прилагать усилия к чему-то. Он отвечаает на вопрос «Что это мне даст?». Например, деньги – это стимул, поскольку они заставляют людей работать. Перспектива заболеть раком легких и стоимость пачки сигарет – стимулы бросить курить.

Обращение за помощью при ОКР работает точно так же. Решение потратить время и усилия, как и терпеть дискомфорт от ERP как комплексного подхода, требует, чтобы у вашего близкого было для этого множество стимулов и относительно немного причин для отказа.

Не путайте стимул с мотивацией, которая больше похожа на желание получить что-либо. Ваш близкий, вероятно, хочет покончить с ОКР. Но хотеть – это не то же самое, что упорно трудиться. Возможно, вы хотите научиться играть на гитаре, но без необходимого стимула приложить усилия к поиску преподавателя, посещению уроков и трате времени на практику не достигнете цели.

Итак, если ваш близкий отказывается лечиться от ОКР, это означает, что у него нет стимула для принятия мер – и необязательно это именно желание выздороветь. Возможно, процесс терапии и борьба с навязчивостями слишком его пугают или подавляют. Возможно, он не до конца осознает негативные последствия ОКР или не задумывается о том, насколько лучше могла бы быть его жизнь и отношения с окружающими без этого расстройства. Вот наиболее важные факторы, которые снижают желание вашего близкого начать лечение.

Боязнь ERP. Если вы когда-нибудь сталкивались лицом к лицу со своим страхом, вы можете понять, почему человек волнуется из-за перспективы внедрения ERP в план выздоровления. В конце концов, он тратит довольно много времени и усилий на избегание пугающих его ситуаций и раздражителей, с которыми придется столкнуться в ходе лечения. Это наряду с отказом от ритуалов кажется вашему близкому слишком рискованным; помимо этого, он также может бояться испытать «слишком сильный» страх во время погружения в стрессовые ситуации. Естественно, что даже мысль о том, что метод ERP покажется слишком сложным или провоцирующим тревогу, может снизить стимул к началу терапии у людей с ОКР всех возрастов.

Негативное отношение к лекарствам. Ваш близкий может воспринимать себя как стигматизированного, эмоционально слабого или неспособного справиться с проблемами, если ему прописывают препарат. Возможно, он уже принимал его раньше, но счел бесполезным. Кроме того, неблагоприятный новостной фон и многочисленные скандалы привели к тому, что фармацевтическая промышленность оказалась в невыгодном положении, и многие потенциальные потребители стараются отказываться от лекарств. Возможно, ваш близкий опасается побочных эффектов или крайне негативно относится к химическому воздействию на свой мозг. Все эти опасения снижают стимул к приему лекарств, которые могут помочь в борьбе с ОКР.

Континуум инсайта. Ваш близкий может быть уверен, что его навязчивые идеи реальны, а ритуалы стоят того, что врачи называют «континуум инсайта», – иными словами, пациент неспособен распознать обсессии и компульсии как чрезмерные и нелогичные. Например, для Ариэль было совершенно разумно убедиться в том, что двери заперты, а приборы выключены, прежде чем она выйдет из дома или ляжет спать. По ее мнению, тщательный обход дома оберегал ее семью от опасности. В конце концов, за все время проверок «опасных мест в доме» не было ни одного взлома или пожара! Ритуалы Ариэль также помогали ей контролировать навязчивый страх, несмотря на то, что приносили лишь кратковременное облегчение, не уменьшая проблему в долгосрочной перспективе. Тем не менее Ариэль казалось, что ритуалы работают, – это и затрудняло отказ от них. Она не хотела пробовать ERP, потому что знала: согласие на терапию равносильно отказу от ритуалов.

Страх выздороветь. Хотите верьте, хотите нет, но ваш близкий может отказываться от лечения, потому что отчасти чувствует прямую угрозу в избавлении от ОКР. Шансы особенно велики, если он страдает ОКР длительное время или если симптомы привели к существенным функциональным нарушениям. После многолетнего погружения в навязчивые идеи и ритуалы он, возможно, привык к постоянному ощущению тревоги и компульсивному поведению. Возможно, он уже давно воспринимает отсутствие работы, учебы и активной социальной жизни как «привычное» и «нормальное». Несмотря на то что это может противоречить вашим ценностям и убеждениям, перспектива избавиться от ОКР может казаться вашему близкому чуждой или пугающей, поскольку предполагает новые и незнакомые чувства, мысли и поведение.

Не будем забывать и о новых возлагаемых на человека пугающих ожиданиях. Ксавье, который много лет жил с родителями, боялся, что, если он вылечится от ОКР, родители потребуют от него большего. На него возложат больше обязанностей, будут ожидать, что он начнет жить самостоятельно, вернется к работе на полную занятость, начнет взаимодействовать с социумом и т. д. Ваш близкий может настороженно относиться к таким перспективам, как учеба в школе, помощь в быту, поддержание общего состояния здоровья и гигиены: будто продолжать жить с ОКР и избегать ожиданий окружающих – меньшее из двух зол.

Безнадежность, беспомощность и депрессия. Ваш близкий может считать, что ему ничем не помочь и что жизнь без обсессий и компульсий – слишком хорошо, чтобы быть правдой. Возможно, ваш ребенок считает, что излечиться от ОКР невозможно, поэтому нет смысла пытаться. А может, ваш супруг или партнер уже предпринимал попытки лечения, но без успеха, и обескуражен необходимостью попробовать снова. Нетрудно понять, что подобные чувства снижают стимул к напряженной работе над собой, необходимой для лечения от ОКР.

Адаптация к симптомам. В большинстве случаев естественные эмоциональные последствия ОКР – стресс, неловкость и смущение – стимулы для продолжения лечения. Но, как вы уже знаете, адаптация защищает человека от осознания и принятия на себя всей тяжести проблемы. Мать Эдуардо, например, так старалась справиться с навязчивыми идеями и обсессиями Эдуардо, что в итоге страдала от его проблемы больше, чем он сам. Может, это звучит не так уж ужасно – помочь любимому человеку облегчить его жизнь, – но стоит помнить, что «небольшая помощь» почти всегда приводит к тому, что со временем ее начинают просить все больше и больше. И чем больше бытовых удобств вы готовы предложить, тем легче вашему близкому жить с ОКР и тем меньше у него стимулов работать над собой.

Я знаю, что отказ от адаптации вашей жизни под ОКР вашего близкого звучит сложно и у вас, вероятно, имеются противоречивые мысли и чувства (амбивалентность) по поводу того, стоит ли прекращать помогать. Однако в последующих главах я научу вас умело снижать степень вовлеченности, чтобы страдания вашего близкого стали для него стимулом для обращения за помощью и избавления от ОКР (иногда это называют «жестокой любовью»). Три главы части II (включая эту) закладывают важную основу для отказа от нездоровой вовлеченности, чтобы заложить основу для поддержки вашего близкого другими способами; в части III же вы узнаете, как шаг за шагом перестать приспосабливаться к ОКР.

Отрицание. Еще один фактор, из-за которого семьи или пара непреднамеренно способствуют отказу от лечения, – это отрицание или преуменьшение тяжести симптомов ОКР. Николас знал, что Линда крайне смущена обсессиями и избеганием общения с внучкой, поэтому предпочитал не говорить об этом, хотя и понимал: это нужно обсудить и разобраться с этим. Возможно, вы смотрите на своего ребенка сквозь пальцы, когда он зацикливается на выполнении ритуалов. А может, объясняете чрезмерное избегание поведения вашего супруга нежеланием иметь дело с его «причудами». Разговор об этих проблемах может быть неудобным – как для вас, так и для близкого. Вы можете задаться вопросом, стоит ли начинать обсуждение. Тем не менее не говорить о проблемах совсем – значит «иметь дело с обсессиями и компульсиями не нужно», и это может отдалить вашего близкого от лечения. Конечно, вы не хотите быть слишком суровыми или критичными, но золотая середина, безусловно, должна присутствовать.

Конфликт и враждебность. Сделай уроки! Сложи грязную одежду в корзину для белья! Иди спать! У вашего ребенка накопился большой опыт сопротивления родительским требованиям, которые, по его мнению, ущемляют его самостоятельность. Ваш взрослый близкий тоже может быть глубоко на вас обижен. Забери детей из школы! Вынеси мусор! Опусти сиденье унитаза! Возможно, ситуация стала настолько напряженной, что, несмотря ни на что, ваш близкий пытается игнорировать ваше желание обратиться за психологической помощью. Придирки, крики, угрозы или упреки только усугубляют ситуацию, давая понять, что, по вашему мнению, ваш близкий может изменить поведение сразу же, как только ему об этом сказали. Советы по эффективному общению приведены в главе 7, но на данный момент вам нужно понять: токсичное общение не стимул для обращения за лечением и приводит лишь к еще большему конфликту.

Что же предпринять?

Кажется, что ваших знаний должно быть достаточно, чтобы убедить близкого что-то предпринять в отношении ОКР. Если нет, то должны помочь угрозы и наказания, не так ли? К сожалению, это так не работает. Но ваши прошлые попытки заставить близкого обратиться за помощью потерпели неудачу не потому, что лекции, проповеди и угрозы были недостаточно убедительными, – а потому, что вы не измените того, кто не готов к изменениям. Другими словами, проблема в том, что вы пытаетесь уговорить близкого начать лечение против воли. Так помочь не получится.

Вот почему я предлагаю другой план действий, который вы полностью контролируете. Он предполагает сосредоточение внимания на внесении изменений в быт. Как бы тяжело ни было это принять, но ваш близкий вправе отказаться от лечения. Однако когда вы сосредоточитесь на изменении своего образа мыслей и поведения, то окажетесь в гораздо лучшем положении и будете способны поддержать и сопротивляться просьбам о помощи в стратегиях избегания и компульсиях. Это означает, что вместо того, чтобы уменьшать выраженность симптомов ОКР у близкого (что лучше доверить квалифицированному специалисту в области психического здоровья), вы будете работать над минимизацией негативных последствий этих симптомов.

Несмотря на то что изменения, которые я помогу ввести в вашу жизнь, полностью отвечают интересам вашего близкого и не причинят ему вреда, вполне нормально, что наступит период адаптации, к которому я вас также подготовлю. Но, несмотря на возможные трудности, соблюдение этой стратегии – лучший способ поддержать близкого и улучшить качество своей жизни и жизни всей семьи, даже если близкий решит не брать ответственность на себя. И кто знает? Вдруг ваши изменения подтолкнут человека к мысли, что стоит объединить усилия или обратиться за профессиональной помощью.

В любом случае новый план действий начинается с того, что вы заботитесь о себе и справляетесь со стрессом, так что читайте дальше.