Яркий художественный талант Миядзаки проявился еще в школе, а поступив в университет, Хаяо продолжал брать уроки и развивать навыки рисовальщика. Что было непросто: учился будущий режиссер не где-нибудь, а на факультете политики и экономики Университета Гакусюин, традиционно служившего кузницей руководящих кадров Страны восходящего солнца, и поблажек студентам там не давали. Зато очевидно подталкивали к активному проявлению политических взглядов: за пару десятилетий до Хаяо старшую школу при том же университете закончил Юкио Мисима, отличавшийся радикально правыми взглядами и покончивший с собой после провала попытки государственного переворота. Миядзаки впал в другую крайность и еще во время учебы всерьез увлекся марксизмом – вопреки, а возможно, и благодаря так называемому обратному курсу, который американские оккупационные власти запустили с началом холодной войны. Японская и германская молодежь была шокирована резкой сменой политической риторики и тем, что люди, которых еще вчера обличали как военных преступников, один за другим возвращаются на руководящие посты. В Германии это в итоге привело к резкому росту левого террористического подполья, включая печально знаменитую «Фракцию Красной армии», в Японии – к стачкам и возникновению «Красной армии Японии» со штаб-квартирой в Ливане.

К счастью, у Хаяо Миядзаки были другие приоритеты. В 1963 году, закончив университет, он не стал искать работу по специальности и строить традиционную карьеру чиновника, а поступил на студию «Toei Animation». К тому моменту имя «Toei» уже гремело по всей стране: в 1958-м студия сняла «Легенду о Белой Змее» (режиссер Тайдзи Ябусита), первое цветное полнометражное аниме, – по воспоминаниям Миядзаки, в юности эта картина произвела на него почти такое же мощное впечатление, как и советская «Снежная королева».

Хаяо был принят на должность фазировщика, в его задачи входила самая трудоемкая и самая малозаметная для не посвященных в тонкости индустрии работа. И почти сразу через голову непосредственного начальства предложил новый вариант концовки для фильма Ёсио Куроды «Космическое путешествие Гулливера» (1965). Удивительно, но руководители проекта восприняли всерьез предложение неопытного новичка и действительно изменили финал. Возможно, отчасти такое внимание связано с тем, что молодой идеалист Миядзаки развел на студии кипучую политическую деятельность и вскоре стал секретарем профсоюза, не раз угрожавшего «Toei Animation» забастовкой.

Этот случай заложил первый камешек в основание будущей «легенды о Миядзаки», но не слишком помог его карьерному росту. Следующий проект, над которым работал Хаяо, полнометражный фильм «Принц Севера» режиссера Исао Такахаты, отнял у команды три года жизни, вызвал чудовищный перерасход средств и с треском провалился в прокате. После этого конфуза в 1971 году Миядзаки и Такахата покинули гостеприимные стены «Toei» и почти сразу вместе приступили к дилогии «Панда большая и маленькая» (1972) / «Большая панда и маленькая панда. Дождливый день в цирке» (1973). История о забавных антропоморфных животных и маленькой девочке имела умеренный успех, но событием исторического масштаба, мягко говоря, не стала: современные кинокритики вспоминают ее в основном для того, чтобы отметить сходство Большой Панды с Тоторо из фильма 1988 года.

Проработав пятнадцать лет в индустрии, Хаяо не то чтобы поумерил свои амбиции относительно справедливого переустройства общества на основе марксистской теории, сколько перенес фокус внимания из студийных курилок на большой экран. В 1978 году они с Такахатой выпустили телесериал «Конан – мальчик из будущего» на основе подросткового романа американца Александра Кея «Невероятный прилив». Для Миядзаки эта постапокалиптическая история о Земле, перенесшей новую мировую войну и глобальную тектоническую катастрофу, стала отличным поводом поделиться своими взглядами на классовую борьбу, рассказать о превосходстве коллективизма над индивидуализмом, а пасторального – над технологическим.

Последней картиной, которой завершился затянувшийся этап ученичества, стал фильм «Люпен III: Замок Калиостро» (1979), первая полнометражная работа, в титрах которой Хаяо Миядзаки значился единственным режиссером (заодно он сыграл и первую скрипку среди сценаристов). Работая над этим аниме по отдаленным мотивам романов Мориса Леблана и популярной манги Манки Панча, Миядзаки не давал спуска ни себе, ни другим участникам команды. Благодаря постоянным кранчам и работе на пределе сил производство картины заняло всего пять месяцев – сравните с тремя годами, ушедшими у Такахаты на «Принца Севера». Еще недавно профсоюзный активист Миядзаки линчевал бы такого требовательного и нетерпимого к чужим слабостям босса, но теперь роли поменялись, речь шла о его собственном выстраданном проекте, и трудовая этика отступила на второй план: как гласит известный мем, «вы не понимаете, это другое».