Из-за этой странной церемонии награждения Антон и Настя немного опоздали к началу второго акта основного спектакля. Оказавшись на своих зрительских местах, студенты вдруг поняли, что между окончанием первого акта и началом второго словно прошла целая вечность. А вместе с ней и улетучилось то сонное состояние отсутствующего интереса, которое не покидало студентов на протяжении всей первой части спектакля.
Новое ощущение поселилось в Антоне и Насте. (Упущение неподдельного интереса. Кроме этого, персонажи, действующие на сцене, теперь стали восприниматься как какие-то родные, что ли…
— Вы правы, мой друг, — продолжил Вейзель. — Иступив в новое тысячелетие и шагнув в эру Водолея, человечество, похоже, смирилось с нерадостным выводом: как устроен Мир — мы по-прежнему не знаем. Да, гении расщепили атом, телепортировали фотоны, клонировали живые организмы, рассмотрели скопления галактик, изобрели телевидение и Интернет. Странно, но эти открытия не приблизили нас к истинному пониманию устройства мира. Дробление «вещества» и «материи» никак не придёт к конечному результату. С другой стороны: звёзды собираются в галактики, а галактики — в скопления галактик. И снова перед нами всё та же картина: не видно предела в цепи укрупнения «объектов». Но как же был создан этот Мир? Из чего он создан? Что есть первокирпичик «вселенной», из которого невидимый Творец сложил атомы, молекулы, вещество, звёзды, «материю»?
К концу этого небольшого монолога аудитория снова настроилась на философский лад. Из разума собравшихся улетучились остатки воспоминаний о сказочных персонажах, а их места заняли образы атомов, звёзд, галактик. В меру своих способностей к мысленному моделированию каждый пытался как можно глубже проникнуть в непроницаемый мир создания бытия.
— Вам нужен точный и ясный ответ? — поинтересовался старец Кулик. — Тогда вот он: Мир состоит из информации о взаимодействии информаций. Обратите внимание: не из самой информации, а именно из информации о взаимодействии информаций.
В зале повисла кристальная тишина. Казалось, что даже пролетающий вдруг одинокий фотон сможет поднять гул, подобный звуку двигателей реактивного бомбардировщика. Но вместо этого стало отчётливо слышно, как в голове каждого слушателя пришли в движение маленькие механизмики, которые подобно микроскопическим арифмометрам попытались разобраться в только что озвученной фразе…
«Информация»… «О взаимодействии информаций»… Переход от вещества к информации оказался самым очевидным и образно прост, но неожиданно непонятен. Так и не осознанное вещество вдруг оказалось отодвинутым на обочину познания. И теперь никто не мог себе внятно представить не только информацию, состоящую из таких же сущностей, но и саму — одну единственную — информацию…
Аналитический процесс явно не клеился, и Настя отвлеклась от происходящего. Она потрогала блошку и шёпотом спросила Антона:
— А в чём помогать?
— Пока не знаю, — искренне ответил Антон, который, как и весь зал, пытался разобраться в только что сказанной старцем Куликом фразе. Сейчас ему было не до блохи, которая недавно превратилась в брошку. 11еожиданно возникший интерес буквально толкал юношу навстречу изрекаемым профессорами образам.
Тем временем, явно давая залу поразмыслить, Вейзель ходил взад и вперёд и тоже размышлял. После некоторой череды уже совершённых им шагов он остановился и согласно кивнул головой: — Я считаю, что можно назвать это утверждение первым постулатом Организмики[5]. Было бы хорошо, если бы вы, уважаемый профессор, проиллюстрировали сказанное.
— А я согласен с термином «постулат». И в качестве иллюстрации к сказанному приведу пример с обычной ложкой, — охотно ответил старец Кулик. — Посмотрев на неё и вспомнив материаловедение или хотя бы химию, мы понимаем: ложка сделана из стали. Зададимся вопросом: что такое «сталь»? Согласно таблице Менделеева это всего лишь определённая комбинация атомов железа, состоящих, в свою очередь, из информационной упаковки электронов, протонов, нейтронов. Ещё к железу добавлена комбинация атомов углерода и некоторые другие комбинации, влияющие на свойства «материала» ложки…
— Однако «железных», «углеродных» или каких- либо других электронов, протонов и нейтронов не бывает, — уточнил Вейзель.
— Да, все они одинаковы и не несут на себе свойств конкретного «вещества», — кто-то неожиданно выкрикнул из зала. Видимо, не удержался, пожелав блеснуть своим интеллектом в одном споре с двумя профессорами.
Эта реплика прозвучала очень резко, но они даже не вздрогнули от неожиданности — словно ждали этого… вопля.
— И снова я с вами соглашусь, коллега, и с вами, уважаемый слушатель, — ответил старец Кулик, повернувшись сначала к Вейзелю, а потом в ту сторону, откуда донёсся голос. — Только подчиняясь определённым информационным матрицам, комбинации «бесполых» частиц складываются в «вещества».
Антон прекратил свои раздумья по поводу информации и вновь увлечённо погрузился в то, что происходило на сцене. Физика интересовала его сильнее всего прочего.
А Настя… Она просто так положила свою руку в непосредственной близости от руки Антона. И чувствовала его тепло.
— Что ж, и я соглашусь с вами, — закивал Вейзель.
Но тогда двинемся дальше! Зададим следующий вопрос: что такое протон? А ответ давайте спросим у зала.
Вейзель повернулся в сторону Антона и, глядя точно на него, крайне требовательно предложил:
— Ответьте вы!
Антон смущённо встал, в ожидании поддержки оглядел зал и произнёс:
— Он тоже состоит из более мелких частиц, которые одинаковы для всех протонов.
— Следовательно, протон, равно как электрон и нейтрон…, - это тоже определённая информационная матрица, которая упорядочивает более мелкие элементарные частицы? — продолжил диалог с Антоном Вейзель.
— Да, — скромно согласился Антон. — Где-то так…
— Точно так! — активно поддержал его старец Кулик, предоставив Антону возможность незаметно вый- III из ситуации. — И процесс дробления бесконечен и аналогичен представленному. И нет никаких оснований полагать, что на каком-то элементе он закончится.
— Вот тут-то я вас и поймал, уважаемый старец Кулик, — обрадовано потёр руки Вейзель. — Этот тупиковый элемент не может даже быть «кирпичиком- информацией»! Поскольку тогда эта информация должна будет описать нам некоторые «объекты», но уже наполняющие саму эту информацию. И мы с вами понимаем, что это именно так. Поэтому вместо искомого ответа мы с вами снова углубляемся в поиски всё того же «первокирпичика». Но он является частью теперь уже этого объекта!
Старец Кулик загадочно улыбнулся:
— Я ни за что на свете и никогда бы вас не упрекнул в отсутствии у вас логики. И сейчас вы рассуждаете здраво и делаете выводы справедливо.
Он прошёлся по сцене, сделал несколько поворотов и ответил серьёзно:
— Но есть маленькое «но». Необходимо понять, что самой по себе информации не существует.
— Как же не существует? — раздался тот же писклявый голов. — Мы же говорим «исходная информация», «фундаментальная информация». И ещё много разных форм информации существует.
Старец Кулик не отреагировал на реплику. Он просто продолжил:
— Любая информация является матрицей, описывающей взаимодействие вложенных в неё других информаций. Они, в свою очередь, являются матрицами для описания взаимодействий информаций, но теперь уже вложенных в них. Процесс информационноматричного структурирования, как в сторону укрупнения информационных матриц, так и в сторону их уменьшения, бесконечен.
Всё то время, пока ирофессоры дискутировали, чал, незаметно наползая невесть откуда, заполняла 3 D-графика. Все зрители оказались в специальных очках и теперь заинтересованно разглядывали удивительную пространственную геометрию. Фантастические образы, созданные неизвестными инженерами, отчётливо демонстрировали то, что каждый из нас понимает под «информацией».
А поверх развивалась другая графика, образы которой демонстрировали то, что мы понимаем под термином «организм». Графика была сделана весьма доходчиво, и, как всегда, многие зрители стремились схватить её руками. Веселясь при этом и заигрывая с реальностью.
— Антон, — шепнула Настя. — А представляешь, можно усилием воли или разума оперировать этими виртуальными мирами!
Антон давно уже это понял. Он заметил, что некоторые голографические образы словно подчинялись его воле — они реагировали на его мысли и синхронно изменялись. Юноша также незаметно от других подумал, что хорошо бы было появиться паре планет в дальней области сцены, и эти планеты случайно там появились. Такие способности создателя понравились Антону, и он ощутил, как появилось горячее желание по-настоящему освоить это умение. Если, конечно, это вообще возможно.
— А это возможно? — спросил он.
— Я не знаю, — ответила Настя.
Остальные зрители тоже экспериментировали с образами. Но, не зная этого, все думали, что картинку формирует специальный оператор. Каждый соседний образ формировал у зрителя всё более отважные фантазии, и постепенно образы становились исключительно фееричными.
В это время Вейзель молчал, думал и, словно большой серый журавль, важно расхаживал туда-сюда. Он всматривался в свои ноги и, казалось, стремился разглядеть каких-то вездесущих лягушек: чтобы ненароком не раздавить какую-нибудь нерасторопную. Вдруг Вейзель остановился и решительно произнёс:
— Согласен! Всякий организм является составной частью организма более высокого уровня. Что ж, зафиксируем это как второй постулат Организмики, — почувствовал конструктив Вейзель и предложил: — Тогда я готов вам озвучить некоторые интересные следствия, вытекающие из этого постулата! Вот мне уже их сообщают.
Профессор приложил пальцы к уху. демонстрируя, что ему в наушник идёт некое вещание. Старец Кулик улыбнулся и ответил:
— С удовольствием вас послушаю.
— Первое следствие, — деловито начал Вейзель. — Неживая «материя» не может существовать вне какого-либо организма — всегда найдётся организм, частью которого является данный объём «материи».
Снова повисла пауза. Она была сделана намеренно, чтобы студенты смогли уловить смысл только что сказанного. Несмотря на всю чёткость формулировки, сознанию, цепляющемуся за материалистическое мировоззрение, было трудно отлепиться от прежних представлений. Даже для такого быстродействующего аппарата, коим является человеческий мозг, потребовалось несколько секунд, чтобы проанализировать и воспринять семнадцать слов.
— Я читала об этом! — заметила Настя. — В Интернете.
— Я тоже читал, — согласился Антон. — Но мне один с пятого курса книгу давал.
— Прекрасно! — восхитился Вейзель, как бы одобряя признания наших героев, но обращаясь с этими словами не к ним, а к старцу Кулику. — Ваши формулировки, как всегда, точны! Продолжайте!
— Поясню, — деловито продолжил Вейзель.
Он подробно рассказал, что все наши клетки состоят из водорода, углерода, кислорода и других элементов. То есть всех тех элементов, которые встречаются и вне живых организмов. И такая картина присутствует, включая и человеческий уровень организации вещества. И уровнем выше, оказывается, правят те же самые закономерности и алгоритмы. Если Земля живой организм, то все живое уже внутри неё!
— Вы понимаете полезность и применимость этого следствия в повседневной жизни? — горячился Вейзель. — Она весьма наглядна! Допустим, экология.
Это горы, реки, леса, нефть, воздух. Если они не часть нашего организма, то часть другого организма. Организма планеты Земля. Или, может, даже какого-то ещё более крупного организма!
— Вы можете себе представить такой организм? — удивился старец Кулик.
— Представить? — демонстративно переспросил Вейзель и, как бы прикрываясь кавычками, столь же демонстративно вызывающе ответил. — Нет! Но проявления этого организма — они весьма наглядны. Вот, например, что можно в этом контексте осознать в первую очередь: вулканы, штормы и те погодные явления, которые обрушились в последнее время на ничего не понимающую Европу. И это процесс жизнедеятельности того самого организма, уровень которого значительно выше, чем наш с вами!
Гул одобрения, словно легкий ветерок, пронёсся по залу. Не исчезающие голографические образы синхронно стали превращаться в смерчеобразные структуры, наглядно демонстрируя одинаковый ход мыслей в головах у студентов.
— Примите как иллюстрацию к сказанному вами. Мы, когда моемся под душем или сушим волосы феном, тоже создаём примерно такую ситуацию. Но на гораздо меньшем уровне. Вдумайтесь: каково в эти моменты бактериям, поселившимся на нашем организме? И нет оснований полагать, что они осознают происхождение обрушившихся на них «стихийных бедствий», — сказал старец Кулик и добавил: — А, возвращаясь к вашему примеру, замечу: Европе надо проанализировать информационные потоки и выяснить что не так сделали европейцы?
Снова по залу пронеся тот же самый ветерок одобрения. Профессоры, глядя в глаза слушателям и зрителям, удовлетворённо кивали головой, отмечая появившуюся во взглядах готовность к трансформации. Незаметно исчезла пространственная графика, а само пространство снова стало прозрачным. Софиты плавно изменили свой спектр с белого на тускловато-жёлтый.
По нашим правилам, почётная обязанность быть специальными представителями нашего театра лежит на победителях лотереи, — громко и торжественно объявил Вейзель. — Сегодня мы узнаем, что же всё-таки не так сделали европейцы. И узнать это предстоит паре наших победителей. Антон и Настя! Попросим их!
Все захлопали, а Антон и Настя стали тревожно готовиться к чему-то ещё никому не понятному.
Некоторое время ничего не происходило. Только тал хлопал, выходя на один общий такт, а Вейзель смотрел на наших героев, одобрительно кивал и загадочно улыбался.
Постепенно шум аплодисментов растворился в не понятном хорусе, а потом просто сменилась окружающая картинка. Так быстро, как будто одним кликом кто-то всемогущий перенёс студентов в какой-то другой документ.