– «Принял. Координаты: 143 – Юрий, 174 – Роман! Повторяю, 143 – Юрий, 174 – Роман!»

– «Понял тебя, «Пётр», жди в течении пяти минут гостинцы! БАТАРЕЯ, БЛЯТЬ!..» – Заорал главный артиллерист и связь прекратилась.

Жнецов отдал наушники бойцу и взял свою рацию.

– Держи меня в курсе, – Наказал подчинённому Семён Степанович. – «Виталик», я «Пётр», отводи людей. Пять минут до бандероли, как понял?»

 Некоторое время стояла тишина, но наконец-то дали ответ.

– «Пётр», я «Виталик», отойти не можем! Экипажи отогнал нахер, а людей попрятал, ждём прилёта, как поняли?»

– «Я тебя понял, «Виталик», будь осторожен!»

Что-то влетело в БМД напротив. Техника вспыхнула как спичка, а из люков повалил ярко-жёлтый столп огня. Тут же заработали другие боевые машины, десантники в квартирах замелькали вспышками автоматов и пулемётов. Со стороны колонны врага тоже загрохотали выстрелами, какой-то бронетранспортёр неспешно затрещал автоматическим орудием. Пшикнул ПТУР, раздался оглушительный взрыв.

– «Борис», я «Пётр», что с машинами у двора?» – Пытался связаться с десантниками напротив Жнецов.

– «Пётр», я «Борис», у нас только что сожгли машину вместе с экипажем! У второй сломался привод горизонтальной наводки, разрушен механизм подачи снарядов, наводчика контузило! БМД теперь только ездить может!»

– «Понял тебя, «Борис». Сможешь отбуксировать нашу машину? У неё трак слетел».

– «Если подавите противника, то попробуем!»

Что-то пролетело и взорвалось о здание напротив, где сидели десантники. Поднялось облако дыма, посыпался кирпич. Автопушки продолжали грохотать на всю округу, не смолкая ни на секунду.

– Рота! Поставить завесу! – Скомандовал Жнецов.

Десант у метро тут же вытащил дымовые шашки и поочерёдно закидал ими улицу. Огромное серое облако разносилось по округе. БМД со сломанной башней заревела дизелем и быстро переехала улицу. Встав рядом с боевой машиной без трака, экипаж снял железный трос и зацепил неподвижную технику за крепления на носу. Жнецов прокричал команду:

– ДОБРОВОЛЬЦЫ! РУКИ ВВЕРХ!

Пять десантников подняли руки.

– ЖИВО ЗА МНОЙ! ОСТАЛЬНЫЕ – ПРИКРЫВАТЬ!

Рота разбилась на группы. Семён Степанович резво перебежал с бойцами улицу, ворвался в подъезд и поднялся к квартире, откуда вели огонь. Внутри кричали раненые, остальные пытались оказать медицинскую помощь. Не меньше семи солдат лежали, истекая кровью, пока остальные перевязывали и накладывали жгуты.

– СКОЛЬКО? – Крикнул Жнецов.

– ТРИ ДВУХСОТЫХ, ТРИНАДЦАТЬ ТРЁХСОТЫХ! – Завязывая красный Эсмарх на плече лежачего бойца ответил десантник, сидящий перед входом.

– ДОБРОВОЛЬЦЫ! ЖИВО ХВАТАЙТЕ ИХ И БЕГОМ ОТСЮДА ЗА МОСТ! БЫ-ЫСТРА-А! – Семён Степанович подхватил бойца у прохода.

– БЕРИ ЕГО И ПОШЛИ! – Жнецов и солдат схватили раненого за ноги и подмышки и понесли по лестнице вниз.

Густой туман поднялся над улицей, разносясь по округе. Последняя живая БМД всё так же гремела автопушкой, боевую машину без трака неспешно оттаскивала другая с неисправной башней, отъезжая в сторону моста.

Несколько очередей просвистели недалеко от полковника.

– В ДЕСАНТНЫЙ ОТСЕК И ВОН ОТСЮДА! – Добегая до буксируемой машины, крикнул Жнецов.

Они закинули раненого на крышу корпуса, десантник открыл отсек для пехоты и аккуратно положил туда товарища. Семён Степанович посмотрел во двор: из подъезда выбегали бойцы – кто-то нёс раненых «двухсотых» на спине, другие тащили контуженных и раненых, а кто мог ходить, вприпрыжку убегал с места боя, упираясь в плечо товарища. Послышался свист. Несколько снарядов разорвались, не долетая до перекрёстка. Жнецов тут же понял, что это.

– «Борис», это «Пётр»! Всем, кто перед мостом: бросить дымы и отступить за переправу, по нам работают миномёты! Повторяю, работают миномёты!»

– «Пётр», это «Арсений»! Нас прижала техника, сожгли две БМД, нужна поддержка! Повторяю, нужна поддержка!» – Доложила первая группа.

– «Пётр», это «Виталий»! Снаряды легли, но не долетели, нужен ещё один артналёт! Повторяю, нужен ещё один артналёт!» – Ворвалось второе соединение.

– «Арсений», я «Пётр», принял, вы там же?» – Спросил полковник.

– «Так точно, стоим на точке развёртывания! Прямо перед нами на следующем перекрёстке стоят БТРы и гранатомётчики, лупят как оголтелые!»

– «Принял, «Арсений», ждите! «Виталий», постараюсь помочь, ждите!» – Жнецов повернулся к роте, ведущей огонь у метро.

– РАДИСТ!

– Я, ТОВАРИЩ ПОЛ…

– ЖИВО КО МНЕ!

Связист перебежал улицу, пару пуль свистнули позади него. Ещё на ходу Жнецов сорвал с него наушники с гарнитурой и начал вызывать поддержку. Десантники у метро достали дымовые шашки и закидали улицу снова, чтобы облако стало ещё гуще.

– «Гиацинт», я «Пётр», «Гиацинт», я «Пётр», ответьте!»

– «Пётр», я «Гиацинт», дошли снаряды?»

– «Гиацинт», мне нужен огонь сразу на две точки!»

– «Принял, «Пётр», на какие?»

– «Один по первой позиции, там недолёт, вторая, координаты: 106 – Зоя, – 164 – Лена! Повторяю, 106 – Зоя, 164 – Лена! Вторая точка налёта!»

– «Понял, понял, вы только держитесь! Скоро прилетит! БАТАРЕЯ, БЛЯТЬ!..»

Прозвучал ещё один свист. Снаряды легли гораздо ближе. Раненых уже перетащили через мост, пока две подбитые БМД только лениво заезжали.

– «Борис», я «Пётр», повторяю, всем перед мостом отступить за него, повторяю, отступить!»

В пылу боя мало кто слышал приказ. Жнецов перебежал через дым дорогу и начал орать на десантников.

– ЗА МОСТ! ЗА МОСТ! ЖИВО, ЖИВО, ЖИВО! – Затем Семён Степанович прыгнул на БМД, ведущую огонь через завесу и открыл люк командира.

– ЗА МОСТ! ОТСТУПАТЬ ЗА МОСТ! БЫСТРА-А! – Танкист поднял взгляд, не понимая, что происходит.

– А? – Командир экипажа увидел полковника. – А! Так точно! Валера, уёбываем отсюда нахер! Дуй за мост!

Десантники от метро со всех ног бежали к переправе. Живая БМД клюнула носом вперёд и неспешно развернулась на месте. Сделав поворот на девяносто градусов, машина поехала по дороге. Бойцы бежали со всех ног и уже запрыгивали на тротуар моста. Техника заехала на асфальт переправы и толкнула подбитого железного товарища без трака. БМД поехали быстрее и через пару минут оттащили злосчастную машину за перекрёсток. Жнецов спрыгнул с техники и забежал в здание, где был спецназ с Шиповаловым. На первом этаже в небольшом кафе сидели примерно пять бойцов и заместитель. Семён Степанович сел рядом с майором.

– Ну что там? – Спросил замком, покрепче обхватив АКС.

– Всё серьёзно, даже слишком. Мы точно не думали, что ОНТ пойдёт в атаку.

Дым рассеялся, разбитую колонну врага раскидывали по сторонам уже другие БТРы и хамви террористов. Над полковником грохнули гранатомёты, загорелись внедорожники, загремели автопушки БМД.

Вспыхнул головной БТР, резко завернув и въехав в стену.

– «Пётр», я «Арсений»! Нас тут активно зажимают! У меня уже десять двухсотых и свыше двадцати трёхсотых! Где поддержка?!»

– «Арсений», я «Пётр», держитесь, бандероль уже летит!»

Громкий пшик. Над мостом, словно молния, пронеслось что-то неизвестное и взорвалось где-то позади десантников. По перекрёстку спереди побежали боевики, занимая позиции во дворе и у метро. Затрещали АКСы и ПКМы военных со всех этажей. Террористы открыли ответный огонь из пулемётов и автоматов. По улице нёсся БТР с хамви позади. Оба хотели прорваться за мост.

Автопушка БМД быстро навелась и снова затрещала. О бронетранспортёр взводились снаряды, мелькали искры, через пару секунд лопнуло переднее колесо, и техника резко завернула, перевернувшись на бок. Хамви объехал препятствие и открыл огонь из пятидесятого калибра. Хаотичная очередь полетела во все окна у моста, Жнецов вжался в стену.

Шальная пуля прилетела в голову Шиповалову. Майора отбросило назад и он с раскрытым ртом упал на землю с небольшой частью лба.

– ЧЁРТ! – Жнецов бросил взгляд на заместителя и посмотрел в окно.

О хамви взвелось пару снарядов и, заехав на мост, внедорожник резко свернул в сторону и свалился в канал. Автопушка продолжала вести огонь, и через несколько секунд загорелся лежачий БТР. Снова нарастающий свист.

– «Виталий», это «Пётр», ответьте!» – Семён Степанович выглядывал из окна, следя за обстановкой и снова прятался. – «Виталий», это «Пётр», ответьте!»

В ответ тишина.

– Да всё не слава богу! «Всевидящий», это «Пётр», ответь! Приём!»

Раздались серия взрывов перед мостом.

– «Пётр», я «Всевидящий», на связи», – Откликнулся оператор дрона.

– «Долети до «Виталия» и выясни, что там! Они не выходят на связь!»

– «Принял, «Пётр», вылетаю!»

– «Борис», это «Пётр»! Внимание группе: ситуация становится критической. В случае угрозы уничтожения приказываю всем эвакуироваться в точку «Волга»! Повторяю, в случае угрозы уничтожения всем вернуться в точку «Волга»! Конец связи!».

– «Пётр», я «Арсений», артиллерия не помогает, они прут как под наркотой! Прошу помощи для удержания позиций, повторяю, прошу помощи!»

– «Арсений», я «Пётр», даю разрешение отступить».

– «Пётр», вы уверены? Повторяю, вы уверены?» – В рации раздался искажённый нарастающий свист.

– «Так точно, «Арсений». Забирайте раненых и убитых и уходите. Я сейчас вызову ещё один артналёт».

– «Пётр», я «Арсений», понял вас, отступаю!»

На мосту раздался взрыв, осколки ранили несколько спецназовцев в кафе. Слева у окна завалился один боец с банданой на голове. Жнецов подбежал к нему и осмотрел: В правой руке и груди застряли небольшие куски металла, бурно вытекала кровь. Семён Степанович оперативно достал из нагрудника спецназовца жгут и ИПП. Отточенными годами движениями он мгновенно наложил красный Эсмарх на руку и посадил бойца на зад, придерживая его подмышками, чтобы обвязать грудь перевязочным пакетом. Меньше чем через десять секунд спецназовец был стабилизирован. Жнецов поднял взгляд, ещё два бойца перебинтовывали товарищей. Семён Степанович достал рацию.

– «Это «Пётр». «Ярослав», вы живой?»

– «Так точно, правда, наших немного посекло».

Снова нарастающий свист. Все залегли на пол. Разрыв и осколки впились в здание, сверху кто-то вскрикнул.

– «Ну вот. Теперь ещё больше задело», – Возобновил диалог лидер спецназа.

– «Ярослав», берите БМД, что могут ездить, и организуйте эвакуацию раненых и мёртвых, пока ситуация не стала совсем критической. А ещё заберите своих из кафе, их тоже посекло осколками.

– «Принял, «Пётр».

– «Борис», это «Пётр», пришлите мне…»

В соседнее здание что-то влетело и разорвалось. Снова раздалась стрельба и грохот автопушек со всех сторон.

– «…Пришлите мне радиста на первый этаж в кафе».

– «Пётр», я «Борис», мы сидим на втором этаже справа от вас, у нас два "двухсотых" и семь "трёхсотых", каковы приказы?»

– «Держитесь, ребятки, а пока дайте мне радиста. Всё будет в порядке».

– «Принял. Отправили к вам, «Пётр».

Из здания по соседству выбежал всё тот же связист. Он шустро перебежал улицу и, обходя спецназ, сел к полковнику. Жнецов неспешно снял с бойца наушники и надел на себя.

– «Гиацинт», я «Пётр», как слышите?»

– «Пётр», я «Гиацинт», слышу вас. Дошли снаряды?»

– «Гиацинт, откройте огонь по первой позиции и примите новые координаты…»

В кафе забежал спецназ сверху и спешно начал выносить раненых и мёртвого Шиповалова. Два других бойца сели у окон и открыли огонь.

– «Пётр», я «Гиацинт», у вас всё в порядке?»

– «…«Гиацинт», тут достаточно жарко. Один артналёт нужен на первые координаты. Второй запрашиваю по квадрату: 97 – Василий, 109 – Павел. Повторяю: 97 – Василий, 109 – Павел».

– «Принял, «Пётр», ждите подарки! Вы только держитесь! БАТАРЕЯ, БЛЯТЬ!..»

Снова что-то пронеслось по улице и взорвалась далеко позади. Жнецов отдал гарнитуру радисту и неспешно вытащил рацию.

– «Борис», это «Пётр». Относите раненых и мёртвых к «Ярославу». Как поняли?»

– «Пётр», я «Борис», вас понял».

Нарастающий свист, серия разрывов, осколки хлестали фасад зданий, выбивая штукатурку и бетон. Чудом никого не задело. Автопушка боевой техники продолжала греметь, а автоматы и пулемёты десанта трещать из всех щелей. Что-то пронеслось по улице и БМД у моста взорвалась. Башня вылетела и упала в канал. Послышался мат из всех окон, яростные выкрики.

– Товарищ полковник. А мы выживем? – Спросил радист.

Жнецов повернулся к нему. Парень озирался по сторонам и вжимал голову в грудь при каждой очереди или разрыве.

– Выживем, выживем. Пустые смерти ни к чему не приводят.

– «Пётр», я «Виталик», нас прижали огнём, несём потери! У меня уже двадцать пять убитых и сорок раненых! Мне пиздец, как нужна помощь!» – Матерился один из лидеров соединений. На заднем плане слышался мат и автоматные трески, перекрикивающие друг друга.

– «Виталий», я «Пётр», уходите к «Волге», – Сказал Жнец.

– «Пётр», повторите!»

– «Виталий», отступайте к «Волге», даю разрешение».

– «Вы уверены, «Пётр»?»

– «Да, можете уходить. Главное, унесите раненых и по возможности убитых».

– «Принял! ВАСИЛЬ, ЗАБИРАЙ…!»

– «Пётр», я «Ярослав», мы подготовили БМД для отправки раненых и убитых. Готовы отправлять, как поняли?» – Ответил по рации спецназ.

– «Ярослав», это «Пётр», увозите немедленно», – Приказал Семён Степанович.

– «Принял, «Пётр», конец связи».

В небе появился нарастающий свист, но гораздо сильнее, чем обычный. Около метро тут же как гром прозвучал разрыв, вырывая куски бетона и асфальта вокруг себя, поднимая их в воздух и раскидывая по округе. От взрывной волны перевёрнутый БТР сделал кувырок и встал на колёса.

– «Борис», я «Пётр». Приказываю отступить полным составом. Повторяю, приказываю отступить полным составом».

Жнецов посмотрел на радиста.

– Пойдём.

Семён Степанович встал и вышел на улицу, за ним боязливо вышел связист.

– «Пётр», я «Арсений», мы отступили. Всех раненых забрали, часть мёртвых тоже. Возвращаемся на базу», – Отчитался один из лидеров двух соединений.