Как гром бахнуло орудие, прозвучал взрыв, что-то металлическое упало на асфальт, зазвенев железом, закричали раненые. Танк затрещал пулемётами всех калибров, второй «Абрамс» начал двигаться к группе. Он вальяжно проехал мимо бойцов, присоединяясь к стальному товарищу. Снова заверещал дизель, но теперь сразу два. М1А2 загремели траками и поехали к выходу, защитники резко осмелели и пошли следом. Влад и Виктор выглянули из-за угла: недалеко от ангара с валяющейся башней горела БМД, рядом не меньше восьми тел. Грохнуло орудие, затем второе, загрохотали пулемёты.

ОНТ`шники спешно перешли в наступление, выгоняя оставшихся десантников. Почти не шумели автоматы, только пулемёты танков гремели, обращая в бегство солдат. Влад и Виктор спешно поднялись на прежнюю позицию: У памятника горели две БМД, кто-то отстреливался позади них. Грохнуло орудие и снаряд разорвался прямо позади боевой машины, десантников раскидало по траве. Оставшиеся бойцы скрывались за зданиями, БМД у левого перекрёстка пыталась отстреливаться и пустила ПТУР в танк. Ракета разорвалась в метре от тяжёлой техники, будто её что-то подорвало в воздухе. Грохнуло второе орудие и ещё одна БМД загорелась, как спичка. Какое-то время танки трещали пулемётами, но уже через минуту никого не осталось. Влад не отрывал взгляда от мушки М4, смотря на тела десанта.

– В-Влад… В-всё за-закончилось, – Заикаясь сказал Виктор.

Наёмник опустил автомат и посмотрел на левую руку: она тряслась. Влад перевёл взгляд на товарища.

– Мы… В-выжили?

– Д-да. П-похоже.

Оба переглянулись. Напарники засмеялись и обнялись как в последний раз.

– Живы! Живы! – Говорили товарищи, не веря своему счастью.

Через полминуты их отпустило, и они неспешно спустились по лестнице.

– Господи, поверить не могу, что мы…

– «Это ЦКПД, внимание всем защитникам, новый приказ: погрузиться на новые машины и сопроводить на маршруте. Повторяю, погрузиться на машины и сопроводить на маршруте. Конец связи», – Раздалось из рации Виктора.

– Что ж, – продолжил пулемётчик, – похоже на этом наш рабочий день закончен.

– Да. Вроде того.

Оба спустились по лестнице, перед входом друг за другом стояли «Абрамсы». Бойцы от всей души благодарили сидящих на броне танкистов за спасение: кто-то жал руку, другие пытался всучить ценности, а иные клялись назвать сына в честь какого-то члена экипажа. Влад и Виктор залезли на трак и подошли к водителю-механику, которому сразу двое ОНТ`шников старались отдать пачки сигарет.

– What is your name? – Спросил Виктор.

– Mike, – по-простому с лёгкой улыбкой ответил водитель, глядя на напарников.

– Thank you, you save us (Спасибо, ты нас спас), – Сказал пулемётчик и пожал танкисту руку.

 Влад не понял, что спросил Вик, но повторил жест от чистого сердца. Слегка посмеиваясь Майк снова пожал руки всем, кто ему их протянул.

Напарники сели на трак и начали слегка размахивать ногами.

– Никогда бы не подумал, что меня спасут Крамергонцы, – Сказал Влад.

– Никогда не предполагал, что я буду искренне благодарен танкистам Крамергона, – Произнёс Вик.

Оба посмотрели в тёмное небо.

– «Интересное начало», – Подумал Виктор.

Настя стояла у выхода из здания. Ночной ветер с залива трепал её короткий ирокез. Снайперша пыталась осмыслить то, что ей рассказал медик.

– «Десант… ДРСН?» – Вновь и вновь прогоняла она. – «Я не верю. Не может такого быть. Но… Меня бы не стали обманывать. Да?»

Настя беспокоилась насчёт этого.

– «Катя не проснулась, Влад, Виктор и Роза чёрт знает где… Что же мне делать?» – Она закрыла лицо руками и села на асфальт.

– «Я так не могу. Пожалуйста, хватит. Я так не выдержу», – Слёзы быстрыми ручейками начали стекать с её щёк, снайперша горько заплакала.

– «Прошу, не надо больше. Просто дайте мне его найти. Я всё прощу, я всё забуду. Только дай мне его найти…Пожалуйста…Найдись…Пожалуйста…»

Настя упала на четвереньки и солёные ручьи побежали с новой силой. Снайперша ждала ответа на мольбу. Но война ничем не ответила, кроме как, далёким гулом очередей и глухими разрывами.

Глава 18 – Передышка

Танки бодро ехали по дороге: траки небрежно перемалывали остатки асфальта, слегка подскакивая на воронках.

ОНТ`шники на броне вцепились во все, что только было на крыше и бортах: за поручни, зазоры между квадратами динамической защиты, где она была, за пулемёты и так далее. Бойцы из порта теперь спокойно болтали о своём и делились впечатлениями от битвы с десантом. Влад и Виктор упёрлись ногами в ДЗ по бортам корпуса. Наёмник усмехнулся.

– Что такое? – Вик посмотрел на напарника.

– Просто не верится, что мы выжили…

Пулемётчик негромко хихикнул.

– Это правда. Они будто только в нас стреляли.

– И не говори: когда снаряды начали пробивать обшивку здания, я подумал, что всё, сейчас точно убьют.

– Не то слово: пока я стрелял, мне показалось, что все очереди летят только в меня, а там куча трассеров мелькало, не меньше шести вспышек по ту сторону.

– Да-а. Когда Катя и Настя узна́ют, думаю точно прибьют, что мы так безответственно подставлялись под пули.

Оба тихо засмеялись.

– Лучше им этого не говорить: Настя, если сильно разозлится, и втащить может, – Вик потёр глаза.

– Тогда это будет наш с тобой секрет, – Влад сжал кулак и оттопырил мизинец.

– М-м? Что ты пытаешься сделать? – Удивился Пулемётчик.

– Как что? Секрет напарников, – Ответил наёмник.

– А давно мы стали друг для друга напарниками?

– Думаю с прошлого договора об обоюдной защите наших девчат.

Вик усмехнулся.

– Хех, ну да. Тут сложно поспорить. Ладно, как скажешь, – Пулемётчик повторил жест и зажал мизинец Влада.

– Секрет ты бережно храни и никому не говори! – Наёмник пару раз качнул кулак и второй рукой разбил мизинцы.

Напарники улыбнулись друг другу.

– Знаешь, – Виктор посмотрел на неспешно уходящий асфальт под ногами,

– перед тем как «помириться» с тобой и Катей я сказал Насте, что мне всё равно, если меня убьют. Однако, на баррикаде я почувствовал лёгкий страх. Правда, тогда я подумал, что волнуюсь оттого, что мне впервые придётся столкнуться с танками. Но сегодня, – Вик ладонью стукнул по крышке М249,

– сегодня я испугался. Мне стало по-настоящему страшно. Я не знаю почему, но…Понимаю, что меня одолел ужас. Не животный, но близкий к этому, особенно когда нас зажали у ворот.

– Ты боялся умереть? – Влад подвинулся к напарнику.

– Не могу точно сказать. Наверное, я испугался неизвестности, ведь никто не возвращался с того света. Мне стало страшно не потому, что меня не будет, а из-за того, что надо ждать смерти. Знаешь, как с уколом: когда тебе сначала протирают кожу, потом достают иглу, забирают лекарство из баночки. Всё это кажется вечностью, и ты ждёшь, когда же тебе станет больно. Точно так же сегодня, когда я подавлял или когда боевые машины по нам стреляли.

– Ты о чём-то жалел? – Спросил наёмник.

– Навряд ли… Хотя. Мне было досадно оставлять Настю одну без своей помощи. Мы с ней всё-таки давние товарищи. Не хочу, чтобы она осталась одна.

Влад посмотрел в небо, танк куда-то завернул и лязгнул траками.

– Я думаю, ничего страшного, если мы умрём… – Сказал наёмник.

Вик посмотрел на напарника, тот продолжил.

– …Даже если нас двоих убьют, девушки не пропадут: У Насти есть Катя, у Кати есть Настя. Если нас прикончат, то девчата позаботятся друг о друге.  Они, как и мы с тобой, немало пережили, не чужие люди. Поэтому не думаю, что сто́ит волноваться о том, что они останутся наедине с этим кошмаром.

– А Роза? – Спросил Виктор.

Влад медленно опустил голову и посмотрел прямо перед собой ничего не говоря.

– Твою ж мать, точно. Ладно, забудь: смерти надо бояться! – Наёмник посмотрел на пулемётчика.

Оба улыбнулись, затем хихикнули, потом негромко посмеялись.

– Блин, ты бы хоть подумал, прежде чем такое ляпнуть! – Вик утёр слёзы с глаз.

– Да я забыл, честно! Клянусь автоматом! – Влад усмехаясь хлопнул пару раз себя по коленке.

Танки встали. Напарники подняли взгляды и осмотрелись: слева перед тяжёлой техникой был Т-образный перекрёсток, посередине расходящейся дороги стоял непримечательный двор с железными воротами. Вход открылся и «Абрамсы» неспешно заехали внутрь через арку.

Проехав тёмный коридор, техника закатилась во дворик. Танки встали рядом друг с другом, и из другой тёмной арки вышел ОНТ`шник с М4.

– Так-так, вот значит и подкрепление. Как прошёл бой? – Спросил неизвестный.

– Охеренно! Мы чуть не сдохли! – Крикнул боец, спрыгнув с края танка, остальные пассажиры последовали его примеру.

Влад и Виктор слезли с корпуса и подошли к ОНТ`шнику.

– Вот как? Звучит здорово, не то что быть логистом. Сколько вас там было?

– Человек шестьдесят, – Подошёл другой защитник порта с М4 на плече и серым шлемом.

– А потери?

– У нас убили пулемётную пару справа, – Сказал Виктор.

– И всё? У нас человек пять положили и ещё десять на втором этаже полегло! – Вклинился шутник, услышав разговор и подойдя к группе.

Он поправил чёрные ножны на плече.

– Тринадцать парней полегло, когда автопушка поработала по входу: двое взорвались в хамви, десять посекло осколками, и одного гранатомётчика прибила очередь.

– То есть это получается… – Логист подсчитывал убитых. – У вас тридцать грузом «двести»?

– Точнее, тридцать из пятидесяти: десять человек – это сраная свита главы. Как только десантный катер подъехал и скинул груз, эти жопохранильцы тут же побежали внутрь, а нас умирать погнали, козлы! – Боец с ножнами стукнул кулаком по стене рядом.

– К тому же мы оставили немного бойцов охранять ящики с грузом, так что здесь не все. Просто бо́льшая часть, – Поправил второй.

– Стойте, но… Мне казалось, что стреляли в основном в нас. Пули и снаряды буквально разорвали нашу позицию, – Влад посмотрел на защитников и почесал голову.

– Что? С чего это вдруг? Основные потери понесли те, кто сидел на втором и третьем этажах в здании слева от входа: по ним в основном и работали засранцы, – Ответил боец в сером шлеме.

Влад засомневался, правда ли в них так плотно стреляли.

– Но нас там действительно прижали: когда я вёл подавляющий огонь, в меня летело шесть – семь очередей, а при отступлении снаряды превратили нашу позицию в огромную дыру, – Подтвердил Вик.

– Это ещё что: вот на втором этаже от огня боевых машин двоих человек на части разворошило, – Сказал боец с ножнами.

– Кажется, я знаю в чём дело, – Прервал споры логист, группа с интересом на него посмотрела. – Это называется «Эффект Пикенхема». Его придумали исходя из доклада одного морского офицера на войне: дружественный флот быстро разгромил вражескую эскадру, но военный наблюдатель готов был поклясться, что все снаряды летели именно в их корабль и он слышал, как разрывалась карма и началось затопление. Экипаж же пробоин не обнаружил, как и воды. Поэтому такие ощущения стали называть эффект Пикенхема: когда во время боя кажется, что противник стреляет точнее и плотнее и все пули летят только в тебя.

– Вот как? – Влад и Виктор переглянулись, напарники почесали затылок.

– Впрочем, главное, что все живы. Через несколько минут или меньше приедет конвой и развезёт вас по вашим точкам, так что отдыхайте, – Логист пошёл к танкам, чтобы опросить экипаж, из тёмной арки вышли несколько ОНТ`шников.

Защитники порта пошли к выходу: половина болтала ни о чём, другие быстро закуривали, пуская зажигалку из рук в руки.

– Значит, эффект Пикенхема? – Переспросил Влад.

– Похоже на то, – Виктор упёрся спиной в стену, наёмник повторил за ним.

– То есть на самом деле нам там просто показалось, что нас чуть не убили?

– Он этого не говорил.

– Но подразумевал?

– Я не знаю.

Напарники посмотрели друг на друга.

– Думаешь, на самом деле мы не были на волоске от смерти? – Спросил Влад.

– Но он же не знает, что потом мы отступили к воротам и нас чуть не уничтожили БМД, – Произнёс пулемётчик.

– Ну да… Не знает, – Оба перевели взгляд на асфальт.

Влад настукивал какую-то мелодию по М4, Виктор спокойно ожидал конвоя.

– «То есть на самом деле всё не то, чем кажется?» – Мысленно подытожил наёмник.

На улице наступила кромешная темнота. Валентин Егорович неспешно подходил к школе: У зданий вокруг уже обустроили огневые точки из строительного мусора и мешков с песком, у входа в подъезд стояли дневальные, охраняя спящих товарищей. Полковник Иванов поднялся по ступенькам: вход полностью замуровали мешками, а дверь накрыли какой-то тряпкой, чтобы нельзя было заглянуть. Валентин Егорович дёрнул ручку, она не поддалась.

– Фамилия, воинское звание, цель прибытия! – Сказали по ту сторону.

– Полковник Иванов, зам. командующего операцией.

– Дежурный по штабу на выход! – Негромко произнёс дневальный и тут же открыл дверь.

Валентин Егорович зашёл, глядя на бойца: он тут же выпрямился и исполнил воинское приветствие, позади него уже была построена другая стена из мешков с окном посередине, где стоял боец с пулемётом. Из-за угла вышел дежурный.

– Дежурный по штабу старший сержант Макаров.

– Полковник Жнецов спит?

– Никак нет, он в комнате для совещаний. Вас сопроводить?

– Не нужно, закрывайте двери, – Валентин Егорович неспешно пошёл в коридор, сзади послышался громкий металлический скрип замочной скважины.

Полковник молча шёл по школе, поглаживая подбородок и смотря куда-то впереди себя. Шаг его был не быстрым, но он сам не заметил, как подошёл к комнате для совещаний. Полковник постучал.

– Войдите, – Спокойно ответили из-за двери.

Валентин Егорович зашёл: за столом в наушниках сидел полковник Жнецов, настраивая громоздкую переносную радиостанцию на определённые частоты, окно заделали мешками с песком под самый потолок.

– Умеют когда захотят, – Глядя на постройку, сказал Валентин Егорович.