– Что-то случилось? – Встревоженно спросила Катя, прижимая Розу к себе.

– Они вернулись.

Проводница коротко и резко выдохнула, прикрыв рот рукой.

– То есть ты…?

– Да. Я должен идти. Чтобы они ничего нам не сделали.

Катя виновато посмотрела на макушку девочки. Белые волосы ребёнка, словно мягкий снег ощущались подбородком Кати, когда Роза слегка щекотала кожу, зарываясь в шею проводницы.

– Прости, что я не могу пойти с тобой. Всё-таки нас двоих отправили на это задание, а ты один отдуваешься.

– Нет, – Влад встал с края кровати.

Катя с недоумением посмотрела на наёмника

– Ты должна быть с Розой. Это – твоя задача. Моя – Оберегать вас так, как только смогу.

Влад не спеша подошёл к дверному и открыл дверь.

– Ошибок больше не будет.

Дверь захлопнулась.

Наёмник спешно зашёл в комнату, взял бронежилет и штурмовую винтовку. Быстро накинул экипировку, распихал магазины по подсумкам, замотал лицо шарфом и надел шлем, щёлкнув фастексом у подбородка. М4 мирно покоилась на кровати. Резким движением Влад схватил оружие и направился обратно к напарнице.

– Закрой за мной дверь, – Ворвавшись, сказал наёмник.

Его воинственный вид слегка напугал Розу, и та шагнула назад. Катя встала с кровати. Девочка встряхнула головой и подбежала к проводнице, помогая той пройти. Влад жёстким шагом двинулся к выходу. Его поступь в армейском берце раздавалась тяжёлым эхом по комнате почти так же, как когда-то давно он отчеканивал шаг, идя по бетонным коридорам, стуча подошвой по кафелю, направляясь с товарищами на очередное задание. Но теперь он был один. Один против обстоятельств. Сейчас не было каких-то идеалов или иных оправданий. Была одна цель – Спасти ребёнка и дорогого для неё человека. Катя с трудом при помощи Розы дошла до входа. Дверь открылась и Влад посмотрел в глаза проводницы.

– Ты должна позаботиться о ней. Любой ценой.

Девушка слегка кивнула. Теперь взгляд пал на Розу. Девочка неуверенно тёрла ладони друг о друга, словно опасаясь чего-то. Влад слегка взъерошил ей волосы.

– Не бойся. Ты в безопасности. Слушайся Катю. Я скоро вернусь, – Наёмник развернулся, и подкинув штурмовую винтовку к груди, резко вышел из комнаты.

Пока Влад не дошёл до лестницы, он чувствовал тяжёлый взгляд, будто сожалеющий о чём-то. Этот взгляд неприятно, с каким-то ноющим чувством, смотрел в спину наёмника. Влад поправил шарф, закрывая нижнюю часть лица, и покрепче схватил цевьё с рукоятью М4.

– «А я так надеялся, что завязал с «Пионерством»…»

Влад сидел, переодевшись в диверсанта «Патриотов», около жилищного комплекса прямо напротив подземной стоянки. Держа поближе к себе АКСУ, наёмник выискивал следы машин. В воздухе определённо пахло бензином.

– «Сегодня ОНТ перебазирует спецтехнику в другой автопарк, – вертелось в голове у диверсанта, – там будет два БТР`а и машина техпомощи. Сергей сказал послать вас, чтобы вы уничтожили технику, так как, по его мнению, в прошлый раз вы отлично справились с задачей», – Влад повторил про себя фразу "Патриота" его же голосом.

Наёмник затаился в тёмной комнате первого этажа какого-то невысокого здания. В подсумках мирно покоились несколько зарядов пластида.

– «Работали с этим когда-нибудь?» – Спросил тогда «Патриот» при встрече.

– «А вы можете провести мне краткий курс по минно-взрывному делу?» – Иронично спросил Влад в ответ.

– «…Нет…?» – Боец тогда почесал затылок.

– «…Ладно, давайте сюда заряды. Надеюсь, они не отсырели? Хотя не важно, просто дайте их».

В другом подсумке диверсант нащупал детонаторы.

– «Не хватало ещё, чтобы я на месте подорвался».

Слева от наёмника послышались звуки двигателя. Через пару минут перед Владом остановилось два хамви с пулемётами пятидесятого калибра на крыше. Ворота подземной парковки вскоре открылись. Первый армейский внедорожник заехал, а второй остался на улице. Через несколько минут ворота снова открылись и второй хамви скрылся в темноте.

– Так-так, – нашептал себе под нос диверсант. – Значит, у меня будет время запрыгнуть в машину. На раме едва ли я смогу проехать. Тогда надо прыгать или на крышу БТР`а или техпомощи, либо забраться им в кузов… В таком случае лучше в грузовик, у бронетранспортёра отсеки нераздельные, увидят ещё.

Вновь на улице наступила тишина, едва прерываемая лёгкими завываниями ветра. Где-то прозвучали глухие раскаты грома. Надвигалась гроза. Влад взял в руки маленький кусок бетона и начал его вращать пальцами, словно пытаясь скрутить из него шарик.

Вдалеке снова раздался звук двигателя. Обороты очень быстро нарастали и уже через минуту перед въездом стоял хамви бежевого цвета с каким-то боксом в задней части с красным крестом на борту. Ворота открылись, и армейский внедорожник заехал внутрь.

– Значит, автопарк у них широкий. Даже машину медпомощи имеют при себе.

Вновь наступила тишина. Зашумел ветер, затрепетали листья в сквере недалеко отсюда и бойкая стайка жёлто-красных листочков со свистом пролетела перед окном. Осень вовсю входила в свои права. Снова прозвучал раскат грома, но уже ближе.

В воздухе постепенно нарастая раздавался ещё один звук. Тяжёлый, ревущий, будто надрывающийся. Он приближался не так быстро, но уверенно, словно сюда направлялись бульдозеры. В животе всё скрутило. Диверсанту ещё никогда не доводилось иметь дело с тяжёлой техникой.

– «Спокойно, Влад, спокойно. Это просто консервные банки. Они ничего тебе не сделают».

Рокот становился всё ближе и ближе. Медленно, но верно, стальные монстры приближались. Вой дизельных двигателей раздавался уже рядом, словно они вот-вот выйдут из-за угла. Но они всё ехали и ехали. Влад прижал АКСУ к груди и крепко обхватил пистолетную рукоять, будто готовясь к бою. Едва ли штурмовая винтовка могла навредить бронетранспортёрам. Лязг гусениц прозвучал на улице. Вперемежку с воплями двигателя и скрипом траков в нос резко ударил запах соляры и пороха. Перед диверсантом лениво, словно показывая своё превосходство над окружением, проехала какая-то коробка серого цвета с маленькой башней и шестиствольным орудием. На борту чёрными цифрами надпись: «Е-32».

За железной махиной так же надменно проехала вторая с номером «Е-31». Последним в колонне ехал армейский грузовик тёмно-серого цвета с металлическим кузовом. На борту машины по середине был нарисован жёлтый ромб с чёрным гаечным ключом в центре. Ворота открылись. Первый БТР заехал внутрь, остальные двинулись чуть вперёд и застыли. Железная стенка опустилась, перекрывая проход на подземную парковку.

– «Это мой шанс!» – Влад пригибаясь вышел из комнаты на лестничный пролёт.

Машина техпомощи бортом стояла к диверсанту. Осторожным шагом наёмник пошёл к грузовику. Оглядываясь на замыкающий транспорт, Влад надеялся, что, передвигаясь плавно, водитель не заметит его в зеркалах заднего вида. Повезло. Диверсант увидел сзади кузова дверь, ведущую в кунг-мастерскую. Слегка дёрнув её на себя, наёмник понял, что дверь заперта.

– «Чёрт, что же делать!»

Влад начал быстро прикидывать варианты. Пришлось действовать по-старому. Достав нож, диверсант аккуратно просунул его в проём двери. Парочка лёгких толчков, за ними ещё. Машина техпомощи двинулась вперёд и снова встала, наёмника качнуло вперёд-назад. Времени оставалось всё меньше и меньше. Дверь слегка пошатнулась.

– "Давай же, давай…!"

Задвижка сдалась. Едва она отодвинулась, как Влад открыл дверь и зашёл внутрь. Живо закрыв за собой, диверсант стал придерживать дверцу за ручку, чтобы взлом никто не заметил. Грузовик тронулся. Небольшая ровная поверхность и тут же машина поехала куда-то вниз под углом. Снова ровная поверхность, поворот, прямо, поворот. Транспорт техпомощи стал сдавать назад. Громкий сигнал заднего хода распространился по парковке эхом. Наконец, машина заглохла. Влад вслушивался. Открылась и хлопнула дверь водителя. Он куда-то зашагал в сторону, уходя прочь от грузовика. Наёмник шустро достал пластид и детонатор. Прямоугольная взрывчатка, в чёрной обмотке легла перед Владом. Маленький проводок, присоединённый к серебряному подобию чипа, вертелся в руках диверсанта. Наёмник взял пластид в руки, аккуратно подсоединил проводок к взрывчатке и щёлкнул что-то на чипе. Влад приоткрыл дверь и осмотрелся: прямо перед ним еле видная бетонная стена с цифрами от «50» до «60». По бокам ни души, только справа стоит уже примеченный ранее хамви медпомощи. Диверсант осторожно спрыгнул и прикрыл за собой дверь.

– «Надо найти топливный бак».

Влад в приседе выглянул из-за габаритного заднего колеса: несмотря на полупустую парковку множество мест уже было занято хамви различного назначения и пикапами. Машины стояли с зажжёнными фарами, так как света в парковке не было. Напротив, у другой стены, стояли два БТР’а. Несколько бойцов со штурмовыми винтовками смотрели на тяжёлую технику. У спуска на парковку по краям стояло ещё двое. В крайнем правом углу ещё парочка ОНТ`шников возилась с потолочным фонарём. Судя по всему, они пытались восстановить освещение. Выглянув чуть дальше, под металлическим кузовом между колёс Влад увидел приличную ёмкость, похожую на бензобак. Диверсант осторожно подошёл и с максимальной осторожностью прилепил позади бака пластид. Взрывчатка прилипла обёрткой к железу.

– «Первый готов».

Взяв в руки АКСУ, диверсант пошёл к стене позади себя. Нужно было пройти вдоль неё, чтобы добраться до бронетранспортёров. Неожиданно пару человек вышли из-за серых хамви. Влад плавными движениями зашёл за машину медпомощи.

– Итак… – Послышалось от подходящих. Они встали рядом с грузовиком.

– Это у нас борт «40-32», пятитонный армейский грузовик технического обеспечения, – Ответил, судя по всему, водитель.

– Ага. Значит, борт «40-32»…Прибыл в зону новой дислокации. Так, вижу ещё борт «40-33» и борт «40-34». Это тоже машины поддержки?

– Да, мужики ещё возятся с двигателями. Машины давно не ездили и у них проблемы с проводкой. Но скоро они должны приехать. «Тридцать четвёртый» – это грузовик-заправщик, а «Тридцать третий» – машина с боеприпасами.

– Хорошо, надеюсь, они приедут до того, как стемнеет. Не хватало ещё, чтобы «Патриоты» их заметили. Итак, от них проблем в последнее время слишком много. Держи.

Послышались шуршания, звук искры от кремня, выдох сигаретного дыма.

– Слушай, Ген. Я тут всё думаю постоянно. Мы хорошие люди? – Спросил водитель.

– Хех, чё это ты вдруг? – Засмеялся логист.

– Ну знаешь, всё чаще по радио в гараже я слышу, что в том или ином месте происходят обстрелы. Такое-то количество мирных жителей погибло, такое-то ранено. А потом я проезжаю мимо разбитых зданий, мимо сгоревших машин и почему-то мне кажется, что это всё тоже наших рук дело. Что город умер и по нашей вине, и другие сейчас точно также умирают.

– Что-то ты в последнее время слишком сентиментальный стал: то про душу задвигаешь, то теперь про хороших людей, – Логист снова выпустил дым в воздух.

– Но эта война когда-нибудь закончится? – Спросил водитель и выдохнул никотином.

– Закончится, – Утвердительно сказал логист.

– И когда она прекратится, что нас ждёт? Как мы будем жить, зная, что все эти разрушения и по нашей вине тоже случилась?

– А я тебе скажу так: жить мы будем хорошо и сча́стливо! Война закончится, а мы с баблишком домой: Я как вернусь, первым делом в баню пойду. Тёлок закажу с во-о-от такими бидонами! Буду веселиться, пока не подохну! – Воодушевлённо и громко ответил логист.

– Даже зная, что деньги заработаны кровью чужих людей?

– Да что ты всё заладил про людей да про людей! Солярки, что ли, нанюхался?

Оба сделали глубокие затяги.

– Я просто думаю, что могло быть, если бы мы здесь не были. Может, военные пришли бы и наладили оставшимся мирным жителям быт, может, люди домой к себе бы вернулись.

– Вот теперь я понимаю, за что тебя «святошей» называют. Брось ты это! Никакие военные бы здесь быт не восстановили! У них свои заботы – им врага мочить надо, а не о мирняке думать! Устроили бы здесь базу какую-нибудь или из городских застроек реактивной артиллерией бы били по врагам. Да ещё бы мирными жителями прикрывались. А мы с тобой люди как раз честные: мы сразу отсюда мирное население к чёртовой матери выгнали и давай своими делами заниматься, так что мы ещё погуманнее военных будем!

– Ну, если так смотреть на вопрос…

– Конечно так! А как иначе? Это они нас за террористов считают, а сами то что? Почему они не говорят, сколько благодаря их «освободительным действиям» погибло народу? Почему молчат о том, сколько домов потерял мирняк только потому, что военным надо было свои танчики разместить? А они тебе не скажут потому, что знают, что у самих то руки по локоть в крови! Так что ты забудь о хороших людях: на войне хороших не бывает. Все, так или иначе, в крови ладошки искупали. Пошли, я каморку себе обустроил, чай попьём, пока остальных ждём.

Оба бойца удалились. Влад поднял левую руку и посмотрел на ладонь в чёрной перчатке. Наёмник задумался над словами логиста:

«На войне хороших не бывает… А что, в этом даже логика какая-то есть…»

Диверсант пару раз дал себе лёгкую пощёчину и выглянул из-за хамви. Несколько ОНТ`шников продолжали смотреть на транспортёры. Водитель грузовика и логист зашли в железную дверь слева. Влад сжал АКСУ и осторожно пошёл по левой стороне, стараясь придерживаться тени. Наёмник подошёл к двум серым хамви, что стояли посередине парковки. Теперь можно было услышать негромкую речь бойцов.

– …И значит, эта штука раньше сбивала самолёты? – Спросил грубый голос.

– Да. Не смотри, что модель устаревшая, она ещё представляет угрозу. Только взгляни на блок из шести стволов: он обеспечивает машине крайне высокую плотность огня. К сожалению, это эффективно только для низколетящих небыстрых объектов. Стоит только появиться скоростному самолёту, как едва ли наводчик сможет угадать траекторию полёта и вовремя туда выстрелить, – Ответил второй слегка в нос.