– Чёрт, теперь придётся прорываться! – Подумал Влад, меняя магазин.

Резко сорвавшись с места, диверсант побежал в кабинет слева. Заперто. Следующий кабинет. Заперто. Ствол упёрся в замок и выстрелом выбил его. Дверь открылась. Ничего, только пару диванов и шкаф с одеждой. Влад вернулся к предыдущей. Снизу начались перекрикивания.

– Hey, guys! What the hell is going on?! (Эй, парни! Что за хрень там у вас?!)

– «Твою мать, надо спешить!» – Подумал диверсант.

Снова выстрел в дверной замок.

– Shit! Hostile here! Call backup! (Чёрт! Враг здесь! Зовите подкрепление!)

Кабинет, стол посередине с монитором, шкаф позади. Молниеносно открыв створки, взгляд наёмника начал искать хоть что-то. Пусто, все старые даты. Попытка запустить компьютер не привела к успеху. Выкидывая на пол ящики из стола, Влад нашёл какую-то записку. Она была свежая и не пожелтела. Быстро запихнув её в подсумок, диверсант осторожно подошёл к двери. Только он высунул голову, как ему чуть не прилетела очередь промеж глаз.

– Kill this bastard! (Убейте этого ублюдка!) – Крикнули с лестницы.

Резко достав гранату и дёрнув кольцо, осколочная тут же вылетела в коридор.

– Grenade!

Взрыв. Длинная очередь вслепую из АКСУ прижала бойцов. Влад высунулся, но его тут же загнали обратно в комнату ответным огнём. Ещё одна граната полетела в коридор. Снова выкрик. Взрыв. Следом вылетела ещё одна. Смена магазина и взрыв. Длинная очередь и диверсант выбежал. В ответ кто-то пальнул в потолок парой одиночных. Наёмник успел прыгнуть за стол у лестницы.

– Left side! Left side! (Слева! Слева!)

– Throw granade! (Кидай гранату!)

Диверсант достал ещё одну осколочную и, придержав, выкинул на лестницу.

– GRE…! – Ещё на подлёте граната разорвалась, и посечённые осколками ОНТ`шники орали от боли.

Через пару секунд на лестнице раздался ещё один взрыв и бойцы затихли.

– «Чёрт, а это не моя была…»

АКСУ упёрлась прикладом в плечо. Быстро выглянув на лестницу, диверсант увидел только двух бойцов и оторванные руки. Резко спрыгнув на тела, с первого этажа наёмника встретили плотным огнём.

– Don't let them escape! (Не дайте им сбежать!) – Крикнули со склада.

Не меньше трёх стволов заставляли Влада оставаться на лестнице. Ответный огонь не пугал бойцов. В коридор вылетела граната, за ней ещё одна. Сняв с жилета наёмника М67 и она полетела вслед за остальными. Несколько поочерёдных взрывов заставили ОНT`шников спрятаться.

– Bloody hell, how many grenades they have?! (Чёрт, да сколько у них там гранат?!) – Выкрикнул какой-то боец.

Вслед за уже взорвавшимися вылетели ещё две М67 с жилета ОНТ`шника. Едва грохнула последняя осколочная, как Влад, прикрываясь телом мёртвого бойца и просунув под мышкой АКСУ,  при помощи подавляющего огня смог добежать до первого кабинета слева. Несмотря на ответные очереди, бронежилет бойца выдерживал попадания и в конце Влад выкинул труп к остальным.

– SHIT! ITS SAMUEL! (Чёрт, это Самуэль!) – Заорал один из трёх бойцов.

В коридор к ОНТ`шникам выкатилась ещё одна осколочная.

– GRENADE! GRENADE! – Два бойца побежали в сторону склада за ящики.

Взрыв. Влад вскочил и через окно выпустил полмагазина. Длинная очередь диверсанта скосила одного ОНТ`шника, второй боец болезненно закричал и упал.

– STUPID SCUM, I GONNA KILL YOU! (Тупая мразь, я убью тебя!) – Крикнули справа.

В ответ на это из окна вылетела ещё одна осколочная. Взрыв. Один затих, заорал другой. Выйдя в коридор, диверсант начал искать цель. Все прятались за ящиками.

– Э, зарубежные! Я здесь! Покажитесь!

В ответ один из бойцов высунул М4 и открыл огонь. Прыгнув в сторону за ящик Влад резко встал и начал гасить одиночными ОНТ`шника. Тот крикнул что-то на своём и спрятал автомат. Диверсант резко добежал до ящика и, подняв АКСУ над собой, выпустил очередь. Боец завизжал, Влад обошёл его сбоку и ещё одна очередь добила его. Один ОНТ`шник, истекающий кровью, лежал рядом и судорожно пытался дотянуться до пистолета в кобуре. Пару одиночных выстрелов остудили его пыл. Пришло время бежать.

Диверсант выбил магазин и вставил новый, забрал гранату с жилета бойца и выбежал на улицу. Вдалеке послышались звуки двигателя машин. Закинув АКСУ на спину, Влад достал пистолет и сбил прожектор. Воцарилась темнота. Пулей вылетев через ворота, наёмник побежал в место, где оставил своё снаряжение.

– «Чёрт, чёрт… А я надеялся, что я завязал с «Пионерством»!» – Запыхавшись, говорил про себя диверсант.

Влад медленно поднимался по лестнице. В голове прогонялись версии, как соврать, что он ушёл. Остальные наверняка вернулись в квартиру и ждут его. Только показалось, что жизнь налаживается, как всё вдруг начало рушиться. Вот и коридор. Несколько десятков ленивых шагов и наёмник застыл перед своим номером. Мысли перестали бегать от нейрона к нейрону и Влад выбрал наиболее правдоподобную, как ему показалось, легенду. Вдох и протяжный выдох. Ручка двери повернулась, и наёмник зашёл внутрь.

Настя сидела за столом на кухне спиной к двери, Виктор расстелил на полу длинную ленту и заряжал её патронами из короба рядом. Пулемётчик поднял голову.

– Где ты был? – Спросил Вик.

Влад опустил взгляд и потёр затылок.

– Мне… Тяжело это говорить, но… Наше «воспитание» того консьержа не прошло даром. Сегодня ко мне приходил то ли офицер, то ли ещё кто-то. Дико орал, что это подрывает устройство ОНТ. Забрал в какой-то участок, прочёл лекцию о том, как бить товарищей плохо, какими бы они ни были и сказал приходить к нему, пока он не будет уверен в том, что я исправился и стал «Образцовым», как он выразился, наёмником ОНТ.

Виктор понимающе закивал и продолжил снаряжать ленту.

– Да, к сожалению, такие кадры есть… Ладно, проходи.

Вик не пытался добить, выяснить, кто этот офицер или ещё что-то. Он просто молча принял. Вспоминая драку в полигоне Влад заволновался и неуверенно зашагал к дивану.

– А-а… Что-то случилось?

Пулемётчик снова поднял взгляд.

– Хех… По нам так сильно видно? Что ж, врать нету смысла. Катю сегодня подстрелили.

– ЧТО?! – Влад пошатнулся и глаза его стали необычайно большими.

– Да, подстрелили. Пуля пролетела через плечо, деформировалась, закрутилась, вылетела и застряла в стопе. Мы её вытащили, конечно, и привезли в наш госпиталь. Медики сказали, что с ней всё в порядке, но… Ладно, впрочем, сейчас она спит. Можешь её проведать, там как раз сейчас Роза. Влад закинул штурмовую винтовку на спину. Медленным шагом он пошёл в сторону спальни девушек.

– «Катю ранили…» – Сказал сам себе в голове наёмник, глядя на грязные берцы.

Ненадолго кинув взгляд на Настю, та спокойно держала в руках кружку и смотрела куда-то сквозь стол. Влад снова погрузился в свои мысли. Зайдя в коридор и оказавшись перед спальней, Влад пару раз глубоко вдохнул и выдохнул. Ладонь осторожно сжала ручку двери и медленно её повернула. В тёмную, как склеп комнату проникла дорожка света. Сидя лицом к входу Роза держала за руку лежащую Катю. В чёрной футболке, пиксельных штанах и с бордовыми повязками на плече и ступне она выглядела словно при смерти. Живот еле-еле поднимался, а дыхание было тяжёлым. Каждый вздох давался с трудом, а закрытые глаза будто уже и никуда не смотрели, кроме как в другой мир. Влад осторожно шагнул внутрь. Роза из темноты подняла голову, как сурок, завидев охотника. Наёмник захлопнул позади себя дверь, отдаваясь царству тьмы.

– Роза… Я…

Не слушая ни секунды более, девочка вскочила и побежала к Владу. Схватив его за брюки, она горько зарыдала. Упираясь в штанину лицом, слёзы текли сплошным ручьём. Ревя в ткань, крик становился приглушённым, но всё таким же болезненным. Влад наблюдал за Розой, не зная, как помочь. Сколько таких же криков оставалось позади от его товарищей, от жителей города, от него самого. Дело ушедших дней снова открывало запёкшуюся рану на сердце и пальцем ковырялось в нём, вызывая жжение и тяжёлую, ноющую боль. Сердце застыло в груди, словно раскидывая паутину тёмных капилляров, что окутывают тело изнутри и пускают чёрный яд в кожу, заставляя душу изнывать от крика девочки. Потеря солдата не может сравниться с потерей ребёнка. Солдат знает, что, так или иначе, потеряет кого-то на войне: сегодня в бою или завтра на врачебной кушетке или послезавтра под проливным дождём в лесу. Солдат к этому готов. Ребёнок – нет. Жизнь сразу окунает его в ту жизнь, к которой он не готов. Возит его лицом по грязи бытия, пока тот не попросит пощады, а когда попросит… Его лицо поднимут, чтобы он не задохнулся сразу, а потом опустят в нечистоты снова, чтобы, он навсегда запомнил, во что он сейчас вступает. И это навсегда оставляет в ребёнке травму, которую он не может полностью пережить. Только пытаться компенсировать, если выживет. Такие мысли бегали в голове Влада. Он вспомнил всех товарищей: Антона, сослуживцев, инструкторов, полковника. Все пронеслись перед глазами. А теперь она. Роза. Беззащитное существо, итак натерпевшиеся горя хлебало поварёшкой ещё одно. Наёмник опустился на колено и крепко обнял ребёнка.

– Прости, я не смог защитить её, – Смог вымолвить Влад и затих.

– «…Я не смог защитить тебя…» – Добавил он у себя в голове.

Роза продолжала рыдать, не останавливаясь ни секунды. Ткань бронежилета промокла под солёными каплями, а на предплечье остался небольшой след передних зубов, которыми девочка старалась заглушить боль, вцепившись в жёсткий жилет. Влад молча ждал, когда ребёнок успокоится. Постепенно слёзы исчезли и остались только короткие выкрики страдания, а потом они перешли в бессвязное бормотание, состоящее из одних звуков. Выбившись из сил, девочка утихла. Влад взял Розу на руки и положил её к Кате. Ребёнок продолжал бессвязно что-то бормотать. Во сне Катя повернулась набок, освободив пространство рядом с собой. Роза невольно подтянулась к проводнице и зарылась лицом к ней в шею. Влад молча смотрел за этой картиной. Повернувшись в сторону проёма, он открыл дверь. Снова тропа света упала в тёмную комнату. Резкое движение плечом и М4 слетел со спины. Правая рука быстро перехватила штурмовую винтовку. Влад вынул магазин и посмотрел количество патрон. Магазин был полон. Быстро запихнув его обратно, наёмник зажал пистолетную рукоять М4 и через плечо посмотрел на Катю с Розой. Стоя в дверном проёме, он чёрной безликой фигурой смотрел внутрь комнаты, словно демон из темноты.

– Ошибок. Больше. Не будет, – Сказал он чётко в комнату.

Дверь закрылась и проводница с ребёнком продолжили спать в женской спальне.

Глава 12 – Поиски

Следующий день прошёл почти как в тумане: Виктор, Влад и Настя оставили Катю с Розой в номере. Сбор в актовом зале, зачитывание приказов, координация команд и прочёсывание ориентиров. Даже про вчерашнее происшествие на одном из складов никто ни слова не сказал, словно его и не было. Какой-то магазин, какой-то спортивный зал, какие-то квартиры. Ничего, кроме механической проверки, простая зачистка. Троица молча выполняла свою работу и по докладу вернулась обратно. Они не сразу решила подняться в номер.

Остановившись у арки на какое-то время, группа переводила дыхание. Виктор запустил руку в подсумок, в поисках курева. Настя поставила СВД у стены и села на асфальт рядом с винтовкой, облокотившись спиной на кирпичную кладку. Пулемётчик вставил сигарету в зубы и наклонился, чтобы достать из карманов штанов зажигалку. Снайперша протянула руку и вытащила сигарету изо рта напарника.

– Не смей: у нас ребёнок и больная подруга. Не хватало ещё, чтобы они твоим перегаром дышали, – Настя выбросила никотиновую трубочку в сторону, и Виктор озадаченно взглянул на напарницу.

Через несколько секунд он выпрямился и посмотрел перед собой.

– Хм-м-м… – Пулемётчик вынул из нагрудного подсумка серебристую жвачку. – Возможно, сто́ит задуматься над тем, чтобы бросить.

Штурмовая винтовка Влада тихо постукивала металлом на спине. Наёмник скрестил руки на груди и устремил взгляд в тусклый асфальт. Вик достал ещё одну жвачку и предложил её Насте. Снайперша лениво протянула ладонь, и серебристая обёртка оказалась в руке. Пулемётчик взглянул на соратника: наёмник ходил из стороны в сторону, словно тигр по клетке и смотрел на свои берцы.

– Не принимай это близко к сердцу, – Сказал Вик, сопровождая взглядом товарища.

– И всё-таки не надо было её отпускать. Я же знал, что она не боец.

– Ну… То что она не боец не означает, что она не наёмник ОНТ. Так или иначе, ей придётся воевать. В противном случае, её могут запросто выгнать, при хорошем раскладе, – Оговорился Виктор.

– И всё же…

– "И всё же" что? Пуля дура – траекторию стрельбы врага трудно предвидеть. Куда хочет туда очередь и летит. Никто из нас от этого не застрахован. Могли и в меня так же попасть.

– Но вчера она выглядела очень слабой. Меня это пугает.

– Каждый организм индивидуален и справляется с травмами разным количеством энергозатрат: тело Кати требует много ресурсов, поэтому она такая бледная.

– Но её раны не тяжёлые: пуля пролетела через плечо и неглубоко застряла в лодыжке. В меня попадали, и уверен, что в тебя тоже – да, это больно, но не смертельно. С таким даже бой продолжить можно. К тому же, ты сам ночью рассказывал о том, как быстро она теряла сознание, когда лежала рядом с тобой.

Виктор достал ещё одну жвачку, снял обёртку и бросил сладость в рот.

– Я рассказал тебе это не для того, чтобы ты крутил это в голове, а чтобы заснул быстрее. Если не будешь высыпа́ться, то потеряешь бдительность и, не дай бог, тебя тоже подстрелят.

– И как же мне должен был помочь рассказ о страданиях Кати? – Влад поднял бровь и посмотрел на Виктора.

– Когда ты не знаешь, что произошло, то начинаешь додумывать. Картина от этого становится всё более и более нереалистичной и приобретает фантастический характер. От этого мозг начинает будоражить ещё больше. Если ты знаешь, как всё было на самом деле, то и простора для выдумок меньше.