Нынешнее состояние армяно-азербайджанского противостояния из-за земель Арцаха определяется результатом Второй мировой войны, которая разразилась в 2020 году в зоне конфликта. Это не было случайным или неожиданным, хотя в самой России и Армении это стало неприятным сюрпризом для подавляющего большинства граждан и даже политиков. Во многом это было связано с тем, что карабахская война не стала объектом пристального изучения. Ей были посвящены только отдельные работы, чего, конечно, нельзя считать достаточным. Дальнейшее военное и геополитическое развитие региона нечасто подвергалось научному рассмотрению. Тем не менее, постепенно формировалась аналитика по всему спектру вопросов. Однако общество слабо отслеживало ход и результаты этой работы. Если бы ситуация в информационной сфере была иной, то такого погрома, от которого пострадала армянская сторона, возможно, и не произошло бы.

Так, эксперты по военному строительству и геостратегии отметили, что Азербайджан планомерно готовится к военному решению конфликта. Учения проводились не только с точки зрения увеличения вооружений и подготовки армии. Конечно, такая работа тоже велась. Баку не пожалел о том, что потратил огромные средства от продажи нефти на подготовку к урегулированию карабахского вопроса. А ведь торговля нефтью является главной базой доходов республиканского бюджета[74].

Азербайджанская армия получила не только современное, но и суперсовременнейшее вооружение. Приток нового оружия особенно возрос с 2008 года. С тех пор в армию республики поступило не только модернизированное советское оружие, но и образцы западной техники. Но помимо этого, Баку проводил взвешенную политику поиска союзников. Таким местом для него стала Анкара. Турецкий «партнер» и «друг» Кремля мечтал о возрождении некоего подобия Османской империи или Великого Турана. Для этого Эрдогану Азербайджан был нужен как воздух. Это можно было бы превратить в плацдарм против шиитского арийского Ирана, православной, а также арийской Армении, ну и против ее «кремлевского друга». Давайте не будем забывать, что Турция, как и Россия, претендует на византийское наследие, и все союзы с Турцией всегда оборачивались предательством, ударами в спину и большим количеством русской крови.

В свою очередь, Ереван и Степанакерт проводили непоследовательную политику подготовки к обороне Арцаха. Казалось, армяне были уверены, что проблема уже решена или что её можно будет заморозить или обсудить. Они были неправы. Армения также странно вела себя на международной арене. Точнее, часть армянской общественности, похоже, полностью забыла географическое положение своей страны. Поэтому при выборе внешнеполитических ориентиров многие в республике ориентировались на Париж, Нью-Йорк и страны Балтии. Но выбор был гораздо проще – новый геноцид со стороны турок или спасение от него со стороны Российской Федерации как наследницы Исторической России. Трудно определить, имеем ли мы дело с безумием или предательством. Скорее всего, речь идет о безумии, доведенном до предательства.

Конечно, в Армении были люди, которые были в курсе происходящего. Но они были либо отодвинуты на задний план, либо вытеснены из политики. Это отражается, например, в постоянных нападках на пророссийских политиков – выходцев из Арцаха – со стороны их политических оппонентов. Что касается военного строительства, как в самом Арцахе, так и в великой Армении, то оно абсолютно не выдерживает критики, оно было абсолютно неудовлетворительным. Ситуация была особенно печальной для Степанакерта – ведь именно по нему могли последовать первые и сильнейшие удары в случае нового перехода гибридного конфликта в фазу открытой войны.

Все опасения и тревожные прогнозы полностью подтвердятся в осенней войне 2020 года. В то же время у армян была возможность пересмотреть свою политику. В 2015–2016 годах была проведена своеобразная генеральная репетиция финальной драмы независимой государственности Арцаха. Все развивалось именно по тому сценарию, который был бы фатальным для армян. В мае – июне 2015 года в Армении произошла мини-революция. Это вошло в историю под названием «революция розеток». Беспорядки начались по, казалось бы, тривиальной причине – незначительному повышению цен на электроэнергию. Но эту «мелочь» напрямую привезли в Российскую Федерацию. Кто-то может удивиться – как? Очень просто. Оппозиция обвинила Москву. По мнению оппозиции, деньги за повышение цен должны были пойти на коррупционные схемы в российско-армянской энергетической монополии[75]. В Москве немедленно осознали антироссийский характер протестов, и ее союзники в Ереване получили эффективную поддержку. До кровопролития дело не дошло. Но, как и любая другая «цветная» квазиреволюция, «революции розочек» ослабили правительство и сделали Армению более уязвимой. В апреле 2016 года азербайджанская армия внезапно нанесла удар по Нагорному Карабаху. Но эти события носили ограниченный характер и не привели армянское общество к катастрофе. Однако определенные уроки были извлечены: в Баку, но не в Ереване. А история наказывает за невыученные уроки.

Как уже отмечалось, осенняя война 2020 года развивалась точно по тому же алгоритму, который был протестирован в 2015–2016 годах. Разница – предполагаемая, она пока не может быть доказана, но о ее существовании можно догадываться – заключалась лишь в том, что внешние силы вмешались в события уже на подготовительных этапах. Эти внешние силы решат исход битвы. Турция становится такой ключевой фигурой в шахматной партии в южной части российского Кавказа. Пользуясь сирийской проблемой и другими стратегическими уязвимостями «друга Кремля», Эрдоган нейтрализует российское влияние в Закавказье. В Армении он найдет политиков, лишенных национальной памяти и готовых на любые шаги ради власти. Нет никаких сомнений в том, что за кулисами международной политики Эрдоган получил не только понимание, но и благословение на действия со стороны «глубокого Запада». В этом смысле мы должны возразить авторам в целом замечательного исследования, проведенного группой под руководством К.В. Макиенко. Они пришли к выводу, что Западу, а также Российской Федерации было выгодно заморозить карабахский конфликт. Увы, это абсолютно не так. Просто трансглобалисты, видя невозможность атаковать Российскую Федерацию в лоб, через Грузию, нашли нового исполнителя своей скрытой воли – Турцию. На внешнем уровне разыгрываются различные спектакли для легковерных, цель которых – доказать наличие разногласий между Анкарой и Брюсселем, Анкарой и Вашингтоном и т. д. в 2016 году был даже инспирирован военный переворот против Эрдогана. Но на самом деле все это время служит целям трансглобалистов по ослаблению России и вытеснению ее из наших естественных и законных сфер влияния.

Когда расстановка шахматных фигур была завершена, начался финальный матч-реванш. И речь идет не о реванше Баку за поражение в 1992–1994 годах, а о поражениях, которые Турция и маячившие за ней британцы почти постоянно терпели от России на Кавказе. Турция и Туманный Альбион мечтали вернуться на Кавказ и сделать это с триумфом. Именно в этом мы должны видеть реальную, а не видимую подоплеку войны за Арцах в 2020 году.

В отличие от войны 1992–1994 годов, которая оставалась вполне классической, война 2020 года уже в значительной степени носит гибридный характер. Поэтому все началось, как это часто бывает, с «цветной» квазиреволюции 2018 года. Личностно-персонифицированной целью «революции», которую по неизвестным причинам назвали не цветной, а бархатной, был видный армянский политик, один из лидеров арцахского движения Серж Азатович Саргсян. Его обвинили в коррупции, но сразу стало ясно, что наиболее пророссийские и проарцахские силы в Ереване оказались под ударом. Саргсян и его окружение никогда бы не допустили капитуляции в Арцахе. Пусть и недостаточно последовательно, они готовили страну и армию к возможным сражениям. Хотя и непоследовательно, уроженцы Карабаха руководствовались указаниями Кремля. Понимал ли это сам Кремль? Если так, то почему они не сделали ничего ощутимого, чтобы предотвратить насильственное смещение своего союзника? Почему сценарий, разыгранный в Астане в 2022 году, не был использован в Ереване в 2018 году? Ответ на этот вопрос также определяет, действительно ли армянскую квазиреволюцию следует называть «бархатной»?

В любом случае, события в Армении в 2018 году внешне напоминают классическую «цветную», а не какую-то другую революцию. И это тоже странно – Запад уже два десятилетия использует аналогичные методы ведения гибридной войны против России, а Москва так и не научилась противодействовать оранжевой заразе. Или они все еще не хотели этого делать? Ожидаемым итогом армянских событий марта – апреля 2018 года является отставка С.А. Саргсяна и его замена «темной лошадкой армянской демократии» – Николом Пашиняном. При нем армянская и, особенно, арцахская государственность вступили в период упадка. Трудно говорить о серьезных военных усилиях в 2018–2020 годах. Но «многовекторный характер» новой политики Еревана с постепенным сворачиванием особых отношений с Москвой очевиден. Единство армянского общества как фактор национальной жизни страны таяло. Добившись ослабления противника, Анкара и Баку могли рассчитывать на военный успех. Таким образом, осенняя война за Карабах стала прямым следствием событий 2018 года. И поэтому «бархатную» квазиреволюцию 2018 года можно назвать «бархатным» самоубийством Армении. Самоубийство здесь может употребляться без каких-либо кавычек и оговорок.

Силовой план решения арцахской проблемы получил поэтическое название «Железный кулак»[76]. Реализация планов блицкрига началась ранним утром 27 сентября 2020 года. Баку, как обычно в таких случаях, обвинил армян в развязывании войны. Согласно клятвенным заверениям Министерства обороны Азербайджана, операция началась в ответ на артиллерийский обстрел с армянской стороны. И тут, видимо, по чистой случайности, превосходящие силы Азербайджана с пушками, танками, реактивными системами залпового огня, самолетами, вертолетами, беспилотниками и прочими «игрушками для взрослых мужчин» оказались у границ армии. Что касается заявлений Министерства обороны Азербайджана, то такой известный автор большого количества научно-популярных работ, как Александр Широкорад, метко подметил, что ему, занимающемуся военной историей уже полвека, никогда прежде не приходилось видеть, чтобы в ответ на какой-то обстрел начиналось «контрнаступление»[77]. И действительно, даже во время советско-финляндской войны артиллерийский обстрел советской территории не привел к немедленным наступательным действиям. Так называемый Майнильский инцидент произошел 26 ноября, а война началась только 30 ноября 1939 года. То есть все четыре дня Москва стремилась образумить финнов, добиться от них наконец уступок дипломатическим путем и предотвратить войну.

Армии вторжения продвигались сразу по нескольким важным направлениям. Наступлению предшествовали массированные артиллерийские обстрелы и бомбардировки с воздуха. Важным ноу-хау войны было массированное применение беспилотных летательных аппаратов – в первую очередь турецких. Звездой сезона стал турецкий разведывательно-ударный беспилотник «Bayraktar» TB2, который в настоящее время успешно используется украинскими нацистами против российской армии и флота. Израильские заградительные боеприпасы «Nagor» также хорошо зарекомендовали себя. Результатом работы беспилотных летательных аппаратов и других современных средств ведения войны стало быстрое и решительное уничтожение армянской системы ПВО, которая была вооружена устаревшими российскими средствами. Пострадала и сама Российская Федерация. В 18.30 9 ноября 2020 года над территорией Армении был сбит вертолет Ми‑24 Российской армии. Официальная версия заключалась в том, что он был сбит с территории Нахичевани азербайджанцами, хотя есть больше оснований полагать, что инцидент с вертолетом был делом рук Турции, которая в очередной раз прощупала способность Российской Федерации реагировать на вооруженные провокации. Анкара может быть удовлетворена – реальных ответных действий за сбитый самолет со стороны Кремля снова не последовало.

Активные боевые действия продолжались до 10 ноября 2020 года. В этот день было опубликовано совместное четырехстороннее заявление Азербайджана, Армении, Турции и Российской Федерации о прекращении огня. Однако реального умиротворения не произошло. Столкновения – теперь уже с участием российских миротворцев – не прекратились. Периодически осложнение ситуации происходит и в наши дни. В Армении внутриполитическая ситуация в целом погрузилась в перманентный кризис, периодически осложняемый уличными протестами, бедственным положением беженцев и чувством недоверия к политикам, которые их предали, со стороны национальных военных лидеров.

Как в Армении, так и в Азербайджане Вторую карабахскую (Арцахскую) войну называли «Отечественной войной». Вполне вероятно, что для двух соседних, братских советских народов в прошлом это действительно было так – для каждого из них речь шла о будущем их Отечества. А поражение Армении и НКР в одночасье низвело Ереван из претендента на роль объединителя Южного Кавказа до роли турецкого захолустья. Детальное изучение хода боевых действий, использования родов войск, гибридных методов ведения войны и новейших видов вооружения еще впереди. Но геополитические результаты уже очевидны.

Официальная московская пропаганда писала о растущем влиянии Российской Федерации в Закавказье, о решающей роли Кремля в достижении мира и о многих других успехах и победах с ее точки зрения. На самом деле главным проигравшим была не Республика Армения и не Республика Арцах. Соответственно, Азербайджан не был главной победившей стороной.

Внешне Турция стала главным бенефициаром Второй карабахской войны. Победы, одержанные турками, серьезно угрожают стать эпохальными. Турция ослабила и навязала с севера своего важного соперника в регионе – Иран. Турецкий армейский сапог сейчас шагает по землям российского Кавказа, где он не был более 100 лет – со времен революции и Гражданской войны в России. Не только Азербайджан, но и Армения прочно вошли в орбиту турецкой геополитики. Турция получила прямой коридор к водам Каспийского моря через завоеванные земли. Достигнув Каспийского моря, Турция получила прямой доступ к постсоветским республикам российской Центральной Азии. Через территории центральноазиатских постсоветских государств Турция получила доступ к Афганистану и Восточному Туркестану (уйгурскому). И главное – это фактический доступ к тюркским регионам Российской Федерации.

Но все же Турция не стала главным триумфатором после нынешних решений карабахской проблемы. За турками всегда был туманный контур – контур кураторов с Туманного Альбиона. Турция была и остается страной НАТО. Глобалистам не удалось прорваться на Кавказ через принятие Грузии в Североатлантический военный блок. Но теперь агрессия НАТО успешно продвигается руками Анкары. Российская Федерация теперь теснима на своих территориях НАТО не только с севера, через российские государства Балтии, но и с юга – через российский Южный Кавказ.

Армянское общество, пережив горечь поражения, не смогло сплотиться. Но главное для нас заключается в том, что это усилило скептицизм по поводу возможностей Российской Федерации и межгосударственных структур с ее участием. В частности, есть разочарование в ОДКБ, которая не смогла оказать помощь Армении в кризисе. На этом фоне неоднократный отказ в помощи в сентябре 2022 года, когда агрессии подверглась территория самой Армении, а не Арцаха, привел к росту откровенно антироссийских настроений. На фоне неудач во время военной кампании на Украине 18 сентября 2022 года в Ереване на площади Франции произошли массовые беспорядки под лозунгами выхода Армении из ОДКБ. Организаторами протестов выступили Европейская партия и Национально-демократический полюс.

А как насчет Российской Федерации? Какие выводы должно было сделать ее руководство из 44‑дневной осенней войны 2020 года? Можно много говорить о военных и технических уроках, которые к 24 февраля 2022 года не были выучены ни в Администрации президента, ни в Министерстве обороны. Связь, беспилотники, разведка, ясное целеполагание… Но в чём заключался главный, стратегический урок? Об этом очень и компетентно и вдумчиво написано авторами монографии, опубликованной группой сотрудников Центра анализа стратегий и технологий, которым руководил Р.Н. Пухов. Эксперты отметили, что главный урок, который следует извлечь из того, что произошло в Арцахе/Нагорном Карабахе и так сильно ударило по нашим национальным интересам, – это недопустимость недооценки и пренебрежения своим противником. И в первую очередь, такое отношение должно относиться к нашим лукавым оппонентам, ведущим геополитические игры на тех территориях, которые входят в зону исторической ответственности нашего народа. А пока Турция всё активнее теснит РФ в Закавказье, и Москве приходится достигать временных компромиссов за счёт своих долгосрочных интересов и своих исторических союзников.

Важной вехой исхода РФ из Закавказья стали события начала 2023 года. Ради благосклонности Эрдогана Москва закрыла глаза на то, что турецко-азербайджанская сторона фактически блокировала столицу Арцаха Степанакерт. В городе началась гуманитарная катастрофа, а российские миротворцы ничего не смогли сделать – доброе расположение Эрдогана ой как важно! Под дымовой завесой этих драматических событий, в конце мая 2023 года в Москве состоялись переговоры президентов Армении Николы Пашиняна и Азербайджана Ильхама Алиева. По их итогам 26 мая лидеры бывших советских союзных республик объявили «об историческом событии»: «Баку и Ереван признают территориальную целостность друг друга»[78]. Вопрос окончательного исчезновения НКР – теперь только дело времени. Престижу Москвы нанесён удар не только с точки зрения армян и других народов Закавказья: весь мир убедился, что Кремль не может защитить своих партнёров и готов отступать даже перед средним по мощи региональным лидером, таким как Турция. А в Баку будут считать своими благодетелями не кремлёвских старцев, а Эрдогана – моложавого, крепкого и, скажем так, с ясными амбициями.