Стартовым механизмом, запустившим процесс обострения ситуации в горячих точках в XXI веке, стал очередной виток югославского конфликта. В 1998–2000 годах на Балканах произошли события, которые в очередной раз сместили вектор мировой истории в сторону войны. Война, начавшаяся на Балканах, уже носила ярко выраженный гибридный характер, в отличие от более ранних конфликтов, в которых использовались некоторые новые неклассические элементы военной стратегии. Гибридная война как таковая – это не только комбинированное веерное использование всех сфер и методов воздействия на противника. Гибридная война многовекторна не только с точки зрения методов, но и с точки зрения решения задач. Целью Соединенных Штатов в новой войне на Балканах было не только разгромить дружественную Россию, независимую державу Югославии, единственную европейскую страну на постсоциалистическом пространстве, которая не стремилась вступить в НАТО, но и вытеснить Россию с Балкан.
Присутствие нашей страны здесь было прочно закреплено самым надежным образом – в культурно-историческом кодексе сербов, скрепленном печатью благодарности сербского народа братскому православному русскому народу. Из поколения в поколение сербский народ воспроизводил русофильство на ментальном уровне, переданное в известной поговорке: «Бог на небесах, а Россия на земле». Только глубокое разочарование могло раскрыть этот культурный код. Неслучайно Соединенные Штаты хотели, чтобы Россия собственными руками вынудила сербов сдаться НАТО, потому что в глазах сербского народа эта позиция явно выглядела как предательство.
К концу XX века от бывшей СФРЮ осталось только союзное государство Сербия и Черногория (с исторической провинцией Косово, которая все еще была частью Сербии). Поэтому антиюгославская кампания, начатая Б. Клинтоном в конце 1998 года, предусматривала окончательное дробление страны по этническому признаку. Это изолировало бы Сербию от моря, что означало бы ее полную блокаду. В таких экстремальных условиях Сербия больше не сможет противостоять натиску извне и будет свергнута оппозицией изнутри.
На первом этапе, который охватывал рубеж 1998–1999 годов, были созданы предпосылки для решающего удара по Югославии. Ряды оппозиции были созданы и выровнены. Подготовка цветной революции включала финансирование оппозиции Милошевичу (США перечислили 30 миллионов долларов, Германия 45 миллионов под видом гуманитарной помощи, компьютерного и другого оборудования), обучение активистов за рубежом, финансирование СМИ (около 4 миллионов марок было выделено югославским оппозиционным СМИ в 1999 году). Австрийский историк и журналист Ханс Хофбауэр пишет, что свержение Слободана Милошевича финансировалось американским фондом «Дом свободы», фондом Дж. Сороса, «Немецким фондом Маршалла», «Международным республиканским институтом», «Национальным демократическим институтом» и «Национальным фондом за демократию». При активном участии этих и международных фондов на Балканах был создан ряд «общественных» организаций. В это время, например, начала свою деятельность широко известная студенческая организация «Отпор». Именно «Отпор» вскоре станет главной ударной силой, а также своеобразным штабом прозападной оппозиции. Руководители этой организации прошли инструктаж в американских и западноевропейских центрах, в том числе в Венгрии. Процесс подготовки свержения Милошевича координировался представительством США в Венгрии – офисом США по Югославии – во главе с Уильямом Монтгомери, расположенным в Будапеште. После «бульдозерной революции» в «Отталкивании» при поддержке Дж. Сороса в 2002 году возник международный «Центр прикладных ненасильственных действий и стратегий» (Center for Applied NonViolent Action and Strategies, CANVAS). Он занимается бизнесом по продаже технологий для «гуманного свержения» политических режимов, которые были опробованы в Югославии. В 2004 году «Отпор» открыл свой филиал на Украине.
В то же время начинается поиск единого оппозиционного кандидата в противовес С. Милошевичу на возможных президентских выборах. Почти за год до выборов в Сербии госсекретарь США Мадлен Олбрайт, глава МИД Германии Дж. Фишер согласовали кандидатуру лидера оппозиции Воислава Коштуницы на пост президента Сербии. Его фигура была изучена специальным аналитическим американским агентством «Пенн, Шон и Берланд Ассошиэйтс», которое установило, что, в отличие от лидера оппозиции, непопулярного со своими прозападными взглядами среди сербов Джинджича, Коштуница воспринимался значительной частью населения как выразитель национальных интересов и антиамериканец[32].
Все эти действия проводились на фоне непрекращающихся санкций, антисербской истерии и военных приготовлений.
Следующим этапом югославской драмы являются бомбардировки НАТО 24 марта – 10 июня 1999 года.
Операция НАТО называлась «Союзнические силы». Ее предлогом было притеснение косовских албанцев. Характерно, что ни до, ни после агрессии НАТО против Югославии Западу не удалось доказать масштабные преступления против косоваров. Причиной развязывания военной агрессии НАТО, как это уже было проверено во время конфликта в Боснии и Герцеговине («резня в Сребренице» в июле 1995 года), стали военные столкновения между сербскими вооруженными силами и албанскими боевиками в деревне Рачак (январь 1999 года). Затем, в ходе успешной антитеррористической операции, албанские боевики были ликвидированы сербской полицией. Но в международном информационном поле усилия Соединенных Штатов превратили эту операцию в своего рода спектакль в рамках их постмодернистской геополитики, который был направлен на доказательство вины сербов.
Выжившие албанские террористы перенесли трупы 40 своих соратников в поле и переоделись в гражданскую одежду, в то время как остальных отвезли в соседнюю деревню и похоронили. Когда декорации были созданы, уже на следующий день началось само представление: в этой деревне неожиданно появился глава мониторинговой миссии ОБСЕ в Косово и Метохии У. Уокер, за которым последовали представители западной прессы. Зафиксирован факт «ужасной расправы» сербских военных над гражданским населением, «горы тел» невинных жертв. Ужасающие подробности «ужасной резни» и зверств сербской полиции начали появляться в западных СМИ. На фоне общественного резонанса последовало решительное осуждение Белграда со стороны Совета Безопасности, Австралии, Албании, Соединенных Штатов и даже РФ (!).
После событий в Рачаке Европа все еще не соглашалась поддержать военное вмешательство США в Косово. Решение этого вопроса также зависело от позиции одного из членов Совета Безопасности ООН – России. В ходе бесед с М. Олбрайтом И.С. Иванов, по существу, поддержал ультиматум, в котором содержалась угроза военных действий против Югославии.
Затем, в феврале 1999 года, с согласия российского внешнеполитического ведомства, в Рамбуйе была проведена образцовая международная конференция под руководством и по сценарию Соединенных Штатов в качестве ультиматума в пользу мирного решения конфликта в Косово. Согласно плану США, провал переговоров может автоматически означать разрешение на бомбардировку Югославии. Важно, чтобы весь текст предлагаемого соглашения был предоставлен сторонам только в день окончания переговоров. Неудивительно, что сербская делегация впервые увидела 70 % текста.
Югославии были навязаны условия, которые, согласно планам США, она, безусловно, отвергла бы: де-факто десуверинизация, то есть расширение автономии Косово, которую должны были обеспечить миротворческие силы НАТО. Во время подписания бумаг с ультимативными условиями югославское руководство получило «Соглашение», согласно которому перед СРЮ была поставлена геополитическая шахматная вилка: подписание означало ввод войск НАТО на территорию Косово, а отказ от подписания означал начало применения ВВС НАТО, то есть бомбардировки с воздуха. Диалог между сербской и албанской сторонами не входил в планы США (более того, албанцы присутствовали на переговорах только де-факто, весь переговорный процесс велся от их имени представителями США), что дало американцам повод в итоге сорвать переговоры, возложив вину, как и планировалось, на Югославию.
После запланированного провала в Рамбуйе «переговоры» продолжились в Париже в марте 1999 года. Но это также нельзя назвать диалогом сторон, поскольку албанской делегации было предоставлено право подписать соглашение в одностороннем порядке. 21 марта Совет НАТО дал С. Милошевичу несколько часов на подписание соглашения, фактически выполнение условий ультиматума означало бы государственную измену. Милошевич отказался. Но даже это решение, по сути, ничего не изменило в сценарии уже подготовленной военной операции США. Талботт отмечал в марте 1999 года: «И даже если Милошевич ответит “да” на все, что содержится в соглашении Рамбуйе, мы все равно разбомбим его к чертовой матери»[33].
В дни переговоров в Рамбуйе (февраль 1999 года) и в Париже (март 1999 года) все крупномасштабные операции на Балканах проходили при непосредственном участии американских войск. Развертывание сил НАТО в Косово с обязательным присутствием в них американского контингента стало одним из условий подписания соглашения о политическом урегулировании в крае представителями косовских албанцев. Очень важно, чтобы Соединенные Штаты внушили дипломатам и массовому сознанию, что вмешательство НАТО в Югославию не противоречит Уставу ООН.
В ходе 78‑дневной военной операции в Югославии Соединенные Штаты поставили цели, которые можно считать многовекторными. Рассмотрим некоторые из них более подробно:
1. Например, характер бомбардировок с использованием боеприпасов с ураном-238 и кассетных бомб указывает на то, что Соединенные Штаты собирались не только физически уничтожить значительное число сербов (что уже само по себе можно понимать как политику геноцида), но и нанести непоправимый экологический ущерб сербской территории, что неизбежно грозило негативными последствиями для будущих поколений.
2. Планировалось использовать старое вооружение и опробовать новое оружие войн 6‑го поколения, оснащенное высокоточными системами наведения, беспилотными летательными аппаратами, усовершенствованным типом кассетных бомб и т. д. Новое американское оружие на несколько поколений опередило югославское. Например, было использовано электромагнитное оружие (боеприпасы BLU-144 B), микроволновые боеприпасы, которые отключают работу связи, оборудования, наведения и управления. Такое оружие может нарушить работу линий электропередач, системы энергоснабжения, дестабилизировать узлы связи и радары ПВО. Для уничтожения высокозащищенных захороненных объектов использовались управляемые авиабомбы, применялись новые типы крылатых ракет.
3. Планировалось еще более прочно объединить НАТО под ее эгидой.
4. Предполагалось четко продемонстрировать Европе, что НАТО является гарантом ее стабильности и «создать прецедент применения военной силы без санкций Совета Безопасности ООН».
5. Были созданы условия для того, чтобы в обозримом будущем оторвать Косово от Сербии, а затем, объединив земли Южной Сербии, Западной Македонии, части Черногории и северной Греции, создать государство Великая Албания, которое контролировало бы все маршруты и воздушные коридоры в Азию и Африку.
6. Наконец, были предприняты серьезные усилия в средствах массовой информации для создания и закрепления в мировом общественном мнении устойчивого образа-симулякра сербов как звероподобных преступников.
Тот факт, что все граничащие с Югославией страны дали свое согласие на использование своих морских портов и воздушного пространства по просьбе Соединенных Штатов, свидетельствовал о новой геополитической реальности – позиции НАТО укрепляются на Балканах. Сухопутные войска НАТО были дислоцированы в Македонии. Интересным фактом является то, что Хорватия предложила свои услуги в рамках предлагаемой наземной операции. А Черногория отказалась предоставить свою территорию для развертывания ЮНА для наземной операции, а также саботировала призыв в армию Югославии. Для этого Черногория получила заверения от НАТО, что бомбы будут сброшены только на военные, а не на гражданские объекты в республике. Затем, вопреки нормам международного права, НАТО ввело запрет на полеты гражданской авиации в воздушном пространстве СРЮ, Боснии и Герцеговины, Македонии, Хорватии, тем самым был нарушен суверенитет нескольких государств, которые потеряли право самостоятельно распоряжаться воздушным пространством над своей территорией.
Наземная операция США на этом этапе проводилась силами албанцев, обученных американскими инструкторами.
Страны НАТО планировали блицкриг, они рассчитывали, что в течение 2–3 дней организованное сопротивление ЮНА будет сломлено. Но благодаря оперативным действиям югославской разведки планы агрессоров стали известны и были сорваны.
Сербская армия, вооруженная старой советской военной техникой, показала высокую боеготовность. Итак, гордостью американской военно-технической мысли является самолет-невидимка. Самолет-невидимка F‑117 был сбит 27 марта 1999 года российским зенитно-ракетным комплексом С‑125, разработанным еще в 1950‑х годах. В результате вся программа по производству этих самолетов в США была закрыта.
В войнах XXI века основной удар наносят военно-воздушные силы. Так было во время войны в Персидском заливе и в Ливии. Это стратегия «контролируемой войны», зафиксированная уставом американской армии версии FM‑100/5 1993 года, в которой первоначальный приоритет наступательной операции воздух – земля должен быть адаптирован к действиям «миротворческих» контингентов. За 78‑дневную операцию НАТО в Югославии было совершено 14 000 боевых вылетов, сброшено около 24 тысяч различных видов боеприпасов[34].
Как было написано выше, стране был нанесен огромный материальный ущерб. Были разрушены целые жилые кварталы. Но, что принципиально важно, сербская армия не была разгромлена.
Согласно данным НАТО, распространенным среди международного сообщества, после бомбардировки была уничтожена половина югославской группы армий в районе Косово. Но когда начался вывод югославских войск из региона, стало ясно, что это дезинформация: «Сербы ушли без потерь, полностью сохранив свою боеспособность и военную технику. ПВО и ВВС понесли серьезные потери. Наземная группа сохранила свой потенциал».
После вторжения в Сербию сухопутных войск НАТО 12 июня Косово было фактически отрезано от остальной части страны.
После подписания мирного соглашения силы НАТО (СДК – Силы для Косово) вошли в Косово. Налаживание мирной жизни в крае было передано под юрисдикцию Миссии Организации Объединенных Наций по делам временной администрации в Косово (МООНК) и специального представителя генерального секретаря. Европейские международные организации попытались создать в Приштине независимую от Белграда местную администрацию, основанную на принципе совместного управления «объединенным городом», что должно послужить примером для других регионов Косово. С «миротворцами» 200 тыс. сербов были изгнаны из Косово, 90 церквей были разрушены, тысячи сербских домов были разрушены и было уничтожено множество сербских и русских книг. Таким образом, албанцы под наблюдением НАТО стерли из истории Косово следы присутствия здесь сербской и христианской культуры, вырвав корни сербской духовности.
Албанские банды не были разоружены. Напротив, НАТО потворствовало созданию этнически чистого албанского региона. Косово стало одним из центров организованной международной преступности, контрабанды наркотиков и оружия, а также работорговли. По словам Е. Гуськовой, с 1999–2000 годов в регионе было убито более тысячи человек и похищено более 960, совершено 5 тысяч терактов.
Под натиском повседневного террора в провинции практически не осталось сербов. В Призрене в конце 1999 года проживало всего 11 человек, в Приштине – 300 из некогда 40 тысяч, а те, кто остался, жили в своеобразных гетто из нескольких десятков человек без элементарных удобств и возможностей для свободного передвижения. Геноцид сербского народа происходил в традициях фашистской Германии. В регионе были организованы «трудовые лагеря», на территорию которых фактически был запрещен доступ представителям международных организаций. Позднее К. дель Понте расскажет в своей книге о том, как сербов из этих самых лагерей убивали для продажи их органов[35].