Но мне еще ни разу не делали в принципе никаких операций. Чистку после выкидыша я не считаю. Мне не делали наркоз. А у меня иногда давление скачет, сердечко пошаливает, так что…

Так что — да, я боюсь.

Я имею право бояться!

Я в ужасе от перспективы сдохнуть в сорок два!

Господи... и мне хочется хоть чего-то... Вот такого, сумасшедшего сейчас.

- Влюбилась?

- Да, влюбилась... Наверное.

- Вау, а... Доронин? Прости.

Ответить не успеваю, в ресторан буквально вваливаются Ленка номер два и Янка. Ленка номер два, или Ленчик, как мы её называем, та самая Ленчик, которая назвала меня климактерической бабой и высказалась про то, что сначала жены начинают истерить, а потом плачутся из-за измены.

Ленчик была права тогда. Конечно. Она просто не знала.

Но это был мой выбор — не говорить.

И сейчас это мой выбор.

Не плакаться.

- Вау! Доронина, ты красотка! Во-от! Узнаю нашу Энни! Какая де-евочка, какой секс!

Улыбаюсь, смеюсь, мне приятно. И я знаю, что всё, что говорит Ленчик — правда. Потому что Ленчик не умеет врать. Даже когда очень хочет. Она знает, что правда ранит. Но не всегда может молчать.

- Вот скажи, что надо было тебя встряхнуть тогда, скажи? Я тебе дала пинка под зад и смотри, как ты сразу засуетилась. Доронин, поди, слюнями изошёл, охрану приставил, а?

- Ленч! — одергивает её Лена номер раз.

- Что? Что я не то опять сказала? Я же права?

- Заткнись, а? Права. Просто заткнись.

- В смысле? — Ленчик не понимает Ленку, потому что не понимает.

- Сели! Взяли «Апероль», давайте, быстренько, так, стоп! Фото, сначала фото! Ага только бокалы. Шик, теперь селфи, улыбаемся и машем! Да? Там! Теперь губки уточкой, быстренько... Отлично! Молодцы, а теперь чокнулись. Девочки, за нас! За самых лучших, шикарных, невероятных, красивых, любимых, самых-самых!

Звон бокалов, мы смеёмся, радуемся встрече, пьём.

- Так, надо выложить, кидаю в наш чатик и себе в «сториз». Вот так! Да? Ну, что выпили?

- Лен, ты чё такая активная?

- Ниче... Ань, рассказывай?

Капец.

Этого я и боялась.

- Что рассказывать? — опять прячусь за бокалом. Отпиваю, перекатываю горьковатую ледяную жидкость.

- Нормально всё? Ну... прости, мне просто рассказали про шоу, и я посмотрела.

Это... Это то, о чём все говорят?

Все? Интересное кино.

- И о чём все говорят?

- О том, что твой муж работает ширмочкой для кого-то важного, а Славина замахнулась на... - Ленка делает страшные глаза и закатывает их, глядя вверх видимо изображая кого-то недосягаемого.

Вспоминаю, что Доронин сегодня на это намекал.

Да.

Но нет.

Он не прикрытие и не ширма.

Он изменяет мне с Оксаной Славиной. Это данность.

Потому что…

НУ, потому что будь это не так было бы не так. И Славка вёл бы себя совсем по- другому.

- Я развожусь с Дорониным.

- Так.

Тишина падает на наш весёленький девичий междусобойчик заставляя вспомнить, что мы давно не девочки, и вся вот эта мишура — фоточки, селфи, аперольчик, сторизы — она вообще не для нас.

Мы уже из этого давным-давно выросли. У нас другие приоритеты в жизни. По крайней мере должны быть. И разговаривать мы должны о детях, а может уже и о внуках.

Хотя нет, о внуках нам рановато.

Да и вообще, кто это сказал, что девчачьи забавы и приколы не для нас? Я сказала? Ну, я не права! Мы еще молодые! Мы не тётеньки и не женщины! Мы девушки! И вообще, молодость продлили до скольких-то там! У нас еще есть куча времени, и…

- Ань, ты в порядке?

Поднимаю глаза, понимая, что что-то не так.

А. ясно. Я просто плачу.

Беззвучно.

Просто слёзы текут, смывая с лица идеальный лёгкий тон. Хорошо бы тушь осталась, вроде бы она водостойкая.

Беру телефон, переключаю камеру на фронталку, смотрю на себя. Нет, тушь не потекла, и макияж не поплыл. Я по-прежнему красотка. Улыбаюсь себе.

Всё прекрасно, Аня, всё шикарно

Просто ты переживаешь новое рождение. А роды — это всегда боль.

- Девочки, всё в порядке, правда. Давайте... давайте еще выпьем, что ли? И пора закусить, мы заказали «Вздохи монашки», но этого мало.

Я знаю, что девчонки не будут настаивать, но будут ждать.

Поэтому делаю щедрый глоток «Апероля» и рассказываю вкратце.

Про сообщения. Про шоу. Про слова Славы. Про то, что я взяла паузу.

Про болезнь ничего.

Не хочу.

Мне хватит жалости и так.

- Блин, Аня, прости, я такая сука...- Это Ленчик. Она вспомнила. Она поняла.

- Ты не сука. Ты просто была права. Я климактеричная истеричка и он нашёл другую.

А я сегодня поеду на встречу с прошлым.

Глупая затея.

Надо всё отменить.

- Ох, девочки, я бы водки выпила... - тихо говорит Лена номер раз.

- Ни в чём себе не отказывай, детка, - усмехается Янка. — А я рассталась с любовником. Задолбал.

Ого! Эта новость тоже шокирует.

Да, Янка встречалась с женатиком. Много лет. Родила от него. Он её обеспечивал купил ей салон красоты, квартиру, машину, и... И не развёлся, хотя обещал и она ждала.

Да, да, у нас двойные стандарты. И Яну мы не осуждаем.

Потому что у неё своя история.

Любовника её осуждаем, а Яну нет.

Почему, собственно, мы должны осуждать подругу? Она наша подруга! А то, что она чью-то там семью рушит — это не наши проблемы.

Теперь скажите, у кого нет таких подруг? Да у всех есть.

И двойные стандарты тоже есть. И не надо «ля-ля»

Козёл мужик, потому что он женат. А наша Янка свободна и никому ничего не должна.

Как в песне поётся.

- Надоело всё. Надоело ждать. Жена его надоела, которая вечно мне какие-то козни строит. Наслала на мой салон проверку опять, клиенток каких-то, которые писали отзывы мерзкие. В общем... Я ему сказала, хочешь видеть сына — велкам, договаривайся с ним сам, Валерке уже восемнадцать, как-нибудь разберетесь.

- А он что?

- Что? Да как всегда. Сначала злился, строил из себя. Теперь вон ползает, прости, любимая.

-А ты?

- А на хрен он мне сдался? Секса у нас уже месяца три не было. Выслушивать его жалобы на сердце, давление, желчный? Пусть жена выслушивает! Была бы я жена — другое дело.

- Правильно, молодец. И что теперь?

- Что... сказал, что готов развестись.

-А ты?

-А я сказала, разведешься, тогда я подумаю, возвращаться к тебе или нет.

- Правильно.

- Жестко.

- Отлично! — это Ленчик. — А если разведётся?

- Не разведётся.

- А если? — Ленчик не унимается.

- Если бы да кабы. Я подумаю. И вообще, у меня новый массажист в салоне, такой лапочка.

Смеёмся.

- За это надо выпить.

Ленка зовёт официанта, мы повторяем коктейли, заказываем горячее, я иду в дамскую комнату.

Там очень милая атмосферочка — приятный баритон читает Пушкина, про того самого князя Гвидона. Может, туалет и не самое лучшее место, чтобы послушать сказку, но я зависаю.

«Кабы я была царица, третья молвила девица, я б для батюшки царя, родила богатыря...» - декламатор читает другой кусок, но я вспоминаю этот.

«Только вымолвить успела, дверь тихонько заскрипела и в светлицу входит царь»

Царь... Помню, как я шутила с Дорониным иногда, называя его моим царём любимым.

Угу... «И царицу и приплод тайно бросить в бездну вод»*

Хорошо, что у меня приплода нет.

А в бездну меня мой царь отправил.

НУ и пусть сам катится туда же.

А я…

Достаю телефон, пока не успеваю передумать набираю сообщение.

«Я в «Гвидоне». Забери меня».

Смотрю на отражение.

Я поеду из ресторана «Гвидон» в бутик-отель «Пушкин».

«Ах, Александр Сергеевич, милый, ну что же вы нам ничего не сказали...»*

Это ведь из «Последней осени»?

Хорошо, что сейчас весна. Почти лето.

Господи, как же хочется, чтобы не последнее!

Как хочется!

Выхожу из дамской комнаты и сталкиваюсь с мужем.

Черт, чёрт... его мне только не хватало!

- Аня? Что ты тут делаешь?

24.

- Очень странный вопрос, Доронин. — мне смешно, но я стараюсь сдержаться. —Конкретно тут, в дамской комнате? Или тут общее заведение? Ну, простите, я тут избавлялась от излишков «апероля», и слушала сказку Пушкина, хорошо, кстати читает, я только не помню кто.

- Аня ты... покрасилась, что ли?

- А ты заметил? Вообще-то уже давно, но сегодня освежила, да.

На самом деле было обидно, когда я поменяла причёску месяца четыре назад, цвет полностью, просто стала другая, а Слава внимания не обратил, ничего не сказал.

Дня четыре вообще ни слова, потом так растерянно пробормотал, мол, ты что-то с собой сделала?

Сделала, ага.

Как в том анекдоте с противогазом. Брови, блин, выщипала.

- Аня, я... чёрт... я тут не один, и…

- Да я тоже не одна. И я не слежу за тобой, Доронин. Просто это один из моих любимых ресторанов, и я тут с подругами. Так что…

А еще прямо сейчас за мной заедет мужчина.

- Ты не поняла, у меня деловая встреча. Но я могу потом тебя отвезти.

- Не стоит утруждаться. Меня отвезут.

- Анна, ты…

- Что?

- Ты же понимаешь, что не должна вести себя так?

Серьёзно?

Брови мои взлетают до небес, и мне очень смешно.

Я не должна себя вести как?

Не должна встречаться с подругами? Не должна жить своей жизнью? Не должна делать то, что хочу? Почему это?

- Аня, послушай, у нас не получается нормально поговорить, но я хочу до тебя донести.

- Донеси до себя, Доронин, а? И хватит уже! Не нужно строить из себя фигуру равную Черчиллю!

- Что?

- То! Кто ты такой? Что ты мнишь себя пупом земли, господом богом?

- Аня, сбавь тон!

Я не кричу. Но говорю достаточно громко.

Ресторан сейчас забит народом, но в коридоре у туалетов, к счастью, никого. К счастью Доронина, потому что мне, если честно, плевать!

Плевать, что кто-то услышит нашу перепалку, плевать, что кто-то что-то подумает.

Да, да! Удивительно! Мне, которой всегда было не всё равно на то, что кто скажет, мне, которая старалась всегда чтобы всё было «комильфо», чтобы всё было безупречно в нашей жизни — плевать.

- Послушай, Доронин, а ты не охренел часом? Иди-ка ты, знаешь куда?

- 0, девушка, он прекрасно знает! — густой незнакомый баритон заставляет меня вздрогнуть и обернуться. — Регулярно там бывает, и еще, гад, умудряется оттуда магнитики привозить. Слава, какая роскошная дама, познакомишь?

- Я бы на вашем месте поостереглась со мной знакомиться. — отвечаю не задумываясь, где-то на границе сознания горит красная лампочка, я не была такой никогда не была. Или была? Когда-то в молодости, да, я была достаточно дерзкой, потом примерила на себя роль жены политика, старалась жить по каким-то канонам и правилам. Стремилась к какому-то идеалу.

Нафига?

Оказывается, любят-то не идеальных. Не идеальными дорожат. Их холят и лелеют.

С них пылинки сдувают. Им букеты из роз дарят выкатываясь на коньках.

А идеальных отправляют в утиль.

Или нет, еще хуже.

Заставляют играть роль ширмы. И плевать, что у актрисы температура, или плохое настроение, или кто-то умер. Играй свою роль и молчи!

Как хорошо, что мне больше не нужно этого делать.

Я уволилась из этого долбанного театра.

Финита ля комедия — звучит очень в тему.

- Ого... поостеречься? Это почему?

- Потому что я жена вашего любителя пойти на…

- Жена? — баритон хмурится.

Я его, кстати, не знаю, вижу в первый раз. Колоритный такой мужик. Не красавец, но... Знаете, есть такие мужчины, на которых всегда падает глаз. У них аура силы и власти. И денег. Смотришь, и сразу понимаешь, что он может всё.

- Ян Романович, познакомьтесь, это Анна. Моя жена.

- Будущая бывшая жена, очень приятно. Я пойду, меня ждут.

- Аня! — Доронин не сдерживается, шипит резко.

- Анна, очень красивое имя. А будущая бывшая, это как?

- А это прямо вот так, - отвечаю с вызовом. — Очень просто. Будущая бывшая.

Разворачиваюсь и иду в сторону зала ресторана. Слышу реплику баритона Яна:

- Ого, какая, с характером. Интересно.

Надеюсь, у Доронина хватит ума меня не догонять.

Я, как ни странно, очень спокойна.

Когда всё решено — сразу проще.

А у меня решено.

Что касается бывшего так точно решено безвозвратно.

- Анюта, ты где? Мы тебя потеряли! Что ты там делала? — это Ленчик.

- Сказки слушала.

- Ах ты какая, и явно не одна! Я видела, как туда та-акой экземпляр прошёл! —Ленка номер раз всегда всех замечает.

- Жаль, ты моего бывшего не увидела, написала бы мне, я бы не выходила из кабинки.

- Бывшего? Это... Славку что ли?

- Пока у меня один бывший.

- Так вы что, уже реально, совсем? — это спрашивает Янка. Я вроде бы сказала про развод, но все же всё понимают? Ну кто из нас чего не говорил в запале? Та же Яна, рассказала, что выгнала любовника, но надолго ли? И первый раз что ли?

Вздыхаю.

- Пока еще не совсем, но я работаю в этом направлении.

- Правильно! — снова Янка. — Не хрен им спускать. Мы сами виноваты, распустили их так, что они думают, что им всё можно!

Тут я с ней полностью согласна.

Распустила я.

Я просто думала, что у нас любовь и семья. И что это навсегда. Незыблемо.

Увы, оказывается, так не бывает.

Телефон тренькает — включила звук, чтобы не пропустить сообщение.

«Аня, я могу тебя отвезти. Нам нужно поговорить».

Опять. Как мы там в детстве говорили? На колу мочало, начинай сначала?

В блок его кинуть? Почему бы и нет. Хотя бы на вечер.

Так и делаю.

И как-то свободнее себя чувствую.

Мы с девчонками уничтожаем горячее, каждая своё. У меня сегодня это ризотто со сморчками и сыром Пекарино. Правда, это идёт как горячая закуска, но мне захотелось. Еще французский луковый суп, тоже хорош.

Луковый суп я впервые попробовала в Париже, в какой-то очень простой забегаловке. Туда я летала с Лизой, она была еще довольно маленькой, лет семь целью был, конечно, Диснейленд. Тогда мы с Дорониным уже жили вполне прилично, средства были. Но мне хотелось, что называется вкусить Парижа, поэтому я сняла квартиру. Завтракали круассанами на площади у фонтана Невинности, гуляли, обедали тоже в каких-то простых, совсем не пафосных местах.