Главным внешнеполитическим игроком в регионе, безусловно, являлась Россия. Долгое нахождение региона в составе Российской империи и СССР, присутствие российских войск в регионе, экономические взаимоотношения давали в руки Москвы множество рычагов по воздействию на конфликт.

Начальному этапу становления и выработки стратегии РФ на постсоветском пространстве была присуща определённая «хаотичность» и фрагментарность внешнеполитического процесса. Какой-то единой стратегии у руководства «новой» России не было. Российская политика с 1991 по 1994 г. часто была непоследовательной и противоречивой. Развал СССР, необходимость решения множества сложных международных проблем, связанных с том числе и с правопреемством СССР, вопросы стратегических вооружений, тяжёлая экономическая ситуация внутри страны, противостояние между президентом и Верховным Советом, вылившееся в вооружённые столкновения в Москве 3–4 октября 1993 г., центробежные процессы внутри самой страны и многие другие сложные проблемы, которые встали перед руководством страны, не позволяли обратить отдельное внимание на отношения с новыми государствами, возникшими после развала СССР. В этих условиях ожидать какой-то целенаправленной и осмысленной стратегии от Москвы не приходилось. Её политика на постсоветском пространстве в описываемый период времени носила хаотичный и временами противоречивый характер. Поэтому отношение России к армяно-азербайджанскому конфликту носило временами противоречивый характер. Москва ещё не успела определиться со своими интересами в этом конфликте. Да, были некоторые основополагающие принципы, которые были для Москвы неоспоримыми: территория бывшего СССР рассматривалась как зона исключительных и жизненно важных интересов, вмешательство каких-либо третьих сил не допускалось, ставка делалась на создание системы коллективной безопасности и по возможности создание объединённых вооружённых сил. Поэтому Россия так резко выступила в мае 1992 года против возможного военного вмешательства Турции в конфликт и в будущем давала понять, что не потерпит военного вмешательства третьих сил.

Было бы правильным сказать, что именно военные играли в Закавказье наиболее видную роль. Их части были расположены по всему краю, и они были вхожи ко всем важнейшим политикам. Они также контролировали наиболее важный капитал в любой конфликтной ситуации, а именно: вооружение, боеприпасы и инфраструктуру. Генерал Павел Грачёв мог уверенно говорить по широкому кругу вопросов, касающихся ситуации на Кавказе, без опасения, что президент примет иное, чем он, решение. Действительно, в ряде случаев президент доверял ему миссию посредника в Абхазии и Нагорном Карабахе.

Отношение Москвы к территории бывшего СССР как к зоне своих исключительных, привилегированных интересов, как ни странно, встречало понимание у Запада. Похоже, на сей счёт существовало даже некое негласное соглашение между Москвой и Западом, согласно которому Россия уходила из Восточной Европы и Прибалтики, но взамен Запад не влезал в дела на территории бывшего СССР. Кроме того, президент Борис Ельцин проводил прозападный курс, и поэтому на Западе закрывали глаза на то, что Москва делала на территории бывшего СССР. В начале 1990-х годов Россия активно вмешивалась и участвовала во всех локальных конфликтах на руинах бывшего СССР.

Главный редактор журнала Moscow Defense Brief Михаил Барабанов, подвергнув анализу российскую политику в первые годы после развала СССР, писал: «Парадоксально, но первые годы правления считавшегося столь прозападным президента Бориса Ельцина были отмечены действиями в духе самого разнузданного московского империализма. Русские вмешались в конфликты в Приднестровье, Южной Осетии и Абхазии, и это вмешательство подорвало территориальную целостность новообразованных Грузии и Молдавии и породило целую цепь непризнанных государств, существующих, по сути, под протекторатом Москвы. В Таджикистане вмешательство в гражданский конфликт перешедшей под российскую юрисдикцию 201-й дивизии привело к поражению исламистов в войне. Украине после долгих препирательств было навязано пребывание Черноморского флота и российских баз в Крыму. Система российского военного присутствия охватывала почти все бывшие советские республики, кроме Прибалтики. Концепция «ближнего зарубежья» (то есть откровенной зоны влияния России) при Ельцине была закреплена на официальном уровне. На всё это Запад фактически закрывал глаза, пока, сидевший в Кремле, Ельцин был гарантом прозападного курса»³⁷⁶.

Поэтому Москва в тот период не могла не использовать конфликт между Арменией и Азербайджаном из-за Нагорного Карабаха для утверждения своего влияния на Южном Кавказе. Нравится это кому-то или нет, но Москва должна была защищать свои интересы.

Но само отношение России к армяно-азербайджанскому конфликту так и не было определено, временами поддержка оказывалась то Армении, то Азербайджану. Отношения России с Арменией и Азербайджаном начинались с чистого листа. И тут главную роль играло то, как Баку и Ереван будут выстраивать свои отношения с Москвой. Кто сможет выстроить с Россией более конструктивные и взаимовыгодные отношения? Кто: Ереван или Баку – сможет вести правильную политику в отношении России и заручиться её поддержкой в войне? И тут надо отметить, что Ереван полностью переиграл Баку на этом поле. Не без грубых ошибок и просчётов последнего.

Сама история азербайджано-российских взаимоотношений в период Карабахской войны – это тема отдельного исследования. В этих взаимоотношениях много непонятного и даже иррационального, причём с обеих сторон. Но факт, что ни А. Муталибову, ни А. Эльчибею и даже Г. Алиеву так и не удалось наладить полноценные и взаимовыгодные отношения с РФ. В чём тут причина: в завышенных требованиях РФ, в постоянной боязни молодого азербайджанского государства, что уступки РФ приведут к потере суверенитета, русофобия и пантюркизм ряда руководителей азербайджанского государства, в каких-то имперских фобиях, предопределённости симпатий российской политической элиты к армянам и т. д и т. п., сказать сложно.

Осложнения в российско-азербайджанских отношениях начались ещё при Муталибове. И хотя почему-то Аязу Муталибову приклеили ярлык «русофила», первым именно он начал торпедировать только начавшиеся формироваться российско-азербайджанские отношения.

При нём Азербайджан отказался от участия в переговорах по новому союзному договору и соглашению об экономическом союзе. При нём 18 октября 1991 г. Верховный Совет, отказавшись от заключения союзного договора, принял Конституционный акт «О государственной независимости Азербайджанской Республики», провозгласивший независимость Азербайджана. Принятый в состоянии националистической эйфории, документ имеет подчёркнуто антироссийскую направленность. В его преамбуле утверждается, что 27–28 апреля 1920 г. РСФСР, «грубо поправ международные правовые нормы, без объявления войны ввела в Азербайджан части своих вооружённых сил, оккупировала территорию суверенной Азербайджанской Республики, насильственно свергла законно избранные органы власти и положила конец независимости, достигнутой ценой огромных жертв азербайджанского народа». Договор об образовании СССР от 30 декабря 1922 г. был якобы призван «закрепить эту аннексию». На протяжении 70 лет, отмечается в документе, против Азербайджана «проводилась политика колониализма, беспощадно эксплуатировались его природные ресурсы, национальные богатства, азербайджанский народ подвергался преследованиям и репрессиям, попиралось его достоинство».

Именно А. Муталибов первым потребовал начать вывод сначала советских войск, а потом и российских войск с территории Азербайджана. После отставки Горбачёва и развала СССР, казалось, перед А. Муталибовым открылась возможность постараться с чистого листа выстроить отношения с Б. Ельциным. Но он продолжил требовать вывода российских войск, начал разворот к Турции во внешней политике, несмотря на личную просьбу Б. Ельцина, отказался подписать соглашение о создании ОВС СНГ.

Армения в свою очередь активно участвовала в переговорах по новому союзному договору и соглашению о создании экономического союза, не требовала вывода российских войск со своей территории, активно поддерживала все инициативы Москвы, подписала соглашение о создании ОВС СНГ. Армения в этот период находилась в сложной ситуации, обусловленной транспортной и энергетической блокадой со стороны Турции и Азербайджана. Отношения с РФ занимали особое место среди внешнеполитических приоритетов Еревана, что связано с политическим, экономическим и военным потенциалом этой страны, с традиционными долгосрочными связями России с Арменией и армянским народом. Ещё 29 декабря 1991 г. между РФ и Арменией был заключён Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной безопасности. Таким образом Армения стала первой страной, подписавшей такой договор с Россией.

К началу 1992 года в армяно-азербайджанском конфликте начала складываться очень опасная для Азербайджана ситуация: Армения полностью поддерживала все инициативы Москвы, не спешила с провозглашением независимости, не спешила создавать свои вооружённые силы и не требовала начать передачу ей вооружений бывшей СА, а Азербайджан отвергал все инициативы Москвы, провозгласил независимость с явным антироссийским уклоном, начал требовать вывода подразделений бывшей СА с территории Азербайджана и передачи вооружений. В результате уже к моменту развала СССР начал формироваться военно-политический союз Армении и России, при этом Азербайджан вместо того, чтобы вести активную политику на российском направлении и балансировать позицию России, взял курс на максимальное отдаление от России. В этих условиях симпатии Москвы в карабахском конфликте начали склоняться в сторону Армении. Как азербайджанская власть, политическая элита, интеллигенция не увидели этого, не стали пытаться как-то исправить это опасное положение, особенно в период войны, а наоборот, только усугубляли его, так и не поддаётся разумному объяснению.

Кроме политики официального Баку, на ухудшение азербайджано-российских отношений оказывали существенное влияние и ряд других факторов.

На момент обретения независимости большая часть азербайджанского общества была настроена негативно к России. Но азербайджанские оценки гораздо чаще основывались на собственных опасениях и обидах, чем на реальных действиях России. Вне всяких сомнений, во многом это было следствием чувства обиды из-за нежелания союзного руководства пресечь сепаратизм в НКАО, полное самоустранение союзных органов от депортации азербайджанцев из Армении, кровавые события 20 января 1990 года в Баку. Всё это наложило свой отпечаток на негативное отношение к Москве в азербайджанском обществе. И этим очень активно пользовались националисты, которые, оседлав волну русофобии, только нагнетали её, в своих узких политических целях. Постоянный страх перед «имперскими амбициями» России вынуждал совершать одну ошибку за другой.

Так, после событий августа 1991 года к власти в Москве пришли демократические силы, среди которых были проармянские настроения. Армения и армянское движение в НКАО пользовались поддержкой значительной части российской либеральной интеллигенции и демократического движения. Ещё в марте 1991 г. был создан комитет российской интеллигенции «Карабах» (КРИК)³⁷⁷. Комитет был организован группой писателей и публицистов – членов Московской независимой ассоциации писателей «Апрель», общества «Щит», «Мемориал», «Московская трибуна», ленинградским комитетом «Карабах» – в целях защиты «права армянского народа Нагорного Карабаха на самоопределение», доведения до общественности России «правды о положении в регионе азербайджано-карабахского конфликта». В состав комитета входила большая группа общественных деятелей, писателей, публицистов, учёных, правозащитников, деятелей культуры, дипломатов. Так, 29 декабря 1991 г. 18 членов Российской академии наук направили президенту Ельцину и маршалу Шапошникову заявление, в котором утверждали, что Азербайджан пытается решить проблему Нагорного Карабаха путём истребления и насильственной депортации армянского населения края. Подписавшие заявление просили принять решительные меры, вплоть до введения подразделений специальных войск СНГ в Нагорный Карабах³⁷⁸. Движение «Демократическая Россия» несколько раз выступало с заявлениями, где осуждались операции в НКАО и выражалась поддержка армянскому движению в НКАО. Советником президента России по межнациональным вопросам стала Галина Старовойтова, никогда не скрывавшая своих ярых проармянских позиций. Первый заместитель председателя Совета министров РФ, а впоследствии секретарь Совета Безопасности РФ, Олег Лобов, до этого занимал должность 2-го секретаря ЦК Компартии Армении и после сохранял близкие отношения с руководством Армении. Сам О. Лобов был очень близким к Ельцину человеком; так, когда Ельцин был 1-м секретарём Свердловского обкома, Лобов работал 2-м секретарём Свердловского обкома. В своей книге «Моя миссия в Армении» посол РФ в Армении В. Ступишин пишет, что Л. Тер-Петросян и Б. Ельцин договорились, что доверительный контакт на высоком уровне будет поддерживать О. Лобов. Глава посреднической миссии России В. Казимиров со ссылкой на слова Л. Тер-Петросяна пишет, что карабахские армяне надеялись на поддержку каких-то сил в РФ, в частности: на вице-президента А. Руцкого и председателя Российского союза промышленников и предпринимателей – А. Вольского³⁷⁹.

Бывший премьер-министр Армении Грант Багратян особо отмечал роль Егора Гайдара в помощи Армении и Карабаху. В своём интервью он сказал: «Например, когда летом 1992 года мы терпели поражение, не было выхода, враг вошёл в Гандзасар, всё рушилось, я ещё не был премьер-министром, и, кажется, уже было решение, что они (азербайджанцы) войдут в Степанакерт, а потом сядем, поговорим. У азербайджанцев были воздушные силы, а у нас не было. Уже потом, в 1993 году, когда я стал премьером, мы в течение двух недель создали эффективную противовоздушную оборону. Против этой воздушной силы нужно было бороться, и мы получили возможность вести воздушный бой в Мартакертском районе. Я не хочу сейчас говорить больше. Именем Гайдара нужно назвать одну из лучших улиц этого города, и в Степанакерте тоже. Я надеюсь, уверен, что это произойдёт. Если бы не было бы Гайдара, не было бы Карабаха». Продолжая, экс-премьер Армении отметил, что при поддержке Егора Гайдара удалось восстановить баланс на поле боя, это дало шанс бороться и победить, следовательно, руководство Армении и Арцаха должно сделать всё, чтобы сохранить светлую память о Гайдаре³⁸⁰. Первый заместитель министра иностранных дел России А. Адамишин также в своей книге приводит факты поддержки армянской стороны Россией³⁸¹.

Таким образом, можно констатировать, что два обстоятельства: политика Азербайджана на максимальное дистанцирование и минимизацию отношений с Россией и приход к власти в Москве сил, среди которых были проармянские позиции, – сказывались на позиции России к армяно-азербайджанскому конфликту. Оба эти обстоятельства оказывали существенное влияние на позицию России в данной войне.

Ещё одним фактором было то, что никто из руководителей Азербайджана так и не смог установить доверительных и конструктивных отношений с Б. Ельциным. Отношения Б. Ельцина с А. Муталибовым были испорчены после того, как во время августовских событий 1991 года А. Муталибов сделал заявление о поддержке ГКЧП. С ярым русофобом и пантюркистом А. Эльчибеем у Б. Ельцина априори не могли сложиться конструктивные и рабочие отношения. На отношения Б. Ельцина и Г. Алиева оказывала влияние не самая хорошая история их отношений ещё со времён Политбюро ЦК КПСС.

2 февраля 1992 г. А. Муталибов выступил на Давосском экономическом форуме (Швейцария). Подробно остановившись на «необратимости движения по пути демократизации экономики, защиты предпринимательства, признания сложившихся международных норм и стандартов, регулирующих экономические отношения», президент обвинил Россию в проведении политики «разделяй и властвуй». «Межнациональные конфликты, – заявил он, – не что иное, как инструмент реализации имперских амбиций, направленных на удержание смежных государственных образований в общем геополитическом пространстве, теперь уже именуемом СНГ».

После отставки А. Муталибова и в бытность временно исполняющим обязанности президента Я. Мамедовым особых изменений в российско-азербайджанских отношениях не произошло. Я. Мамедов продолжил политику обвинений в адрес России.

25 марта Верховный Совет принял постановление «Об обстановке в нагорной части Карабаха Азербайджанской Республики, геноциде в Ходжалы и общественно-политической ситуации в республике». В нём утверждалось, что «специально подготовленные армянские вооружённые военные соединения с помощью международных армянских террористических группировок и армянского лобби, пользуясь покровительством руководства России, пытаются аннексировать нагорную часть Карабаха Азербайджанской Республики. Армянской стороной при проведении вооружённых акций продолжается использование личного состава, техники и вооружения воинских частей Содружества Независимых Государств и, в частности, 366-го полка, дислоцировавшегося в Ханкенди»³⁸².

В своём интервью газете «Известия» Ягуб Мамедов обрушился на Россию и лично на президента Бориса Ельцина. Он обвинил официальных руководителей России в том, что они открыто поддерживают армянских сепаратистов и помогают им в военном плане. Россия с помощью Армении пытается оказать давление и наказать Азербайджан. Как он заявил, Азербайджан фактически сейчас не с Арменией. Это односторонняя война Армении и России против мирных азербайджанцев. Действия Ельцина он оценил отрицательно, обвинив его в том, что президент России ультимативно говорит с азербайджанским народом³⁸³.

3 апреля 1992 г. был подписан протокол об установлении дипломатических отношений между Россией и Арменией. 4 апреля 1992 г. были установлены дипломатические отношения между Россией и Азербайджаном.

8 апреля азербайджанская сторона выступила с новым заявлением по поводу «проармянской» позиции России. В нём утверждалось, что «нынешние беды азербайджанского народа, навязанная ему война, геноцид, осуществляемый по тщательно разработанной концепции, погромы и разбой» свидетельствуют о невыполнении договора, подписанного при образовании СНГ. «Российская Федерация, объявившая себя правопреемницей СССР, – говорилось в заявлении, – используя доставшиеся ей в наследство от рухнувшей империи экономические, политические, финансовые, государственные структуры и военную мощь, продолжает проводить имперскую политику»³⁸⁴.

После назначения министром обороны Р. Газиева вопросы вывода российских войск стал ставиться ещё жёстче. В середине апреля был подписан протокол о разделе Каспийской флотилии, а 29 апреля 1992 г. Р. Газиевым и П. Грачёвым был подписан протокол о выводе российских войск из Азербайджана до 1 августа 1994 года.

Армения со своей стороны вопрос о выводе российских войск не ставила в принципе. Находясь в состоянии войны с Азербайджаном и имея границу с Турцией, руководство Армении понимало, что именно нахождение российских войск на территории Армении является гарантом безопасности их страны. И события мая 1992 г. и апреля 1993 г., когда именно угроза военного столкновения с Россией остановили Турцию, показали, что данные расчёты Еревана были абсолютно верными.

Следующим фактором, оказавшим негативное влияние на российско-азербайджанские отношения, стал Ташкентский договор о коллективной безопасности, который был подписан 15 мая 1992 г. Армения подписала данный договор и вошла в систему коллективной безопасности. В свою очередь Азербайджан отказался подписать данный договор.

15 мая 1992 г. в ходе вооружённого захвата власти в Азербайджане при поддержке турецких спецслужб в Азербайджане к власти пришёл тандем НФА – «Мусават». Начался самый мрачный период в современной истории азербайджано-российских отношений.

Было учреждено посольство Азербайджанской Республики в России. 19 мая 1992 года З. Рустамзаде был освобождён от должности полномочного представителя Азербайджанской Республики в городе Москве в связи с переходом на другую работу. Послом Азербайджана в России был назначен Хикмет Гаджи-заде.

Став президентом, А. Эльчибей взял курс на максимальное отдаление и минимизацию отношений с Россией, сделав ставку на максимальное сближение с Турцией. Декларируя в качестве своего стратегического союзника Турцию, а США и натовские страны как партнёров в борьбе с «империей», эльчибеевская команда заняла подчёркнуто антироссийскую и антииранскую позиции. Русофобские настроения А. Эльчибея и большей части правительства НФА исключали какую-либо реальную возможность улучшения отношений между Азербайджаном и РФ. Единственная надежда была на то, что в условиях войны правительство проявит дальновидность и не будет резко осложнять отношения с РФ. Однако в правительстве Эльчибея верх взяли идеологические и философские догмы – «необходимости быстрого и максимального отдаления от Российской империи и интенсивного сближения с Турцией».

В отношениях с Россией правительство Народного фронта во главе с Эльчибеем поддерживало минимальный уровень. В кругах националистической элиты утверждали, что Россия «эксплуатирует» Азербайджан и отношения с ней необходимо сворачивать. Однако делать это надо постепенно, чтобы «не раздражать северного соседа». Такая позиция не являлась секретом, что, разумеется, создавало дополнительные трудности. Эльчибей сознательно сокращал сотрудничество с Россией по всем направлениям: не только по политическому и военному, но и экономическому.

Требования вывода российских войск и пограничных войск ещё более усилили давление России на Азербайджан. Американский историк Тадеуш Святоховский пишет, что требования о выводе российских войск с территории Азербайджана облегчили принятие Москвой решения о согласии на участие русских наёмников и военной техники на стороне армян в превратившемся для азербайджанцев в большое зло карабахском конфликте³⁸⁵.

На фоне требований о выводе российских войск из Азербайджана 21 августа между президентами Армении и России был подписан договор о правовом статусе Вооружённых сил России на территории Армении. Тем самым Армения стала первой из постсоветских республик, которая приняла решение оставить на своей территории российские войска.

Надо сказать, что положение военнослужащих 7-й армии в Армении было не намного лучше положения военнослужащих 4-й армии в Азербайджане. Так, в июле 1992 года офицерское собрание 7-й армии приняло обращение к президенту России, положение, в котором оказались российские военнослужащие на территории Армении, было признано недопустимым. Собрание потребовало до 10 августа решить вопрос о статусе российских войск в Армении³⁸⁶. Указывалось на дискриминационную политику местных властей в решении жилищных вопросов, на моральный ущерб, наносящийся СМИ, на гибель с начала года 8 офицеров армии, на насильственный захват и шантаж с целью заставить участвовать в боевых операциях на территории Карабаха и т. п.³⁸⁷ Но, как ни странно, все эти обращения офицеров 7-й армии не оказали никакого влияния на российско-армянские отношения и фактически замалчивались.

31 августа 1992 г. Военная коллегия Верховного Суда Азербайджана приговорила к высшей мере наказания – расстрелу – лейтенанта Евгения Лукина. Согласно обстоятельствам дела, 7 сентября 1991 г. офицер БВОКУ лейтенант Е. Лукин был в наряде начальником караула. В этот день группа неизвестных на автомашине протаранила ворота КПП. По приказу Е. Лукина караул открыл огонь на поражение. Погибли три пассажира автомашины. По данному факту велось расследование, а сам лейтенант Е. Лукин был арестован. После вынесения приговора министр обороны П. Грачёв позвонил президенту А. Эльчибею и попросил его помиловать лейтенанта Е. Лукина. В ответ на просьбу министра обороны России Верховный Суд Азербайджана пересмотрел дело, и лейтенант Е. Лукин был передан российским правоохранительным органам.

6 октября в Москве были подписаны три протокола о выводе пограничных войск России с территории Азербайджана до 1 июня 1993 года. По протоколу границу между двумя странами до полного вывода воинских частей России должны были охранять военнослужащие России и Азербайджана. Но по возвращении в Баку руководство Азербайджана резко передумало и потребовало срочного вывода погранвойск до конца ноября 1992 года. В свою очередь Армения 30 сентября 1992 г. подписала Договор о статусе Погранвойск РФ и условиях их функционирования. Тем самым Россия брала на себя обязательство по охране рубежей республики с Турцией и Ираном.

Т. е. параллельно шли совершенно разные процессы в отношениях России с Арменией и Азербайджаном. Армения подписала соглашения о размещении на своей территории подразделения вооружённых сил России и пограничных войск России, а Азербайджан поставил вопрос о срочном выводе вооружённых сил и пограничных войск России из Азербайджана. Естественно, эти два обстоятельства оказали существенное влияние на позицию России в Карабахской войне. В условиях проведения Арменией пророссийской внешней политики и проведения Азербайджаном антироссийской внешней политики фактически руководство Азербайджана само сделало всё для создания прочного российско-армянского альянса.

30 сентября Баку посетил с визитом и. о. премьер-министра России Е. Гайдар, который передал Эльчибею приглашение Б. Ельцина посетить Россию. В ходе визита Е. Гайдар заявил, что «Россия, безусловно, приветствовала бы вхождение Азербайджана в СНГ».

Несмотря на то, что А. Эльчибей принял переданное ему Е. Гайдаром приглашение Б. Ельцина посетить Российскую Федерацию с официальным визитом, он не прекратил свои антироссийские высказывания. Не стесняясь в выражениях, президент осуждал любые действия России, её внутреннюю и внешнюю политику, по-прежнему обвиняя «империю» во всех неудачах и промахах собственной деятельности. Особую ненависть он демонстрировал в отношении СНГ. «Азербайджан никогда не был участником Содружества Независимых Государств, – заявил Эльчибей. – Бывший президент Аяз Муталибов поставил свою подпись, но Национальное собрание не ратифицировало этот документ. Буквально спустя три дня после создания СНГ я сказал, что существование подобного образования невозможно». Эльчибей неоднократно подчёркивал, что «по-прежнему не видит перспектив Содружества Независимых Государств», а присутствие миротворческих военных подразделений из стран СНГ в Азербайджане для урегулирования конфликта вокруг Нагорного Карабаха «не может быть осуществлено, так как Азербайджанская Республика не является членом Содружества»³⁸⁸.

12 октября, через несколько дней после того, как Милли Меджлис отказался ратифицировать подписанные ранее А. Муталибовым документы о вступлении Азербайджана в СНГ, Эльчибей прибыл с официальным визитом в Москву. Эта поездка в столицу России стала для него первой и последней. В ходе беседы с Б. Ельциным один на один и на других встречах Эльчибей ведёт себя подчёркнуто независимо, общается, как и подобает президенту иностранного государства, с российской стороной только через переводчика, чем вызывает нескрываемое раздражение. К нему внимательно присматриваются, но должного взаимопонимания не находят. В результате после первой и одновременно последней встречи с А. Эльчибеем Б. Ельцин поставил крест на дальнейших контактах с руководством Азербайджана, а подписанный 12 октября 1992 г. договор так и остался на бумаге и не был послан на ратификацию в российский парламент.

Иногда Эльчибей откровенно дразнил Ельцина, посылая М. Шаймиеву в связи с принятием Татарстаном новой конституции длинную поздравительную телеграмму, в которой говорилось о колониальном угнетении, «героическом татарском народе» и о том, что «конец XX столетия знаменуется пробуждением и возрождением тюркского мира»³⁸⁹.

При этом даже турецкое руководство указывало правительству НФА на недальновидность такого курса и необходимость улучшения отношений с РФ. В своём интервью в начале октября 1992 года посол Азербайджана в РФ и вице-премьер Х. Гаджи-заде заявил: «Когда я прибыл в Москву, я первым делом решил установить: собираются ли США и Запад поддерживать Азербайджан? Как выяснилось, они не спешат поддерживать Азербайджан. С. Демирель, когда прибыл в Россию, сказал мне, чтобы мы присоединились к договору о коллективной обороне и соглашению о создании ОВС СНГ. Он сказал, что 70 лет терпели, потерпите ещё немного. Моей задачей было найти силу, способную противостоять России. Однако, увидев, что никто не собирается вмешиваться в российскую политику на территории бывшего СССР, мы поменяли свою тактику. Сейчас наша задача – исключить поддержку Россией Армении.

Если США и Запад отдали нашу судьбу в руки России, то значит, окончание Карабахской войны также зависит от России. Это реальность»³⁹⁰. В своём интервью в марте 1993 года Х. Гаджи-заде вновь заявил, что территория бывшего СССР является зоной влияния РФ и надо учитывать эту реальность, и без учёта интересов РФ решение карабахской проблемы невозможно³⁹¹. Но даже советы руководства Турции не помогли правительству НФА отойти от своих антироссийских позиций. Сама мысль о возможности нахождения на территории Азербайджана российских войск отметалась ими сразу, как «антинациональная».

Впоследствии в своём интервью в 2020 году экс-посол Азербайджана в России Х. Гаджи-заде признал, что в отношениях с Россией были допущены очень грубые ошибки и Азербайджан должен был проводить более гибкую и дружественную политику в отношении России. Но этому препятствовал также факт того, что в азербайджанском обществе превалировали антироссийские настроения. Как пример неправильной политики в отношении России он привёл случай, когда в Каспийском море было задержано российское рыболовное судно, на просьбу Ельцина отпустить рыбаков Эльчибей ответил грубым отказом. Только после повторных личных просьб Б. Ельцина рыбаки были отпущены³⁹².

В октябре-ноябре 1992 года военно-политическая ситуация вокруг Карабахской войны претерпела существенные изменения. В её основе лежали общие подвижки в политике России. Используя грубые ошибки и просчёты азербайджанской внешней политики на российском направлении, армянским лидерам, опиравшимся также на поддержку ряда лиц в руководстве РФ, удалось сформировать у российской стороны однозначное убеждение в том, что Армения является единственным союзником и форпостом России в стратегически важном регионе Южного Кавказа, считавшемся Москвой зоной своих геополитических интересов. В результате этих событий в российской политике произошёл коренной перелом, т. к. Россия начала делать ставку и помогать исключительно Армении. Если до осени 1992 года Россия оказывала помощь и Азербайджану, и Армении, возможно, кому-то в большей, а кому-то в меньшей степени, то после октября 1992 года вектор российской политики на Южном Кавказе замкнулся на полной поддержке Армении. Тем самым был обеспечен поворот российской политики в пользу Армении, а Азербайджан более на рассматривался как дружественное государство. Армения смогла заручиться односторонней и значительной поддержкой и помощью России в Карабахской войне. Данная помощь носила военно-технический характер: помощь в обучении войск, участие советников и инструкторов в создании и подготовке армянских войск, поставки вооружения и боеприпасов. Особый характер отношений Армения – РФ фактически трансформировался в военно-политический союз, что обеспечило армянской стороне политическую и военно-техническую поддержку. Была организована ускоренная подготовка национальных военных кадров в военных вузах России; продолжено обучение специалистов на объектах Группы Российских войск в Закавказье; осуществлены крупные поставки техники, вооружения, боеприпасов, запчастей, горючего на безвозмездной основе; установлена постоянно действующая связь военных ведомств. Существенно укрепилась ПВО армянских войск в Карабахе за счёт безвозмездной передачи ЗРК «Оса» расформированного 988-го зенитно-ракетного полка ВС РФ и ЗРК «Круг»³⁹³.

Подполковник Д. Багдасарян прямо пишет, что Армения должна быть благодарна Эльчибею за его антироссийскую политику: «В результате армянские вооружённые формирования потерпели ряд сокрушительных поражений и к осени 1992 года могли потерпеть полное поражение в Карабахе и вообще в войне. Но в жизни часто бывает так, что случайные или непредвиденные обстоятельства вносят свои коррективы в ход истории. Надо прямо сказать, что нам очень повезло, когда «мудрое» азербайджанское руководство само срубило сук, на котором сидело со всем своим воинством. Приход к руководству в стране НФА и избрание его лидера, Эльчибея, президентом республики изменили политическую расстановку сил в регионе. Как ни парадоксально это звучит, спасательным кругом для армян послужило решительное требование Эльчибея к России: немедленно вывести свои войска из Азербайджана. Чаша терпения России переполнилась, она вывела свои войска, повернулась спиной к Азербайджану и взяла под свою опеку живущую без света и тепла, измождённую войной Армению. Правящая клика Армении была вынуждена отказаться от своих антирусских шалостей и принять протекторат России. Остаётся только сказать: «Спасибо большому другу армян – Эльчибею»³⁹⁴.

Также армянское руководство сумело установить тесные отношения с армейским командованием. В. Баранец пишет: «Когда полковник Владимир Уватенко, сопровождавший Грачёва во время его очередного визита в Армению, с восхищением рассказывал мне, что был потрясён количеством роз, которыми армяне устлали путь российского министра обороны от аэропорта до резиденции Петросяна, я уже понимал, почему ереванцы с такой необузданной щедростью встречали Павла Сергеевича (на одном из застолий его даже назвали «национальным героем Армении»)»³⁹⁵. Начальник Генерального штаба Вооружённых сил РФ, генерал-полковник М. Колесников, в 1984–1987 годах служил командующим 7-й армией, дислоцированной в Армении. Осенью 1992 года командующим группой российских войск в Закавказье был назначен генерал-полковник Фёдор Реут. До этого назначения – бывший командующим 7-й армией в Армении и имел очень плотные отношения с армянским руководством. В 1997 году посол Азербайджана в России Р. Ризаев прямо обвинил П. Грачёва, М. Колесникова и Ф. Реута в военной поддержке Армении в период войны.

В Азербайджане ситуация была диаметрально противоположной. Сами контакты с российскими военными рассматривались как измена Родине. Именно активное сотрудничество с российскими военными было поставлено в вину министру обороны Р. Газиеву и командиру корпуса С. Гусейнову. Если человек призывал строить нормальные отношения с Россией и использовать её потенциал в войне, его сразу объявляли «агентом ГРУ» и предателем.

Представители НФА свою антироссийскую политику объясняют непомерными требованиями, выставленными с российской стороны. По словам Октая Гасымова, бывшего помощника президента Эльчибея, на переговорах Эльчибея в Москве со стороны РФ были выдвинуты следующие условия: охрана границы Азербайджана с Турцией и Ираном должна осуществляться российскими погранвойсками; придание российским войскам в Азербайджане статуса военной базы; поддержка российской позиции по статусу Каспийского моря; преимущественное положение российских компаний в нефтяных контрактах³⁹⁶. Эльчибей на переговорах выразил своё несогласие по всем пунктам.

В 2012 году бывший посол Азербайджан в России при Эльчибее, Хикмет Гаджи-заде, достаточно подробно рассказал о том, какие требования выдвигались со стороны РФ и почему так и не удалось наладить дружеские отношения между РФ и Азербайджаном при Эльчибее: «Многим кажется, что всё дело в бессмысленном дюшманчылыге, который НФА питал к России, и если бы мы были с Россией помягче, то есть, например, не спешили бы выводить их войска, то Россия бы не поддерживала Армению в Карабахе…

Но реальность была гораздо более драматичной, чем ситуация с выводом войск РФ.

Россия выдвинула Азербайджану следующие требования:

1. Азербайджанские границы (с Турцией и Ираном) должны охраняться российскими пограничниками (они даже специальное соглашение подготовили для этого, но Эльчибей отказался его подписывать).

2. Азербайджан должен вести «согласованную с Россией» внешнюю политику (и такое соглашение было подготовлено), то есть выступать на международной арене с той позиции, которую займёт Россия.

3. Азербайджан должен отказаться от сближения с Турцией и с Западом.

4. Азербайджан не должен приглашать западные нефтяные компании для разработки нефти на Каспии.

5. (И наконец) азербайджанская нефть не должна идти через Баку-Тбилиси-Джейхан, а должна идти через российскую территорию, чтобы «кран» оставался в руках РФ.

6. В противном случае Россия будет помогать Армении и Азербайджан ждёт неминуемое поражение на Карабахском фронте.

Вот теперь все представьте, что именно вам решать этот вопрос, вы является «директором» страны. Или вы откажетесь следовать пунктам 1–5 и станете вести независимую внешнюю политику в интересах страны: начнёте сами защищать свои границы, возьмёте курс на Европу, начнёте сближение с Турцией, пригласите западные нефтяные компании, но потеряете Карабах. Или Карабах навечно останется в подвешенном состоянии (с целью вечного шантажа Азербайджана), а Азербайджан фактически потеряет независимость и снова станет провинцией России!

Как бы вы тут поступили? Я хочу обратить ваше внимание на то, что добросердечные отношения с Россией не гарантировали нам возврат Карабаха!!! Ибо русские не верят Азербайджану в далёкой исторический перспективе, и они бы даже в последнем случая не стремились бы разрешить карабахский конфликт. Аяз Муталибов был пророссийским руководителем, но разве русские вернули ему Карабах?

Особенно интересно тут поведение Гейдара Алиева. Многие из вас считают его прагматичным (в отличие от Эльчибея) политиком. И какой же курс он выбрал? Выполнил ли он пункты 1–5, которые РФ требовала и от него? Нет, он отказался их выполнять и в точности продолжил курс Эльчибея на независимость»³⁹⁷.

Чему тут верить или не верить, насколько было выгодно для Азербайджана принять эти условия или нет – это решать каждому. В высказывании Х. Гаджи-заде интересен момент, в котором он признаёт, что руководство Азербайджана осознавало, что противостояние с РФ может привести к потере Карабаха.

Фактически после осени 1992 года отношения между Азербайджаном и Россией были заморожены. Зимой 1993 года руководство Азербайджана потребовало срочно вывести из Азербайджана 104-ю ВДД, хотя она должна была быть выведена до 1 августа 1994 г. 25 мая 1993 г. последний российский солдат покинул территорию Азербайджана.

В вопросе вывода российских войск часто превалирует такой стереотип, что якобы Россия не хотела выводить свои войска и сделала это исключительно под давлением. Тут всё не совсем так. Надо понимать, что в 1992 году с развалом СССР в вопросе вывода войск сложилась новая реальность. Когда СССР соглашался вывести свои войска из Восточной Европы, там исходили из того, что большая часть этих войск будет выведена в пограничные военные округа (Прибалтийский, Белорусский, Киевский, Прикарпатский, Одесский и Закавказский), которые на тот момент располагались на территории современных Эстонии, Латвии, Литвы, Белоруссии, Украины, Грузии, Армении и Азербайджана. Например, в ЗакВО планировалось вывести две мотострелковые дивизии из Восточной Европы и авиационный полк. Вся инфраструктура под выводящиеся войска строилась на территории этих военных округов. С развалом СССР встал вопрос о том, что Западную группу войск надо было уже выводить на территорию России, к чему в России совершенно не была готова инфраструктура. Также перед Россией встал вопрос, что дополнительно к войскам, выводившимся из Восточной Европы, ей теперь надо также принимать на своей территории войска, которые предстояло выводить из постсоветских республик. Россия не была готова к выводу войск из Восточной Европы, ещё тут надо было выводить войска из новых независимых государств. Естественно, Россия совершенно не была готова принимать у себя такое количество войск, которое надо было выводить из Европы и из постсоветских республик. Поэтому Россия пыталась отсрочить вывод войск из бывших советских республик, чтобы успеть сначала вывести и разместить войска из Восточной Европы, а потом приступить к выводу войск из бывших советских республик. Сурет Гусейнов в своём интервью рассказывал, что на встрече азербайджанской делегации с министром обороны России, Павлом Грачёвым, последний сказал, что все войска будут выведены в соответствии с графиком, но попросил не торопить с этим вопросом, т. к. им негде размещать выводимые из Европы войска³⁹⁸.

В целом такое положение дел, когда Россия столкнулась с необходимостью вывода огромного количества войск на свою территорию, не имея при этом никакой готовой инфраструктуры для их размещения, когда не было возможности для централизованного снабжения и обеспечения этих войск, оказавшихся волею истории за границей, пополнения этих войск призывниками, открывало перед Азербайджаном поистине безграничные возможности: в обмен на согласие на временное пребывание этих войск на своей территории до тех пор, пока Россия не будет готова вывести их на новые места дислокации, взяв на себя вопросы снабжения и обеспечения этих войск на своей территории, можно было использовать потенциал и возможности этой группировки (4 МСД, 1 ВДД, 1 ОБрСпН) для боевой подготовки и обучения своей создаваемой национальной армии, поддержки в ходе боевых действий. Такой подход позволил бы Баку как получить дополнительные переговорные позиции в общении с Москвой, так и за счёт поддержки российских войск увеличить собственные боевые возможности. К сожалению, в руководстве Азербайджана в тот период не оказалось людей со стратегическим и дальновидным подходом, что позволило бы грамотно использовать эту оказавшуюся бесхозной огромную военную силу в пользу страны. Вместо этого возобладала линия на максимально быстрый вывод российских войск из Азербайджана, при этом не особо задумывались о последствиях.

Если после провального визита А. Эльчибея в Москву его контакты с Б. Ельциным прекратились, то с Л. Тер-Петросяном президент России встречался регулярно. Так, 10 января и 25 мая в Москве прошли переговоры Л. Тер-Петросяна и Б. Ельцина. Сами эти факты регулярных встреч между главами государств были показателем уровня отношений Армении с Россией.

Несмотря на то, что правительство Эльчибея испытывало ненависть к России, оно активно получало экономическую помощь из России. Так, в ходе визита первого вице-премьера Азербайджана Аббаса Аббасова в Россию 16–23 февраля 1993 г. было достигнуто соглашение о предоставлении Азербайджану 10-миллиардного рублёвого кредита и 30 млрд рублей наличной денежной массы. Россия также обязалась поставить Азербайджану 15 тыс. т муки, 5 тыс. т риса и 50 тыс. т пшеницы³⁹⁹.

Вместо того, чтобы сделать правильные выводы из военных неудач в начале 1993 года, Эльчибей вновь обвинил в своих поражениях Россию. В Заявлении МИД Азербайджана от 25 февраля утверждалось, что «появляется всё больше фактов, свидетельствующих об участии в боевых действиях на армянской стороне российских военнослужащих из седьмой армии, дислоцированной на территории Армении». В операциях по захвату населённых пунктов в бывшем Агдеринском районе принимали участие военнослужащие 128-го МСП 127-й МСД, расквартированной в Армении. «Трудно предположить, – подчёркивалось в Заявлении, – что участие российских войск в боевых операциях на стороне армян будет способствовать мирному урегулированию конфликта. Равнодушное же отношение российского политического и военного руководства к участившимся случаям прямого вмешательства российских военнослужащих в конфликт не соответствует духу Договора о дружбе, сотрудничестве и взаимной безопасности между Азербайджаном и Россией и, несомненно, наносит урон азербайджано-российским отношениям»⁴⁰⁰.

В то же время требования о скорейшем выводе «оккупационных войск» из Азербайджана не помешали президенту А. Эльчибею обращаться к Председателю ВС РФ Р. Хасзбулатову с просьбой о том, чтобы российские военные помогли Азербайджану. В частности, в апреле 1993 г., после захвата армянами Кельбаджарского района, А. Эльчибей в своём послании просил главу российского парламента «остановить агрессию и содействовать решению вопроса об использовании российских вертолётов и военных частей, дислоцированных на территории Азербайджана, для спасения оказавшихся в окружении кельбаджарцев»⁴⁰¹.

Захват армянскими войсками Кельбаджарского района ещё более обострил азербайджано-российские отношения. После потери Кельбаджарского района под руководством министра внутренних дел И. Гамидова перед зданием посольства России в Баку прошли митинги, в которых митингующие требовали прекратить поддержку Россией Армении. На одном из митингов И. Гамидов сделал неосторожное заявление, что он может пристрелить посла России. 6 апреля посол Азербайджана в России Х. Гаджи-заде обвинил 7-ю российскую армию в помощи Армении. В ответ МО России опровергло данные обвинения, пояснив, что 7-я армия уже давно расформирована и в Армении дислоцируется только 127-я МСД.

В середине апреля посол России в Азербайджане В. Шония дал интервью агентству «ПостФактум», где сделал ряд откровенных заявлений о ситуации в Азербайджане. В частности, им было сказано: «В последнее время в Азербайджане сложилась тяжёлая обстановка в связи с военными поражениями на военном фронте. Кроме того, власть в республике фактически сосредоточилась в руках министра внутренних дел – Искендера Гамидова. Искендер Гамидов – человек неуравновешенного характера, тщеславный, недалёкий, но весьма энергичный и целеустремлённый. Гамидов знаменит в России своими неоднократными хулиганскими выходками в отношении азербайджанских журналистов, которых он лично избивал наганом, заставлял есть газеты, а недавно устроил дебош в прямом эфире на телевидении. Тем не менее Гамидов опирается на военизированные формирования МВД и партию «Серые волки». Президент Азербайджана даже при желании не может избавиться от этого человека. Армия не может служить противовесом Гамидову, т. к. министр обороны, генерал Дадаш Рзаев, является сугубо военным командиром и не пользуется политическим авторитетом. К тому же армия на сегодня находится в кризисе, поскольку состоит из многочисленных военизированных формирований с весьма анархичной структурой, зачастую не подчиняющейся центральному руководству. К тому же в азербайджанской армии очень мало офицеров бывшей Советской армии, практически нет генералов (кроме самого Рзаева), очень слабый Генштаб, плохое вооружение личного состава и уже пришедшая в негодность техника. Поэтому чрезвычайное положение в стране, которое было введено после военных поражений, осуществляет не армия, а МВД. Одним из противовесов Гамидову на сегодня может быть руководитель азербайджанского народного фронта, госсекретарь Азербайджана – Панах Гуссейнов.

В последнее время азербайджанское руководство пытается списать свои военные поражения на фронте на Россию. Особенно в этом преуспел Искендер Гамидов, который уже неоднократно устраивал митинги антироссийской направленности и выступал с угрозами личного характера в адрес российского посла. Однако серьёзной антироссийской направленности в действиях азербайджанского руководства ожидать не приходится. Кроме того, вся антироссийская кампания проводится исключительно для «внутреннего потребления». Как заявил председатель азербайджанского парламента, «нам надо как-то объяснить поражение нашему народу»⁴⁰².

Весной 1993 года главным фактором, который окончательно разрушил и без того очень хрупкие азербайджано-российские отношения, стало дело 6 российских военнослужащих, попавших в плен в Нагорном Карабахе. 11 сентября 1992 г. около села Мерджимек Кельбаджарского района были захвачены шесть российских военнослужащих срочной службы 7-й армии, дислоцированной в Армении, – рядовые Ярослав Евстигнеев, Владислав Кудинов, Константин Тукиш, Андрей Филиппов, Михаил Лисовой и старший лейтенант Владимир Семион. Все эти военнослужащие проходили военную службу в 797-й отдельной роте специального назначения 7-й армии (в/ч № 39826), пункт дислокации – г. Ереван. 12 мая 1993 г. военная коллегия Верховного суда Азербайджана признала их виновными в том, что 15 июня 1992 г. они участвовали в боях за село Сырхавенд Мардакертского района Нагорного Карабаха и при этом убили около 30 солдат, уничтожили всего три танка и боевые машины пехоты азербайджанской армии, и приговорила Владимира Семиона к 15 годам лишения свободы, а остальных к смертной казни⁴⁰³. Патриарх Московский и всея Руси Алексий Второй и президент России Б. Ельцин неоднократно обращались к А. Эльчибею с просьбой проявить гуманность и помиловать осуждённых военнослужащих.

28 мая президент РФ Борис Ельцин направил повторное послание президенту Азербайджанской Республики с просьбой о помиловании шестерых российских граждан, осуждённых Верховным судом Азербайджана 12 мая 1993 г. В своём письме Б. Ельцин выразил надежду, что А. Эльчибей не останется безучастным к судьбе осуждённых, проявит милосердие и использует своё конституционное право на помилование. В письме говорилось, что такой гуманный акт будет по достоинству оценён в России и во всём мире. Но руководство Азербайджана ответило отказом на все эти просьбы⁴⁰⁴.

Известный казахский поэт и большой друг азербайджанского народа О. Сулейменов так описывает те события: «1 июня 1993 г. я попал в Баку. Прилетел с грузом детского питания для беженцев. В тот свой приезд я встретился с Эльчибеем у него в резиденции.

Я ему указал на некоторые ошибки, которые он, на мой взгляд, совершил. Да, он был образованным человеком, специалистом по истории литературы. Но искусство политики – это высшее из искусств, оно не терпит дилетантов, здесь ведь не судьба рукописи, а судьба народа решается. Я ему тогда сказал:

Ты сделал две крупные ошибки: во-первых, рассорился с Россией, и во-вторых, с Ираном. Они стали союзниками твоего противника, и это определило поражение в вашем противостоянии. Сейчас ты арестовал пять русских солдат, которые сражались на стороне армян в Карабахе, и ваш суд приговорил их к расстрелу. Пять человек ничего не решают. Отпусти их, помилуй, завтра об этом все русские газеты напишут. Ты восстановишь общественное мнение в России в свою пользу.

– Нет, – ответил он, – всё должно быть по закону.

Я говорю:

– Старик, это будет заблуждение с весьма печальными последствиями.

В сложные переходные периоды у кормила власти обязательно должны стоять опытные профессиональные политики. В июне 1993-го в Азербайджане всё было так запущено, что Эльчибею уже было слишком поздно исправлять свои ошибки, он бы всё равно не смог ничего сделать»⁴⁰⁵.

В июне 1993 года А. Эльчибей был вынужден убежать из Баку в своё родное село Келеки. К моменту его бегства азербайджано-российские отношения были полностью развалены, и два государства находились фактически во враждебных отношениях.

После прихода к власти Г. Алиева, в июне 1993 года начался новый период в российско-азербайджанских отношениях. 3 июля 1993 года Рамиз Ризаев был назначен послом Азербайджанской Республики в России. Х. Гаджи-заде был освобождён от занимаемой должности.

К моменту вступления Г. Алиева летом 1993 г. в должность осуществляющего полномочия президента Азербайджана в российско-азербайджанских отношениях накопилось столько проблем, что оба государства находились в стадии противостояния. Взаимные обвинения и упрёки, обмен посланиями и нотами протеста не прекращались. Неблагоприятными оказались и личные взаимоотношения Г. Алиева с бывшим в тот период президентом России – Б. Ельциным. В своей книге «Исповедь на заданную тему» Ельцин крайне жёстко отозвался о Гейдаре Алиеве. Он писал, что Горбачёв «долго не хотел решать вопрос с Г. Алиевым, когда всем уже было ясно, что держать этого погрязшего в мелких и крупных корыстных делах человека в составе Политбюро просто невозможно. «Я специально пришёл к Горбачёву с папкой документов и почти час уговаривал: «Михаил Сергеевич, стыдно сидеть вместе с ним, мы не можем так позорить Политбюро». Так он меня тогда и не послушал. Правда, в конце концов Алиева отправили на почётную персональную пенсию. Но почему надо было так долго решать эту кричащую, однозначно решаемую проблему?!» – пишет Ельцин⁴⁰⁶. Последний, конечно же, знал об этом и никогда не забывал едких высказываний Б. Ельцина в свой адрес, что впоследствии не раз отражалось на азербайджано-российских отношениях⁴⁰⁷.

Несмотря на личные обиды, Г. Алиев, которого, как руководителя государства, волновала в первую очередь судьба Азербайджана, предпринял ряд шагов по нормализации отношений с Россией. 14 июля осуществляющий полномочия президента Азербайджана направил послание президенту России с призывом «принять необходимые меры по дальнейшему развитию и углублению политических и экономических отношений, обеспечению стабильности и бесперебойности хозяйственных связей». Желая установить с Россией тесные связи, Г. Алиев надеялся, что она займёт более сбалансированную и взвешенную позицию в армяно-азербайджанской войне.

Первые месяцы Г. Алиев потратил на попытки наладить контакт с руководством РФ. Так, в беседе с В. Казимировым в августе 1993 года он сетовал, что уже два месяца выступает за то, чтобы вывести отношения с Россией на высокий уровень, но не встречает адекватной реакции, что несколько раз пытался, но так и не смог связаться по телефону с Б. Ельциным. В конце августа 1993 года в Баку прибыла делегация МИД России во главе с замминистра Б. Колоколовым, в результате была достигнута договорённость о визите Г. Алиева в Москву в начале сентября 1993 года.

C 5 по 8 сентября 1993 г. прошёл визит Г. Алиев в Москву. Говоря о задачах предстоящих в Москве переговоров, он заявил перед отлётом, что «визит связан главным образом с исправлением ошибок, допущенных прежним руководством республики во взаимоотношениях с Россией – страной, несомненно, великой, продолжающей, несмотря на переживаемые времена, играть ведущую роль в мировой политике». В ходе визита он провёл переговоры с президентом России Б. Ельциным, министром оборонs П. Грачёвым и многими другими высокопоставленными должностными лицами. После встречи в Кремле с Б. Ельциным Г. Алиев сказал: «Россия не может оставаться безучастной в отношении одного из самых жгучих вопросов Кавказского региона. Мы договорились о принципах, на которых можем сотрудничать в урегулировании этого конфликта. Конкретизация этих принципов произойдёт в ходе встреч с руководителями российских внешнеполитического и военного ведомств»⁴⁰⁸.

Как заявил 6 сентября журналистам исполняющий обязанности президента Азербайджана Гейдар Алиев после встречи в Кремле с президентом РФ Борисом Ельциным, между Азербайджаном и Россией в течение последних двух лет значительно ухудшились отношения. По его мнению, это не соответствует национальным и государственным интересам обеих стран. Г. Алиев также отметил, что главным итогом встречи лидеров двух стран стала договорённость об улучшении двусторонних отношений по всем направлениям. Кроме того, на встрече обсуждался вопрос о возвращении Азербайджана в СНГ. Г. Алиев заявил, что «в Азербайджане есть силы, которые резко возражают против возвращения республики в СНГ, но большинство считает, что Азербайджан должен вернуться в Содружество». Г. Алиев заявил, что парламент Азербайджана предоставил ему полномочия вести переговоры по этому вопросу и в зависимости от их результатов принимать решение. По его словам, азербайджанская делегация, возможно, примет участие во встрече глав государств СНГ 24 сентября⁴⁰⁹.

6 сентября после встречи с и. о. президента Азербайджана министр обороны России, генерал армии П. Грачёв, заявил журналистам, что «более плодотворное сотрудничество с Азербайджаном возможно только в том случае, если Азербайджан войдёт в СНГ». По его словам, Россия заинтересована в военном сотрудничестве с Азербайджаном, но «с прежним руководством, особенно во времена правления Эльчибея, просто не о чем было говорить». Грачёв подчеркнул, что самой большой ошибкой военного руководства Азербайджана был «фактически захват четвёртой российской армии. Но вместо того, чтобы на базе четвёртой армии создавать собственные вооружённые силы, прежнее политическое и военное руководство Азербайджана, испытывая эйфорию какой-то непонятной победы, растранжирило всю технику. Хуже того, почти вся она была направлена в Нагорный Карабах». Другой ошибкой, по мнению министра обороны РФ, было требование немедленного вывода вооружённых сил России с территории Азербайджана. По словам Грачёва, «если бы в Азербайджане остались 104-я воздушно-десантная и 60-я мотострелковая дивизии, уже само присутствие вооружённых сил России положительно повлияло бы на ту обстановку, которая сложилась в Азербайджане». По сообщению Грачёва, Россия и Азербайджан «буквально с завтрашнего дня» будут совместно работать над решением проблемы Нагорного Карабаха. Россия, в частности, постарается повлиять на Армению как на участницу договора о коллективной безопасности и государство, входящее в состав СНГ. Павел Грачёв также сообщил, что Гейдар Алиев подтвердил готовность содействовать скорейшей выдаче России шести военнослужащих, пять из которых были приговорены к смертной казни, а один – к 15 годам тюремного заключения⁴¹⁰.

Перед началом его визита решением Милли Меджлиса от 3 сентября 1993 г. 6 осуждённых российских военнослужащих были переданы российской стороне⁴¹¹. Также Г. Алиевым было принято решение о вхождении Азербайджана в СНГ и ОДКБ.

20 сентября Национальное собрание Азербайджанской Республики принимает постановление о вступлении в СНГ, а 24 сентября Г. Алиев – вновь в Кремле, где подписывает Алма-Атинскую декларацию, устав СНГ и Договор о коллективной безопасности. На следующий день, 25 сентября, состоялась встреча Г. Алиева с президентом Армении Л. Тер-Петросяном, которая прошла за закрытыми дверями в особняке российского министерства иностранных дел. Как стало известно недавно, в эти же дни в Москве прошли переговоры Г. Алиева с «главой НКР» – Р. Кочаряном.

Такими решениями Г. Алиев пытался наладить отношения с Россией и улучшить отношения между Азербайджаном и РФ. Ради справедливости надо отметить, что у Г. Алиева изначально было мало шансов кардинально улучшить отношения с РФ. К его приходу к власти азербайджано-российские отношения находились в состоянии полной разрухи, а РФ и Армению уже связывали тесные узы военно-политического партнёрства. Кроме того, у Г. Алиева с Б. Ельциным ещё со времён работы в Политбюро сложились плохие личные отношения.

Был пересмотрен нефтяной контракт, по которому российской компании «Лукойл» была выделена доля в 10 %, начались переговоры о транспортировке нефти из Азербайджана через Россию. Тем самым Алиев, скорее всего, рассчитывал заручиться поддержкой РФ в войне. Видимо, на первоначальном этапе Алиеву удалось добиться какого-то улучшения отношений с РФ. В Азербайджан прибыло около 200 российских военных советников. Так, 13 октября 1993 года в газете «Азербайджан ордусу» была опубликована фотография, на которой генерал В. Сафонов, стоя на трибуне, принимал парад выпускников военного училища в Баку. Осенью 1993 года в ряде районов Калужской, Владимирской, Тульской и Тамбовской областей военкоматами осуществлялся набор отставных российских военных в азербайджанскую армию⁴¹². Из России были также осуществлены поставки некоторого количества военной техники.

8 октября в Москве прошли переговоры президентов России, Азербайджана, Армении и Грузии. Как сообщил журналистам Левон Тер-Петросян, по итогам встречи не принято каких-либо документов. По его словам, шёл «абсолютно откровенный разговор», который в большей своей части касался Грузии. Речь шла об охране железных дорог и коммуникаций, от нарушения функционирования которых страдают государства региона. Выразил удовлетворение состоявшимися в Москве переговорами и Гейдар Алиев. По его словам, они прошли очень конструктивно и получат дальнейшее развитие. Гейдар Алиев и Левон Тер-Петросян выразили надежду на возможную личную встречу в ближайшее время в Москве.

20 ноября при попытке переехать из Газахского района Азербайджана в Ноемберянский район Армении по заранее согласованному маршруту был обстрелян кортеж специального представителя президента России по карабахскому урегулированию – Владимира Казимирова, в ходе которого ранения получили два человека. Министр иностранных дел А. Козырев огласил заявление правительства России, что Россия решительно осуждает эту беспрецедентную акцию, грубо попирающую нормы международного права, и потребовала от правительства Армении извинений. Правительство России потребовало, чтобы виновные были переданы суду, и оставило за собой право принять самые решительны меры, чтобы подобные инциденты не повторились вновь⁴¹³. В ответ правительство Армении отказалось извиняться и высказало сожаление, что Россия позволяет себе делать недружественные шаги по отношению к Армении и изъясняется столь недипломатично⁴¹⁴. Как ни странно, данный инцидент не привёл к какому-то ухудшению отношений между Арменией и Россией.

Захват армянскими войсками Горадиза и Зангелана привёл к тому, что в отношениях между Азербайджаном и РФ наступил очередной период резкого похолодания. В своём интервью «Итогам» в ноябре 1993 года Г. Алиев откровенно дал понять, что Москва не оправдала надежд, которые на неё возлагал он, предпринимая меры по сближению с Россией. Высокопоставленный азербайджанский дипломат сообщил корреспонденту «Ъ», что Россия оказывает давление на Алиева с тем, чтобы тот согласился на статус Нагорного Карабаха как государственной единицы вне Армении и вне Азербайджана, возможно, под российским протекторатом. Алиев настойчиво демонстрировал свою лояльность России. Однако Азербайджан он возглавил не навечно, и, как поведут себя его преемники, неизвестно. Армяне выглядят в глазах Москвы более надёжными союзниками. И Россия может закрепиться в регионе, опираясь не на отдельные личности, а на определённый расклад сил, сложившийся в результате удачного наступления армян на азербайджанскую территорию. Поэтому вполне возможно, что периодические наступления «сил самообороны Нагорного Карабаха» будут использованы для того, чтобы ускорить «созревание» у Гейдара Алиева согласия на то, чтобы Нагорный Карабах был вычленен из азербайджанского государства⁴¹⁵.

Фактически Г. Алиев оказался в очень трудном положении: он привёл Азербайджан в СНГ, вступил в ОДКБ, повернул страну лицом к России, искренне пытался наладить конструктивные и взаимовыгодные отношения с руководством России, внёс изменения в нефтяные контракты, но кардинально ничего не изменилось: армянская армия продолжала наступать и захватывать всё новые территории. Расчёты, что, улучшив отношения с Россией, вступив в СНГ и ОДКБ, удастся на достойных условиях прекратить войну в Карабахе, не оправдались. Пассивность руководства России осенью 1993 года в прекращении Карабахской войны, а затем новые захваты армянскими войсками азербайджанских земель значительно охладили эти надежды, что стало одной из причин переориентации Баку на сближение с Западом.

Следует признать и то, что российская сторона в рассматриваемый период не имела чёткой стратегической линии в отношении Закавказья и принимала половинчатые, зачастую непродуманные и необоснованные решения, которые способствовали ослаблению её позиций в регионе.

Несмотря на все усилия, в силу вышеуказанных объективных и субъективных причин (к моменту прихода Г. Алиева к власти азербайджано-российские отношения уже были полностью разрушены; война уже шла почти два года, и между Арменией и Россией сложился военно-политический альянс; Армения показала себя надёжным союзником Москвы, а к Азербайджану доверия уже не было; плохие личные отношения между Г. Алиевым и Б. Ельциным) руководству Азербайджана не удалось добиться перелома в отношениях с Москвой. Ошибки и просчёты, допущенные при правлении Муталибова и Эльчибея, исправить уже не представлялось возможным.

Не сумев добиться решения на российском направлении, Г. Алиев был вынужден вновь начать разворот внешней политики в сторону Турции, США и Европы. До окончания войны он совершил визиты во Францию, Турцию и Великобританию, активно пытался наладить отношения с США.

К концу 1993 года азербайджано-российские отношения, совершив очередной круг от потепления и попыток улучшения, снова пришли к серьёзному охлаждению. В таком замороженном состоянии азербайджано-российские отношения находились вплоть до окончания войны.

Отношения Азербайджана с Россией в первые годы независимости не отличались дружественным характером. В них не было вражды или ненависти, но превалировала взаимная подозрительность. В межгосударственных отношениях доминировали взаимные претензии и упрёки (зачастую крайне эмоциональные, но необоснованные). Синусоида азербайджано-российских отношений отмечена резкими скачками, вызванными как объективными причинами, так и субъективными факторами. Среди объективных причин – проблемы, связанные с армяно-азербайджанским конфликтом, созданием новой, националистически настроенной политической элиты, распадом единого хозяйственного механизма, разделом общесоюзного имущества. Среди субъективных – проармянская позиция российского руководства и открыто антироссийская линия А. Эльчибея, а также масса других «несостыковок» и «раздражителей».

Говоря о политике России в тот период, надо понимать, что в 1992–1993 годах сама Россия находилась в процессе становления и поиска себя. У нового руководства новой России ещё не определились их приоритеты в своей политике в Закавказье. Кроме того, сама Россия была страной, переживавшей тяжелейший экономический кризис, внутриполитическую борьбу президента с парламентом, вылившуюся в кровавые события октября 1993 года. Москва сама вела борьбу с сепаратизмом на своей территории. После развала СССР на руководство России в одночасье руззнул груз тяжелых проблем:

• формирование нового государства и его консолиация в противостоянии с сепаратизмом отдельных регионов;

• упорядочение отношений и, одновременно, развод с бывшими союзными республиками;

• срочный переход к рыночной экономике. Демонтаж старой плановой и построение с нуля новой экономической системы;

• определение места страны в системе международных отношений;

• вывод войск из Восточной Европы и бывших союзных респьулик, включая ядерное и ракетное оружие, обеспечение военнослужащих;

• противодействие центробежным тенденциям внутри страны;

• борьба за власть между президентом и парламентом.

И тут всё зависело от того, кто – Баку или Ереван – сможет выстроить первым правильные отношения с Москвой. У Армении тут были козыри в виде того, что в демократических силах, пришедших к власти после августа 1991 года, были проармянские позиции. Но и у Азербайджана были сильные козыри. Это хорошие отношения с армейским командованием и силовым блоком. При правильной и гибкой политике Баку мог бы выстроить ровные отношения с политическим руководством России и хорошее взаимодействие с армейскими кругами. Это позволило бы с одной стороны нивелировать влияние армянской стороны в Москве, с другой стороны использовать оставшуюся бесхозной силу бывшей СА в интересах Азербайджана. К сожалению, ни у А. Муталибова, ни у Я. Мамедова, ни у А. Эльчибея не хватило дальновидности и стратегического видения, чтобы вести правильную политику на российском направлении. Азербайджан так и не смог воспользоваться уникальным историческим шансом, чтобы окончательно решить карабахский вопрос в свою пользу.