Вооружённые силы Армении начали формироваться в конце 80-х гг. путём, совершенно не типичным для бывших советских республик. Как правило, ВС постсоветских республик создавались из дислоцированных в них частей Советской армии. Такая ситуация позволяла сохранить налаженную, эффективно действующую военную инфраструктуру, но офицерский состав новых армий состоял в этом случае в основном из военнослужащих титульной национальности, которые отзывались на Родину. Становление национальных вооружённых сил и формирование их командного состава было в таких условиях более длительным и болезненным.

В Армении же армия начала создаваться до формального распада СССР, когда просто «национализировать» Советскую армию было ещё невозможно, а военные действия в Нагорном Карабахе уже начались. Поэтому основой вооружённых сил республики стали добровольческие отряды, создаваемые под лозунгом защиты Карабаха в конце 80-х – начале 90-х гг. Данные отряды принимали активное участие в боевых действиях (нападения, засады, обстрелы) в Нагорном Карабахе и на армяно-азербайджанской границе, а также совершали нападения на воинские части СА и ВВ МВД СССР с целью завладения оружием и боеприпасами. После распада СССР начался новый этап в процессе создания армянских вооружённых сил. ВС Армении перестали быть полуофициальными и добровольческими, перед ними встали принципиально новые задачи: создание ВВС, ПВО, бронетанковых частей, организация системы призыва, подготовки военнослужащих и т. д. К бывшим республикам перешло определённое количество вооружений Советской армии. Руководство Армении предприняло значительные усилия по привлечению в национальную армию офицеров-армян со всей территории бывшего СССР. Будучи довольно массовым явлением, приток офицеров позволил решить для армянской армии проблему специалистов. В итоге Вооружённые силы Армении превратились в наиболее организованную и обеспеченную квалифицированными кадрами армию в регионе.

В 1989–1990 гг. возникло около десятка отрядов самообороны и самостоятельных военных формирований; наиболее крупное из них получило название «Армянская национальная армия» (АНА, командир – Размик Василян). Основным их занятием были нападения на склады Советской армии в поисках оружия и борьба за власть с АОД³⁴⁰. Впоследствии данное вооружение и боеприпасы перебрасывались в Нагорный Карабах. Нападения на воинские части СА и ВВ МВД СССР нередко приводили к большим жертвам.

27 мая 1990 г., около 9 часов утра, на ереванском вокзале неизвестные люди, вооружённые револьверами и автоматами (по сообщению информцентра АОД, это были члены «гражданской милиции»), попытались разоружить воинский караул. Солдаты открыли огонь. В результате перестрелки 6 армян были убиты и двое ранены, получили ранения и 10 солдат. В этот же день, 27 мая, около 300 боевиков, вооружённых автоматическим оружием, попытались захватить казарму внутренних войск, расположенную в одном из районов Еревана. В результате перестрелки погибло двое солдат и 14 «боевиков», 49 человек было ранено. Ночью первый секретарь ЦК КП Армении Владимир Мовсесян встретился с членами правления АОД и командирами отрядов самообороны. Удалось заключить договор о том, что ни солдаты, ни армянские национальные ополченцы не будут появляться на улицах в форме и при оружии. 28 мая на митинге члены правления АОД заявили, что происшедшая трагедия является провокацией Москвы и республиканских властей, пытающихся любой ценой сорвать второй тур выборов в Верховный Совет Армении, который может обеспечить сторонникам АОД большинство в новом парламенте. 29 мая в республике правительством был объявлен национальный траур. На митинге, состоявшемся в Ереване, вновь звучали обвинения в адрес Москвы за пролитую кровь. На следующий день в городе состоялись торжественные похороны погибших³⁴¹.

Сразу по приходе к власти АОД, в мае 1990 года, председатель Верховного Совета Армении Л. Тер-Петросян принял решительные меры для наведения порядка в стране. 29 августа на всей территории республики были введены чрезвычайное положение и комендантский час. К этому времени в Армении действовало несколько крупных иррегулярных полувоенных формирований (Армянская национальная армия (АНА), «Давид Сасунский» и др.), а также большое количество мелких отрядов и банд. По некоторым оценкам, в них насчитывалось около 10 тыс. вооружённых людей. Эти формирования создавались под предлогом оказания помощи Карабаху, однако на деле действовали внутри страны, преследуя как политические, так и корыстные цели. Совершались нападения на советские военные объекты с целью захвата оружия и горючего. В апреле 1990 г. в Ереване имела место попытка овладения помещениями Верховного Совета и зданием КГБ. В мае в прямых столкновениях с советскими войсками было убито более 30 человек. Нападениям подвергались и помещения АОД.

29 августа 1990 г. члены правящей партии пришли к штаб-квартире АНА для переговоров, но попали под обстрел. В результате двое (в том числе депутат Верховного Совета Армении) были убиты. После того как погибли ещё несколько «аодовцев», их соратники (АОД имело собственное боевое крыло, которое после прихода партии к власти постепенно интегрировалось в легальные силовые структуры) захватили несколько заложников из числа активистов АНА. Выступивший по радио, Л. Тер-Петросян заявил, что руководство страны больше не потерпит авантюризма вооружённых групп, угрожающих безопасности граждан и становлению армянской государственности. АНА и другие вооружённые формирования были запрещены. В ночь на 30 августа между руководством АНА и АОД состоялись переговоры. На следующий день командующий АНА Размик Василян и его заместитель выступили по ТВ с обращением к своим соратникам. Они заявили, что подразделения АНА распускаются, а имеющееся оружие будет сдано властям. Желающим была предоставлена возможность перейти в состав воинских подразделений, подчинённых новому руководству Армянской ССР.

Решительность нового руководства страны и его поддержка населением позволили осуществить эту операцию без крупных столкновений. В результате Армения, единственная из трёх стран Закавказья, избежала серьёзных вооружённых междоусобиц, которые в соседних Грузии и Азербайджане временами, по существу, разрастались до размеров гражданской войны.

В самом Нагорном Карабахе действовали так называемые «местные отряды самообороны». В НКАО продолжалось проникновение вооружённых групп из Армении, оттуда же перебрасывались вооружение и боеприпасы. Боевики прибывали из Армянской ССР в НКАО, маскируясь под участников «строительных отрядов», «научно-исторических экспедиций» и т. п., и попадали под заботливое окружение и поддержку местного армянского населения. По словам Р. Кочаряна, для переброски вооружения из Армении использовались вертолёты, что, как нетрудно догадаться, не могло произойти без ведома властей Армянской ССР. Садились они чаще всего в лесу чуть выше села Колатак, реже – у сёл Ванк и Атерк³⁴². Армянские вооружённые формирования создавали свои опорные пункты в армянских населённых пунктах, горно-лесистой местности.

Таким образом, в 1990 г. в НКАО появились армянские вооружённые формирования, которые осуществляли диверсионно-террористические акты против военнослужащих ВВ МВД СССР и СА, государственных и партийных работников Азербайджана. При этом деятельность этих формирований поддерживалась не только местным армянским населением в НКАО и руководством армянской общины НКАО, но и официальным Ереваном. На вооружении этих отрядов было как оружие, похищенное или купленное со складов СА, так и оружие, числившееся на учёте в МВД Армянской ССР. На территории НКАО создавались схроны с оружием и боеприпасами. Основными путями переправки людей и вооружения в НКАО из Армянской ССР были:

• наземное транспортное сообщение между НКАО и Армянской ССР через Лачинский район;

• воздушное сообщение между НКАО и Армянской ССР через аэропорт Ходжалы;

• несанкционированные перевозки людей и вооружений из Армянской ССР в НКАО с использованием вертолётов.

В докладе правозащитного центра «Мемориал» сообщалось: «Вооружённые группы с территории Армении проникали в места компактного проживания армянского населения на территории Азербайджана (НКАО и прилегающие к ней районы). Формирование незаконных вооружённых группировок в Армении до начала работы нового состава 1990 года Верховного Совета проходило почти открыто»³⁴³.

Вооружённые формирования армян, оснащённые стрелковым оружием, гранатомётами и миномётами, представляли серьёзную угрозу. Организуя засады, они атаковали проезжавшие колонны, совершали нападения на заставы ВВ и СА, обстреливали азербайджанские населённые пункты. К концу 1990 года армянские вооружённые формирования набрались такой силы, что уже начали вступать в открытые боестолкновения с частями и подразделениями ВВ и СА, устраивали засады, в ходе которых гибли военнослужащие. В ходе операции «Кольцо» весной 1991 года ВВ МВД СССР и СА столкнулись с уже хорошо подготовленными и оснащёнными армянскими вооружёнными формированиями, которые оказывали упорное сопротивление и имели на вооружении даже ПЗРК.

Тут надо отметить, что изначально армянские отряды в Нагорном Карабахе имели своё достаточно автономное управление. Но между армянскими вооружёнными формированиями в Армении и Нагорном Карабахе существовала тесная координация и взаимодействие.

16 августа 1990 г. на сессии Верховного Совета Армении была постоянная комиссия по вопросам обороны и внутренним делам. Председателем избран Вазген Саркисян. 21 августа постановлением Совета министров Армении были созданы специальные воинские подразделения при МВД республики.

Общее руководство армянскими отрядами в Армении осуществлял Вазген Саркисян, который был командиром добровольческих отрядов «Еркрапа», а также председателем постоянной комиссии Верховного Совета Армении по вопросам обороны и внутренних дел. Осенью 1990 года был создан Комитет обороны при правительстве Армении, который стал прообразом будущего министерства обороны. Структура Комитета обороны была выстроена по образцу структуры МО, а многие должности занимали офицеры запаса, имевшие значительный послужной список. Так, начальником Главного штаба Комитета обороны был назначен генерал-майор Гурген Далибалтян³⁴⁴, начальником отдела вневойсковой подготовки был назначен полковник Аркадий Тер-Тадевосян³⁴⁵, начальником разведывательного отдела был назначен полковник Иван Гукасов³⁴⁶.

5 октября 1990 года была сформирована первая армянская воинская часть. Называлась она Особый полк МВД Армении (можно перевести и как Специальный полк).

Ещё со второй половины 1989 года на базе Ереванского химико-технологического техникума (располагавшего отличной материально-технической базой начальной военной подготовки: тиры, спортзалы, устройства программированного обучения, учебное и мелкокалиберное оружие, боеприпасы и т. д.) начали проходить обучение различные отряды добровольцев, изначально их было около 400. В техникуме проводились теоретические занятия, а полевые учения велись у села Зар Абовянского района, на склонах Гегамского горного хребта.

Часть прошедших обучение, а именно отряд АОД Агасси Аршакяна (который был лишь организатором, а реальными командирами подразделений были Дживан Абрамян и Сурен Карапетян, имевшие опыт Афганской войны) и отряд «Конд» Вачагана Чибухчяна, стала основой для Особого полка.

Максимальная численность полка составила 2350 человек, входивших в состав 27 рот, из которых 8 рот входили в 3 батальона, а остальные 19 были отдельными и в основном формировались по территориальному принципу. Позже, уже в 1992–1994 гг., на базе некоторых рот Особого полка стали формироваться иные подразделения и части – батальоны, а кое-где и полки.

Структура Особого полка была следующей:

• Командир – Саркис (Сергей) Аракелян, начальник штаба – Рафаель (Феликс) Гзогян, заместитель командира полка по тылу – Вачаган Чибухчян, заместитель командира полка – Сеник Погосян (выполнял роль комиссара), заместитель командира полка – К. Костанян.

• 1-й батальон (командир – Самвел Егиазарян) состоял из 1-й роты (командир – Дживан Абрамян), 2-й роты (командир – Гурген Мелконян) и 3-й роты (командир – Жирайр Варданян).

• 2-й батальон (командир – Мурад Киракосян) состоял из 4-й роты (командир – Юрий Гарибян), 5-й роты (командир – Барсег Каграманян) и 6-й роты (командир – Джоник Саакян).

• Десантный батальон (командир – Альфред Папян) состоял из 10-й (разведывательной) роты (командир – Сурен Карапетян) и 11-й роты (командир – Вагинак Саргсян).

Помимо рот, входящих в указанные 3 батальона, были ещё роты:

• 7-я рота (ком. – Ваган Папоян),

• 8-я рота (ком. – Самвел Папоян),

• 9-я рота (ком. – Оганес Арутюнян),

• Араратская рота (ком. – Тигран Геворкян),

• Алавердийская рота (ком. – Гамлет Оганесян),

• Горисская рота (ком. – Мушег Хоюнц),

• Ехегнадзорская рота (ком. – Овик Оганян),

• Иджеванская рота (ком. – Артур Овакимян),

• Капанская рота (ком. – Рафаел Асрян),

• Красносельская рота (ком. – Армен Ганадян),

• Кироваканская рота (ком. – Арарат Тунян),

• Разданская рота (ком. – Вячеслав Жамгарян),

• Мегринская рота (ком. – Лендруш Тоноян),

• Ноемберянская рота (ком. – Гарегин Шароян),

• Шамшадинская рота (ком. – Грачик Атоян),

• Джермукская рота (ком. – Рустам Агаджанян),

• Сисианская рота (ком. – Камо Восканян),

• Вайкская рота (ком. – Жора Маркарян),

• Варденисская рота (ком. – Николай Кочарян),

• Арцвашенский взвод (ком. – Серёжа Аракелян),

• Апаранский взвод (ком. – Нагапет Тоноян).

Первыми боями для Особого полка стали столкновения у села Арцвашен (Башкенд) в октябре 1990 года, тогда погибло 2 бойца.

Первым командиром полка с сентября 1990 по август 1991 г. был Сергей Аракелян. С августа 1991 по январь 1992 г. был Ашот Петросян. С января 1992 по июнь 1992 г. командиром был Владимир Карапетян, он погиб в Мардакертском районе. После этого командиром стал Гурген Мелконян.

В январе 1992 года в связи с созданием МО Армении Особый полк был передан в распоряжение МО Армении и переименован в 4-й мотострелковый особый полк. Впоследствии данное подразделение принимало активное участие в боевых действиях в Нагорном Карабахе.

В самом Нагорном Карабахе основную роль в военных вопросах стала играть АРФД («Дашнакцутюн»). Так, в 1990 году в Нагорном Карабахе был создан конспиративно действовавший Координационный совет. Этот совет был учреждён в результате совместного решения членов руководящего органа местной партийной организации АРФД и сторонников руководства Армении в Степанакерте. Членами совета являлись Роберт Кочарян, Серж Саркисян, Жанна Галстян, Георгий Петросян, Валерий Балаян. Последние трое были членами правления местного комитета АРФД. Наличие Координационного совета позволило объединить усилия обеих ветвей движения, а также упростить связи как с руководством Армении, так и с действующей структурой исполнительной власти в НКАО. Любые разногласия исключались. Произошла и некоторая «территориальная» дифференциация. Второе обстоятельство связано исключительно со спецификой действий АРФД в вопросах организации системы безопасности. Дело в том, что, исходя из требований безопасности, организация вооружённых отрядов происходила преимущественно по трём раздельным направлениям:

• Зона Северного Карабаха (Шаумяновский и Ханларский районы Азербайджана);

• НКАО в целом;

• группа армянских сёл в анклаве в Шушинском районе³⁴⁷.

В организационном плане все три зоны по отдельности выходили на представителей АРФД в Ереване и снабжались отдельно.

Надо отметить, что, несмотря на введение в НКАО режима чрезвычайного положения, на всём протяжении срока действия режима в Нагорный Карабах беспрепятственно поступали оружие и боеприпасы воздушным путём.

Первым значительным военным актом на территории НКАО с применением автоматического оружия стал конфликт ВВ МВД СССР с вооружённым отрядом в ущелье реки Тертер, в трёх километрах западнее села Гетаван Агдеринского района, 11 июля 1990 года. Масштабный бой охраны автоколонны с наступавшим отрядом выявил серьёзность угрозы нараставшего военного противостояния в Нагорном Карабахе. В течение всего 1990 и первой половины 1991 года армянские вооружённые формирования продолжали активно действовать в НКАО. Только после начала операции «Кольцо» по армянским вооружённым формированиям в НКАО был наконец-то нанесён существенный урон.

Летом 1991 года в деятельности армянских вооружённых формирований наступил новый период. Данный период характерен тем, что впервые в поддержку отрядов в Нагорном Карабахе открыто выступили отряды из Армении. Так, при помощи вертолётов в бывший Шаумяновский район были переброшены подразделения Особого полка МВД Армении. Руководство Армении также проявило заметное беспокойство. Для контроля над ситуацией в Нагорном Карабахе и за деятельностью отрядов в начале июля в Ереване был организован Оперативный штаб по Нагорному Карабаху под руководством советника президента – Ашота Манучаряна. Параллельно с деятельностью Оперативного штаба самостоятельную деятельность развернул Комитет обороны под руководством Ваана Ширханяна. Комитет занялся вопросами координации деятельности отрядов. Деятельность комитета курировал Вазген Саркисян (в статусе председателя постоянной комиссии по обороне Верховного Совета Армении). В НКАО деятельность армянских вооружённых формирований начал координировать Комитет обороны под руководством Сержа Саркисяна.

В конце июля 1991 г. в НКАО был направлен Аркадий Тер-Татевосян как представитель Вазгена Саркисяна. Перед ним была поставлена задача объединить и возглавить разрозненные отряды боевиков. А. Тер-Татевосян прибыл в село Атерк Мардакертского района, где находились отряды Манвела Григоряна, Сасуна Микаеляна, Сурика Саркисяна, Грачика Шахвердяна, Батикяна и Садояна. В начале июля в Шаумяновский район Азербайджана прибыли группы из состава Особого полка МВД Армении: армянские отряды готовились дать вооружённый отпор подразделениям ВВ МВД СССР.

В Карабахе он должен был подчиняться Комитету обороны, возглавляемому Сержем Саркисяном. Перед ним были поставлены две основные задачи:

• принять командование над всеми армянскими отрядами в Карабахе, поддерживавшимися руководством партии Армянское общенациональное движение (АОД) и Комитетом обороны Карабаха;

• попытаться объединить под единым командованием все действующие в Арцахе отряды самообороны, созданные различными политическими партиями, организациями, и наладить координацию боевых действий, проводимых отрядами самообороны³⁴⁸.

Главная проблема для армянских отрядов в Карабахе – отсутствие целостной системы обороны с единым командованием и управлением, что являлось следствием политических проблем. Ведущей политической силой в Арцахе была партия «Дашнакцутюн» (АРФД), которая находилась в жёстком противоборстве с АОД и её сторонниками в Карабахе. Отряды, контролируемые двумя противоборствующими политическими силами, получали из Армении оружие и боеприпасы по отдельным каналам, не доверяли друг другу и не координировали свои боевые действия.

Летом 1991 года в Карабахе действовали следующие отряды, как местные, так и прибывшие из Армении³⁴⁹:

• Отряды, контролируемые партией «Дашнакцутюн». Они составляли большинство армянских отрядов и получали оружие, боеприпасы и другие виды обеспечения по партийным каналам. Самым крупным и хорошо подготовленным отрядом являлся отряд Ашота Гуляна (Бекора).

• Отряды, поддерживаемые АОД. Они получали необходимые средства из РА через созданный в июле 1991 г. в Ханкенди Комитет обороны во главе с Сержем Саркисяном.

• Отряды, не контролируемые ни одной из двух основных политических сил и действующиe автономно. К таким можно отнести отряд «Освободительная армия» Леонида Азгалдяна.

После приезда в Карабах А. Тер-Тадевосян начал упорядочивать деятельность армянских отрядов в Карабахе:

• Проводилось ускоренное обучение военному делу. Занятия проводились преимущественно кадровыми офицерами, входившими в состав отрядов. Особенно ценным был опыт офицеров, прошедших Афганскую войну.

• Подготовка войсковых разведчиков. Уже в августе процесс подготовки разведчиков возглавил прибывший из Армении майор Ашот Хачатрян, что сразу же сказалось на качестве их подготовки.

• Пропагандистская и идеологическая работа, целью которой было объединение отрядов на основе общей задачи, и морально-психологическая подготовка личного состава.

• Обеспечение оружием и боеприпасами.

• Связь, появление у армянских отрядов зарубежных, более эффективных, радиостанций позволило улучшить качество связи и, соответственно, повысило эффективность управления боевыми действиями.

• Инженерное обеспечение.

• Обеспечение продовольствием.

• Медицинское обеспечение, за которое отвечал Валерий Марутян. Как отмечает А. Тер-Тадевосян, «благодаря блестящему медицинскому обеспечению, организованному Валерием Марутяном, большинство раненых бойцов, боевой опыт которых был просто неоценим, возвращались в строй»³⁵⁰.

Подготовка операций.

Благодаря предпринятым мерам, А. Тер-Тадевосяну удалось к осени 1991 г. создать единое командование всеми армянскими вооружёнными формированиями в Нагорном Карабахе.

Огромную роль в развитии Карабахской войны сыграли августовские события в Москве, которые привели к началу развала СССР. 30 августа 1991 г. Азербайджан объявил о восстановлении своей государственной независимости. 2 сентября армянская община НКАО провозгласила Нагорно-Карабахскую Республику. Начало распада СССР и коммунистического режима парализовало режим чрезвычайного положения в НКАО. Хотя ВВ МВД СССР продолжали оставаться в Нагорном Карабахе, деятельность их коренным образом изменилась. Арест многих высокопоставленных чинов бывшего СССР, кто курировал операцию «Кольцо», подорвал работу по разоружению незаконных вооружённых формирований. После провозглашения Азербайджаном независимости и начала противостояния между Москвой и Баку части и подразделения СА и ВВ МВД СССР начали самоотстраняться от процессов, идущих в НКАО. Подразделения СА и ВВ МВД СССР выбрали принцип невмешательства в военные действия сторон конфликта. В этих условиях сложилась ситуация военного и организационного преимущества армянских вооружённых формирований.

Воспользовавшись этим моментом, армянские отряды начали проводить операции по захвату азербайджанских населённых пунктов внутри НКАО. ОМОН и милицейские подразделения МВД, а также местные отряды самообороны не могли оказать им сопротивления ввиду как слабой боевой выучки, так и плохого оснащения вооружением и боеприпасами. Так 14–17 сентября армянские отряды вновь заняли сёла Манашид, Бузлух и Эркеч бывшего Шаумяновского района, выбив оттуда подразделения ОМОН МВД Азербайджана.

До открытия Лачинского коридора 18 мая 1992 г. армянские вооружённые формирования в Нагорном Карабахе находились в полной блокаде, и все необходимые грузы доставлялись вертолётами из Армении, а после захвата аэропорта Ходжалы также самолётами. Армянскому командованию удалось наладить стабильную переправку в Карабах всех необходимых грузов: оружия, боеприпасов, медикаментов, продовольствия, горючего и др.

Наиболее крупные партии оружия и боеприпасов армянским отрядам удалось захватить при разоружении в декабре 1991 г. 81-го оперативного полка ВВ МВД СССР (967 единиц огнестрельного оружия, 10 единиц бронетехники и несколько грузовиков).³⁵¹ Также в руки армянских вооружённых формирований полностью перешло вооружение 42-го Гадрутского пограничного отряда и 622-го отдельного батальона химической защиты, расположенного в Ханкенди. В феврале-марте 1992 г. в руки армянских отрядов перешла почти вся материальная часть 366-го мотострелкового полка: 13 танков Т-72, 118 БМП (41 БМП-2, 72 БМП-1, 5 БРМ-1К), 2 БТР, 12 гаубиц Д-30, 4 ПМ-38, 2 БМП-1КШ, 1 Р-145БМ, 1 МТП, 6 БРЭМ-2, 1 МТУ-20, а также 15 МТ-ЛБТ)³⁵². Также надо отметить, что осенью 1991 и зимой 1991–1992 гг. 366-й МСП принимал активное участие в боевых действиях на стороне армянских вооружённых формирований. Правда, про это армянские источники очень не любят говорить, несмотря на наличие неопровержимых фактов.

16 декабря 1991 г. начальником созданного незадолго до этого штаба Сил самообороны был назначен полковник Георгий Петросян. В составе штаба были созданы разведывательный отдел, служба связи, инженерная служба, топографический отдел и др. Перед штабом была поставлена задача составления плана обороны Карабаха. В декабре 1991 г. в Ханкенди был создан учебный центр для обучения основным военным навыкам гражданских лиц, желавших вступить в состав Сил самообороны. Обучение вели в основном кадровые офицеры. Курс обучения составлял 30 дней.

В конце 1991 года армянские отряды в Нагорном Карабахе были сведены в первые 10 рот:

• 1-я рота, командир – Ашот Гулян. Осенью 1992 г. на базе в том числе и 1-й роты был сформирован 1-й мотострелковый батальон ЦОР (Центрального оборонительного района).

• 2-я рота была сформирована в ноябре 1991 г. на базе отряда Самвела Бабаяна (на тот момент находящегося под арестом в Баку)³⁵³. Командир роты – Карен Бабаян (брат Самвела Бабаяна), позже командир – Грант Цатрян. Осенью 1992 г. на базе роты был сформирован 71-й отдельный мотострелковый батальон.

• 3-я рота, командир роты – Гагик Саргсян. Позже – Ашот Хачатрян, затем – Армен Закарян. В 1993 году рота была соединена с комендантской ротой Г. Алоханяна.

• 4-я рота, командир роты – Б. Акопян. Позже – Гагик Саргсян, затем – Юра Погосян и Самвел Карапетян. Осенью 1992 г. на базе в том числе и 4-й роты был сформирован 2-й мотострелковый батальон ЦОР (Центрального оборонительного района).

• 5-я рота, командиры роты – Давид Арушанян. Затем – М. Галстян. В сентябре 1992 г. была преобразована в 9-ю роту ЦОР (Центрального оборонительного района).

• 6-я рота, командир – Мартик Гаспарян. Далее – Карен Нерсисян и Сергей Товмасян. В сентябре 1992 г. на базе в том числе и 6-й роты был сформирован 3-й мотострелковый батальон ЦОР.

• 7-я рота, командир – Аркадий Саргсян. В сентябре 1992 г. на базе в том числе и 7-й роты был сформирован 3-й мотострелковый батальон ЦОР.

• 8-я рота, командир – Мартик Гаспарян. В сентябре 1992 г. на базе 8-й роты был сформирован 53-й стрелковый батальон Шушинского оборонительного района.

• 9-я рота, командир – Юрий Ишханян.

• 10-я рота, командир – Вадо Афян.

Позднее, в январе 1992 года, в Ханкенди было создано 3 специализированных отряда:

1. Специальный разведывательный отряд (занимался радиоперехватом).

2. Отдельный разведывательный отряд (осуществлял вылазки в расположение азербайджанских войск, для выявления важных объектов и добычи языков).

3. Диверсионно-разведывательный отряд (осуществлял диверсии и устанавливал мины в тылу врага).

На прошедших 30 декабря 1991 года выборах в Верховный Совет НКР, в которых участвовала только армянская община, представители АРФД получили почти половину из 64 депутатских мест.

На состоявшейся 4–7 января 1992 года первой сессии новоизбранного Верховного Совета председателем был избран кандидат от АРФД – Артур Мкртчян. С этого момента началось жёсткое противостояние между АРФД и властями Армении. В Нагорном Карабахе власти Армении поддерживали Комитет обороны, который начал выступать противовесом Верховному Совету, в котором большинство было в руках у АРФД.

Указом председателя ВС НКР А. Мкртчяна и с одобрения руководства Армении главнокомандующим объединёнными отрядами самообороны Нагорного Карабаха был назначен полковник Аркадий Тер-Тадевосян. Назначение Аркадия Тер-Тадевосяна стимулировало процесс формирования единого командования армянскими войсками в Нагорном Карабахе с главным штабом в г. Ханкенди.

Официально ВС Армении были образованы Указом президента республики от 28 января 1992 г. Министерство обороны Армении было создано на базе уже функционировавшего Комитета обороны. Первым министром обороны был назначен Вазген Саркисян, начальником Генерального штаба – генерал Гурген Далибалтян, первым заместителем министра обороны – генерал Артуш Арутюнян³⁵⁴,начальником оперативного управления был назначен генерал Мкртич Абрамян³⁵⁵, начальником разведывательного управления – полковник Иван Гукасов. Фактически ВС Армении начали создаваться задолго до этого указа, этим указом был лишь формализован уже ранее начавшийся процесс формирования национальной армии. При этом руководство Армении не стало сразу ставить условие о выводе частей и подразделений бывшей СА со своей территории, а предпочло активно сотрудничать с дислоцированными на территории Армении подразделениями 7-й армии, используя для создания национальной армии уже налаженную и эффективно действующую военную инфраструктуру.

Весной 1992 года первым заместителем министра обороны Армении был назначен генерал-лейтенант Грач Андреасян³⁵⁶. Он сыграл ключевую роль в ходе некоторых важных военных операций во время войны: бои в Лачинском районе осенью 1992 года, контрнаступление в Кельбаджарском районе зимой 1994 года.

В феврале 1992 г. началось формирование первого полка армянских Сил самообороны Карабаха под командованием майора Сейрана Оганяна (ранее служил командиром 2-го МСБ 366-го МСП). В составе полка были созданы артиллерийский дивизион, разведывательная рота и другие подразделения и службы. Основой формирования полка послужила материальная часть бывшего 366-го МСП и оставшиеся служить в Нагорном Карабахе военнослужащие 366-го МСП армянской национальности.

Кроме создания полка, дислоцированного в Ханкенди, проводилась работа по сведению добровольческих отрядов, действовавших в Нагорном Карабахе, в боевые группы под единым командованием, подчинённым Комитету обороны. Помимо уже действовавшей в Шаумяновском районе группы под командованием Шагена Мегряна, были сформированы Мардакертская (командир – Вагиф Галстян), Аскеранская (командир – Виталий Баласанян), Мартунинская (командир – Монте Мелконян) и Гадрутская (командир – Манвел Григорян).

Одним из решающих инструментов для достижения победы армянское командование избрало высокую манёвренность своих войск. По его мнению, небольшая, но высокомобильная, хорошо обученная и оснащённая армия могла быстро разгромить гораздо более многочисленного, но инертного и неповоротливого противника. Так пояснил один из высокопоставленных армянских командиров тактику армянских войск: «Спасение слабого больше, чем когда бы то ни было, заключается не в жёсткой обороне, а в мобильной атаке». Армяне постарались компенсировать недостаточную численность своей армии качеством подготовки её личного состава. При этом нижестоящие командиры обладали максимальной самостоятельностью. Командир получал от вышестоящего начальника задачу только в самом общем виде и должен был сам найти и осуществить её наилучшее решение. Это помогало вырабатывать в людях инициативу, самостоятельность и стремление брать на себя ответственность как в принятии решений, так и в их реализации. Воспитанные в таком духе командиры в большинстве случаев побеждали бездумных исполнителей чужих указаний.

Главной целью армянских войск в Нагорном Карабахе стала защита внешнего периметра Нагорного Карабаха и военные операции с целью захвата всех азербайджанских населённых пунктов внутри Нагорного Карабаха. Решив к середине марта 1992 года эту задачу, армянские войска начали готовиться к решающей операции по захвату Шуши и Лачинского района с целью установления сухопутного коридора между Арменией и Нагорным Карабахом. Как считает А. Тер-Тадевосян, этому способствовало также то, что оперативные и тактические замыслы и действия азербайджанского командования были прямолинейными, и оно не прибегало к непрямым действиям и военной хитрости.

14 апреля у себя дома председатель ВС НКР А. Мкртчян скончался в результате выстрела в висок из пистолета. Официальной версией следствия было «неосторожное обращение с оружием». В первый же день после смерти А. Мкртчяна на заседании Президиума ВС НКР и. о. председателя был избран первый заместитель А. Мкртчяна – Георгий Петросян. Руководство Сил самообороны выразило свою приверженность избранным властям НКР.

23 апреля Президиум ВС НКР принял решение о создании Совета обороны НКР под руководством председателя Верховного Совета.

На специальном совместном собрании высшего офицерского состава и членов президиума Верховного Совета 15 мая было принято совместное коммюнике Президиума ВС НКР и Командного состава Сил самообороны, в котором Силы самообороны признавали юрисдикцию ВС НКР и выражали поддержку ему и его председателю.

Захват Шуши и Лачина позволил установить сухопутный коридор между Арменией и Нагорным Карабахом. Тем самым значительно улучшилось снабжение армянских войск в Карабахе, возможность перебрасывать подкрепления и военную технику.

После череды болезненных поражений летом 1992 года произошла реорганизация военной структуры и военного командования ВС Армении и армянских войск в Карабахе. Начальником Генерального штаба ВС Армении был назначен генерал-лейтенант Норат Тер-Григорьянц³⁵⁷, его первым заместителем и начальником оперативного управления был назначен генерал-лейтенант Микаел Арутюнян³⁵⁸. Вот как описывает состояние дел в армянской армии Н. Тер-Григорьянц: «В 1992 году я получил приглашение от президента Армении Левона Тер-Петросяна и Вазгена Саркисяна прибыть в Армению для оказания помощи в создании вооружённых сил. Доложил Грачёву, который был тогда министром обороны. В Афганистане он находился у меня в подчинении, поэтому мы очень дружны: он очень порядочный человек и воевал хорошо. Я объяснил ситуацию, и он сказал: «Благословляю, Норат Григорьевич, вперёд». Уволившись, я прилетел в Армению в июле-августе 1992 года. Общая обстановка была тяжёлой. В Карабахе шли бои, азербайджанским вооружённым силам оказывала сопротивление становящаяся на ноги «Армия обороны НКР», которая состояла из добровольческих отрядов, созданных по разным направлениям, и фидаинов из Республики Армении. В Карабахе как раз тогда находился Аркадий Тер-Тадевосян. После освобождения Шуши, открытия Лачинского коридора началась тяжёлая полоса неудач и поражений. Мы уже потеряли большую часть Мардакертского района, сам Степанакерт оказался под угрозой. Кроме того, бои шли не только в Карабахе. Азербайджан осуществлял бомбовые и артиллерийские удары, удары реактивными системами залпового огня по всему периметру северной и восточной границ Республики Армении – от Ноемберяна на севере до Мегри на юге. В этих условиях я попросил дать мне возможность проехать по районам боевых действий, изучить обстановку и затем доложить своё мнение. Мне отвели 15 дней, и в назначенный срок на Совете Безопасности я представил концепцию строительства Вооружённых сил Армении. Кроме этого, необходимо было принять решение по 127-й российской дивизии, которая оставалась в Гюмри, но готовилась к выходу. Я предложил сохранить дивизию и создать на её основе военную базу. Нельзя было оставаться один на один с Турцией. Россия согласилась, так как это было также и в российских интересах: сохранить своё военное присутствие в Армении. Я говорил президенту Тер-Петросяну: «Если в Армении останется всего три российских солдата, для Турции это будет сигналом, что здесь стоит Россия». Когда Совет Безопасности утвердил концепцию, мы приступили к созданию Вооружённых сил Армении, опираясь на фидаинские отряды и Армию обороны Карабаха. Началась мобилизация, надо было готовить новобранцев, чтобы неподготовленные, необстрелянные солдаты и сержанты не попадали сразу в мясорубку войны. Для этого предстояло срочно создать систему боевой подготовки, развернуть учебные центры, полигоны для подготовки личного состава. Такая система – основа любой армии, и мы её создавали в военное время. Постепенно были созданы не только мотострелковые и артиллерийские части, но и инженерные войска и войска связи, части радиоэлектронной борьбы. Разворачивались подразделения радиотехнической разведки: роты, батальоны, полк, которые начали прослушивать противника. Это оказывало большую помощь при оценке обстановки и принятии решений. Одним словом, была проведена огромная работа и развёрнуты все необходимые рода войск: сухопутные войска, войска ПВО, ВВС и так далее. Была создана система боевого, тылового и всех прочих видов обеспечения. Через определённое время в такой сложной военно-политической обстановке мы получили полноценные военные группировки, способные выполнять поставленные боевые задачи. Работа началась в 1992 году и продлилась год и несколько месяцев. Одновременно была создана оборонительная система на нахичеванской границе, чтобы сделать невозможным удар с данного направления, избежать войны на два фронта и обезопасить столицу – Ереван. Для этого надо было создать противотанковые резервы и хорошую систему огня. Данное направление удалось надёжно закрыть, были созданы условия для перехода в контрнаступление. Одновременно мы занимались совершенствованием структуры карабахских сил обороны. Офицерский состав нашей армии формировался из офицеров военных кафедр вузов Армении, офицеров запаса, а также офицеров-армян, приглашённых из России. Мы не националисты, но других, предлагавших свои услуги, не приглашали. Это был принципиальный для меня момент»³⁵⁹.

При активном участии генерала Тер-Григорьянца была сформирована небольшая, но сбалансированная и боеспособная армия. Действия армянских войск в Карабахе стали осмысленны: истощив осенью 1992 года азербайджанские силы в оборонительных боях, армяне перешли в феврале 1993-го в наступление, и к августу основные группировки азербайджанской армии были разбиты³⁶⁰. Генерал Тер-Григорьянц предложил систему военного строительства на долгий срок, систему постепенного усиления армии вне зависимости от конкретного хода боевых действий. Примерно шесть месяцев «силы самообороны НКР» отбивались в Карабахе, а в Армении готовили войска, лишь время от времени выдвигая батальоны в зону боевых действий для купирования кризисных ситуаций. К началу 1993 года Армения имела силы, эквивалентные двум полноценным дивизиям³⁶¹.

Сам Н. Тер-Григорьянц так вспоминает работу по подготовке резервов: «Прикрыв фронт добровольцами, мобилизационными резервами, мы создавали армию, постепенно вводя в её структуру связистов, артиллерию, ракетно-зенитные комплексы, танковые части. К 1993 году у нас уже было около 35–40 тысяч бойцов. Все прошли подготовку в Октемберянском учебном центре, и я никогда не разрешал, чтобы солдат, как пушечное мясо, через два-три месяца обучения отправляли на фронт. Я был также председателем комиссии по созданию российской военной базы на территории Армении. База была нужна: присутствие России остановило вмешательство в конфликт Турции. Так мы создали – это уже не секрет – 60-тысячную армию и с её помощью (совместно с карабахцами) отразили агрессию противника, освободили Карабах. И надо отдать должное президенту Армении. Он создавал все условия в период нашей работы по строительству регулярной армии на научной основе»³⁶².

Иную стратегию избрало азербайджанское командование, которое раз за разом посылало кое-как сколоченные батальоны в бой, надеясь подавить армянскую оборону численным превосходством. В результате к весне 1993 года Азербайджан растратил свои резервы во многом впустую.

21 августа прошла встреча президентов Армении и России. Ими был подписан договор о правовом статусе Вооружённых сил России на территории Армении. Тем самым Армения стала первой из постсоветских республик, которая приняла решение оставить на своей территории российские войска.

Договор о статусе Погранвойск РФ и условиях их функционирования был подписан 30 сентября 1992 г. Тем самым Россия брала на себя обязательство по охране рубежей республики с Турцией и Ираном. Таким образом, разместив на своей территории Вооружённые силы России и погранвойска России, Армения полностью обезопасила себя от нападения со стороны Турции и фактически вывела Турцию из игры, лишив её возможности военного вмешательства.

Один из создателей ВС Армении, генерал-лейтенант Н. Тер-Григорьянц, в своих воспоминаниях отмечал, что не было никаких международных гарантий того, что Турция, воспользовавшись общей ситуацией, не нападёт на Армению, поскольку с Россией никаких военных договоров ещё не было, а Армения не являлась членом НАТО, не входила ни в какие другие системы коллективной безопасности. Он прямо связывает с турецкой угрозой решение властей Армении сохранить российское военное присутствие и впоследствии создать военную базу в Гюмри³⁶³.

Конечно, сама по себе группировка российских войск не представляла на тот момент большой военной угрозы для Турции (по сравнению со стоящей на границе 3-й полевой турецкой армией), но само её присутствие оказалось важным сдерживающим фактором с политической точки зрения. Показательно, как жёсткое заявление Главнокомандующего ОВС СНГ, маршала Е. Шапошникова, 20 мая 1992 г. о том, что вовлечение третьей стороны в карабахский конфликт чревато началом третьей мировой войны, вынудило Анкару отвести свои войска от границ с Арменией. Турецкой стороной эти слова были восприняты как свидетельство того, что Россия не останется безучастным свидетелем в случае неблагоприятного развития ситуации.

Логическим завершением процесса формирования договорно-правовой базы между двумя странами явилось решение от 16 марта 1995 г. о создании в Армении на основе 127-й МСД российской военной базы.

6 июля было подписано соглашение между Россией и Арменией об условиях и сроках передачи Армении вооружения и техники расформировываемых соединений и частей российских вооружённых сил, дислоцированных в Армении. 10 июля было подписано соглашение между Россией и Арменией о порядке и условиях передачи Армении части вооружения, военной техники и военного имущества России, дислоцирующихся на территории Армении.

На основании этих соглашений в июле 1992 г. под контроль Вооружённых сил Армении были переданы техника и вооружение 15-й (Кировокан), 164-й (Ереван) мотострелковых дивизий 7-й армии (дислоцированной в Армении) – в общей сложности: 154 танков, 379 ББМ, 259 артсистем калибром свыше 100 мм. Армении отошёл склад боеприпасов, который оценивается примерно в 500 вагонов. И хотя Армения формально не являлась стороной конфликта в Карабахе, большая часть данной боевой техники была переброшена в Нагорный Карабах. Дополнительно в 1993–1996 гг. Россией было поставлено Армении 84 танка Т-72, 50 ед. БМП-2, 72 артсистемы калибром свыше 100 мм и прочее вооружение.

Надо отметить, что вооружённые нападения на российских военных были и в Армении, и по своим последствиям они были намного тяжелее нападений в Азербайджане. Так, 10 июля 1992 г. в Гюмри на колонну военных машин российских войск, которые вывозили из Гюмри в Кутаиси несколько радиолокационных станций, совершил нападение вооружённый отряд армянских боевиков. В ходе нападения пять российских военнослужащих – лейтенант Шаповалов, сержант Юдинцев, рядовые Поддубняк, Масленников и Карпов – погибли. 6 военнослужащих попали в плен. Были сожжены две машины из состава колонны. По данному факту правительство России выступило с жёстким заявлением, а военной прокуратурой России были возбуждено уголовное дело. Российские воинские части и подразделения на территории Армении были приведены в состояние повышенной боевой готовности. Но данный инцидент был улажен, и о нём решили более не вспоминать. Интересна была позиция командующего 7-й армией – генерал-лейтенанта Ф. Реута, который фактически обвинил вывозивших радиолокационные станции военнослужащих в том, что они нарушили порядок вывоза данных установок за пределы Армении и не проинформировали о своих действиях командование и Военный совет 7-й армии.

12 августа Президиум Верховного Совета НКР принял указ об объявлении в Нагорном Карабахе военного положения. Началась мобилизация мужчин в возрасте от 18 до 45 лет. 15 августа был создан Государственный комитет обороны (ГКО) с передачей ему всей полноты исполнительной и части законодательной власти. Председателем ГКО стал Роберт Кочарян. Была поставлена задача мобилизовать все людские и материальные ресурсы республики, перевести предприятия, учреждения и организации, весь общественно-политический потенциал на рельсы военного времени. Для объединения разрозненных и автономно действовавших отрядов самообороны под единым командованием и создания регулярной армии в кратчайшие сроки была осуществлена структурная реорганизация вооружённых сил. С поста командующего был снят А. Тер-Тадевосян, слава которого, потерпев удар после июньской сессии, померкла на фоне поражений в Агдеринском районе. Было принято решение о создании Армии обороны НКР. Командующим стал один из активных членов группы сторонников руководства Армении – Самвел Бабаян, занимавший до этого пост первого заместителя командующего. Бывший командующий, А. Тер-Тадевосян, некоторое время работал советником при штабе вооружённых сил, а затем уехал в Армению. В переломный период войны штабом Армии обороны НКР руководил полковник Анатолий Зиневич, кадровый военный, имеющий богатый опыт участия в боевых действиях в различных регионах мира: Эфиопии, Сомали, Афганистане. До прибытия в Нагорный Карабах он являлся советником министра обороны Республики Армении по вопросам обороны. Руководителем комитета обороны НКР был назначен Серж Саркисян. Была изменена организационная структура армянских войск в Карабахе.

Армянская сторона также начала создавать по периметру Нагорного Карабаха систему обороны (укрепрайоны, ДОТы и ДЗОТы на господствующих высотах, минные поля, инженерное оборудование местности и т. п.). При этом армянское командование решило отказаться от полного контроля линии фронта и перейти к очаговой обороне, опирающейся на ключевые населённые пункты и важные высоты. Было решено, что пассивная тактика контроля территории в условиях низкой плотности фронта себя не оправдывает. Надо действовать мобильными ударными группами, а не растягиваться в линию. В обороне создавались опорные пункты в районе населённых пунктов и на господствующих высотах, контролируя все подступы и подходы. Основной упор делался на разведку, оповещение, мобильные механизированные ударные группы и поисковые группы спецназа. Выделялась резервная ударная группировка, которая могла бы оперативно реагировать на изменение обстановки.

Особое внимание армянское командование уделяло усилению ПВО. ПВО армянских войск в Карабахе существенно укрепилась за счёт безвозмездной передачи ЗРК «Оса» расформированного 988-го зенитно-ракетного полка ВС РФ, ЗРК «Круг» и закупленных через каналы и за счёт армянской диаспоры переносных ЗРК «Мистраль» французского производства³⁶⁴. Также армянские подразделения в Нагорном Карабахе были насыщены имевшимися в 7-й армии в достаточном количестве тактическими средствами ПВО: ЗСУ «Шилка», «Тунгуска», ПЗРК «Стрела-2М» и «Стрела-3». Такое усиление ПВО позволило армянским войскам в значительной степени нивелировать превосходство Азербайджана в воздухе и нанести существенный урон азербайджанским ВВС.

Активная помощь Армении со стороны 7-й армии оказывалась в обеспечении вооружением, техникой, боеприпасами, в подготовке национальных кадров³⁶⁵.

Территория Нагорного Карабаха была разделена на оборонительные районы, которые совпадали с административным делением районов:

• Аскеранский оборонительный район под командованием В. Баласаняна,

• Центральный (Степанакертский) оборонительный район С. Карапетяна,

• Мардакертский оборонительный район под командованием Н. Даниеляна,

• Гадрутский оборонительный район под командованием А. Агабекяна,

• Мартунинский оборонительный район под командованием М. Мелконяна,

• Шушинский оборонительный район под командованием В. Ишханяна,

• Шаумяновский партизанский отряд под командованием Ш. Мегряна.

За основную войсковую единицу оборонительных районов (ОР) была взята полковая структура. Каждый ОР равнялся одному полку. Поэтому их части называли или ОР, или полком, например: Мартунинский оборонительный район или Мартунинский полк. Все военные отряды и подразделения на территории оборонительного района подчинялись командиру оборонительного района (полка). Каждый оборонительный район также имел своё танковое подразделение (батальон или роту), разведроту, инженерно-сапёрную роту и артиллерийский дивизион. В каждом батальоне действовали по 3–4 роты, в некоторых батальонах были миномётная и противотанковая роты. Практически каждый батальон имел свой участок обороны. В начале войны, в зависимости от населения района, в каждом батальоне личный состав насчитывал от 300 до 500 человек. В отличие от других оборонительных районов, Центральный и Шушинский оборонительные районы не имели, собственно, оборонительной зоны и выполняли роль резервных или штурмовых. Их использовали для наступательных операций или для обороны на участках, где возникла критическая ситуация. Шаумяновский ОР изначально занимался специальными операциями на освобождённой азербайджанскими войсками территории, а в конце войны занимал оборону на Муровдагском хребте. Остальные ОР защищали собственные районы.

Все оборонительные районы имели разный состав. Шушинский и Степанакертский ОР были трёхбатальонного состава. Мардакертский и Аскеранский ОР имели в своём составе пять батальонов. Гадрутский ОР имел в своём составе 6 батальонов. А Мартунинский ОР имел в своём составе сначала 6 батальонов, потом их число выросло до 8 батальонов. Впоследствии он был разделён на два полка (ОР).

Для примера приведу описания нескольких оборонительных районов.

Центральный оборонительный район (ЦОР), он же Степанакертский полк. Сформирован в августе 1992-го. Командиром полка был (бессменно) Карапетян Самвел Джамилович (он же Само Оганов или Огановский). Полк (ЦОР) имел 3 батальона:

• 1-й мотострелковый батальон был образован на базе 1-й степанакертской роты (Ашота Гуляна), а также «роты Феликса» (Феликса Габриеляна), «взвода Аго» (Аркадия Карапетяна, он же Дашнак Аго), «взвода Шоши Аго» (Аргама Арутюняна). Командир 1-го МСБ ЦОР был сначала Генрих Акопян, позже Арушанян Давид, затем Галстян Рафаел.

• 2-й мотострелковый батальон был образован на базе 4-й степанакертской роты, «взвода Тиго» (Тиграна Григоряна), «взвода Шагена» (Шагена Багдасаряна), «взвода Бори» (Бориса Цатряна), «взвода Вадо, а также групп «Амарас» и «Вреж». Командир 2-го МСБ ЦОР – сначала Саргсян Гагик, позже Гарибян Ваган, он погиб 17 апреля 1994 г.

• 3-й мотострелковый батальон был образован на базе 3-й, 5-й, 6-й и 7-й степанакертских рот. Командир 3-го МСБ ЦОР – сначала Арутюнян Самвел, он погиб 20 марта 1993 г. После него комбатом стал Газарян Арарат Егорович, он погиб 27 июня 1993 г. После него комбатом стал Гаспарян Александр (Алик) Георгиевич, он погиб 25 декабря 1993 г. в Бейлаганском районе.

ЦОР также имел свой артиллерийский дивизион (командир Левон Мнацаканян), разведроту (начальник разведки – Андраник Саргсян), танковую роту.

Осенью 1992 года подразделения Степанакертского полка обороняли Лачинский коридор, в январе 1993 г. обороняли Хачинское ущелье (Агдеринский район), в феврале 1993 г. участвовали в боях в районе Сарсангского водохранилища, в конце марта – начале апреля 1993 г. участвовали в захвате Кельбаджарского района (в этой операции комполка Самвел Карапетян получил ранение), в июне участвовали в захвате Агдере, в июле участвовали в штурме Агдама, а позже – в боях за Джебраил и Губадлы. Зимой 1994 года батальоны ЦОР изначально были направлены в район Горадиза, но позже их направили в Кельбаджарский район, где они совместно с батальонами других полков и 77-м отдельным батальоном участвовали в контрнаступлении армянских войск.

Аскеранский оборонительный район (АОР), он же Аскеранский полк. Был сформирован, как и другие оборонительные районы, 14 августа 1992 года. Полк (АОР) имел в своём составе следующие подразделения:

• 1-й мотострелковый батальон, командир – Вилен Сафарян.

• 2-й мотострелковый батальон, командир – Р. Акопджанян.

• 3-й мотострелковый батальон, командир – А. Арутюнян.

• 4-й мотострелковый батальон, командир – Карен Арзуманян.

• 5-й мотострелковый батальон, командир – Аршавир Гарамян. Этот батальон вошёл в состав полка в конце 1992 года, после участия в оборонительных боях в Лачинском районе, изначально он должен был быть отдельным батальоном. В самом Аскеранском районе батальон почти не бывал, а участвовал в наступательных операциях: Кельбаджарской, Мардакертской, Агдамской, Физулинской, боях на Омарском перевале.

• разведывательная рота, командир – Мгер Агаронян.

• танковый батальон, командир – М. Авшарян.

Командовал оборонительным районом Виталий Баласанян. Штаб полка находился в крепости Майраберд.

Также были созданы отдельные мотострелковые батальоны. Например, 77-й отдельный мотострелковый батальон, также известный как Отдельный Шушинский батальон, он же – дашнакский батальон. Изначально (на конец 1991 – начало 1992 г.) несколько сотен добровольцев-дашнаков из Армении, Карабаха и диаспоры были распределены по взводам, входившим в 2 подразделения – под командованием Ашота Гуляна (первая степанакертская рота) и Жирайра Сефиляна. Однако позже на базе первой роты А. Гуляна был сформирован 1-й МСБ Центрального оборонительного района, а на базе групп Ж. Сефиляна – 77-й ОМСБ.

Поскольку 77-й батальон (как 71-й ОМСБ), в отличие от большинства других батальонов, был отдельным не только по названию и являлся воинской частью (а не подразделением), различные боевые группы, взводы и роты батальона одновременно участвовали в операциях на разных участках фронта (практически во всех районах, где велись боевые действия).

Поэтому общим командиром батальона был Жирайр Сефилян (ливанский армянин), а его заместители руководили боевыми группами на местах. Это в первую очередь Петрос Гевондян (погиб в феврале 1994 г. в Кельбаджарском районе), а также Армик Овсепян (иранский армянин), Арташес Мхитарян, С. Киракосян, А. Егян, Карот Мкртчян (родом из Сирии, однако вскоре после его рождения семья переехала в Армению, пропал без вести в июне 1992 г. в Шаумяновском районе).

77-й батальон являлся одним из лучших в составе армянских войск в Карабахе, часто использовался для штурмовых операций. Заместитель комбата Петрос Гевондян (Пето) посмертно удостоен звания «Герой Арцаха».

Осенью 1992 года были также созданы:

• Отдельный танковый батальон;

• Отдельная (Центрального подчинения) Артиллерийская бригада (состояла из следующих дивизионов: гаубичный дивизион 152-мм гаубиц Д-30, миномётный дивизион 82/120/122 мм, дивизион реактивной артиллерии РСЗО БМ-21 «Град», противотанковый дивизион.

Все армянские войска в Нагорном Карабахе подчинялись командованию Армии обороны НКР. Лачинский район до апреля 1993 года находился в зоне ответственности ВС РА, иногда туда в качестве подкрепления отправляли подразделения из Нагорного Карабаха. В апреле 1993 года армянскими силами был взят под контроль Кельбаджарский район, и фронт стал проходить по Муровдагскому хребту. Он тоже перешёл под ответственность ВС РА: сначала 3-й Ванадзорской бригады, затем 4-й бригады.

20 октября в Армении прошла смена министра обороны. Вместо Вазгена Саркисяна министром обороны был назначен Вазген Манукян.

Приказом министра обороны РА № 063 от 11.03.1993 на базе шаумяновского партизанского отряда был сформирован отряд особого назначения (в/ч 15433):

1. Командир – майор Шаген Мегрян.

2. Заместитель командира – майор Акоп Хидирян.

3. Начальник штаба – майор Сергей Чалян.

4. Заместитель командира по работе с личным составом – майор Петрос Мегрян.

5. Заместитель командира по тылу – майор Шаген Овасапян.

6. Заместитель командира по вооружению – подполковник Александр Курепин.

7. Заместитель начальника штаба – лейтенант Федо Гизирян.

8. Заместитель начальника штаба по строевой части и кадровой работе – капитан Гагик Чалян.

9. Командиры рот: лейтенанты Армо Гюлумян, Шура Гизирян, Славик Искандарян.

10. Начальник бронетанковой службы – лейтенант Ваник Асланян.

17 апреля 1993 г. в вертолёте Ми-8 погиб командир Шаумяновского отряда особого назначения – Шаген Мегрян. Вместе с ним погибли лётчики: Джамполад Мурадян, Арам Григорян, Иосиф Микаелян; бойцы: Айк Мегрян, Армен Базиян, Погос Симонян, Рафик Бадалян, Артак Хачатрян, Седрак Седракян, Григор Григорян. Вместо Ш. Мегряна командиром Шаумяновского отряда особого назначения стал Сергей Чалян.

В 1993 году в составе АО НКР был создан целый ряд новых воинских частей центрального подчинения:

• полк противовоздушной обороны,

• отдельный разведывательный батальон,

• отдельный инженерно-сапёрный батальон,

• отдельный батальон связи,

• отдельный батальон материально-технического обеспечения,

• отдельный ремонтно-восстановительный батальон,

• учебная мотострелковая часть.

К началу лета 1993 года военная структура армянских войск в Нагорном Карабахе выглядела следующим образом:

• Мардакертский оборонительный район, командир – Норайр Даниелян;

• Шушинский оборонительный район, командир – Вачаган Ишханян;

• Центральный оборонительный район, командир – Самвел Карапетян;

• Мартунинский оборонительный район, командир – Монте Мелконян;

• Гадрутский оборонительный район, командир – Артур Агабекян;

• Шаумяновский отряд особого назначения, командир – Сергей Чалян.

Общее командование армянскими войсками в Нагорном Карабахе осуществлял Самвел Бабаян. Начальником штаба был Сейран Оганян.

21 августа Вазген Манукян был снят с должности министра обороны Армении. Новым министром обороны Армении был назначен Серж Саркисян, который до этого был председателем Комитета обороны НКР. Таким образом, руководство МО РА перешло в руки армянского руководства Нагорного Карабаха. После гибели М. Мелконяна в июне 1993 года Мартунинский оборонительный район был разделён на два полка, которые возглавили Мовсес Акопян и Нельсон Согомонян. В октябре 1993 г. в ходе внутренних разборок среди армянских отрядов был убит командир Мардакертского оборонительного района – Н. Даниелян. Новым командиром Мардакертского оборонительного района был назначен Ашот Арушанян. Осенью 1993 года был тяжело ранен командир Гадрутского оборонительного района – А. Агабекян, его до конца 1993 года замещал Вардан Аветисян, после окончания лечения, в конце 1993 года, А. Агабекян вернулся к командованию Гадрутским оборонительным районом. На других направлениях – Шушинский оборонительный район (В. Ишханян), Центральный оборонительный район (С. Карапетян) и Шаумяновский отряд особого назначения (С. Чалян) – командиры не менялись. Была также проведена замена начальника Генерального штаба Вооружённых сил Армении. 8 ноября 1993 г. вместо генерал-лейтенанта Н. Тер-Григорьянца начальником Генерального штаба был назначен генерал-лейтенант Грач Андреасян.

Таким образом, военная структура армянских войск в Нагорном Карабахе с осени 1993 года выглядела следующим образом:

• Мардакертский оборонительный район, командир – Ашот Арушанян;

• Шушинский оборонительный район, командир – Вачаган Ишханян;

• Центральный оборонительный район, командир – Самвел Карапетян;

• 1-й Мартунинский оборонительный район, командир – Мовсес Акопян;

• 2-й Мартунинский оборонительный район, командир – Нельсон Согомонян;

• Гадрутский оборонительный район, командир – Артур Агабекян;

• Шаумяновский отряд особого назначения, командир – Сергей Чалян.

Данная структура армянских войск просуществовала до конца войны.

Оценивая боеготовность ВС Армении и ВС Азербайджана во время войны, надо отметить, что ход боевых действий показал, что ВС Армении были лучше в части боеспособности, манёвренности и управления войсками. Естественно, возникает вопрос: почему ВС Армении оказались сильнее ВС Азербайджана? В поисках ответов на этот вопрос часто приходится слышать, что вся причина в том, что у армянской стороны командовали кадровые военные, а с нашей стороны – местные командиры без военного образования, и у них не было внутренних противоречий. Надо сказать, что данные суждения, мягко говоря, не выдерживают никакой критики.

Проведём сравнение на уровнях: министры обороны – командиры корпуса – командиры бригад. Так, в Армении все министры обороны (В. Саркисян, В. Манукян, С. Саркисян) были гражданскими лицами. У Азербайджана из восьми министров обороны и исполнявших обязанности (В. Баршадлы, Т. Мехтиев, Ш. Мусаев, Т. Алиев, Р. Газиев, Д. Рзаев, С. Абиев, М. Мамедов) только Р. Газиев был гражданским лицом, а Т. Алиев – сотрудником органов внутренних дел. Все остальные шесть министров обороны были кадровыми военными. Возьмём командный состав уровня: корпус – бригада. У нас часто любят говорить: «Вот как могли назначить командиром корпуса Сурета Гусейнова, который не был кадровым военным?». Но посмотрим, кто был с армянской стороны. Командующим армянскими войсками в Нагорном Карабахе было гражданское лицо – Самвел Бабаян. Или сравним уровень: командования бригадами (с азербайджанской стороны) – оборонительных районов (с армянской стороны). У нас все командиры бригад были кадровыми военными. У армян оборонительные районы возглавляли гражданские лица В. Баласанян, В. Ишханян, С. Карапетян, Н. Даниелян и прочие. Таким образом, мы видим, что у армянской стороны в военном командовании также было много гражданских лиц без всякого военного образования. Поэтому разговоры о том, что причины военных поражений в том, что у нас были в военном командовании гражданские лица, а у армянской стороны якобы сплошь кадровые военные, не более чем миф.

Также, говоря о внутренних противоречиях, надо отметить, что у армянской стороны их было не меньше. Так, можно вспомнить противостояние между АОД и АНА в 1990 году, которое даже привело к гибели людей в Ереване. Или жёсткое политическое противостояние между АОД и АРФД в самой Армении и противостояние в Нагорном Карабахе между АРФД и сторонниками АОД, которое длилось в 1991–1992 годах. В июне 1992 года это вылилось в яростную борьбу за должность председателя Верховного Совета НКР. Иногда эти разборки приводили даже к вооружённым столкновениям. Тут можно вспомнить попытку вооружённого захвата власти в Гадруте 23 февраля группой бойцов местного батальона, где позиции АРФД во властных структурах были ещё крепки. Почти одновременно отрядом комендантской службы Горисского района 25 февраля было захвачено здание горисполкома в городе Горисе. Или загадочную катастрофу 17 апреля 1993 г. вертолёта Ми-8, в котором погиб Ш. Мегрян, руководитель АРФД в Нагорном Карабахе. После того как власть в Нагорном Карабахе перешла в руки Роберта Кочаряна, Сержа Саркисяна и Самвела Бабаяна, между ними и президентом Армении Л. Тер-Петросяном часто были сильные разногласия по стратегии войны, которые иногда приводили к очень серьёзным конфликтам. И даже среди армянских командиров были сильные конфликты, которые даже приводили к гибели ряда из них. Так, в октябре 1993 года в ходе внутренних разборок был убит командир Мардакертского оборонительного района – Норайр Даниелян. 30 октября 1993 г. в ходе внутренних разборок были убиты ханабадские командиры: Сансал Цатрян (заместитель командира Аскеранского оборонительного района), его брат Сурен Цатрян (командир батальона) и Андраник Петросян (заместитель командира батальона). Поэтому разговоры о неком могучем слитном единстве на армянской стороне, мягко говоря, сильно преувеличены. В годы войны внутри армянской стороны также были сильные разногласия и конфликты, которые приводили к пролитию крови. Да, у армянской стороны хватило ума не устраивать перевороты и смены власти в годы войны, в отличие от Азербайджана, где только в 1992 году было два государственных переворота (6 марта и 15 мая), или смена власти в июне 1993 года. Да, у армян не доходило до того, чтобы в разгар боёв за какой-то район делить власть в этом районе (например, как Агдамском и Физулинском районах летом 1993 года). Но своих внутренних противоречий, конфликтов и вооружённых разборок у них тоже хватало.

Так в чём же были причины военного преимущества ВС Армении над ВС Азербайджана? Выскажу своё личное видение данного вопроса.

Бывший пресс-секретарь МО Азербайджана, Лейла Юнус, в одной из своих послевоенных статей сообщила, что на 1 октября 1991 г. в Вооружённых силах СССР насчитывалось 3649 офицеров-армян и 3420 офицеров-азербайджанцев, а среди прапорщиков армян было 4452, азербайджанцев – 6672 человека³⁶⁶. Таким образом количество офицеров и прапорщиков – азербайджанцев и армян – в СА было примерно равное количество. Но тут надо учитывать, что численность населения Армении составляла примерно 3,3 млн человек, а численность населения Азербайджана составляла примерно 7 млн человек³⁶⁷. Таким образом, у Армении приходилось 11 офицеров на 10 тыс. населения, у Азербайджана – 5 офицеров на 10 тыс. населения. Т. е. удельный вес офицерского состава в Армении был значительно выше удельного веса офицерского состава в Азербайджане. Также надо учитывать качественный состав офицерского и командного состава Армении и Азербайджана. Если у армян большинство офицеров служило в боевых частях и достигало высоких должностей в СА, то у азербайджанцев большинство офицеров и прапорщиков служило в тыловых частях и строительных батальонах. И это связано с особенностями отношения к военной службе в Азербайджане. Об этом есть отдельная работа автора³⁶⁸. Так, к моменту развала СССР у Азербайджана был всего один генерал, окончивший Военную академию Генерального штаба ВС СССР – генерал-лейтенант В. Баршадлы. У армян таких генералов было 6: Г. Андреасян, Х. Иванян³⁶⁹, М. Абрамян, М. Арутюнян, Г. Далибалтян, Н. Тер-Григорьянц. И самое интересное тут то, что армяне по полной использовали опыт и знания своих генералов, а единственный азербайджанец, окончивший Военную академию Генерального штаба ВС СССР – В. Баршадлы, был сразу отодвинут от процессов военного строительства. Поэтому к моменту начала войны у армян как удельный вес офицерского и командного состава, так и его качественный состав намного превышал возможности Азербайджана.

Надо также отметить, что армянскому командованию удалось наладить эффективное взаимодействие между кадровыми офицерами (генералы Г. Андреасян, Г. Далибалтян, А. Тер-Тадевосян, Х. Иванян, А. Арутюнян, полковники А. Тер-Тадевосян, Л. Мартиросов, И. Гукасов, Ф. Гзгоян, подполковник Д. Багдасарян, майоры С. Оганян, В. Читчян, А. Хачатрян и пр.) и командирами добровольческих отрядов самообороны (Р. Кочарян, С. Саркисян, С. Бабаян, В. Баласанян, С. Карапетян, М. Мелконян, В. Ишханян и пр.). Такое взаимодействие (с одной стороны – профессиональные знания кадровых военных, с другой стороны – авторитет местных командиров) позволяло успешно решать имевшиеся задачи. Именно сплав местных командиров и кадровых офицеров позволил в кратчайшие сроки создать боеготовые Вооружённые силы Армении, которые успешно решали боевые задачи.

Умелое и эффективное взаимодействие между кадровыми офицерами и командирами добровольческих отрядов позволило армянской стороне лучше решить задачи по боевому управлению, организации разведки и связи.

К сожалению, с азербайджанской стороны так и не удалось наладить такое же эффективное взаимодействие между кадровыми военными и командирами отрядов самообороны. Между кадровыми военными и местными командирами очень часто были напряжённые отношения. Причин этому много, и это не цель данной работы. Самый наглядный пример – это то, что в Азербайджане так и не пригодились профессиональные знания генерал-лейтенанта В. Баршадлы (единственного азербайджанца, окончившего Военную академию Генерального штаба ВС СССР), а местные командиры с подозрением относились к кадровым военным. Иногда кадровых военных просто избивали и выгоняли с территории района. Только в Тертерском районе, где местными отрядами командовал Сардар Гамидов, удалось наладить эффективное взаимодействие. И надо отметить, что это единственный примыкающий к Нагорному Карабаху район, который так и не удалось захватить армянским войскам. И заслуга Сардара Гамидова в этом несомненна.

Также свою роль сыграло отношение армянского и азербайджанского командования к боевой подготовке и наличию подготовленных резервов. Оставив на своей территории российские войска, армянская сторона получила возможность готовить свои войска на уже имеющейся и отлаженной военной инфраструктуре при помощи российских военных специалистов. Азербайджан же, самым первым выдворив российские войска, сам лишил себя такой возможности и был вынужден опираться в вопросе боевой подготовки только на собственные силы. Что, конечно же, сказывалось на уровне боевой подготовки армянских и азербайджанских войск. Также армянское командование (после назначения начальником Генерального штаба генерал-лейтенанта Н. Тер-Григорьянца) выбрало стратегию, при которой войска, отправлявшиеся на фронт, обязательно должны были проходить необходимый курс обучения. Армянское командование выбрало систему военного строительства на долгий срок, систему постепенного усиления армии вне зависимости от конкретного хода боевых действий. Примерно шесть месяцев «силы самообороны НКР» отбивались в Карабахе, а в Армении готовили войска, лишь время от времени выдвигая батальоны в зону боевых действий для купирования кризисных ситуаций. Поэтому в 1993 году у армянского командования уже было около 35–40 тысяч бойцов. Что позволяло иметь как боеспособную действующую армию, так и подготовленные резервы на случай кризисных ситуаций.

Иную стратегию избрало азербайджанское командование, которое раз за разом посылало кое-как сколоченные батальоны в бой, надеясь подавить армянскую оборону численным превосходством. Часто людей просто отлавливали на улицах и в общественном транспорте и сразу отправляли на фронт, без прохождения какой-либо подготовки. Естественно, такой личный состав, состоявший из людей, которых только вчера отловили на улице или в транспорте и без всякой подготовки отправили на фронт, попав в боевую обстановку, терялся, не знал, что и как делать, и его единственной мыслью было бежать и спасать свою жизнь. Даже немногочисленные имевшиеся резервы бездумно отправлялись на фронт и растрачивались в бессмысленных атаках, например, как поступили в январе 1993 года с резервными войсками, подготовленными на полигоне Сейфалы. В результате к весне 1993 года Азербайджан растратил свои резервы во многом впустую. Поэтому весной-летом 1993 года на фронте как не хватало боеспособных войск, так и не было наличных подготовленных резервов, чтобы купировать кризисные ситуации. Такое разное отношение армянского и азербайджанского командования к боевой подготовке войска и наличию подготовленных резервов сыграло очень важную роль в ходе боевых действий в 1993 году. И, как итог, боеспособность армянских частей и подразделений была выше боеспособности азербайджанских частей и подразделений.

Разный подход был и к построению обороны. Армянская сторона также начала создавать по периметру Нагорного Карабаха систему обороны (укрепрайоны, ДОТы и ДЗОТы на господствующих высотах, минные поля, инженерное оборудование местности и т. п.). При этом армянское командование решило отказаться от полного контроля линии фронта и перейти к очаговой обороне, опирающейся на ключевые населённые пункты и важные высоты. Было решено, что пассивная тактика контроля территории в условиях низкой плотности фронта себя не оправдывает. Надо действовать мобильными ударными группами, а не растягиваться в линию. В обороне создавались опорные пункты в районе населённых пунктов и на господствующих высотах, контролируя все подступы и подходы. Основной упор делался на разведку, оповещение, мобильные механизированные ударные группы и поисковые группы разведки. Выделялась резервная ударная группировка, которая могла бы оперативно реагировать на изменение обстановки. Поэтому часто, даже в первый день достигнув успеха, впоследствии азербайджанские войска сталкивались с резервными силами противника, которые контратаковали из глубины, и были вынуждены отступить на исходные позиции.

С азербайджанской стороны было принято другое решение об организации обороны. За основу было взято построение сплошной линии обороны, что приводило к растягиванию войск по всей линии и низкой плотности. Оперативное построение обороны было одноэшелонным, с выделением небольших резервов, инженерное оборудование местности ограничивалось в основном пределами первой (главной) полосы, из-за чего в случае прорыва линии обороны армянские войска выходили на оперативный простор, а резервов для закрытия брешей в обороне в наличии не имелось. Вследствие этого оборона легко прорывалась и вынужденно принимала подвижные формы. Зачастую подвижные формы обороны переходили в беспорядочный отход, иногда перераставший в паническое отступление.

Также отказавшись от созданий частей и подразделений по жёсткому территориальному принципу, армянская сторона добилась превосходства в манёвренности. Уступая азербайджанской стороне в общей численности личного состава, армянское командование, благодаря лучшему управлению войсками и манёвренности, создавало превосходство на нужном участке фронта, решало там боевую задачу, потом, проведя перегруппировку, создавало превосходство на следующем участке фронта и так решало боевую задачу. Азербайджанская сторона, имевшая в своём составе много частей и подразделений, сформированных по жёсткому территориальному принципу, в свою очередь не могла также маневрировать силами и средствами. Поэтому получалось так, что, пока ВС Армении, создав перевес на конкретном участке фронта, вели там наступательные действия, азербайджанские войска на всех остальных участках фронта бездействовали, а попытки командования перебросить войска с второстепенных участков фронта на важные участки фронта натыкались на сопротивление территориальных батальонов.

Свою роль играл и тот фактор, что театр боевых действий (горный рельеф Карабаха) также не позволял использовать значительное число не только живой силы, но и в первую очередь боевой техники. Основную роль играли боеспособность, управление войсками и манёвренность. И уже тогда выявилось, что армяне, уступая почти в два раза и по численности личного состава, и по количеству военной техники и вооружения, были, с другой стороны, намного лучше организованы и подготовлены, умело использовали все преимущества рельефа Карабаха. Что сказывалось на ходе боевых действий.