Мария выглядела немного озадаченной, казалось, она пыталась вспомнить его биографию, но я вспомнил ее раньше.

– Тич Браун! Рыжая борода! Помню этого пирата! – оживился я. -Он дважды ухитрялся ограбить моих жертв раньше меня.

– Так вы знакомы?

– Лично не были, а вот теперь да.

Пятеро безымянных охотников встали из-за стола и направились к выходу, а Тич Браун подошел к нам.

– Леонард, оказывается, знает тебя, – сообщила Мария хозяину таверны.

– Интересно, – бывший пират присел за наш стол.

Остаток вечера мы провели в заведении, обсуждая план нападения на корабль. Нам принесли еду, и наконец-то мне удалось подкрепиться. Через какое-то время Тич оставил нас вдвоем. Погода на улице окончательно испортилась, пошел ливень. Мне (подозреваю, что и Марии тоже) хотелось вновь вкусить запретных «камней жизни», но я постарался скрыть свое странное желание и вообще побороть его. Но оно оказалось сильнее.

Была примерно полночь, когда мы вновь приняли наркотик. Он был слабее, чем предыдущий, но все же я ощутил какое-то облегчение, когда почувствовал, как он растекается внутри моей груди и позволяет забыть про ранение. На какой-то период времени мне померещилось море, разлитое у нас под ногами. Вокруг меня плавали странные рыбы, а на мгновение даже показалось, что в таверну вплыл корабль, который, впрочем, тут же исчез. Темнота продолжала сгущаться, и мое сознание растворилось в ней…

Я вновь проснулся под утро.

Краем глаза я увидел, как из-за стола вышла Мария, но не мог сообразить – реальность это или мне только кажется. Она обошла стол вокруг и негромким голосом начала приводить меня в чувство:

– Леонард, просыпайся, нам пора идти

Нехотя я поднялся, и она вывела меня из заведения. На улице было пасмурно, но даже прохлада не помогала мне прийти в себя. Организм погрузился в состояние тяжести и сонливости, и мне вновь захотелось принять того средства, чтобы взбодриться.

Когда мы наконец добрались до замка, то дворецкий Карл послал служанку за господином Л'Олонэ. Увидев мое состояние, доктор совсем не обрадовался, но все же обработал рану и заменил бинты. Мария передала ему флакон с жидкостью, который мы добыли в садах, с объяснениями, для чего она предназначена. Доктор подумал и решил испытать ее на мне. Он отправился к себе и вернулся через некоторое время с каким-то отваром, которым еще раз обработал мою рану.

Сначала я ничего не чувствовал, кроме омерзительного запаха, а затем пришла адская боль.

* * *

Открыв глаза, я понял, что лежу на кушетке в зале, а надо мной стоит Мария и кажется, трясет меня за локоть.

– Просыпайся, нам пора, – негромко сказала она. Потом скрылась в своих покоях.

Я невольно подскочил, пытаясь понять, что происходит и сколько сейчас времени. За окном начало смеркаться. Неужели я отключился из-за боли? Но придя в себя, я заметил, что чего-то не хватало. Боль! Кажется, она исчезла! Я пошевелил рукой, сделав круговое движение локтем, и дотронулся до места, где была рана. «Все же еще немного болит», – подумал я и не стал снимать качественно наложенную повязку.

Мария вновь вышла из своей спальни.

– Ну что, пришел в себя? Нам нужно спешить в порт, но перед этим вооружиться, и на сей раз как следует, мы же планируем нападение на судно, на котором плывут опасные люди, – ее слова прозвучали несколько поучающе.

– Да, я помню план, – коротко ответил я.

Окончательно приведя себя в порядок, мы с Марией спустились в подвал, где хранилось оружие, и, как следует вооружившись, направились в порт. Там нас уже ждала небольшая команда. Пятерка охотников расположилась вдоль перил каменного причала, а Тич Браун сидел на бочке в стороне.

– Мы уже заждались вас, – пробурчал он, искоса поглядывая на нас. – Где собака?

– На сей раз я тщательно заперла ее, она не должна выбраться, – ответила Мария, когда мы подошли ближе.

– Хорошо, спускаемся в лодку, – скомандовал Браун нехарактерным для него спокойным тоном и показал на лестницу, ведущую вниз в сторону воды.

Расположившись в лодке, мы начали отплывать от порта к кораблю, пришвартованному достаточно далеко от главного порта – нам не хотелось попасться на глаза судну, на которое мы собирались напасть. Основная часть команды ждала нас там. Уже в сумерках мы заметили на горизонте огни нашего корабля и налегли на весла, чтобы поскорее добраться до него.

– Сколько у нас времени? – спросил я у Марии.

– Совсем немного, – тихо ответила она.

Наконец мы были на месте. Судно показалось мне отвратительным, и на мгновение я даже поставил под сомнение весь план нападения.

– А вы уверены, что… – задал я вопрос в пустоту.

– Ха-ха! Ты недооцениваешь этот корабль, – прохрипел Тич. – Это крепкая и надежная посудина. Между двух слоев дерева в корпусе идет слой железа, да и с вооружением благодаря Марии все в порядке.

Мария ухмыльнулась и посмотрела в сторону, с подобающей девушке скромностью приняв заслуженную похвалу.

Мы зашли на борт судна, где нас встречал маленький помощник Тича. Первым делом я спустился в трюм и осмотрел орудия. Надо признаться, здоровенные пушки немного удивили меня. Они явно не обладали большой дальностью, но в ближнем бою и при метком попадании могли разворотить все судно противника. Я немного успокоился. Ко мне спустилась Мария и позвала наверх. На палубе собрались все участники будущих событий, чтобы еще раз повторить план. Он был не очень мудрым и затейливым: мы собирались затаиться между скал и ждать корабль, который должен был проплыть мимо нас. В этот момент мы нападем. Главным козырем в нашем плане была внезапность. Мы надеялись, что команда на другом судне не успеет среагировать.

Меня устраивало все кроме одного: я не знал, с кем нам предстоит столкнуться на судне и что конкретно мы ищем. Что ж, придется действовать по обстоятельствам. Мы подготовили орудия, зарядили пушки и открыли крышки портов. Стоял тихий вечер, и вода была на редкость спокойной даже неподалеку от скал, поэтому перед появлением корабля нельзя было издавать абсолютно никаких звуков.

Наша цель должна была появиться с минуты на минуту, и мы затаились в ожидании, как дикий зверь, караулящий свою жертву. Кто был капитаном корабля – мне так и не удалось узнать, но Тич стоял у борта, вглядываясь за поворот, из-за которого должно было выйти судно. Он держал в руках огромный нож. Большинство находившихся на палубе тоже, практически не шевелясь, следили за поворотом. В какой-то момент мне показалось, что журчание волн усилилось, и через мгновение из-за скал появился корабль.

Началось.

Тич тихо рыкнул, чтобы все ждали и не издавали ни звука. Странное судно начало приближаться. Очевидно, на борту нас пока не заметили. Корабль действительно был необычным: квадратные паруса черно-красных тонов, сложенные гармошкой, черная палуба угловатой формы и красные флаги в форме лент.

– Огонь! – внезапно прокричал Тич и махнул рукой, в которой находился нож. В ту же секунду раздался оглушающий, мощный грохот пушек.

Я взглянул на Марию: она, так же, как и я, немного пригнулась и зажала ладонями уши. Соседний корабль начало разносить в клочья. Из его палубы летели щепки, и может быть даже, кричали люди, но из-за немыслимого грохота ничего не было слышно.

Через какое-то время наши орудия опустели, и команда матросов, которая находилась внизу, начала перезарядку. Соседнее судно раскачало от выстрелов по нему, поэтому их попытки нанести ответный удар потерпели неудачу. Лишь несколько ядер ухитрились попасть в борт корабля, но на этом дальний бой был окончен. Мы уже подошли достаточно близко для того чтобы взять этот корабль на абордаж. Пока мы перекидывали крюки и трапы, ко мне подбежала Мария.

– Будь осторожен, у них много оружия для ближнего рукопашного боя скрыто под одеждой. – И она побежала по трапу.

Оказавшись на вражеской палубе, Мария махнула шпагой по груди сразу двоих противников, стоявших с той стороны. Я решил не терять времени и последовал за ней. Боец из меня сейчас был никудышный, даже несмотря на то, что рана на руке практически зажила. Пока я бежал по трапу, меня опережали те, кто перелетал с корабля на корабль на канатах. Прыгая на палубу, они сразу принимались резать всех людей, которых встречали на пути.

Не успел я ступить на вражескую палубу, как на меня тут же напало два человека. Достав пистолет, я выстрелил в одного, а вторым занялся один из охотников, который перебегал с корабля вслед за мной. Расправившись с ним, я подумал про себя, что они не похожи на опасных головорезов, которых описывала Мария. Наверное, это были обычные матросы.

Я стоял на палубе, и как бы это ни показалось странным, бездействовал. Я просто застыл и смотрел на суматоху, которая происходила вокруг меня. Вдруг послышался удар по деревянной двери, которая с хрустом вылетела на палубу, и оттуда высыпали те, о ком предупреждала меня Мария. Они действительно были невысокого роста и носили черно-красные доспехи. Их было не очень много, но они ловко раскидывали в разные стороны команду, с которой я напал на этот корабль. Нечаянно взглядом я наткнулся на свою компаньонку, которая, подобрав чье-то ружье, выстрелила в одного из них, но пуля, сбившая воина с ног, не причинила ему практически никакого вреда, и он тут же поднялся на ноги.

– Это броня! – прокричала Мария, перезаряжая ружье, и выстрелила еще раз, на этот раз попав своей жертве прямо в лицо. – Стреляйте по открытым участкам!

Как только маленькие люди увидели, что один из них погиб, они тут же приняли боевое положение и выставили вперед руки в металлических перчатках с когтями и шипами. Один из них побежал прямо на меня с каким-то нелепым криком. Пистолет перезаряжать не было времени, и я достал из-за пояса клинок, приготовившись защищаться. С невероятным усилием я отражал удары, от которых летели искры, и вдруг соперник схватил своей железной перчаткой мой клинок прямо за лезвие.

Все попытки вырваться из его стальной хватки оказались бесполезны. Я еще раз дернул клинок за рукоятку, но следом за рывком получил удар ногой прямо в грудь. На какое-то мгновение в глазах потемнело, и я оказался на полу, а надо мной нависла фигура этого воина. Мне удалось как следует рассмотреть черты его лица: узкий разрез глаз, жиденькие усы и маленькая бороденка черного цвета. Он замахнулся своей перчаткой и приготовился нанести мне удар – очевидно, последний, – но тут его кто-то схватил за руку и перебросил назад. Этим «кем-то» оказалась Мария. Воин, как кошка, приземлился на ноги, как будто на нем не было громоздких доспехов, и приготовился напасть на Марию.

Моя спутница сделала два шага назад, и, дождавшись, пока противник будет пробегать мимо меня, я всадил ему клинок прямо между ребер. Он скорежился и закричал, а на меня хлынула красная струя крови.

Продолжали звучать выстрелы мушкетов. Оценив обстановку, я выяснил, что сражение подходило к концу. Почти вся команда, на которую мы напали, была перерезана, но оставалось еще два воина, которые поняли, что силы неравны, и забежали на нижнюю палубу.

Главарь охотников встал сбоку от прохода и взглянул на свою команду.

– Кто-то должен пойти и достать их оттуда, наверняка они уже затаились и поджидают нас из-за углов, – сказал он, медленно оглядывая каждого, как будто ждал, кто первым согласится пойти на риск.

Все медленно подступали к проходу, в котором внезапно погас свет. «Теперь игра пойдет по их правилам», подумал я и тут же начал придумывать, как выманить их оттуда. В голову пришла лишь одна идея, и я не преминул ее озвучить:

– Вперед должны заходить двое, а позади кто-то должен держать факел.

Мария взяла лампу, которая висела у входа.

– Готов? – она взглянула на меня и решительно направилась ко входу.

Внутри я слегка поколебался, но подобрал с палубы заряженный пистолет и поднял кверху клинок.

–Готов! – выдохнул я. – Но нужен еще кто-то.

– Я пойду, – сделал шаг вперед главарь охотников.

Не теряя времени, наша троица начала входить внутрь.

Мы медленно и практически крадучись шли по коридору, вздрагивая от каждого звука, которых было предостаточно из-за того, что судно продолжало плыть. Весь коридор был заставлен бочками и ящиками, за каждым из которых могла прятаться мгновенная смерть. Мария шла позади нас, освещая небольшое пространство. Слабого мерцания лампы было недостаточно, чтобы охватить весь коридор, который уже начал завершаться. Внезапно сзади меня послышался легкий скрежет металлической ручки, на которой висела лампа, и свет немного колыхнулся.

Оборачиваясь, мы услышали легкое мычание Марии. Выпрыгнув из своей засады, один из врагов схватил ее сзади и приставил короткий ножик к ее шее. Одновременно с ним, так же неожиданно, справа выскочил его союзник, которого мне удалось увидеть боковым зрением. Он вылетел из темноты, пытаясь пырнуть меня ножом, но, вовремя среагировав, я схватил его за руку и, обхватив сзади, заломил, а главарь охотников приставил огромный клинок к его шее.

– Отпусти ее! – грозно прорычал он.

В ответ маленький человек начал что-то кричать на своем языке, которого я ранее не слышал. Мария была в опасности, а у меня от напряжения вдруг дико разболелось плечо. Долго мы удерживать равновесие ситуации не сможем. Державший Марию человек продолжал что-то кричать и требовать, как внезапно затрепыхался второй. Я не сразу понял, в чем дело, но тут увидел, как позади удерживающего Марию воина появился Тич и с размаху пырнул его ножом в затылок. Лезвие вместе с кровью вышло прямо изо рта, и охотник, стоявший рядом, незамедлительно проехал моему пленному лезвием клинка по горлу. Я отпустил бездыханное тело, и оно упало на пол. Мы продолжали стоять на тех же местах, пытаясь прийти в себя после напряженной ситуации.

– Нужно обыскать корабль, – потирая ладонью шею и переводя взгляд с трупов на нас, сказала Мария. – Корабль теперь мой! – взглянув на Тича, строго дополнила она.