В то же самое время, когда трое посланных разведчиков докладывали капралу Хендриксу существовавшую диспозицию, нежданно-негаданно, хотя и вполне предсказуемо началось пиратское наступление; неприступная крепость подверглась полному окружению, и её обстреляли со всех сторон. Послышались многочисленные пистолетные и мушкетные выстрелы; они зазвучали как снаружи, так же и изнутри. Волей-неволей Крису пришлось открывать ответный огонь, а на происшествии в дежурном помещении особо не заморачиваться; в любом случае он послал туда тех трёх бедолаг, что ходили с примерной проверкой. Им поручалось «умереть, но во внутренние расположения никого не пустить». Исполняя капральское приказание, те разместились в ближних, по ходу, комнатах и укрылись за твёрдыми сте́нами.

Однако! В основное пространство, кишмя-кишащее вооружённой гвардией, никто проникать особо не собирался (от слова «вообще!»); наоборот, пиратскому авангарду поручалось «взойти как можно тише, понадёжнее запереть солидный замок, поскорее освободить пленённого капитана и, дружному, убираться по-быстрому восвояси». Так примерно и поступила великолепная троица – Барто́ломью Стич, могучий оружейник Билл и доблестный боцман Ричард; правда, пошли они не одни, а усилились десятком отпетых головорезов, готовых к любым неприятностям. Подбирались осторожно, ожидая засадный отряд. Как и договаривались с ловким башибузуки, двустворчатые ворота оказались открыты.

Внутри не наблюдалось совсем никакого движения – не было даже маленького шпиона-лазутчика. Странно? Конечно. Озадаченные посланники чутка подивились; но дело надо делать, и они пошагали дальше. Когда вошли в дежурное помещение, их несказанному изумлению не виделось никакого конца. Оно и не дивно, ведь на полу малёхонькой караулки валялось шесть трупов гвардейских стражников.

– Что это? – полюбопытствовал Бед, наиболее тупоголовый изо всех остальных; зато в неуёмном любопытстве ему, уж точно, не занимать.

– Боюсь оказаться правым, – Опасливый смутился нисколько не меньше; но, в отличии от второго напарника, он озарился внезапным прозрением, – однако, похоже, мы чуточку опоздали, или, лучше сказать, немножечко не успели. По-моему, в промозглом каземате мы никого не найдём?.. – он вспомнил, как год назад и сам сидел в одном и том же британском застенке. – Впрочем, проверить нужно, – добавил он с уверенным видом и бодрым шагом проследовал внутрь, в разделительный тюремно-камерный коридор.

– Согласен, – поддержал его полукровный индейский метис и двинулся следом.

К ним присоединился звероподобный мулат, да и весь сопровождавший отряд. Когда проходили мимо дверного проёма, ведшего в основное расположение, обратили внимание, что он задвинут прочной дубовой створкой да заперт накинутым снаружи амбарным замком. Первые два пирата многозначительно улыбнулись. Как они и предполагали, четвёртая камера оставалась открытой и недвусмысленно пустовала. Опасливый и Ричард недоумённо переглянулись.

– Что будем делать? – второй осведоми́лся у первого; он указал на опустевшую «казематку». – Похоже, мы прогулялись сегодня впустую.

– Раз капитан Джек сбежал, – домыслил рассудительный Стич; он уподобился озорной капитанше и сделал лисиную мордочку, – а он, несомненно, отсюда утёк, то и нам нет никакого смысла, хоть сколько-нибудь оправданного, оставаться у крайне опасной крепости. Тем более что мистер «сама кровожадность» неза́долго как очухается и направит сюда основные гвардейские силы. Короче, завершаем весь отвлекающий натиск и, как договаривались, маленькими отрядами стремимся к «Кровавой Мэри».

На том и порешили. Боевое столкновение как неожиданно началось, так резко и прекратилось. Наступила предрассветная тишина.

***

Одновременно с лёгким захватом форта Нью-Лондон происходили и несколько иные события…

Разделившись на две отдельные группы, бойкая капитанша, сопровождаемая девятью неустрашимыми во́инами, направилась к губернаторской резиденции. Подходили осторожно, чураясь каждого лишнего звука. Всё время казалось, будто приближается чёткий шаг, отбиваемый многими солдатскими сапогами; впрочем, всякий раз они ошибались, облегчённо вздыхали и целенаправленно следовали вперёд. Приблизились с заднего входа: внутри глубокая тишина. Как будто все вымерли.

– Странно?.. – прошептала проницательная блондинка, чуя нечто недоброе; она, как самая лёгкая, перемахнула через высокий кирпичный забор, открыла внутренний шпингалет и машинально договорила: – Словно нет никого. Даже свечного света не видно. Ни в одном окне не горит.

У форта Нью-Лондон как раз начало́сь вооружённое столкновение и становилось необъяснимо чудно́, неестественно подозрительно, что вначале на сильный взрыв, а следом на шум ведомого боя никак не отреагировали (от слова «совсем!»). Внутренние покои, похоже, оставались пустыми, без чьего-либо людского присутствия. В любом случае (если уж добрали́сь) надо проследовать внутрь и лично во всём убедиться. Так маленькая группа, руководимая напористой девушкой, точь-в-точь и сделала. Первой пошла Валера. Она ступала осторожно, постоянно вертела белокурой головушкой и зорко осматривалась. При нынешних обстоятельствах, она бы нисколько не удивилась, если бы их поджидала какая-нибудь невидимая засада. Однако до двухэтажного дома прошагали по-тихому, без дополнительных происшествий. Стали осматриваться. Дивное дело, ни на раскинутой территории, ни в многочисленных помещениях никто не присутствовал – так никого и не обнаруживалось. Несчастная мать вдруг впала в панический ступор; страшная тоска сковала молодое тело, красивый деви́чий стан. Она опустилась на полированный пол, обхватила лицо двумя руками и, горемычная, тихонечко зарыдала.

На бесполезные поиски потратилось чуть меньше, чем полчаса. Сострадательные сообщники, поначалу отошедшие подальше в сторонку (они ей позволили вволю проплакаться, по истечении двадцати минут, позволили внести рациональное замечание. Разговаривать взялся небезызвестный Тед Гарис, большой любитель крепкого рома.

– Мисс Доджер, – он обратился вежливо, как полагается к славному капитану, – пора уходить. Возле крепостных укреплений Нью-Лондона всё минут пятнадцать как стихло, а значит, освобождение Джека Колипо прошло намеченным планом. Думаю, вторая команда, как буйнопоме́шанная, помчалась к «Кровавой Мэри». Если мы не хотим, чтобы гвардейские части скоординировались по нашей тактике и стратегии, – как бывший солдат, он знал, о чём сейчас рассуждал, – нам надо по-быстрому уходить. Иначе?..

Что подразумевалось под словом «иначе», все поняли без дополнительных объяснений. В том числе и бравая капитанша, в настоящую минуту обычная страдавшая мама. Несмотря на жуткое горе, позволить себе расклеиться она никак не могла. Почему? Потому как взяла на себя лихую обязанность (дала почётную клятву и личный моральный обет), что «будет руководить пиратской общиной, пока остаётся живой, ну, или пока её по какой-то причине не отстранят, не бросят ей вызов».

– Отбой операции! – совестливая блондинка «по-ре́зкому» встала, утёрла плаксивые очи и деловито скомандовала: – Возвращаемся на корабль и быстро уходим. Хорошо хоть капитана Джека успели спасти, – она не сомневалась, что первое освобождение прошло успешно, без сучка без задоринки. – Здесь нас перехитрили. Но! Сюда мы ещё вернёмся и с мистером «хитро выделанным подонком» за всё рассчитаемся. Мы непременно ему отомстит, а деток наших, маленьких, неизбежно освободим. Первый раунд нами проигран, но обязательно состоится второй, – в воздух взметнулся сжатый до боли де́вичий кулачок и погрозил (кому-то?) в неосязаемое пространство.

Они совсем уж засобирались уйти, и даже приблизились к спрятанной на приусадебном участке задней калитке… Но ту-у-ут! Появился Бертран. Он запыхался от быстрого бега.

– Мисс Доджер, мисс Доджер! – заголосил провальный лазутчик прямо с порога; далее, он говорил с взволнованным видом: – Мне нужно срочно Вам кое-что рассказать, – тринадцатилетний подросток (невзирая на общее правило) общался со славной капитаншей и уважительно, и почтительно.

– Где Джек? – не увидев седовласого моряка, Валера не на шутку разнервничалась (неужели её переиграли во всех отношениях?). – Он, старый плут, сейчас подойдёт? – Слабая надежда всё-таки теплилась.

– Нет, – мальчишечья речь становилась всё ровнее, всё чётче; юный, он обладал невероятным талантом и мог по-быстрому отдышаться, – Капитан Джек отправится прямо к секретной пиратской пещере и останется там… он будет дожидаться, мисс Доджер, пока мы все вместе туда не заявимся.

– Как так? – глаза огорошенной блондинки округлилась до жутких, невероятных для человека, размеров. – Не понимаю?.. Вам что, про «Кровавую Мэри» ничего не сказали?

– Тут такая история… – шустрый проказник виновато поморщился да почесался в вихрастом затылке (что означало «простите, но я облажался).

– Говори! – приказала Валера и резко, и грубо.

– В общем, – уныло вздохнув, развенчанный лазутчик пустился в основное повествование, – меня сегодня раскрыли и поместили к капитану Джеку, в одну и ту же холодную камеру. Вы как думаете: кто нас в итоге спас?

Большие глаза значительно сузились, а лёгкий кивок велел безостановочно продолжать.

– Ни поверите! Бешенный Фрэнк, – послушный юнга так точно и поступил. – Он перебил – в одиночку! – всю охранную гвардейскую стражу, остальных всех надёжно запер, нас освободил и беспрепятственно провёл к закрытым воротам. Мы их открыли, спокойненько вышли наружу и-и… – для большего эффекта он взял короткую паузу, – были, представьте себе, таковы – отправились на серный околоток города. Что было дальше? Два капитана остались на сабельный бой – взяли́сь между собою сражаться; мне же оба они велели «отправиться восвояси». Мистер Уойн посоветовал «вертаться назад – возвращаться обратно, к оставленной крепости». Там как раз началось штурмовое сражение. Однако! Умертвитель велел немедленно пробираться, мисс Доджер, к Вам. Он обозначил: «Ей ты будешь гораздо нужнее». На самом деле так всё и вышло – кэп будто в воду глядел?!

– Что ты хочешь сказать?.. – де́вичье сердечко застучало намного быстрее; она почувствовала, что сейчас откроется некая страшная тайна.

– Ничего, помимо того удачного случая, – плутоватый пройдоха зарделся игривой улыбкой, – что когда я бежал сюда, к губернаторскому дворцу, то повстречался с дворянской каретой. Изнутри послышался детский плач. Я сообразил: э-э, брат, тут дело нечисто. И примостился на задних подмостках. Погонявший кучер да неотступный гвардеец неплохо устроились спереди, на новеньких ко́злах.

– Значит, мистер «высокородная чопорность» не полный дурак и к чему-то такому заранее подготовился; ну, или – как говорят у нас в России – он решил «перебздеть нежели недобздеть», – неутешительный вывод напрашивался как сам собой разумевшийся, и расстроенная мама озвучила его тихо, исключительно для себя; громко она спросила следующее: – Куда они поскакали?

– Я проводил их на юго-запад. Хотя-а?.. – пронырливый соглядатай продолжил рассказывать; он вёл себя настолько спокойно и рассудительно, как будто не нервничал вовсе (за недолгую пиратскую службу тот уже повидал – тако-о-ого! – что многим другим и не снилось). – Вначале они почему-то потихоньку пробирались на север, потом, ускорившись, повернули на окружную дорогу и только – зате-е-ем! – помчались к противоположному побережью. Там дожидалась небольшая баркасная лодка, снаряжённая шестеры́ми гребцами. Красивая карета подъехала прямо к ним. Из неё поочередно вышли Сьюзи с двумя малышами, а следом и вся губернаторская семья. Высокий мужчина – наверное, сам губернатор? – жёстко распорядился «везти их на ближний остров, расположенный в полумиле от той островной окраины». Естественно, он обращался к дежурным гвардейцам. Те моментально – как только и пленные заложники, и местные богатеи оказались внутри – «упали» на вёсла да быстро отчалили. Хотя и не́ было видно ни зги, по вёсельным всплескам я чётко определил, что они двигаются в строго указанном направлении. Поскольку оставаться там не имело уже практичного смысла, постольку я поспешил сюда, с подробным докладом. Уф, еле успел, – проворный мальчишка вроде бы как закончил, но, вспомнив о чём-то немаловажном, поспешил незамедлительно уточниться: – По дороге повидался с Мари, велел ей по-быстрому собираться; через минуту – может, чуть дольше? – она появится здесь. Вот теперь уже, точно, всё: я рассказал, о чём мне, так или иначе, вдруг стало известно.

– Тогда не будем тянуть, – минуту назад расстроенная, сейчас Валера выглядела собранной, жёсткой, излишне сосредоточенной; она командовала, словно пела победную песню, – дождёмся Мари – и сразу же на «Кровавую Мэри», на быстроходный корабль. Ты сильно устал? – тактичный вопрос относился, естественно, к толковому мальчугану.

– Нисколько, – последовал и короткий, и ясный ответ.

– Тогда возвращайся обратно… беги к потаённой пещере, – распорядительная блондинка старалась говорить фразами короткими, едва ли не рубленными (пришла местная помощница-куртизанка, а значит им надо спешить), – догонишь капитана Джека… Я не думаю, что он, болезный, – с его-то тяжёлой одышкой! – успел уйти куда-нибудь далеко? Где встретитесь, там выходите к открытому морю. Когда мы появимся, помашешь бензиновой зажигалкой, – она передала ему личную собственность, привезённую из далёкого будущего. – Особо заметь! Пойдём мы от городских окраин Сент-Джорджа, а отнюдь не с обратного направления, ни от тайной пиратской пещеры. Это понятно?

Получив утвердительный знак, кивок кудрявой головушки, Лера отпустила пронырливого посланника; сама она, сопровождаемая немногочисленной группой, поспешила назад, к непобедимой «Кровавой Мэри».

***

В тот же самый момент сэр Скра́ймджер, успешно разъединивший спутанный корабельный флот (он выстроил его в чёткую боевую линию), спешил на выручку к форту Нью-Лондон. Его сопровождали не менее трёх сотен до зубов вооружённых гвардейцев; они подходили на вёсельных лодках. Однако! Как только приблизились к песчаному берегу, боевое столкновение вдруг неожиданно стихло. Наступила предрассветная тишина, глухая и полная, едва ли не мёртвая.

И! Только сейчас мистер Левин заметил, что чуть южнее «рейдует» трёхмачтовый парусник, обязанный дежурить у потаённой пещеры. Негодованию его, великому, не оставалось никакого предела. Он заорал визгливо, как резанный поросёнок:

– Все назад!!! К пиратскому месту высадки, к их потаённой пещере!