– Когда вы углубились в лес – начал рассказывать Френсис:

– Я решил оставить на берегу Нила, он должен был дать сигнал, когда вы появитесь. Днём это был бы белый флаг, а ночью бенгальский огонь, который я ему оставил. А шлюпку, я решил, на всякий случай, вернуть на корабль. И, как чувствовал, под вечер на горизонте появился парус, потом ещё один и ещё. Я подумал, что это эскадра, про которую рассказывал дон Хуан. Я же не знал, какие у них планы и что они собираются делать, поэтому решил, на всякий случай, уйти за мыс и спрятать там корабль. С верхушки холма, я наблюдал за движением эскадры и мне был виден участок пляжа, где мог бы появиться сигнал от Нила. Как видите капитан, я всё предусмотрел. – он посмотрел на меня из-под лобья. Я молчал и он продолжил:

– …Я насчитал три больших корабля, это тяжёлый галеон и два линейных, затем три корабля поддержки: корвет, флейт и шлюп. Потом опустилась ночь и корабли пропали из видимости. Мы по очереди, всю ночь дежурили на холме, ожидая от вас сигнала. На рассвете, вся английская эскадра оказалась, как на ладони. Они стояли на том самом месте, где вчера стояла «Синяя Чайка». На галеоне подняли английский штандарт, и эскадра двинулась в сторону города, только один шлюп пошёл к берегу. Вон там, ближе к деревне – Френсис указал рукой на противоположный край пляжа,

– Он высадил десант, который направился в лес. А сам пошёл вдоль берега в нашу сторону. Корвет и один из линкоров ещё маячили у края острова и могли нас заметить или услышать, поэтому мы быстро придумали хитрый план. Подняли якорь и приготовились, носом мы стояли на выход в море, от шлюпа нас закрывал мыс и холм. На баке установили гарпунную пушку, грохота от неё гораздо меньше, чем от обычной пушки. Пятерых посадили в шлюпку. Они выплыли из- за мыса, типа местные рыбаки, со шлюпа их естественно заметили и поставив все паруса погнались за ними. Парни здорово поработали вёслами, удирая от разогнавшихся англичан. Они успели уйти в затон, где стояла «Синяя Чайка», эти, на шлюпе, увидев что «рыбаки» скрылись за мысом, тоже сделали поворот и на всех парусах залетели в затон. Появление нашего корабля перед носом, похоже здорово их шокировало, потому что несколько английских матросов тут же выпрыгнули за борт испугавшись столкновения. Оставшиеся на борту, налегли на румпель, помогая рулевому развернуть шлюп. Тут в дело вступил мистер Атч, мастерски загнав шестифутовый гарпун между форштевнем и первым шпангоутом, где он благополучно застрял. Парни налегли на лебёдку и притянули шлюп к нашему борту, как раненого кита. Две минуты и остатки английского экипажа ушли на корм акулам. И тут просемафорил дозорный, которого я оставил на холме, я понял, что появились вы, но не знал, что тут идёт сражение. Понимая, что вас надо забрать как можно быстрее, я взял с собой несколько ребят и перебрался на шлюп. Мы даже не успели вытащить гарпун, вон он до сих пор торчит из борта, просто обрубили конец и всё. Вот, как то так. Весело. – Френсис улыбнулся, ожидая похвалы.

– Извини! – сказал я смутившись:

– Ты действительно молодец! Вы все, братцы, извините меня, я думал, что вы нас бросили.

– Ну, капитан, это вы загнули – сказал кто – то из матросов.

Френсис ничего не сказал, он ухмыльнулся и повернулся к английским солдатам, которые вместе с офицером, топтались в сторонке под охраной моей команды.

– Чё с этими делать? – наконец спросил он.

Я посмотрел на пленников, потом на шлюп и вдруг у меня в голове созрела замечательная идея.

– Ну-ка, братцы, разденьте их.

– Совсем? – уточнил Френсис.

– Нет, исподнее можно оставить. – серьёзно сказал я,

– И с мёртвых снимите мундиры, более- менее целые.

– Объяснишь, чего удумал? – боцман посмотрел мне в глаза.

– Ничего особенного, хочу отдать долг – сказал я, и вкратце рассказал о том, что произошло в городе.

– Вообще то, этот засранец нам должен за своё спасение. – сказал Френсис.

– Вообще то, да, но он тоже спас нас с Гарри, а за то, что выпустил из тюрьмы, мне пришлось пообещать помощь – ответил я.

– Да может англичане разнесут их в прах до нашего подхода, мы и им не поможем и сами пропадём, может чёрт с ним, с обещанием? – боцман искоса взглянул на меня.

– Ты с командой можешь не ходить, ты же ничего не обещал, и Аннет забери на корабль, и не выпускай. А мы с Гарри пойдём, вот на этом шлюпе – ответил я.

– Это самоубийство! – махнул рукой Френсис.

– Если вдвоём, то да. Если все вместе, то есть интересная идея.

Он потоптался на месте, потом посмотрел на пленных солдат, с которых парни уже стали сдирать мундиры, оглядел недавнее поле боя. Кто-то собирал брошенное оружие и стаскивал его к подошедшей шлюпке, кто-то помогал Гарри доковылять до этой самой шлюпки. Голова у него была вся перевязана чистыми лоскутами ткани, к правой руке крепко, такими же лоскутами была прибинтована небольшая дощечка, видимо ему сильно повредили руку. Аннет, пыталась заставить Нила, сидящего на камне, выпить какую- то зелёную жидкость, которую она налила из бутылки в глиняную миску, тот крутил головой и мычал, не открывая рта. Наконец она исхитрилась, ухватила его за нос и задрала голову вверх, от недостатка воздуха рот негра открылся и Аннет ловким движением выплеснула туда всё содержимое миски. Глаза Нила начали вылазить из орбит, но она не отпускала его нос, пока он всё таки не проглотил лекарство. Френсис повернулся ко мне:

– Командуй, капитан! – и протянул руку.

Я крепко её пожал.

– Так, парни, – начал я, когда все, кто был на берегу, собрались возле шлюпа,

– …нужно более-менее ровное и крепкое бревно, толщиной не меньше фута и длиной по длине бушприта «Синей Чайки». Один конец бревна заострить, во втором – сделать пропил по толщине форштевня «Синей Чайки». Потом это бревно, через блоки, подвесить к бушприту таким образом, чтобы «пропил» вошёл чётко и главное плотно в форштевень ниже ватерлинии, крепёжные концы разместить таким образом, что бы их можно было быстро обрубить. Задание понятно? Выполнять! И побыстрей, у нас очень мало времени.– я повернулся к подошедшему боцману.

– Таран? – спросил он,

– Я видел такие на кораблях берберских пиратов, только у них таран являлся выпирающей вперёд частью киля, а подвесной, нам самим разобьёт форштевень – скептически заметил Френсис.

– Не разобьёт, если будет сидеть плотно и не будет зазора. Тем более он нужен нам на один удар. – ответил я, и усмехнувшись добавил:

– Броненосцы ещё не изобрели, да и медью, кажется, ещё не обшивают….

– Не бери в голову, это я так, о своём… – махнув рукой, сказал я Френсису, который смотрел на меня как на сумасшедшего.

– А ты, вот что – я снова обратился к боцману:

– Оставь на «Синей Чайке» минимум пороха, все излишки снеси в трюм шлюпа, бочонки оставь открытыми. И ещё, наломайте сухого тростника и тоже в трюм, несколько вязанок оставьте на палубе. Устроим им файершоу.

Через три часа мои приказы были выполнены, и я приступил к последнему инструктажу.