Павлинов Сергей Яковлевич (1882–1913). Родился 12 ноября 1882 г. Окончил Морской кадетский корпус с чином мичмана 6 мая 1901 г. В 1902–1904 гг. совершил заграничное плавание на крейсере II ранга «Крейсер». Вахтенный начальник «Орла» произведен в лейтенанты 17 апреля 1905 г. В Цусимском бою командовал носовой 12-дюймовой башней, контужен. После войны плавал на торговых судах, затем служил на Балтике. В 1913 г. покончил с собой.
Записка представляет собой одну из попыток коллективного осмысления произошедшего 14 мая 1905 г. вскоре после сражения, когда память участников еще сохраняла многие его детали. Однако легко заметить, что указанные в ней моменты времени, дистанции весьма приблизительны. Интересен перечень попаданий японских снарядов в броненосец «Орел», хотя калибры этих снарядов не уточняются. Произведенные ими разрушения перечислены отдельно, к сожалению, без указания не только калибров, но и времени попадания, так что динамику снижения боеспособности «Орла» можно представить лишь в общих чертах. Замечания и выводы офицеров броненосца позволяют лучше понять причины поражения 2-й Тихоокеанской эскадры.
Около 5 час. утра 14-го в тумане усмотрели справа по носу купца, который, увидя нас, повернул от эскадры и скрылся. Вероятно, это был «Shinano-Maru». Телеграф непрерывно работал, и получались японские знаки, Рожественский приказал не мешать телеграфировать. Около 7 час. утра справа за кормой показался в тумане японский крейсер III кл. «Idzumi», который, догнав эскадру, стал держаться на правом траверзе «Ослябя» в расстоянии 45 каб. По нем не сделано ни одного выстрела.
Около 10 час. утра слева по носу показался отряд крейсеров неприятеля, состоявши из «Matsushima», «Itsukushima», «Hashidate», «Chin-Ien» и «Akitsushima». Отряд, пройдя контргалсом небольшое расстояние повернул последовательно и лег на параллельный курс в расстоянии 60 каб. В это же время слева на траверзе из-за тумана вышел отряд крейсеров «Chitose», «Kasagi», «Otawa» и «Niitaka». Первый и второй броненосные отряды прибавили ходу, чтобы пройти вперед, вступить впереди третьего броненосного отряда. Около 10 час. 30 мин, когда перестроение оканчивалось, с «Орла» был дан случайный выстрел по «Chitose» и «Niitaka», оказавшимся в расстоянии 38 каб. Вслед за «Орлом» вся эскадра, не дожидаясь сигнала адмирала, открыла огонь по крейсерам. Огонь продолжался 8 час.[337], после чего японцы повернули влево вдруг и отошли на расстояние 60 каб. Им вступил в кильватер отряд Kataoku[338] («Matsushima» и т. д.) Когда первый броненосный отряд отошел вправо и образовал правую колонну, крейсера «Chitose», «Kasagi», «Otawa» и «Niitaka» прошли вперед, сильно увеличив ход, и, повернув вправо послед[овательно] и влево [все] вдруг, пошли впереди нашей эскадры на расстоянии около 40 каб. Перед появлением главных сил неприятеля крейсера эти повернули влево [все] вдруг и ушли в остовом направлении.
[…] Около 12 ч. дня показалась слева на крамболе парусная фунэ[339], шедшая на пересечку курса.
Первый броненосный отряд повернул вдруг вправо и отойдя на 17 каб. вдруг влево, образовав таким образом правую колонну.
В полдень переменили, курс и легли на NO 23°.
Немного времени спустя японские крейсера прибавили ходу и скрылись в тумане впереди.
Около 12 ч. 30 м., почти по носу, чуть вправо, показались главные силы неприятеля.
Обрезав нос за 60 каб., неприятель перешел на левую сторону и стал склоняться к S.
На траверзе «Ослябя» «Миказа» повернул и, сближаясь постепенно, ложился на параллельный курс.
В это же время наш 1-й брон[еносный] отр[яд] повернул влево вдруг, чтобы вступить в голову II отряду.
Около 12 ч. дня. Курс NO 50°. Ход 11 узлов.
В 1 ч. 40 м. дня «Суворов» первый открыл огонь по неприятелю.
Вступая в голову второму отряду, первый заставил «Ослябя» и всех за ним бывших, уменьшить ход до самого малого, т. е. до 4–5 узлов.
Японцы в это время уже отвечали и тут-то «Ослябя», почти не имея хода, получил самые тяжелые повреждения.
Отряд адмирала Энквиста, транспорты, миноносцы и разведчики стали уходить вправо, укрываясь за броненосцы от японских легких крейсеров, шедших в обход нашего тыла. Бой начался и велся на расстоянии 28–42 каб.
Около 1 ч. 40 м. дня, когда «Суворов» открыл огонь. Курс NO 23°. Ход 11 узлов.
Японцы постепенно отжимали нас к О. «Суворов «несколько раз пробовал сблизиться, но лишь только поворачивался на неприятеля, у него тотчас выбивали рулевых и всех, стоявших в рубке. Адмирал и штаб сидели, т. к. стоять было невозможно. Он 7 раз менял рулевых.
Около 2 час. 35 мин. «Суворов» вышел из строя сильно избитый. Мачты и трубы сбиты. Весь в огне, дыму до такой степени, что корпус видеть нельзя было. «Александр III» около этого времени тоже вышел из строя с большим креном, но вскоре оправившись, вступил «Орлу» в кильватер.
«Ослябя», разбитый в начале боя, шел с большим креном. Но непроницаемые переборки не выдержали хода, сдали, и вода хлынула по всему кораблю.
«Ослябя» вышел из строя и в 3 час. 10 мин. дня перевернулся на левый борт и, уходя под воду, нырнул носом вперед и влево.
«Буйный» пошел спасать команду.
«Суворов», перенеся управление в боевой пост, привел на NO 23° и шел малым ходом.
«Бородино», идя головным, повернул на N.
Японские броненосцы повернули вдруг на 16 R, крейсера [отряда адмирала] Kamimura прошли контркурсом и вступили в кильватер «Mikasa».
Головным шел «Nissin».
Обогнав нашего головного, японцы стали склоняться к N, а потому и «Бородино» постепенно отходил на параллельный с ними курс.
В это же время сильно были избиты «Камчатка», «Иртыш», «Урал», «Светлана» и «Аврора».
«Бородино» повернул черев S в NO четверть, а за ним и все последовательно; японцы же повернули вдруг на 16 R, и бой так продолжался на параллельных курсах до 4 час. 45 мин, причем японцы, пользуясь преимуществом в ходе, постепенно оттесняли нас к S. Тут же «Жемчуг» выскочил из строя и пошел атаковать Kamimura, но тотчас совершенно избитый вернулся на место.
В 4 ч. 45 м. дня из-за тумана и дыма японцы, а равно и мы их, потеряли из виду наши главные силы и прошли дальше на S до 5 ч. 30 м. по пути разбивая наши крейсера и транспорты.
Наши броненосцы, потеряв японцев, постепенно стали ложиться на NO 23°.
В 5 ч. 30 м. Togo повернул вдруг на 16 R на N и ему в кильватер вступили неброненосные крейсера, Kamimura же пошел дальше к S и потом на SW и до NW добивать наши крейсера и транспорты. Идя таким образом, мы опять сошлись с Togo.
Наша эскадра шла курсом NO 23° не видя Togo.
Около 5 ч. 50 м. «Буйный», заметив справа от эскадры разбитый корабль, пошел осмотреть его – это был «Суворов». «Буйный» подошел к его правому борту и ждал, пока пересадят адмирала на миноносец.
На SO показалась японская эскадра только что утопившая «Урал» и шедшая на N. Проходя «Суворов», японцы открыли по нем убийственный огонь, но в 6 час., заметив нашу эскадру, склонили курс влево и начали сближаться, сосредоточив огонь на «Бородино» и «Суворов». «Буйный», стоя у борта «Суворова», был совершенно скрыт от японцев, но держаться ему было тяжело из-за ветра, нажимавшего его на броненосец сильной волной. Когда раненого и бесчувственного адмирала, поймав момент, перебросили на матросской койке на миноносец, и когда чины штаба прыгнули туда же, «Буйный» задним ходом отошел от броненосца. При передаче адмирала, команда и офицеры вышли на срез и кричали «ура».
Лишь только корма «Буйного» вышла из-за броненосца, и японцы увидели ее, как тотчас перевели огонь на миноносец, но им удалось уйти к эскадре полным ходом. Подходя к эскадре, «Буйный», по приказанию штаба (Рожественский был без чувств) поднял сигнал: «Адмирал передает командование адмиралу Небогатову».
Около 5 час. 50 мин. дня. Курс NO 23°.
В 6 час. дня эскадра, сблизившись, завела бой на параллельных галсах и так он продолжался до захода солнца. «Суворов», совершенно разбитый, прорезал строй малым ходом под носом «Нахимова» и затем скрылся в туман слева за кормой. Вскоре после захода солнца его утопили миноносцы двумя минами. Он отстреливался маленькой пушкой с кормы и ружьями.
В 6 час. 40 мин. на «Бородино» начался сильный пожар. Губительный огонь неприятеля, сосредоточенный на «Бородино», заставил его склоняться постепенно к W, так что курс нашей эскадры перешел в NW четверть, через N.
В начале 7 час. «Александр III», шедший все время с малым креном, вышел из строя влево, крен у него все увеличивался. В 7 час., с очень большим креном, он прорезал наш строй под носом «Нахимова» и в 7 час. 7 м. перевернулся на правый борт на траверзе последнего. Днище его некоторое время поддерживало вскарабкавшуюся на него команду.
На «Нахимове», когда «Александр III» погрузился окончательно, ощущалось сотрясение, как бы от взрыва, бывшего на погибшем броненосце. Перед заходом солнца Небогатов поднял сигнал: NO 23°.
В 7 час. 23 мин. вечера с сильным пожаром перевернулся, в голове эскадры, на правый борт «Бородино». Переворачивался плавно и медленно, с самым малым дифферентом на нос. «Орел», а за ним и все, обошли днище, на котором бегало, кричало и махало руками человек 40–60.
Головным пошел «Орел».
С заходом солнца, когда с N из-за линии японских броненосцев показались миноносцы, «Бородино», вероятно, открыл батарею, т. к. не имел наверху орудий для отбития атак и в то же время положил право на борт.
Вода, бывшая у него на палубах для тушения и при тушении пожаров, перелилась на один борт, еще более увеличила крен, надводные пробоины, став подводными, приняли воды, крен еще увеличился, взяли воды порта батареи и броненосец перевернулся.
Когда показались миноносцы и уже погиб «Бородино», Небогатов, идя вторым, повернул в SW четверть. «Орел», успев развернуться, вошел ему в кильватер и пошел вторым, впереди «Апраксина».
В SW четверти шли около часу, после чего адмирал повернул и лег на NO 23°, имея ходу от 13 до 131/2 узлов. («Орел» давал все время 90–95 оборотов). Эскадра шла без огней, и пока шли соединено, отбиваться от атак было сравнительно легко. Но вскоре корабли за темнотой были потеряны друг от друга и многие были повреждены минами.
«Николай» во время атак несколько раз круто менял курс на 8 R минут на 10–15 и затем опять приводил на NO 23°.
Эскадренный броненосец «Орел».
Убиты в бою и умершие от ран:
Николай Викторович Юнг умер 16-го мая, Андрей Павлович Шупинский, Георгий Ахиллесович Андреев-Калмыков, Александр Владимирович Гире умер 26-го мая.
Всего: 4 [человека].
Ранены:
И.В. Никонов – легко, Ф.П. Шамшев – тяжело, К.Л. Шведе – легко, К.П. Славянский – тяжело, О.А. Щербачев – тяжело, Л.В. Ларионов – тяжело, Я.К. Туманов – тяжело, Н.А. Сакеллари – легко, В.А. Саткевич – легко, А.Д. Бубнов – тяжело.
Из 18 строевых офицеров 14 выведено [из строя].
Нижи [их] чин[ов]: убито – 22, умерло от ран – 6, ранено – 64.
Выведено [из строя] нижн[их] чинов 92, офицеров 14.
Всего: 106 [человек].
Выбыло: офицеров 46,6 %, нижн[их] чин[ов] 11,3 %, строевых] офиц[еров] 73,7 %.
Снаряды, попавшие в броненосец.
Пр[авый] борт
1. кают компания кондукторов и каюты.
2. носовая 6 [-дюймовая] башня.
3. каюта старшего механика.
4. каюта Ларионова.
5. кормовая 6 [-дюймовая] башня.
Лев[ый] борт
6. кают компания кондукторов и каюты.
7. носовой каземат
8. [носовой каземат]
9. левый заразный лазарет
10. носовая 6 [-дюймовая] башня
11. [носовая 6 [-дюймовая] башня]
12. каюта Щербачева
13. [каюта] Рюмин [а]
14. [каюта] Бубнова
15. [каюта] Костенко
16. кают-компания
17. кормовой каземат
18. [кормовой каземат]
19. кормовая 12 [-дюймовая] башня
20. [кормовая 12 [-дюймовая] башня]
21. боевая рубка
22. [боевая рубка]
23. [боевая рубка]
24. [боевая рубка]
Пр[авый] борт
25. адмиральская каюта
Лев[ый] б[орт]
26. каюта Модзалевскаго
27. [каюта] младшего доктора
28. передний мостик
29. [передний мостик]
30. [передний мостик]
31. [передний мостик]
32. [передний мостик]
Лев[ый] борт
33. передняя труба
34. задняя [труба]
35. носовая 12 [-дюймовая] башня
36. кормовая 6 [-дюймовая] башня
37. [кормовая 6 [-дюймовая] башня]
38. минные паровые катера
39. [минные паровые катера]
40. грот-мачта
41. стрелы
42. задний мостик
43. батарея
44. сетки
45. [сетки]
46. [сетки]
47. носовой каземат и кают-компания кондуктор [ов]
48. [носовой каземат и кают-компания кондукторов]
49. [носовой каземат и кают-компания кондукторов]
50. [носовой каземат и кают-компания кондукторов]
51. офиц[ерский] верхи [ий] гальюн и ванна
52. и нижний [офицерский гальюн и ванна]
53. кочегар[ный] кожух
Пр[авый] б[орт]
54. верхи[яя] кают-компания
55. лебедка правая и левая
56. правый трап
Лев[ый] б[орт]
57. казематное отделение
58. [казематное отделение]
59. верхняя жилая палуба и церковь
60. броня
(номера 61–69 отсутствуют в оригинале. – К.Н.)
70. броня
71. командирская рубка
72. штурманская носовая рубка
73. клотик фок-мачты
Пр[авый] б[орт]
74. клюз
75. среди [яя] 6 [-дюймовая] башня
Лев[ый] б[орт]
76. верхняя кают-компания
77. [верхняя кают-компания]
78. гафель
79. ростры.
По газетам японцы считают попавших в «Орел» 12 [-дюймовых] снарядов 47, а всего, не считая осколков, более 100.
Пожары во время боя.
Каюты: Бубнова, Антипина, Рюмина, Щербачева, Шупинского, Русанова, Ларионова, Командира.
В батарее.
Около 2 час. 30 мин. пожар кругом боевой рубки: койки, пластырь, стол штур[майской] рубки, парусная, тросовая, матерная[340].
Мешки на левом спардеке горели до позднего вечера.
Около 4 час. катера паровые и минные и койки на заднем мостике.
Пожар в адмиральской каюте. Двери заклинены. Трудно было тушить. Там была сложена мебель.
Пожар в буфете адмирала. Воды налили ко мне в каюту около 2 [дюймов].
Шлюпкиу нас [горели] не очень много, на других же кораблях громадным костром, равно как и рубки. Там не убрали дерево.
Около 2 час. 30 мин. пожар в погребе правой 6 [-дюймовой] средней башни, что-то упало вниз через трубу подачи и произвело пожар.
Повреждения.
Перебиты все сигнальные фалы.
Разворочен мостик между катерами.
Выбиты 3 орудия носового каземата.
[Выбиты] 4 [орудия] кормового каземата.
[Выбиты] 2 [орудия] среднего каземата.
В батарее и на палубах масса воды.
Перебиты оба становых каната.
У лев[ой] нос[овой] оруд[ийной] бат[ареи] разбило и разорвало беседку 75-мм [снарядов].
В нос[овой] 12 [-дюймовой] башне отбило дуло.
В корм[овой] 12 [-дюймовой башне] первый снаряд разорвался о крышку амбразуры и согнул ее вниз ([Вследствие этого] Орудие бьет на 30 каб). Выбиты первые комендоры. Второй [снаряд] разорвало об обух, выбил [О.А.] Щербачева и прогнул крышу.
Прав[ая] нос[овая] 6 [-дюймовой башня]. Осколки попали через горловину на крыше и зажгли 2 гильзы; обожжены Тирс и 6 комендоров. Башня затем действовала вручную.
Правая сред [няя] 6 [-дюймовая] башн[я]. Снаряд влетел в амбразуру и, разорвавшись, зажег двегильзы; 3 убито, 4 ранено и обожжено. Башня действовала вручную. Осколки упали в погреб и произвели пожар.
Прав[ая] 6 [-дюймовая] кормовая башня. Снаряд попал в мамеринец.[341] Заклинил башню, выгнув броню у мамеринца снизу вверх. Пробил борт и палубу газами, произвел пожар в каюте адмирала. Продавил следующую палубу. Разворотил переборку, и там зажег обе каюты. Пробоина в борту около 11/2 саж. диаметр [ом]. В башне ранен [А.Д.] Бубнов и комендоры. Действие вручную, на другой день к 11 час. дня исправили.
Левая кормовая 6 [-дюймовая] башня. Вся засыпана осколками. Навылет пробита рубка командира башни. Осколками в середине боя заклинен снаряд в орудии.
6 [-дюймовая] сред[няя] лев[ая] заклинена дверь. Действие вручную.
Левая носовая 6 [-дюймовая] башня 12 [-дюймовый] снаряд попал в нижнюю кромку брони башни, перекосил всю башню на катках, растряс броню и сдвинул ее с места.
Заклинил башню. Этот же снаряд разворотил палубу у башни, сбил до половины гальюн, зажег пластырь, разворотил тросовую и зажег ее. Осколок другого снаряда разбил трос 4 [-дюймовый], которым обвита была рубка командира, и вышиб глаз [К.П.] Славинскому.
Выбито 10 47-мм [орудий].
Все систерны с водой разбиты.
Разбиты лебедки и трапы на спардеке.
Боевая рубка: первый снаряд попал в броню справа, и сорвал козырь, и бросил его в рубку. Второй попал слева в броню и выгнул два козыря. Третий попал в гриб башни, выгнул его, вывел все приборы и переранил всех бывших в рубке. Ранены в рубке были: [Н.В.] Юнг, [К.Л.] Шведе, [Ф.П.] Шамшев, [И.В.] Никанов, [В.А.] Саткевич, [Л.В.] Ларионов и 4 нижних чина. Убито 3 нижн[их] чина.
Какая артиллерия у нас действовала 15-го Мая к моменту встречи с главными силами неприятеля.
Носовая 12 [-дюймовая] башня: действовала вполне исправно электричеством одна пушка.
Кормовая 12 [-дюймовая] башня: левое орудие било только [на] 32 к[абельтова]. Правое исправно. Подача ручная.
Пр[авая] нос[овая] 6 [-дюймовая] башня: башня вращалась. Остальное вручную. Орудия исправны.
Пр[авая] ср[едняя 6-дюймовая] башня: заклинена по траверзу. Провода все выгор[ели].
Пр[авая] корм[овая] 6 [-дюймовая]: орудия исправны, но башня заклинена.
Лев[ая] кор[мовая] 6 [-дюймовая]: башня и провода исправны, но орудия оба изрыты осколками.
Лев[ая] ср[едняя] 6 [-дюймовая]: исправна, зачинена дверь.
Лев[ая] нос[овая] 6 [-дюймовая]: совсем села и броня между орудиями упала за борт; [башня] заклинена.
Нос[овой] каземат: одна пушка действует], три сбиты.
Батарея: действует 9 орудий, три сбиты.
Кор[мовой] каземат: все четыре [орудия] избиты.
Передн[ий] мостик: четыре действуют.
Задний [мостик]: пять выбито, пять действуют.
Пулеметы: оба марса разбиты (пулем[еты] действуют]), 37 м/м [орудия] оба сбиты.
Причины разгрома.
1. Ошибка в строе при встрече неприятеля. «Ослябя» быстро выбит, т. к. имел самый малый ход.
2. Ошибочно сосредотачивать огонь всей эскадры на одном корабле, не имея организации эскадренной пристрелки. Артиллерийские офицеры не могли видеть, как ложатся их снаряды, значит не могли исправить установку орудий, значит наши снаряды всегда вреда противнику не приносили.
3. Слишком нечувствительные трубки снарядов как фугасных, так и бронебойных.
4. Малый ход эскадры.
5. Непривычно большие расстояния.
6. Тусклые прицелы.
7. Окраска кораблей.
8. Отсутствие командования эскадрой.
9. Перегрузка кораблей.
10. На 1-м бр[оненосном] отр[яде] слишком низкая батарея, «Бородино» из-за нее погиб.
11. Малое количество дальномеров и их ненадежность.
12. Слишком большие прорези у боевых рубок.
13. Никуда не годные мамеринцы у башен.
14. Адмирал не разрешал выкидывать дерева.
15. На 1-м бр[оненосном] отр[яде] вероятно всюду были открыты рожки у помп: воды лилось масса, а шпигатов для спуска ее мало. Вода остается на палубах и при положении руля еще более увеличивает крен – надводные пробоины становятся подводными.
16. Малая практика артиллерийских офицеров и комендоров.
17. У нас красят судно, не отдирая старой краски. Пожары от краски ([броненосец] Сисой [Великий]).
18. Каждый командир выдумывает с трюмными механиками свой способ заделки пробоин, т. к. это дело, столь важное, совершенно не разработано.
19. Минные атаки трудно отбивать, когда все прожектора разбиты. Немногие только корабли убирали их вниз и приучали минеров быстро ставить их на места.
20. Громадное преимущество хода японцев. Благодаря ходу японцы держали свой третий корабль на траверзе нашего головного и таким образом пять кораблей били одного, наши же задние даже и не видели головного японца. Стрельба эскадрой у японцев организована.
21. Роскошная стрельба японцев.
22. Их строй, окраска и бурый дым шимоза совсем закрывал их от наших глаз.
23. Шимоза рвет снаряды на удивительно мелкие куски и эти кусочки попадали в прорезы в броне, конечно, вышибают глаза смотрящим и портят все приборы.
24. Прекрасное маневрирование эскадры японской.
25. Громадное количество миноносцев у неприятеля.
26. Страшно чувствительные] трубки японских снарядов.
27. У нас угольная пыль, выбиваясь из всех щелей, еще более затемняя прицелы.
Пожалуй, что достаточно причин, чтобы самому быть разбитым совершенно и не принести почти никакого вреда противнику.
28. Наши миноносцы, правда их мало было, занимались спасением людей и набравши их громадное количество, конечно, не могли идти и атаковать ночью неприятеля.
29. Ни один комендор (вероятно, опечатка. Следует – «командир». – К.Н.) не знал чего хочет адмирал и что он думает делать.
30. У нас держали между кораблями [дистанцию] 2 каб. – это слишком мало.
31. Адмирал приказал не мешать телеграфировать японцам. Наши телеграфные установки и станции испортились от сотрясения корабля от своих снарядов.
Замечания по поводу боя.
В одном из приказов адмирала говорилось, чтобы огонь всей эскадры сосредотачивать на одном из кораблей неприятеля, а на котором – адмирал укажет. В бою он поднял сигнал «1». Незадолго до боя адмирал предупреждал, чтобы снаряды зря не бросались, а каждый выстрел исправлялся бы предыдущим.
Как только в бою адмирал показал, по какому кораблю бить, вся эскадра открыла одновременно огонь и, конечно, около головного неприятеля образовалось громадное количество всплесков и ни один артиллерийский офицер не был в состоянии по пристрелке поправить стрельбу. Оставалось поправлять стрельбу или на глаз или пользуясь дальномером. Но дальномеры Барра и Струда на эскадре на каждом корабле показывали свое показание и, конечно, точности от этих дальномеров получить было невозможно. Про[342]..фи говорить нечего.
Второй исход был – бить по тому кораблю, в который никто не стреляет или где мало снарядов ложится. Но такой корабль нужно искать ощупью, а пока найдешь – артиллерия лучших кораблей уже будет подбита, т. к. японцы сосредотачивали свой огонь на одном нашем корабле, но пристрелявшись не все разом, а одним кораблем и когда уже он пристреляется, что они делали по третьему выстрелу – вся эскадра била в одно место и, конечно, результат был роскошен.
Не зря японцы говорят – «организация – мать победы». Японцы стреляли исключительно фугасными снарядами, и снаряды эти настолько чувствительны, что рвутся об воду и об самые мелкие переборки. Шимоза рвет их на колоссальное количество крохотных осколков, хотя встречаются и большие осколки, и первые залетают даже в маленькие прорези в броне и выбивают людей за броней стоящих, равно как и уничтожая и коверкая все приборы, на пути их встречающееся. Наши же ударные трубки слишком нечувствительны, и снаряды, попавшие в японские корабли, большею частью пронизывали легкие и бронированные части навылет и уходили, не разорвавшись. Разорвавшись же, давали, сравнительно с японскими, ничтожное количество громадных осколков, которые даже не в состоянии пробить мало-мальски серьезную переборку. Попавшие в человека – убивали его на месте или калечили ужаснейшим образом. Пристрелку японцам очень облегчали их снаряженные шимозой снаряды, которые, разрываясь об воду, давали, кроме всплеска, еще и громадное облако бурого дыма. Дым этот совершенно застилал японцев от наших глаз и не давал возможности хорошенько наводить орудия, т. к. масса снарядов лопались у борта, неся с собою осколки, воду и дым, которые совершенно затускняли прицелы.
Громадным преимуществом пользовались японцы, имея ходу узла на 3–4 более нашего.
Они в какое им угодно положение ставили нас и спокойно распоряжались расстоянием.
Шли они таким образом, чтобы иметь третий свой корабль на траверзе нашего головного, и этим достигалось то, что 5 их кораблей били нас, имея почти одно и то же расстояние и, значит, на три корабля больше могли полнее использовать свою артиллерию. Наши же корабли, шедшие сзади, часто и вовсе не видели головных японцев, т. к. окраска японцев близко подходила к цвету мглисто-туманной атмосферы. И до такой степени, что на расстоянии 30–35 каб., на котором велся бой, даже траверзные корабли едва видны были. Задним нашим, конечно, не было видно передних неприятеля.
Наши же корабли черного цвета, с желтыми трубами, японцы видели прекрасно, несмотря на то, что мачты у нас были шаровые.
Во время пути стрельб было очень мало, а которые и были, то на малых расстояниях и, конечно, такие большие, как 30–40 каб., были совершенно непривычны для офицеров и комендоров.
Японцы же во время нашего плавания израсходовали 5 боевых комплектов снарядов и стреляли на тех же расстояниях, на каких велся бой.
Мы не могли много стрелять, т. к. запасов на эскадре не было, а что было на нас самих, т. е. полтора комплекта, то с этим нужно было и научиться стрелять, да и на двухсуточный бой чтобы осталось.
Конечно, результат был самый плачевный.
Ввиду того, что все командиры [судов] не знали, как желает вести бой адмирал, случилось так, что по выходе «Суворова» из строя, вся эскадра стала передвигаться в кильватер головному, а с него ни одного приказания не передавалось и каждый командир делал со своей артиллерией, что находил нужным. Повороты были исключительно последовательно: да «вдруг» и нельзя было ворочать, т. к. не было на эскадре эскадренного радиуса циркуляции, и когда делались во время плавания повороты на 16 R, то получалось что-то ужасное, т. к. ворочали все на глаз. При последовательные же поворотах японские перелеты все попадали в цель. Японцы же несколько раз ворочали на 16 R и выходило это у них очень чисто.
Сказалась в бою также и неудачная постройка броненосцев 1 отряда, а именно слишком низкая батарея, в которую постоянно вливалась волна. Надо думать, что «Бородино» перевернулся из-за того, что не имея на верху орудий, чтобы отбиваться от миноносцев, принужден был открыть борта батареи. Одновременно с этим он положил право на борт. Получился крен; вода, бывшая на палубах, увеличила крен, порты взяли воды, и в результате «Бородино» плавно и ровно перевернулся.
Установка наших башен оказалась совершенно негодной, т. к. снаряды, рвавшиеся около башен, разворачивали легкие мамеринцы и башни потом заклинивались. Уже давно никто не строит таких мамеринцев. Англичане ставят 10–12 [-дюймовые] мамеринцы, и с ними, конечно, башни подбить невозможно.
Пожары прямо таки губили броненосцы. Дерево, краска и шлюпки горели кострами громадных размеров, накаливали борта и палубы и на «Суворове» до такой степени, что палубы на нем прогнулись. Для тушения пожаров лилась масса воды, которая еще более увеличивала на поворотах крен и этим очень затрудняла стрельбу. Случалось так, что моторы башен горизонтального наведения не могли сдвинуть башен, что очень скверно действовало на провода. Предохранители горели и стрельба приостанавливалась.
Вина целиком лежит на адмирале, т. к. он не только не приказал выбросить все дерево, но даже, когда командиры просили разрешения у него свезти мебель хотя бы на транспорты, не говоря уже о выбрасывании ее за борт, он категорически отказал. Некоторые командиры на свой страх выбросили все дерево и, конечно, не имели совершенно пожаров, кроме тех небольших, что давала краска.
Многие надводные пробоины вследствие крена становились подводными, а о заделке их сообща командиры не думали, а каждый делал по-своему. Какой это важный вопрос и как мало он разработан.
С заходом солнца появились минные атаки и японцы, если и добились результатов сносных, то только громадным количеством миноносцев. Пока наши корабли шли соединенно, то очень успешно отбивались от атак, т. к. на некоторых кораблях прожектора были убраны вниз и остались целыми. Эти-то корабли и помогали соседям отбиваться. Но вскоре несколько мин попали в цель, корабли разделились и, конечно, одному были перетоплены.
В бою мы держали между кораблями 2 каб. – это слишком мало, т. к. эскадра представляет из себя при таких условиях почти сплошную линию.
Выводы боя.
Не иметь вовсе или по возможности избегать запасных гильз у орудий, особенно в башнях. (Взрывы – прав[ая] носовая и средняя башня, батарея и кормовой каземат).
Для пластыря следует иметь на верхней палубе бронированный ящик. Четырех подкильных концов мало.
Рубки башенных командиров надо делать такой же толщины, как и комендорские. Внутри рубок следует иметь по кругу подушки. От попавшего снаряда в броню башни, получается настолько сильное сотрясение, что головы в рубках подвергаются очень сильному удару.
Двери в помещениях корабля, конечно, проницаемые, иметь открытыми. Их часто заклинивает (адмиральская каюта).
Рожки [пожарной системы] открывать только тогда, когда в них имеется действительная надобность.
Абсолютно не иметь дерева, возможно меньше шлюпок.
Приборы стрельбы (указатели) иметь перед глазами башенного командира, не устраивать передачи.
Иметь прямое сообщение [переговорными трубами] между всеми башнями или, во всяком случае, с пристрелочными, от командира к командиру. Если у командира [башни] будет и много труб, смущаться этим нечего.
Прорези в боевой рубке страшно велики. Телефоны хороши только в мирное время.
Нужно ли на линейных кораблях делать минные аппараты?
Броню можно делать тоньше, но закрывать ею возможно большую площадь борта.
Снаряды следует иметь такие, чтобы рвались об воду. Иметь пристрелочные снаряды, дающие цветные газы.
Прекрасные результаты дает замена громоздких трапов легкими штормтрапами.
Необходимо иметь бронированный ход из боевой рубки в центральный пост.
При окраске судна необходимо отдирать старую краску совершенно.
Краситься нужно в бледношаровый цвет, даже светлее японцев. Если же положение, как в Артуре, то под цвет берега.
Когда удираем в темную ночь от миноносцев, не светить лучше прожекторами.
Постоянно практиковать минеров в уборки и постановке прожекторов и проводке летучих проводов.
Очень удачная защита головок элеватора колосниками и тросом.
Также удачный результат дало устройство продольных траверзов в батарее при помощи троса, обмотанного восьмеркой между пиллерсами.
Защита койками – фигообразна <Так!>.
Койки дают страшно удушливый дым.
Иголкин выдумал хорошие светящиеся мушки на 47-мм орудия для отбития атак [миноносцев].