Бросая бумеранг поступков, заранее необходимо предвидеть, как будешь ловить бумеранг последствий, который обязательно вернется к тебе. После посещения медиума последняя тень сомнения насчет параллельных миров улетучилась и Пьер Ранье решил, как ему поступить дальше. Денег, потраченных на общение с Алисой Брюнер, ему жалко не было. Пьер был уверен, что через медиума ему удалось пообщаться с Пэт. От одной этой необычной мысли он был счастлив.

Вернувшись домой Ранье снова проанализировал случившееся и едва принялся скрупулезно продумывать свой дальнейший план, как вдруг ему позвонили из Пентагона и пригласили приехать в это военное ведомство.

В этом огромном офисном здании с пятью этажами над землей и еще двумя под ней, имеющего форму пятиугольника и расположенного недалеко от Вашингтона, Пьер прежде никогда не был. Поскольку ученого пригласили приехать для встречи с высокопоставленными чиновниками, Ранье понял, что наступает тот самый ответственный момент, о котором говорила ему Пэт. Морально он был готов к любому развитию событий.

Прибыв немного раньше назначенного времени и оказавшись у главного входа в Министерство обороны Соединенных Штатов Америки, Пьер был поражен монументальностью увиденного. Из памятки, которую он обнаружил в комнате ожидания в бюро пропусков, куда его проводил дежурный офицер, можно было узнать, что каждая сторона пятиугольного здания равняется 281 метру, а периметр – около 1405 метров. Если сложить длину всех коридоров Пентагона, получится около 28 километров, а площадь всех этажей здания составит 604 тысячи квадратных метров. В высоту Пентагон (если не считать нижние этажи) около 23 метров. Дальше говорилось, что в здании 7754 окна, 131 лестница, 13 лифтов, 19 эскалаторов. В Пентагоне работает 26 тысяч человек, а еще в нем имеется множество ресторанов и кафетериев, в том числе и известных мировых сетей – Starbucks, KFC, McDonald’s, Subway. Ежедневно служащие Пентагона выпивают около 800 литров молока, 7 тысяч бутылок прохладительных напитков и 5 тысяч чашек кофе. Также в Пентагоне работают магазинчики, кондитерские, фитнес-центр, имеются комнаты для отдыха – все это для того, чтобы военные офисные работники могли скрасить одиночество своих жен, пока сами пропадают на работе. Ежедневно в здание Пентагона поступает 200 тысяч звонков и 1 миллион 200 тысяч сообщений.

Наконец в комнате ожидания появился бравый офицер и, подойдя к Ранье, проверил его документы и пригласил следовать за ним.

До нужного кабинета добирались минут десять. Войдя, Пьер за столом увидел трех человек, которые с улыбкой поприветствовали гостя. Затем ему предложили присесть и начался разговор, немного похожий на экзамен. Как оказалось, один из этой троицы являлся представителем администрации Белого дома, другой работал в ЦРУ, а третий являлся флотским адмиралом.

Какое-то время они рассматривали друг друга. Затем представитель администрации с надменным видом поинтересовался, справится ли Ранье с поставленной задачей, которую одобрил сам президент Соединенных Штатов. Более того, когда ему доложили о предстоящей операции, глава государства якобы заявил, что в случае успеха он с удовольствием вручит национальному герою высшую гражданскую награду страны – Золотую медаль Конгресса США.

И хотя все это было сказано с пафосом, от которого у иного чрезмерно сентиментального гражданина страны подступит к горлу комок и повлажнеют глаза, Пьеру было в душе абсолютно наплевать: и на медаль, и на президента США и всю его команду. Главное для него – это воссоединиться с любимой женой, а все остальное не имело никакого смысла. Но ученый об этом не распространялся, а предусмотрительно заверил представителя администрации, что обязательно выполнит поставленную задачу. Далее представитель ЦРУ вкратце сообщил основные этапы предстоящей операции. Из Норфолка Ранье будет откомандирован на атомной подводной лодке ВМС США SSN-787 «Вашингтон» в район, где русские собираются испытывать свое новое оружие. На американской субмарине уже находится разработанная и созданная Ранье установка телепортации. Другая установка находится в готовности у восточного побережья Соединенных Штатов. Когда потребуется, обе установки будут приведены в действие и испытуемая новейшая торпеда русских, именуемая «Посейдон», телепортируется в территориальные воды США.

– Мистер Ранье, технически все так? – на всякий случай поинтересовался адмирал.

– Совершенно точно, сэр, – успокоил его ученый.

– Господин Ранье, президент Соединенных Штатов вам верит и надеется на вас! – торжественно произнес представитель администрации.

После этого он пристально стал смотреть в глаза ученого, словно старался не пропустить слез умиления от оказанной ему великой чести рискнуть жизнью и телепортировать эту суперсекретную торпеду к берегам США. Ранье это понял, но вместо слез, он лишь скромно пообещал.

– Передайте господину президенту, что я сделаю все возможное, чтобы наш план удался.

Пьеру стоило огромного труда скрыть в этот момент саркастическую ухмылку: ведь все будет совершенно иначе. Их планы взаимоисключающие и он сделает все возможное, чтобы телепортироваться к своей Пэт. Возможно, все пройдет не особенно гладко. Ранье, как ученый, допускал даже неудачу или ситуацию, при которой вместе с ним в параллельный мир попадут люди, находящиеся в момент телепортации рядом с ученым. Он, безусловно, постарается всего этого избежать и обойтись минимальными потерями. Но все это уже неважно. Все эти лодки и торпеды, американцы и русские, откровенно говоря, пусть катятся к чертовой бабушке. Пьеру на них глубоко наплевать! Когда он лишился любимого человека, им также было на это наплевать. Но он нашел способ все исправить, и пусть все будет так, как он задумал! Или никак вообще!

На том высокая аудиенция в Пентагоне завершилась.

***

Вернувшись домой, Ранье выпил полбутылки виски, после чего заснул и проспал восемь часов. Проснувшись, собрал дорожную сумку и поспешил к ближайшей станции метро. Минут через сорок он был уже в аэропорту «Ла Гуардиа».

Вскоре объявили посадку в Норфолк. Небольшой двухмоторный «Боинг» был заполнен пассажирами, в основном бизнесменами и военными. Ранье занял пустующее место, пристегнул ремень безопасности и задремал. Проснулся он, когда самолет был уже в воздухе. Весь полет их сопровождала серая облачность, однако когда лайнер пошел на посадку и коснулся бетонной полосы, выглянуло солнце и залило ярким светом здание аэровокзала и густую зеленую рощу неподалеку. Это был знаменитый норфолкский ботанический сад. Сам аэропорт главной военно-морской базы США в Атлантическом океане, конечно же, выглядел поскромнее и был не столь многолюден, как в Вашингтоне.

Поскольку рейс выполнялся на небольшом самолете, пассажиров высадили прямо на бетонную площадку. Возле здания аэровокзала Ранье заметил старшину в морской форме, который держал в руке табличку с надписью «Мистер Ранье». Пьер выудил свою сумку из груды чемоданов и направился к моряку.

– Старшина, вы поджидаете меня?

– Если вы мистер Ранье, то, конечно же, вас, – облегченно отозвался моряк. – Добро пожаловать в Норфолк, сэр! Мне приказано доставить вас к пирсу, где базируется субмарина SSN-787 «Вашингтон».

– Спасибо, старшина, все верно, – поблагодарил Ранье и последовал за моряком через все здание аэровокзала. На стоянке их поджидал зеленый «Хаммер» с номерами ВМС.

Через четверть часа они подъехали к КПП Норфолкской военно-морской базы. Довольный тем, что во время непродолжительной поездки никто не докучал ему разговорами, Ранье ответил на лихое приветствие подошедших к нему автоматчиков в форме морской пехоты и предъявил им пропуск. Морпех бдительным взглядом просканировал документ, затем осмотрел автомобиль, заглянув даже под «Хаммер», после чего пропустил их на территорию базы.

Внимание Ранье привлекло крупное вспомогательное судно, к которому направлял автомобиль старшина. Ранье узнал эту громадину, как только они подъехали к автостоянке у пирса. Одного взгляда на черные сигарообразные корпуса субмарин, отшвартованных попарно вокруг этого судна, хватило Ранье, чтобы опознать в нем плавбазу подводных лодок типа «Ханли». Это уникальное судно не только оборудованы помещениями, где находятся 52 специализированные мастерские различного назначения. Аппаратура плавбазы позволяет заменять и ремонтировать механическое, электрическое, электронное и оптическое оборудование подводных лодок и ракет, а также атомные силовые установки. Ремонт этих установок производится в специальных помещениях, изолированных от остальных мастерских.

– Спасибо за доставку, старшина, – поблагодарил Ранье водителя и потянулся к заднему сиденью за сумкой.

– Удачи вам, сэр, – ответил старшина.

Ранье вышел из машины, но прежде, чем попасть к лодкам, ему пришлось пройти еще одну проверку на контрольно-пропускном пункте за стальным шлагбаумом. На этот раз, чтобы попасть в наиболее охраняемую зону базы, ему пришлось предъявить не только пропуск, полученный вместе с командировочным предписанием еще в Вашингтоне, но и удостоверение личности.

Субмарина, на которой Ранье должен был выходить в океан, стояла в самом конце пирса, на котором суетились люди, занятые погрузкой всевозможных припасов. У трапа с автоматической винтовкой М-16 стоял матрос. Ранье обратился к нему и тот, нажав на какую-то кнопку, вызвал звонком дежурного по кораблю.

– Сэр, я боцман лодки главный старшина Николсон. Разрешите проверить ваше предписание и сопроводить вас на «Вашингтон».

Ранье предъявил предписание, а боцман внимательно его изучил и сверил с каким-то списком.

– Сэр, вы знакомы с субмаринами типа «Вирджиния», к которым относится и наш «Вашингтон»?

– Боюсь, что нет, – признался Ранье.

– Ничего страшного, сэр. Следуйте за мной, а я вам пока расскажу о нашем уникальном корабле, – заулыбался словоохотливый боцман.

Пока спускались по вертикальному трапу в чрево субмарины, боцман с гордостью поведал, что их многоцелевая АПЛ предназначена для борьбы с подводными лодками на глубине и для прибрежных операций. На четыре торпедных аппарата рассчитан боезапас в 26 торпед. Подводная скорость хода – 34 узла, предельная глубина погружения – без малого полкилометра. Эта махина длинной в 115 метров обошлась налогоплательщикам в 2,5 млрд. долларов.

Спустившись в лодку, Ранье сразу же почувствовал запах аммиака. Аммиачные соединения использовались на субмаринах для очистки воздуха. Ранье хорошо запомнил этот запах еще со времен своей службы в Холи-Лохе. Спустившись вниз, Пьер оказался в центральном посту. Вслед за своим проводником он спустился еще ниже и двинулся по длинному коридору в сторону кормы. Затем снова свернули налево и оказались в кают-компании. Внутри за большим столом сидел человек.

– Док, где разместить мистера Ранье, – спросил боцман, – он ученый, пойдет вместе с нами в поход.

– Мы определили ему вторую койку в девятиместной каюте, – оторвался от документов, которые читал, Док.

– Старшина медицинской службы Эрик Ватсон, – представился гостю медик. – Можете звать меня Доком. Так меня все называют. Пожалуйста, присаживайтесь, сэр. Я выдам вам ТЛД и пластырь от морской болезни.

ТЛД оказался небольшим дозиметром, который Док посоветовал Ранье прицепить в поясному ремню. После похода по показаниям этого прибора определяют, получил ли он дозу радиоактивного облучения.

После того, как новичок прицепил на пояс дозиметр и наклеил за правым ухом круглый целебный пластырь, его кратко ознакомили с жилыми отсеками. Сразу за кают-компанией находились каюты офицеров. Ему показали гальюн, продемонстрировали его работу и научили пользоваться ограничителем расхода воды в душевой. Его каюта располагалась в соседнем отсеке, справа от коридора, где находилось три трехъярусных коечных стояка. Ранье отвели место на втором ярусе, сразу же за задвижной дверью. Крохотную подушку едва освещала флуоресцентная лампочка. Искренне сомневаясь, что лежа на этой койке ему удастся перевернуться с одного бока на другой, Ранье забросил свои пожитки в маленький металлический рундук в ногах. Затем, приподняв матрас, обнаружил еще небольшой закуток для размещения личной одежды.

В каюту вошел светловолосый офицер в синем комбинезоне.

– Мистер Ранье, я помощник командира лейтенант Фрайт, – сообщил вошедший. – С вами хочет познакомиться наш командир. Он приглашает вас подняться в ходовую рубку, как только мы отойдем от пирса.

– А когда мы отходим? – поинтересовался Ранье.

– Прямо сейчас, сэр. Давайте пройдем в центральный пост, я познакомлю вас с офицерами.

Ранье проследовал за лейтенантом в центральный пост. Тут все были заняты своими делами. Гость окинул главный командный пункт корабля внимательным взглядом.

В центре отсека находилась двойная труба перископа, уходящего вверх от небольшого помоста, на котором обычно работал вахтенный офицер. С этого возвышения он мог постоянно следить за работой рулевых. На рулях глубины обычно должен был сидеть боцман, но его пока не было на месте. В правой части отсека располагался пульт управления огнем. Сзади находилась штурманская рубка, а за узкой дверью размещалась гидроакустическая станция.

Как и обещал, лейтенант Фрайт представил Ранье присутствующим в ЦП офицерам. Все оживились, когда в центральный пост откуда-то сверху спустился боцман и занял свое место на рулях глубины. Главный старшина театральным жестом извлек из кармана сигару и засунул её в рот.

– Боцман всегда перед выходом в море имитирует, что закуривает сигару, – пояснил Фрайт. – Это гарантирует нам удачу.

– Хорошая традиция, – заметил Ранье и тут же схватился рукой за поручень, почувствовав, что палуба под ним немного качнулась.

– Отходим, – пояснил лейтенант. Вам необходимо подняться наверх к командиру. Вот, наденьте куртку, там прохладно, – Фрайт протянул ученому кожаный реглан.

Через несколько минут Ранье уже поднимался по вертикальному трапу. Высунув голову из верхнего рубочного люка, он тотчас почувствовал порыв ветра. На мостике находились два человека. Один из них периодически отдавал команды и пристально следил за маневром лодки. Другой в бинокль наблюдал за морем.

– Я – командир «Вашингтона» Джон Келли, – подал руку гостю первый. – Добро пожаловать на мой корабль.

– Спасибо, сэр, – только и сумел произнести Ранье, разглядывая, как на правом траверзе лодки обозначилась громадина авианосца «Джон С. Стеннис», на палубе которого выстроилась почти вся его многочисленная команда.

– Надеюсь, вы хорошо устроились на новом месте? – скорее из вежливости поинтересовался Келли. – Знаю, что у вас тесновато, но, как говорится, в тесноте, но не в обиде.

– Я отлично устроился, командир.

– Что ж, будем работать вместе, мистер Ранье. Признаюсь, я получил весьма туманные указания по поводу операции «Тритон». Мне предписано следовать в район Азорских островов, отыскать и следить за русской субмариной, которая будет испытывать свой «Посейдон». Когда мы её найдем, я должен сообщить вам. Вы, в свою очередь, включите свою установку, которую мы разместили в первом отсеке. Вот, в принципе, и вся наша задача. Вам требуется какая-нибудь помощь экипажа?

– Нет, большое спасибо. Я хотел бы заранее проверить свою установку до того, как мы запустим её на полную мощность, – предупредил командира Ранье.

– Хорошо, я вас понял. После погружения и занятия рабочей глубины, можете проверять свою установку.

Ранье спустился вниз, нашел свою каюту и не без труда забрался на койку. Как он и предполагал, места едва хватало, чтобы повернуться на спину. Он задернул занавеску, выключил свет и оказался в уютном коконе, позволявшем сосредоточиться на своих мыслях. Он еще раз воспроизвел в памяти все дальнейшие действия, остался доволен оригинальным планом и незаметно провалился в глубокий сон.