Влюбленного человека видно издалека. Он весь светится, постоянно ликует, а его жизнь превращается в сплошной праздник. Нечто подобное произошло и с Петром, что не ускользнуло от пристальных взглядов сотрудников лаборатории. Первой заметила признаки влюбленности у начальника вездесущая Аллочка Штерн.

Сразу же после планерки она понесла Ухову какие-то документы на подпись и не упустила возможность, как бы между прочим, поинтересоваться.

– Шеф, к вам мама приехала?

– С чего это вы взяли? – не совсем понял вопрос Петр.

– Я вам вчера вечером звонила по служебным вопросам домой, – ушлая Аллочка специально сделала акцент на словосочетание «служебным вопросам». – А там трубку подняла какая-то женщина и сказала, что вы поехали на работу. Вот я и подумала, что это ваша мама.

– Нет. Это не мама.

– Значит, невеста, – продолжала заинтересованный разговор Аллочка.

– Нет, и не невеста. Это подруга детства. Она приехала в Москву и никого тут не знает. Алла, вы её вчера видели на совещании в Минобороны. Мы с ней там случайно встретились. Она, кстати, кандидат наук, океанолог, также будет участвовать от своего НИИ в наших испытаниях. Вот я и предложил ей немного перекантоваться у меня. Я все равно там бываю редко, провожу время в основном в лаборатории, – Петр пропусти мимо ушей явно нахальный интерес сотрудницы к его личной жизни. – Совсем скоро начнутся испытания нашей установки, так что необходимо поменьше болтать и больше работать.

Последнее замечание Аллочка верно восприняла в свой адрес и потому обиженно поджала полные губки и с видом ущемленного самолюбия вышла из кабинета Ухова.

Оставшись один, Петр задумался. Он при всем желании никак не мог считать Ирину своей невестой. Они давно не виделись, и за это время, как говорится, утекло немало воды. Но она, как и в прежние годы, нравилась Петру. Это чувство, постоянно напоминавшее о чем-то искреннем, чистом и светлом, с годами лишь усилилось. Это Петр понял, едва увидев Ирину снова.

– Как-то все очень странно получилось, – потянуло немного пофилософствовать влюбленного Ухова. – Почему мы равнодушно проходим мимо тысяч и тысяч знакомых и незнакомых нам людей и вдруг встречаем одного человека, который становится близок настолько, что от одной этой мысли становится больно дышать? Отчего так происходит?

Петр поймал себя на мысли, что постоянно думает об этой женщине, а его чувства, эмоции и фантазии, словно бусинки, нанизываются на леску, именуемую влюбленностью. По большому счету, Ухову было наплевать какого цвета будет следующая бусина и куда приведет его эта леска.

– И, слава Богу, – подумал он. – Будь, что будет!

В это время зазвонил мобильник. Петр нажал кнопку и услышал немного растерянный голос Ирины.

– Петя, прошу прощения за беспокойство, но ваш кот хандрит.

– Ира, мы же с тобой договорились перейти на «ты». Или ты уже забыла?

– Точно, забыла. Петя, твой Кузя все время сидит под диваном и ворчит. Он даже не идет к своей миске покушать. До такой степени я ему не нравлюсь. Приезжай вечером, необходимо что-то делать с этим милым животным.

Ухов обрадовался, потому как совершенно нежданно у него появился конкретный повод увидеть Ирину. Просто так приезжать к ней, пусть даже в свою собственную квартиру, было не совсем удобно. Его кот помог ему это осуществить. Но благодарные мысли в адрес своего четвероногого друга были прерваны новым звонком мобильника. Звонили из Министерства обороны и вежливо передали: необходимо завершить все текущие дела в лаборатории, потому как в конце недели он и океанолог Новикова отправляются в командировку. С собой можно ничего не брать, потому как всем необходимым они будут обеспечены на месте. Сколько времени продлиться командировка, ему сказать не смогли и с этой новостью Ухов поехал в Москву, где в холостяцкой квартире его поджидали Ирина и кот Кузя.

По дороге он заехал в торговый центр и купил всевозможных деликатесов для гостьи и французский корм для элитных котов «Ройял Канин». К удивлению хозяина, дверь его квартиры открыла радостная Ирина, держащая на руках урчащего от удовольствия Кузю.

– Мы нашли общий язык с твоим котиком, – гордо объявила женщина сразу, как Ухов переступил порог. – Большинство мужчин ценят ласковое обращение, а за вкусную еду готовы пойти на компромисс со своими убеждениями.

– И на что клюнул этот усатый флюгер – конформист? – усмехнулся Ухов.

– Как оказалось, он больше всего в своей кошачьей жизни обожает кильку в томате, – подыграла Ухову Ирина. – Думаю, за неё, родимую, этот парень может продать и хозяина и свою кошачью Родину.

***

Если вас, вдруг, послали, а затем еще обещают за это заплатить, то такое событие называется командировкой. Это вовсе не развлечение, а дело весьма утомительное, ответственное и даже опасное. Недаром врачи утверждают: одна из проблем командировок – нарушение суточного ритма организма из-за смены часовых поясов. И дело не только в трудностях со сном или пищеварением. Английский исследователь данного вопроса Скотт Коэн утверждает, что могут отключиться гены, отвечающие в организме человека за иммунную систему и, следовательно, увеличивается риск сердечного приступа. У каждого десятого человека, частенько летающего на большие расстояния, развивается симптом тромбоза глубоких вен. А это чревато большими неприятностями, утверждает исследователь.

Как бы там ни было, у дальней и длительной командировки, как правило, существует минимум три очень важных преимущества. Во-первых, ты отправляешься туда, куда вряд ли добрался бы в отпуске. Такое путешествие, как минимум, познавательно. К тому же за это путешествие тебе выплачивают суточные, что является вторым преимущества командировки. Наконец, новые впечатления спасают от депрессии, которой подвержена чуть ли не половина человечества. Что же касается командировки Петра Ухова, то он отправлялся в поездку вместе с женщиной, которая давно ему нравилась. И это для него было самым главным…

…О том, что конечной целью командировки является океанская акватория недалеко от Азорских островов, им сообщили в день отъезда непосредственно в военном ведомстве. На эту новость Петр и Ирина прореагировали по-разному. На логичный вопрос Ухова, почему именно в середине Атлантики, ему вежливо ответили, мол, так надо, конкретные объяснения, если потребуется, ему предоставят непосредственно на месте.

В отличие от коллеги, Ирина была в неописуемом восторге, потому как в этом районе Атлантики ей еще не приходилось работать. Легенда, с которой их ознакомили заранее, мало чем отличалась от реальной действительности. Ухов и Новикова должны были представляться специалистами, сфера деятельности и профессиональных интересов которых находилась в области цетологии – науки, изучающей китов, дельфинов и иных крупных морских животных.

– Теперь понятно, почему в эту экспедицию пригласили меня – океанолога, – догадалась Ирина. – Петя, на все вопросы окружающих буду отвечать я, а ты с умным видом надувай щеки и, как Киса Воробьянинов, при случае говори крылатую фразу: «Да уж!» – весело инструктировала коллегу Новикова.

Впрочем, оправдываться ни перед кем не пришлось. Они долетели на самолете до Лиссабона и в этот же вечер с помощью авиакомпании TAP Air Portugal добрались до острова Тейсейра. В полете им рассказали, что каждый из девяти Азорских островов знаменит по-своему и имеет отличительную особенность. Остров Тейсейра по версии ЮНЕСКО считается мировым достоянием. Здесь интересно побывать любителям барочной архитектуры. Множество дворцов и церквей прекрасно сохранились и поддерживаются в надлежащем виде. На острове Флориш, кроме архитектуры, интересно посмотреть на потухшие вулканы. На острове Фаял в порту можно не только полюбоваться океанскими яхтами, но и заказать морскую прогулку. С острова Пику на лодке организовываются прогулки в океан, чтобы полюбоваться китами. На этот остров и перебрались Петр и Ирина после авиапутешествия. На следующее утро они уже находились на борту белоснежной яхты, которая и доставила Ухова и Новикову на ССВ.

– Добро пожаловать на борт, – поприветствовал новых гостей командир Сидоров. – Вас тут с нетерпением уже несколько дней поджидает профессор Минх.

В этот момент на палубе появился Семен Аркадьевич, который с чувством и неподдельной искренностью обнял своего ученика. Ухову показалось, что тот даже немного прослезился.

– Семен Аркадьевич, разрешите вам представить кандидата биологических наук, океанолога Ирину Новикову. Она также будет принимать участие в нашей экспедиции.

Профессор моментально вытер слезы умиления, принял стойку ловеласа на пенсии и, как истинный джентльмен, поцеловал Ирине руку. Молодой женщине стало неудобно, и она постаралась перевести все эти излишние реверансы в шутку.

– Семен Аркадьевич, в мире науки друзья и коллеги называют вас кратко – САМ. Это не только условное сокращение инициалов, но и своеобразный знак качества. Но у вас есть и недруги. Признаюсь, я слышала о вас столько гадостей от злопыхателей, что сразу же поняла – вы замечательный человек!

– Ну, нельзя же нравиться всем подряд. Нужно кого-то для разнообразия и раздражать, – подыграл ей польщенный изысканным комплиментом САМ.

– Мне все равно интересно, где вы успели нажить себе так много врагов и противников, уважаемый профессор? – не унималась Ирина.

– О! Для этого не надо быть гением. Мастер морского романа Валентин Пикуль на аналогичные вопросы отвечал так: делай честно свое дело. Говори правду. Не подхалимствуй. Этого вполне достаточно, чтобы любая шавка облаяла тебя из-под каждого забора! – цитируя писателя, Минх ненароком бросил взгляд на Боровенского, который также вышел на палубу и пытался поздороваться с Уховым и Новиковой.

Новых гостей разместили по богатому. Ирине, как единственной представительнице прекрасного пола, Сидоров предоставил каюту флагманского специалиста, в которой кроме рабочего кабинета имелась спальня и санузел. В кают-компании Ухову, Новиковой и Минху уважительно предоставили место за командирским столом. Кроме того, присутствие на борту молодой и симпатичной женщины вопреки укоренившимся морским предрассудкам, являлось фактором скорее стимулирующим, нежели негативным. Офицеры стали чаще шутить и улыбаться. Даже профессор Минх, с которым Петр ежедневно подолгу обсуждал вопросы, связанные с предстоящим испытанием магнитно-резонансного телепортатора, почти ежедневно веселил Ирину и всю кают-компанию забавными историями.

– Уважаемые коллеги, – с серьезным выражением лица в очередной раз обращался к офицерам в кают-компании САМ. – Вам известно, кто изобрел микроволновую печь? Нет? Тогда имею честь вам рассказать. Магнетрон, который используется в микроволновых печах, изобрел швейцарский физик, ученый Генрих Грейнахер. Если прочитать фамилию этого достойного человека по слогам, то становится понятным, почему именно он изобрел микроволновку…

Через секунду вся кают-компания смеялась, а Ухов про себя отметил: его САМ после долгих месяцев научного забвения, снова почувствовал себя нужным человеком, чему Петр был несказанно рад. Радовалась и Ирина. Ей нравилось находиться среди единомышленников и тем более непосредственно участвовать в эксперименте, который может стать историческим для современной науки. Она, как женщина, интуитивно ощущала: их взаимоотношения с Петром постепенно из чисто дружеских перерастают в нечто большее.

Они подолгу и откровенно беседовали. Когда молодых ученых знакомили с устройством батискафа, Ирина призналась Петру, что мечтает погрузиться на океанское дно и все увидеть своими глазами.

– В одной из командировок мне пришлось несколько раз в легководолазном снаряжении заходить в воду. Но это было прямо с берега и недалеко. А тут – середина Атлантики! Об этом можно только мечтать.

Как-то перебирая в памяти юные годы, они вспомнили Кирилла Дербеко.

– Слушай, Петя, а где сейчас Кирилл? Ты случайно не знаешь? – поинтересовалась Ирина.

– Один раз за эти годы я его встречал. Это было в Североморске. Мы сразу узнали друг друга, с полчаса беседовали, вспоминали юность. О тебе, кстати, говорили, как о первой красавице, в которую мы с ним были влюблены. Он служит на атомной лодке на Севере. Очень далеко от этих мест.

Ни Петр, ни Ирина даже не догадывались, что капитан первого ранга Кирилл Дербеко на своем подводном ракетоносце «Ягуар» в этот момент находится к ним намного ближе, чем они предполагают…