Далее дела пошли именно так, как предрекли мотыльки Зинка-Зойка.

Где-то через неделю была получена телеграмма от начальника Морского отдела штаба Северного фронта Бориса Федоровича Стааля, с приказанием приготовить Селигеро-Волжскую флотилию к походу на Северную Двину. Той же телеграммой сообщалось, что начальником флотилии назначается капитан 2 ранга Михаил Николаевич Зубов – бывший командир «Авроры».

Зубов прибыл и с места в карьер принялся за осуществление этого плана. Чуть ли не в тот же день, наскоро приняв дела, он послал целую кипу телеграмм в Петроград с требованием присылки офицеров и материалов. А на другой день все пароходы тихонько потянулись снова на Морозовскую фабрику, где срочно было приказано приступать к установке пушек.

Я курсировал с корабля на завод, с завода обратно; полетели бумажки, на штабной «Твери» застучали весело пишущие машинки; стали принимать провизию. Можно сказать, флотилия ожила вновь; мы были рады.

Но не так на это дело взглянул комиссар Круглов. Защита революции – защитой, а выгоды Водного транспорта – выгодами, и он, как председатель последнего, решил противостоять решению Реввоенсовета Северного фронта и после продолжительной беседы с Зубовым стал закидывать Стааля своими телеграммами: с доказательствами абсурдности предпринимаемой посылки флотилии на север. Иван Сергеевич решительно заявил, что или же флотилия будет существовать, но как в помощь Водному транспорту, или же совсем расформируется как ненужная, тем более к тому времени были получены известия, что вся Волга уже очищена от белых войск.

Официально Круглов не мешал приготовлениям и подписывал все бумаги, которые шли по поводу похода на Северную Двину. Однако исхитрился поехать в Петроград к главному комиссару Северного фронта Глезарову, с которым свел доброе знакомство в тверской гостинице «Петроград». Два дня, пока ездил Круглов, мы пережили в ожидании: поход или расформирование?

Зубов по-прежнему все торопил с отплытием. Флотилия в составе «Твери», «Ярославича», «Баку», «Девета» и «Петрограда» должна была по дороге уже поставить орудия; по дороге приобрести боеспособность личного состава; и встать на зимовку где-то у Котласа, чтоб с весною приступить сразу к боевым операциям.

Мы уже запаслись всем необходимым, как-то провизией, нефтью, снарядами; работы кипели на Морозовской фабрике. И вдруг возвращается из Петрограда Круглов – довольный, сияющий – весело здоровается, пожимает руку Зубову и говорит: «Ну-с, Михаил Николаевич, теперь не беспокойтесь – приказано все отставить и флотилию расформировать».

Мы с Петькой Рукшой с тоской посмотрели друг на друга.

Песенка Селигеро-Волжской флотилии была спета.