1/V-21

Пасха. Ночью – заутреня. Вышло торжественно и просто. После – маленькое пьянство. Утром с 8-12 на вахте. Все пьяно. Отправился на «Джигит», там ночевал.

2/V-21

В 1 час приехал домой. У нас оказывается спортивный праздник. Вызвал адмирал Герасимов. После состязаний в боксе и борьбе, у адмирала предложено было виски сода.

По разъезде гостей пошли с командиром на «Корнилов». Там подпили. Оттуда явились на «Ксению». Опять подпили. И в 2 часа ночи подгребли домой. Там еще танцовал – но был под парами. Нет, столько пить нельзя: уже болит сердце.

3/V-21

Вечером спектакль. Утром возился с артистками, доставлял их из лагерей и из города. В 8 начали представление. Понравился «Онегин». Была Мурка. После спектакля – (приглашены были масса) – пьянство и танцы. Развозить пришлось на катере и на гребных шлюпках – около четырех утра только разъехались все. Последней вез артистку с арфой, Нину Николаевну. Влюбиться, что ли? Вот у кого чудные ноги.

4/V-21

У нас на «Алексееве» приключение! Наш алексеевский инженер-механик Желтиков развел пары на катере №2, взял нескольких офицеров и вышел в море. Причина побега – удрать отсюда на Сицилию, к итальянским фашистам; слухи, те намерены важно врезать большевикам. Однако катер, выйдя в море под командой Желтикова – попал в волну. Кроме кочегара, Желтикова и рулевого все зверски укачались. Пришлось, не доходя одной мили до маяка, возвратиться. Французы всех беглецов арестовали. Говорят, свезут их в тюрьму в Марсель. Вырвались, птички, на свободу из клетки!

5/V-21

Командир «Китобоя» лейтенант Ферсман уехал в Париж. Распрощавшись, были весь день с Муркой, Боголюбовым и Рукшой. Остался ночевать у Медузы.

6/V-21

Днем вернулся домой на «Алексеев». Гнусно. На корабле свет только от 7 до 9 вечера.

Никто ничего не делает.

Команда опухла от голода и пьянства.

Пищат крысы.

В каюте клопы.

Гроб, в общем.