Маркиз Ито был принят императором тет-а-тет в своем роскошном дворце. Хотя император был молод, но далеко не глуп, а вплотную не занимался решением государственных вопросов, во-первых, потому, что он был символом монархии и олицетворением божественной власти здесь на земле, а олицетворять тоже кому-то надо, но и в случае неудач, так легко наделать ошибок. Причём в настоящей ситуации во власти весь позор поражения легко переложить на плечи премьер-министра, сместить его, и вуаля снова безгрешный император и многомудрый премьер-министр, который не допустит ошибок предшественника, а наделает новых. Но пока Ито справлялся, тридцатидвухлетний император торжественно встречал его:

– Приветствую Вас дорогой премьер-министр, наслышан о Ваших подвигах, как на земле, так и на море, а также на лоне экономики. Говоря это, император вспомнил лоно своей новой возлюбленной юной и гибкой Миу, но усилием воли сосредоточился на предстоящем разговоре, который как извилистая горная речка может вывести в неизведанном направлении.

– Спасибо за похвалу, – ответил маркиз. Он не знал, хвалить или разжаловать позвали его во дворец, и хотя его агент Миу докладывала ему, что настроение императора бодрое и даже иногда приподнятое, всех деталей даже она могла, конечно, не знать.

– Хочу похвалить Вас за успехи в деле подъема экономики нашей империи, построены три судостроительных завода, ранее эта отрасль была совершенно не развита, строили лишь деревянные джонки. Какие корабли мы заложили на верфях сейчас?

На первой верфи в Мацамуре, которая доложила о готовности начать работы, я отдал приказ начать строить четыре канонерские лодки, для охраны главной военно-морской базы в Осаке, а также нашей новой столицы Токио.

– Разумное решение, – император Муцухито благодушно кивал головой, вспоминая, сколько стоили траты на три верфи и десять кораблей, что сейчас строились на всех верфях, получалось около пятидесяти миллионов фунтов стерлингов.

– На двух других заложил отряд транспортов, для перевозки одной дивизии между любыми концами империи, и два мореходных безбронных корвета, достаточных для океанских плаваний.

За выполнение прямых обязанностей награждать Вас не хочу, плохо, я знаю Вы исполнить их не могли, и исполнили замечательно. Хочу подарить Вам модель крейсера «Унеби», который вскоре должен покинуть благословенные Французские берега и взять курс к родным просторам.

– Благодарю, – с интересом оглядывая модель, ответил Ито, с интересом заядлого моделиста осматривал новое пополнение своей коллекции маркиз. Кораблик сиял медным днищем, выполненным отдельными пластинками с гвоздиками, высоким бортом, воронеными пушками, мачтами с рангоутом и парусами, и даже о чудо – электрическим освещением внутри корабля, феерично смотревшееся в темноте.

– Вижу, Вам понравилось, – довольный своим ходом сказал император, подсказанным ему прекрасной Миу, надо бы проверить тщательнее все связи этой девушки, и в случае положительного прохождения проверки, молодость склонна все идеализировать, – приблизить к себе, ну а в случае отрицательном испытать на ее теле новый меч. Молодое тело скормить крабам, в большом количестве обитающих на морском дне, близ императорского дворца. Нет, пожалуй, для испытания меча ее слишком тонкое и гибкое тело с мягкой, почти шелковой кожей не годиться, клеймо будет не объективно, а крабы довольны.

Любителем бабочек нравятся все новые махаоны, еще не представленные в коллекции. Любители жеребцов наслаждаются мышцами, ловкостью, грацией и красотой своих любимцев. В них сливается чувство радости от владения, так и от процесса поездки верхом на своих любимцах. Моя любовь это флот, и процесс принятия решений на благо государства, а созерцая модели кораблей, которые я держу в руках, я могу представить, как поведут эти идеальные морские машины для убийства, и как послужат Вашему императорскому высочеству.

– И как послужит крейсер «Унеби» нашей стране?

– Он утопит оба Цинских крейсера, огнём, как своей тяжелой артиллерии, так и среднекалиберной, затем спасёт моряков, так как дело сделано и чужая кровь нам не к чему. Затем вдоволь порезвиться на коммуникациях Испании или Голландии, захватывая их жирных купцов и отправляя тонны пряностей, золота, каучука, ценного дерева к нам сюда в Токио.

– Флот разрастется и Вам бы принять им командование? – сказал император.

– Почту за честь, – ответил Ито, а сам подумал: «Понадобиться, и возглавлю когда сочту нужным, а тебе подскажу эти решения через доверенных лиц, либо невербальными методами воздействия». Но маркиз был слишком самонадеян, и поплатился.

– Почему в Джохаре вы высадились на берег без охраны! – взревел император. Его глаза блеснули молниями, а голос превратился из ровного и журчащего, в рев горного водопада.

– Ничего не предвещало наличие сил неприятеля, тем более, впереди моей особы в джунгли ушла туземная бригада, – Ито был совершить харакири прямо здесь, причём даже ножом для бумаг подаренным ему императором, причем этот нож почувствовал вкус человеческой крови, а почувствовав раз, оружие остановиться уже не может.

– Я мог Вас потерять, а эта потеря для нашей империи была бы равносильна потере всего Аннама, – успокаивающим голосом произнёс Муцухито.

– Впредь буду бдительнее, – заверил императора премьер-министр.

– Мне доложили, будто Вы лично зарубили двоих противников?

– Так и есть, я защищался, и это придало мне силы, плюс ежедневные тренировки.

– Награждаю Вас орденом «Золотого коршуна 1-й степени».

– Рад служить вам мой император, – с все возрастающим уважением ответил маркиз, это награждение было для него в новинку.

«Значит, на императора еще кто-то влияет, надо узнать кто, и минимизировать это влияние, – подумал Ито, -Возможно девчонка Миу двойной агент, для этого надо вызвать ее к Умеко, а та вырвет из ее ротика все правдивые показания, но действует его многоопытная супруга не силой и каленым железом, уродующим молодые тела, а ласками и чувственными ощущениями, в этом она большой знаток. Когда они льются непрерывно как бурный поток, никто не в силах в нем устоять».

– Как ситуация в экономике нашей империи, на Ваш взгляд? – Муцухито стал уставать от разговора, но дела есть дела.

– Развиваемся, у нас бездефицитный бюджет, построен банк, строятся железные дороги, но необходимо покрыть ими всю территорию страны, тогда эффект от промышленности будет большим, так как нет необходимости перегружать грузы на вьючный транспорт у ближайшей станции, под тем предлогом, что там нет железной дороги.

– Как Вы оцениваете заключение мира между Алеманией и Оттоманской империей, – Муцухито уже не знал, как удобно сесть на кресле.

– Вероятно, русских и германцев напугало все увеличивающееся количество коренного населения, которое необходимо кормить. Русский генерал Гурко дошёл до Бейрута и напоил своих коней в водах Средиземного моря, сдержав тем самым свое обещание, и на этом успокоился. Оттоманская империя пошла на серьезные уступки, отдав Трапезунд и Мосул.

– Ваша оценка верна, но и наши войска отлично похозяйничали в Джохаре, подавив разрозненные очаги сопротивления, захватив дворец султана, склады торговцев и состоятельных горожан, а также золотоносные шахты, а больше там еще и брать, то было нечего.

– Спасибо за оценку, – маркиз не понимал, куда клонит император, и это его напрягало.

– Подготовьте договор с англичанами, о списания нам долга, в обмен на провинции: Джохар, Пинанг и Погани, соблюдая все предписанные инструкции.

– Ваше императорское величество, Вы забыли еще регион Комбури, который находится на западе Сиама между владений англичан и сиамцев.

– А вот его, плюс живописный Пулао и золотоносный регион, только что отвоёванный у султаната Джохара, это блистательной порты нашего региона. Утопающей в роскоши, от взимания платы с проходящих мимо кораблей, где можно было встретить все яства и чудеса современности, – император ударился в свои воспоминания, от посещения этих мест, – необходимо сохранить для империи любой ценой. Причём если Комбури, можно обменять у сиамского короля на регион Чантабури, так как первый населен его коренным народом таи, то второй кхмерами, а это две большие разницы.

– Буду стараться изо всех сил, – Ито понял, насколько сложная задача перед ним поставлена распинающимся в благодарностях императором.

– Не стараться, а сделаете, как я сказал! – властно, таким Ито императора еще никогда не видел, прогремел своим голосом самодержец.

Маркизу оставалось только согласиться, он с моделью корабля в руках удалился из покоев императора, обдумывая сказанное, и размышляя, как лучше выполнить волю монарха. И на паровом автомобиле поехал домой, уже пока с новым водителем Миядзаки, так как Хаято лежал в госпитале Ханоя и телеграфировал, что идёт на поправку, за ним внимательно ухаживали девушки из дома мадам Умеки. Сама мадам Умека встретила своего любимого супруга на пороге их дома в Токио. Который был построен в античном стиле. И достался премьер-министру по должности, а построен он был, вероятно, еще до первого глобального потопа. Который поднял уровень вод океана на 180 метров, при глобальном изменении погодных условий. Анты, которые строили и этот дом, а также многие другие, частью погибли, частью переселились в другие регионы и страны, а их измельчавшие остатки, которые называются в данный момент Айны – гонимы и истребляемы.

Умеко, горячо любимая его супруга, с которой он прошёл огонь и воду и медные трубы, повисла у него на шее, поцеловала, и рассказала, что приобрела два билета в театр, да не японский «Синтомидза», который открылся шесть лет назад в одноименном районе, а в приехавшую из Франции оперу. Ито не смог отказать любимой жене, и с радостью согласился, тем более поход в оперу намекал на встречу с нужными состоятельными влиятельными людьми. Но это, не одно и то же, а он премьер-министр и надо дать возможность и чиновникам с купцами средней руки искать выходы на столь высокопоставленную персону, как он и участвовать в проектах им предлагаемых.

Маркизу представление понравилось, можно сказать, он был одухотворен, музыкой, пением и сценическими действиями, а на следующий день, уже работая в кабинете, с отдохнувшей душой составлял планы фортов и крепостей линии фортов маркиза Ито в регионах Хонгай и Хазянг. И если уровень развития железных дорог был одинаковый, они обслуживались уже не экспериментальной, а ранней серийной железной дорогой, рассчитанной на ежедневное использование то в эти поздние ноябрьские дни i884 года, необходимо было выделить на дальнейшую постройку укреплений 2,7 миллиона фунтов стерлингов. Конечно, в любой ситуации, даже если тебя съели, есть два выхода, – подумал маркиз, но тут выхода не было, деньги необходимо было выделить, так как огромное соседнее государство, слегка напрягшись, могло забрать себе все приобретения империи Ямато за эти непростые три года. А терять даже пяди родной земли маркизу ой как не хотелось. Он пошел на сделку с Великобританией, но захваченные территории с диким чужеродным населением как свои маркизом не рассматривались. Англичане давали за них заводы, пароходы средства и технологии. Поэтому он и пошёл на заключение этих соглашений, но всегда берёшь чужое, а отдаёшь своё и теперь премьер-министр задумал отдать, ровно, столько территорий, сколько признавалось достаточным для прокладки тоненькой нити железной дороги. Свяжущей, крупный морской порт, находящийся, в западной части полуострова Индостан, с британской жемчужиной в Юго-восточной Азии – городом портом и городом-крепостью Сингапуром. Эта дорога была важна для Великобритании в той же мере, как для Российской империи была важна Транссибирская магистраль. Море морем, но удобство перевозки грузов по железной дороге неоспоримо. Здесь и престиж государства способного создать подобную сеть, и множество станций с солдатами и точками связи, культурные и экономические форпосты в покоренных областях, где дорога проходит, а также множество других положительных факторов. А те страны, – продолжил свои рассуждения Ито, которые пренебрегают решением подобных вопросов, не закладывают фундамент своего будущего сегодня и становятся объектами манипуляций и силового давления извне.

После решения необходимых, важных, срочных и неотложных дел, а маркиз делил все дела по этим четырем категориям для удобства их решения, он решил установить подарок императора на подобающее ему место, и прошел в ту часть кабинета вдоль камина, где на широкой мраморной лавке стояли модели кораблей японского императорского флота. Он вспоминал, как три года назад, кораблей было всего ничего. Украшение его коллекции броненосец «Фусо», угловатый, пузатый, но ощетинившийся пушками он передвинул чуть вправо. Рядом поставил два броненосных корвета «Конго» и «Хией», которые должны были перевооружить на орудия нового поколения, деньги по крайне на эти цели как точно знал маркиз были выделены, а коррупция в империи Ямато отсутствовала в принципе. И сейчас Ито ждал со дня на день гонца от морского министра Кавамуры Сумиёси, о приглашении императора и его, как премьер-министра на стрельбы флота из новых орудий. Возможно, первую стрельбу флот проведёт сам, а на вторую не позовут императора, дабы, получше поупражняться, но на третью непременно, и глава флота непременно пообщается с императором тет-а-тет, и чего либо попросить. Либо новые корабли, либо морскую базу, а возможно и то и другое. А император как мальчишка непременно восторженными и ошалелыми глазами, после стрельб на все согласиться, а выполнять все обещания кому? – конечно мне. Ито взял модель деревянного фрегата «Фудзияма», так и блестящего дулами орудий, такелажем, мачтами и парусами и передвинул его влево. Полюбовался с минуту, как может любоваться человек понимающий красоту без формул и марок стали, а читать пропорции так сказать интуитивно. У Ито в памяти всплыли воспоминания, как этот маленький фрегат совершал кругосветное путешествие, боролся с волнами и ветром. Рядом с двумя нелепыми круглыми колесами Хиробуми разместил пароходофрегат «Кассуга», который под командованием безупречного Хэйхатиро Того совершил беспримерное плавание в Южные моря и основал форпосты на островах: Марианских, Маршалловых, Палау, Каролинских, Науру, острова Уиллис, Сан-Кристобаль, Сан-Исабель, Новые Гибриды, а также восток Новой Гвинеи. Если все эти острова когда-либо войдут в состав нашей империи, – решил маркиз, памятник экипажу этого пароходофрегата можно установить при жизни членов его экипажа. Империя получит гигантские территории, и многочисленные коммуникации, которые будут мощным стимулом к развитию судостроения, как военного, так и гражданского. Мы получим, как новые рынки сбыта своей продукции, так и источник пополнения бюджета. Модель кургузого транспорта «Ниссин», еще оснащенного парусной оснасткой в дополнение к паровой машине и деревянный корпус с железным набором. В строительстве, которого принимал активное участие бывший морской министр, а ныне руководитель японского красного креста Сано Цунэтами. Маркиз задвинул подальше влево, но не забыл, какую неоценимую помощь сыграл корабль, в последней кампании по захвату Джохара. Когда, современные пароходы, ограниченные запасами угля смогли дойти только до восточного побережья Малаккского полуострова, то этот старичок обогнул полуостров и высадил воинов яри из 7-й и 8-й туземных бригад, приданных 1-й пехотной дивизии под руководством прославленного генерал-майора Тераучи. И тем самым принёс империи чистый доход в 16 тысяч фунтов стерлингов ежедневно, а это покрывает фактически весь наш военный бюджет. Отдавать такой лакомый кусок британцам, да еще лежащий в стороне от железной дороги, которую они хотели проложить, было бы не глупостью, а военным преступлением.

Покончив с установкой на свои места моделей кораблей, которые были у маркиза еще три года назад. Он с замиранием в сердце, и только ему понятной торжественностью, приступил к установке в центре все расширяющейся коллекции, крейсера-канонерки «Цукуси». Обладающей двумя мощными 10-дюймовыми орудиями, в стволы которых Ито даже заглянул, и бронепалубного крейсера «Идзуми», обладателя не только таких же орудий, но и высокого борта, высокой скорости, а также спутников закрепленных на проволочках – миноносцев № 1-4. Надо бы сказать мастеру, чтобы сделал для них отдельное основание, – решил маркиз, так как при последнем рейде, миноносцы, не справившись с волной ушли в Токио, а крейсер под командованием Хэйхатиро Того сперва поспорил близ Владивостока с русским крейсером генерал-адмирал в скорости, затем заставил его отвернуть, а что самое главное – признать равным на море, а затем совершив беспрецедентный переход к султанату Джохар, защитил фактически место высадки десанта от падальщиков – голландцев. Пожаловавших полакомиться легкой добычей от ведущейся военной кампании, и если бы мы действовали только транспортами, то велика вероятность того, что когда бы сухопутные части высадились на берег, то голландцы бы просто забрали наши двадцать кораблей и увели в свои порты, что они неоднократно проделывали во время англо-голландских и испано-голландских войн.

И наконец, настала кульминация процесса установки кораблей коллекции, и водружения на главное место модели бронепалубного крейсера «Унеби» – французской постройки. Модель была более крупная, чем даже «Идзуми», несла три орудия главного калибра, а не два, обладала еще большим на целую палубу полубаком, и как следствие наверняка отличной мореходностью. Корабль влюблял в себя с первого взгляда, и сердце у Ито забилось как у пацана, он захотел включить подсветку, но выключатель никак не хотел поддаваться, на помощь пришёл нож для бумаг, с помощью которого моделист поддел маленький выключатель и корабль заиграл цветными огоньками.

За спиной у него, вошла тихонечко, как только умеют гейши и ниндзя его супруга Умеко. Она не понимала, увлечения мужа корабликами, как большими, так и маленькими, но, по крайней мере, он был дома и его жизни в этот момент ничего не угрожало. И она знала, что все на свете может решить любовь как чувственная, так и духовная, ибо это есть поток энергии, просто через какую чакру, человек ее направляет, то и получает. Если направить через первую и вторую – чувственные ласки, через третью – гастрономические удовольствия, четвёртая отвечает за интуицию, пятая и шестая – честь и совесть, седьмая, находящаяся в гортани – пение и прорицание будущего, восьмая на челе (который лоб) – проецирование событий. Которые ты хочешь, чтобы произошли, и наконец, девятая связь с богами, а именно остатками тех оболочек, которые сохранились после ухода людей из мира нави.

Супруга Ито Хиробуми на лампе, которая была в центре комнаты, под потолком отвела дальше оловянный шар от стеклянной колбы, наполненной инертным газом – светородом95, и свет померк, и вся миниатюрная эскадра засветилась от огней модели крейсера «Унеби», стоявшего посередине. Даже Умеке, понравилось это зрелище, вспомнились маленькие огоньки при первой их встрече с супругом, когда неопытный самурай Ито слушал, как она играла на сямисэне, затем поила его чаем, играли в настольные игры, и в этот день так и не позволили себе больше, так им было хорошо вдвоём. Умеко сообщила любимому супругу, что пришел гонец от командующего флотом, и тот приглашает премьер министра, когда тому будет угодно, пожаловать на стрельбы эскадры новыми орудиями.

Маркиз одевшись в дорожный мундир, а сверху накинув еще и зимний плащ, на палубе корабля стоять в декабре сейчас очень холодно, вот раньше до катаклизма зимы не было, и можно было позволить себе в любое время года ходить в легкой одежде. Даже слова такого зима не было, а времён года было всего три: весна, осень и лето! И всегда тепло, ну, по крайней мере, прохладно, думал Ито, мчась на паромобиле, со скоростью восемьдесят миль в час по прямой как стрела дороге проложенной по линии силы, которые имеются на всех участках земной поверхности и не пользоваться ими может только глупец. На таких линиях вес тел, а это и так абстрактная величина пропорциональна той, сколько эфира вытесняет тело из занимаемого его объемом пространства, уменьшается в половину, а скорость возрастает. Если можно сравнить с морем, а в море эти силы тоже действуют, то похожее чем-то на морское течение, когда рядом корабль плывет, а рядом корабль такой же мчится с вдвое большей скоростью, и данное зрелище наблюдателя, безусловно, впечатляет. Дорога от Токио до Осаки составляла двести пятьдесят миль, и паромобиль преодолел это расстояние за четыре часа, ход был плавный, из удобств только термос с чаем, но и этого хватило для вполне комфортного не путешествия, а так, рабочей поездки.

Эскадру он нашёл уже в состоянии с разведенными парами в котлах, перед началом поездки, маркиз приказал телеграфировать в Осаку о своём отъезде из Токио. Вице-адмирал Кавамура Сумиёси доложил по всей форме, видимо хотел придать встрече должную официальность и торжественность. Из его доклада следовало, что фот в полном составе готов продемонстрировать свою выучку и боевое мастерство в маневрировании, артиллерийском огне, пусках самодвижущийся мин и шлюпочных гонках. Маркиз Ито ответил адмиралу:

– Уважаемый Кавамура, я же не приглашаю Вас смотреть, как я верстаю бюджет, и чем руководствуются для принятия решений мои министры транспорта, общественной безопасности и остальные. Я прекрасно понимаю. Что если десять матросов посадить в шлюпку и дать им восемь весел, мичман будет командовать, а барабанщик выбивать дробь для слаженной гребли шлюпка поплывет, и вполне возможно если рядом будет другая шлюпка и матросы там будут чуть здоровее, то одна догонит первую, но проку этому для флота простите никакой. Покажите на что способны наши пушки, чтобы я поверил, что те средства, которые выделены на перевооружение, потрачены не напрасно!

– Господин премьер-министр, – адмирал не ожидал такой отповеди от маленького щуплого человечка, – к подготовке флота и его перевооружению я прилагаю все силы, корабли умеют маневрировать, а командоры стрелять и вскоре Вы в этом убедитесь, а после не буду тратить Ваше драгоценное время.

– Прошу прощения, – решил сгладить ситуацию маркиз, – что-то в дороге натрясло, всё-таки те экипажи, которые достались нам от единой империи уже изрядно раздолбаны, а новых мы делать, увы, не научились. Все большее количество в транспортировках на короткие расстояния совершается на рикшах.

– Да, к сожалению это так и есть.

Погода сегодня располагает, море умеренное, лишь слегка качает на волнах, – константиновал маркиз.

– Дойдем чуть дальше Кобе, там плотники флота соорудили полноразмерный макет русского крейсера «Генерал-Адмирал» и на нем проверим мощь артиллерийского огня нашей эскадры, – сообщил адмирал.

– Сколько кораблей участвует в учениях? – поинтересовался премьер-министр.

– Так все, что находятся в Осаке, – доложил Кавамура, – рассчитывал, на своевременный приход крейсера «Унеби», но он что-то задерживается. Вероятно поломка в пути.

Маркиз заподозрил нехорошее, но никаких поводов волноваться у него не было. Задержки случались и с гражданскими кораблями и с военными. Он решил прогнать мысли дурные прочь и насладиться лунной ночь, шумом волн, а волнение было не маленькое, и Ито даже укачало. Но к утру, оно утихло, и он задался мыслью, нельзя ли создать огромный корабль, который не будет зависеть от морских волн при выборе скорости своего движения.

Но вот показались, унылые и серые очертания города Кобе. Уличное освещение, работающее на атмосферном электричестве, уже успели демонтировать, а новое, работающее на угольном газу, когда через разогретый кокс прогоняют воздух, а затем его собирают, еще установить не успели. Но, благо строители макета деревянного корабля, подсветили своё творение факелами справа и слева, так что проблем с ориентированием не возникало. Сводный отряд мог вести огонь из восьми 10-дюймовок Армстронга, со скорострельностью один выстрел в две с половиной минуты. Орудиями среднего калибра маркиз приказал не пользоваться, и с дистанции тридцать кабельтовых в 13.10 раздались первые разрозненные залпы, как и следовало ожидать снаряды легли где угодно, но только не попали в мишень.

– На такую дальность я своих артиллеристов не готовил, – признался Кавамура. Он был озадачен и рассержен.

– С такой дистанции британские моряки из своих новейших 234-мм орудий белке в глаз попадут, а через минуту повторят, – съерничал Ито. Хорошо, давайте продолжим с дистанции двадцать кабельтовых, здесь-то можно ожидать попаданий?

– Конечно! Правда на 20 кабельтовых в цель попадает 20 процентов снарядов, и так далее процент стремиться к ста при пропорциональном сокращении дистанции.

– И то хорошо, – подумал премьер-министр, – и закрыл уши от нового залпа.

На этот раз ситуация была явно лучше. Один из снарядов, по мнению министра с «Фусо», не зря на флагманский корабль собирали лучших канониров со всей эскадры. Снаряд попал в надводный борт, между, грот-мачтой и бизань-мачтой, прямо в центр полноразмерного макета. Маркиз посмотрел на часы марки «Breguet», золотые в изящной оправе, они показывали 13.29. Следующее попадание поразило мишень в адмиральский салон в конце корпуса корабля, на русских крейсерах они всегда выделялись помпезностью, в противовес лаконичным каютам на кораблях японских. Видимо не делают поправки на скорость отряда в 9 узлов. Еще одно попадание пришлось в то место, где был трап, для подъема лиц посещающих корабль, прямо в верхнюю палубу, и макет слегка загорелся. Успех достался опять канонирам «Фусо», ориентировочно кормового расчета. В 13.37 очередной залп оканчивается сразу двумя попаданиями. Явно, как видно в бинокль, должно было пострадать перо руля, и сбит верх передней дымовой трубы. Пожар у грот-мачты, который явно никто не тушил, разрастался, а еще последовало попадание в мишень где-то напротив бизань мачты. Прошло десять минут, а русский уже загорелся, в принципе для молодого флота из пяти кораблей, это достижение можно считать крупным успехом. Далее с дистанции десять кабельтовых, следовал уже расстрел, беззащитного макета. Проверив реальную скорострельность и меткость комендоров орудий главного калибра, адмирал Кавамура приказал огонь прекратить, а в дело вступили расчеты орудий среднего калибра.

Ито уже было не особо интересно. Глядеть как тратиться казенный порох, когда многие люди недоедают, и им попросту нечего есть, для уничтожения большого деревянного сарая , пусть и похожего на корабль, с минимальной дистанции и неподвижного, это надо заканчивать. Причём у Японии, как и у всех мировых стран, стояла задача найти как можно больше селитры, и ее специально выращивали в селитряных ямах, обильно поливая человеческими экскрементами, плюс, бросая туда бесхозных собак и кошек, а также трупы преступников, нищих и бродяг. И все для того, чтобы при вероятном конфликте, было чем разгонять в жерлах орудий снаряды до нужного значения начальной скорости. А тут, ценный ресурс тратится, можно сказать впустую. Причём как понял маркиз, перевооружение получилось так себе! Деньги потрачены, орудия новые установлены, но, предыдущего поколения, почему вероятно британцы нам их и спихнули. Так как, их новейшие 234-мм орудия, которыми сейчас оснащаются броненосные крейсера типа «Орландо» и перевооружаются броненосные крейсера типа «Имперьюз» стреляют в два раза быстрее. Два орудия на корабле, эквивалентны четырем орудиям предыдущего поколения, но обратная сторона медали, что выпущено только два таких орудий, и Армстронг пишет письма в палату лордов, что быстро наладить перевооружение крейсеров королевского флота не получиться, орудие очень сложное в производстве. Так, что в перевооружении, конечно, мы поторопились, но теперь все наши пять кораблей линии могут стрелять из одинаковых орудий, упрощается подготовка комендоров и наведение огня нескольких кораблей по одной цели, как это сейчас получилось с сараем отдаленно похожим на русский крейсер.

Приказав доставить свою особу на самом скоростном крейсере эскадры «Идзуми», хорошо ему знакомым по операции против султаната Джохара, в столицу империи Токио. Премьер министр с огромным трудом в этот мрачный и ветреный декабрьский день успел забежать домой и переодеться, лишь чмокнув в щеку любимую жену. Что было для неё вообще непостижимым событием, все эти западные причитания о нехватке времени, она сейчас убедилась в этом самостоятельно. Переодевшись в свой самый лучший костюм, заказанный в Париже у модельера Чарльза Ворта. Ито остался удовлетворенным своим внешним видом, и автомобиль заправленным воздухом под огромным давлением нёс его по улицам с немыслимой скоростью прямиком в район Эдо, где размещался императорский дворец. Пройдя все ступени охраны, премьер-министр очутился за десять минут до начала церемонии награждения самых заслуженных генералов, за операцию по оккупации султаната Джохара, и все прошло так дружно и слаженно, по крайней мере, отсюда из Токио так было видно, без сучка и задоринки. Маркиз знал, что это было далеко не так, попался бы враг с одной сильной дивизией, хорошо обученной и подготовленной и все – умылись бы кровью, а западные газеты писали бы совершенно противоположные новости. А, тут только война или по-другому оккупация началась, и тут же султанат Джохар признал свое присоединение к великой японской империи практически добровольно, а что им оставалось делать, когда операцией руководил талантливый генерал-лейтенант властный и статный Ямагата Аритомо. Вот он стоит во главе своих генералов, в ожидании от императора достойной оценки своих заслуг. По правую руку от него выстроившись в ряд, красуются лучшие представители японской военной аристократии, командующие дивизиями. Командующий 1-й пехотной дивизией, а в Малаккском походе руководил действиями 7-й и 8-й туземных бригад, приданными этой дивизии, генерал-майор Тераучи. Высадившийся в золотоносном регионе Куеда, и предотвративший затопление золотодобывающих шахт. К сожалению, потерявший 1700 туземных солдат. Но японцы еще при формировании туземных дивизий договорились, что данные о потерях в них в официальные отчеты включать не будут. Следом стоял умудренный годами и знаниями генерал-майор Такахаши, командующий гвардейской дивизией, а в походе 1-й и 2-й туземными бригадами. Потерявший, тоже примерно полторы тысячи солдат, но занявший с оставшимися, провинцию Пананг, находящуюся в центральной части Малаккского полуострова. Следующим стоял более молодой генерал-майор Ясуката Оку, хоть и слывущим между солдат «мясником», но не потерявшим на этот раз, ни одного даже туземного солдата. И на самом дальнем расстоянии от Ямагаты, находился Таро Кацуро, который взял из 5-й пехотной дивизии 11-ю и 12-е туземные бригады вооруженные только холодным оружием, и высадившись в столице султаната вырезали как личную охрану императора, так и полицейских с охранниками этой торговой страны, захватив немалые ценности и вернув их в казну.

Императора внесли в палантине, как короля-солнце, в богатом облачении и золотом палантине. Все гости построились вдоль стен, оркестр играл торжественную мелодию, зажглось в зале больше источников статического электричества, которые светили хоть и тускловато, но их было много, а также пустили по воздуховодам горячий воздух «пневматического» отопления, и всем присутствующим показалось, что с Императором теплее и светлее. Он вырвался из объятий новой возлюбленной Ханаки (Дитя цветка), а предыдущая девушка Миу при попытке схватить ее начальником службы безопасности дворца Акирой Мураками, покончила собой, приняв приготовленный яд. Император печалился недолго, и нашёл себе еще более свежую и страстную прелестницу, и теперь вместе с ней оттачивает искусство камасутры, по управлению движением энергии внутри тела мужского и женского, чувствуя после таких занятий легкость и всесильность. Сейчас предстояло наградить этих солдафонов, и вернуться к приятному времяпрепровождению оттачивая «манящий лотос» и «волшебную гору».

Маркиз Ито подобострастно приблизился к императору, поклонился и уже держал в руках поднос с наградами для генералов, и после вдохновляющей речи, которую произнес император, всем стало понятно, что они большие молодцы, и интервенция их империи, во все части света продолжиться, по мере возникновения благоприятных политических, экономических и финансовых возможностей. Император Муцухито приблизился к главе армии – Ямагата Аритому, и тот стоял как школьник перед тридцатидвухлетним императором, олицетворявшим собой всю Божественную власть в империи, которой самурай служил, нисколько не сомневаясь в своей правоте. Император возложил на главнокомандующего орден «Восходящего солнца» 2-й степени, в дополнение к третьей степени, которым военачальник был награждён и тот сиял у него на груди рядом с двумя орденами «Золотого коршуна» 2-й и 3-й степени, полученным военачальником за победу над Сиамом и Аннамом. Логика награждения именно этой наградой была подсказана маркизом Ито императору еще на предыдущей встрече тем, что если Ямагате вручить орден «Золотого коршуна» 1-й степени, то тот соберёт все степени данной награды, а лучший мотиватор службы генерала не деньги или какие-то общественные блага, которые и так у него все были. Лучшие автомобили, дома, лошади, оружие, женщины каких пожелаешь из различных уголков света, а именно награда императора притягивала простую и честную душу, и могла быть получена только исключительно из монарших рук, что заставляло служить рьяно, не останавливаясь ни перед чем.

Ямагата с замиранием в дыхании принял заслуженную им награду в виде солнца, с расходящимися лучами, нарисованными по кругу и зеленой серединкой, а про себя отметил: «Пять тысяч вьетнамских солдат пришлось отдать богине смерти, чтобы повесили мне на грудь этот орден, и мне это нравиться, черт возьми!». Генералов Ясуката Оку и Такахаши, самодержец удостоил орденами «Восходящего солнца» 3-й степени, и они довольные и благодарные выстроились во фрунт96, так как награды «Золотого коршуна» 2-й и 3-й степеней у них были, а тут другую бирюльку повесили. Где логика непонятно, но очень приятно и торжественно.

Маркиз, который на вытянутых руках каждый раз с соответствующей наградой подносил императору, подумал: «Вот Вы генералы, Вам сказали, где и когда высадиться, обозначили силы и средства. Причем если бы поступила информация, о наличии крупных сил неприятеля, то я или бы отменил атаку, или же сосредоточил превосходство в войсках, а также подогнал корабли флота, для обстрела вражеских войск шрапнелью, с целью проредить ряды пехоты неприятеля. И вспомнилась маркизу методика тренировки дельфинов, когда за одно, и тоже достижение один дельфин получает две рыбки, второй одну, а третий не одной. И как сказал тренер, в этом случае я тренирую дельфинов, а не они меня, так как никогда не знают, будут вознаграждены или нет. Также произошло с командующим 1-й пехотной дивизией Тераучи, за важный вклад в оккупации и захвата самой густонаселенной провинции Куеда, он получил лишь орден «Золотого коршуна» 3-й степени. Командир 5-й пехотной дивизии Таро Кацуро занявший со своими солдатами столицу Султаната и помнивший фразу, что у хорошего генерала все солдаты хороши, удостоился ордена «Золотого коршуна» 2-й степени, и оба командира дивизии недоумевали, почему за один и тот же ратный труд военачальники награждаются по-разному. Но в непредсказуемости, и одному ему понятной логике и была сила маркиза Ито. После награждения был шикарный банкет, на котором Ито был всего ничего, отправился к себе домой, чтобы выспаться, и поработать с бумагами, на завтра прибывает английский посол, требовалось подготовиться к переговорам.

Маркиз Лансдаун прибыл на переговоры с гордым и важным видом, одетый в смокинг и тростью в руке с набалдашником в виде золотого льва. Сразу к императору он и не рвался, зная, что реальная власть в стране восходящего солнца находится не у символа империи, а у незаметного в лучах сияния славы и роскоши императора премьер-министра со своим окружением из преданных чиновников, генералов и адмиралов, а также предводителей кланов, победивших в гражданской войне. Подобная ситуация была и в британской империи, где королева Виктория, была лишь великолепным символом, со своим красивым носом, а в ее тени плел нити и интриги, знаменитый британский лев – Натан Ротшильд, чей символ красовался у маркиза Лэнсдауна на набалдашине чёрной лакированной трости, да и общий вид посланника королевы был безупречен.

Фото 61 – Сэр Генри Чарльз Кит Петти-Фицморис, 5-й маркиз Лансдаун, 6-й граф Керри.

– Добро пожаловать на гостеприимную землю народа Ямато, – приветствовал посланника в своём доме Ито Хиробуми, переговоры они условились вести пока, как частные лица, для избежания посторонних глаз и ушей.

– И я Вас рад видеть мистер Ито в добром здравии, – ответил Лансдаун, – случись что с Вами, особенно подобное событию на пляже Куеды, и все наши договоренности пошли бы коту под хвост. Что безусловно ударило бы по моей репутации, и заставило решать поставленные перед британской империей вопросы, не экономическими, а военными силами, путем оказания военной поддержки султанату Джохара, а затем выделением Соединенному Королевству линии железной дороги, и земли по обе ее стороны, ну например миль по пять.

– Собираясь здесь мы очень оба рискуем, – Ито стал выглядывать на улицу через край занавески, и видя тщетность своих усилий, прекратил это бесперспективное занятие. Судьба дальнейшего развития двух наших империй, решается сейчас нами здесь! Мы хоть перегрызем глотки друг другу здесь, но должны договориться, между собой, о том, что Вы списываете нам долг, который вместе с процентами составляет 150 миллионов фунтов стерлингов, а мы отдаём Вам несколько провинций, на Малаккском полуострове, для проведения железной дороги и вообще вступления в Вашу юрисдикцию.

– Что значит несколько? – соображал надменный Лансдаун, – Вы обязаны согласно нашим договоренностям отдать Великобритании все пять провинций на Малаккском полуострове и еще Комбури, на границе с Сиамом.

– Позвольте милейший, – у Ито Хиробуми улыбка наползла на лицо, он уже знал, что сделал противника, – когда была достигнута договоренность о выделении десяти миллионов фунтов стерлингов за провинцию, это касалось провинций малонаселенных, с численностью коренного населения около ста тысяч в каждой.

– Вот именно! – чопорно сказал британец.

– На Малаккском же полуострове мы имеем дело с совершенно другими обстоятельствами. Климат там несравненно более благоприятен для жизни, чем на полуострове Индокитай, ядовитых насекомых и змей – меньше, а также на порядок меньше хищников, так как в том числе и британские охотники из Сингапура и Малакки нещадно их истребляют.

– На что Вы готовы пойти для прокладки нами железной дороги? – уже угрожающе прорычал британский маркиз, – понимая, что хитрость Ито превосходит его собственную.

– Долг моей любимой страны, – продолжал в спокойном тоне премьер-министр Японии, – по Вашим словам составляет 150 миллионов фунтов стерлингов. Расчеты могут варьироваться, плюс минус полмиллиона, но это несущественно, и не должно вызывать каких либо разночтений между друзьями.

– Не тяните, иначе я взорвусь от нетерпения, – Лансдаун изменил мнение о Ито как о мелочном человеке, масштаб в нем тоже присутствовал.

– Провинция Джохар населенная тремястами тысячами малазийцев, провинция Пананг, в которой добывают золото с населением четыреста пятьдесят тысяч малазийцев и провинция Паттани с населением миллион малазийцев, – торжественно, как на церемонии бракосочетания, – произнес Ито, – не знаю, что вы с ними со всеми делать будете? Вероятно, дороги железные строить, но с Вас еще 25 миллионов фунтов стерлингов и мы в расчете.

– Матерь божья! – двадцатидевятилетний дипломат, поняв, что японец кругом прав, сел на стул, и закрыл голову руками, – какая хитрая лисица, провёл даже нас англичан! Заключил изначально соглашение «деньги взамен на провинции», с покупкой нами малонаселенных провинций, так сказать дал проглотить живца, а затем, когда Британская империя вошла во вкус, так сказать хочет скормить жирный, очень жирный, ужасно жирный кусок! Причем, если империя кусок всё-таки проглотит, то, я как маркиз окажусь изжогой, выплюнутым из лона дипломатии, да еще с обидной приставкой, а также, я окажусь, изгнан из высшего общества, с позорной приставкой к своему титулу, – думал маркиз.

– Увидьте друг мой в этой сделке и положительную сторону, – замурлыкал Ито. – Британия получает земли, достаточные для прокладки железной дороги, мы размещаем заказ на 25 миллионов фунтов стерлингов на производство металлоконструкций и боевых кораблей на Ваших предприятиях. Инвестируя в развитие Вашей промышленности, а лично мы с Вами заключаем концессию с названием: «древности Пинанга», и добываем золото, в размере 7,82 тысячи фунтов стерлингов ежедневно, или 2,8 миллиона фунтов стерлингов в год, ей Богу Вы будете самым богатым сорокалетним человеком своей страны!

– А британские власти? – уже не так отрешенно спросил Лансдаун, – доводы и логика японца в начале, сломали его, а затем склеили заново, уже совершенно другого человека.

– Они ничего не узнают. Копи находятся близко к нашей границе с Куедой, четкой демаркационной линией там и не пахнет. Вообще вход в штольни можно сделать с нашей территории, а со стороны Пинанга завалить, или свалить туда пустую породу, – ворковал Ито, как заправский шаман. – Опять же для экономики Великобритании наступит золотой век, когда дорога заработает и паровозы системы Маллета, ведь Вы их сейчас используете, понесут из Бомбея в Сингапур вагоны с товарами и пассажирами, а герой подобной состоявшейся возможности маркиз, а в будущем наверняка рыцарь Лансдаун, – торжественно произнес Ито.

Фото 62 – Паровоз системы Маллета.

Английский посланник после непродолжительных раздумий и сытного обеда в доме маркиза Ито отдохнул, уже на следующий день катался с Ито наперегонки на паромобилях, с сумасшедшей скоростью. Затем на машинах, движущихся на силе сжатого воздуха, зная, что эти технологии скоро запретят, а всю технику сдадут в утиль. В продолжение дня была предложена рыбалка, скачки на лошадях, стрельба из винтовок Ремингтона и Шнейдера, а также была весьма экзотическая винтовка Gevar fm 1881 – магазинная винтовка системы Ярмана, которая была на вооружении не только Шведской армии, но также и американской. Показал Ито Ландауну непродолжительный бой на японских мечах, где показал свое полное превосходство. Англичанин победил в стрельбе, на всех дистанциях из всех видов оружия. Веером было приятное времяпрепровождение за игрой в шахматы и Го в домике мадам Умеко, где Ито услаждала взор и слух его любимая и верная жена, а Лансдауну самая красивая японка Минори, чье имя как узнал премьер-министр, переводилось на европейский язык как «Истина».

Через несколько дней маркиз Лансдаун был принят императором Муцухито и премьер-министром, где стороны подписали соглашение о передаче Великобритании трёх провинций, вполне достаточных для строительства железной дороги, и прощении Японской империи всей задолженности и всех процентов по кредиту. Империя стала экономически свободной благодаря напряженному труду маркиза Ито, как писали европейские газеты. В эти предрождественские дни пресса обсуждала еще Берлинскую конференцию. Она открылась 15 декабря, и решила узаконенный раздел Африки. Где после огромного выброса песка с упавшей кометы, вызвавшей катаклизм, поворот земной оси перпендикулярно тому, который был, и подъему вод мирового океана на 150 метров, было уничтожено множество городов, что привело к деградации экономики и технологий, и массовому исходу населения через Грецию, Италию, Австрию и Францию, в Голландию. А уже оттуда в Англию и Швецию, и формированию всей системы политического устройства, что мы имеем на конец, i884 года, – рассказывал маркиз Ито. Писала пресса и о французском законе принятом 9 декабря запрещавшим членам царственных династий избираться в сенат республики и отменивший институт пожизненных сенаторов, а также избрание Порфирио Диаса на пост президента Мексики 1 го декабря – новостей было много. И только одна мысль гложила маркиза Ито – где сейчас находится крейсер «Унеби»?