Замечания капитана 2-го ранга А.А. Болтина от 27 июля 1866 г. на извлечение из рапортов о плавании пароходо-корвета «Америка» в газете «Восточное Поморье».
В 12-м № «Восточного Поморья» вышедшем 15-го июня напечатано: извлечение из рапортов Командира пароходо-корвета «Америка». Я как Командир этого парохода считаю долгом пополнить некоторые пробелы и исправить ошибки редакции; тем более что моряк, прочитав это извлечение, не выведет никаких полезных заключений; а это всё потому, что наше морское обозрение не имеет составителя, знакомого с морским делом. Я говорю это на следующем основании:
1-е) Напечатано, что «Америка» вышла из Ольги 31 мая в Хакодате, куда и прибыла на другой день, выгрузив 1500 пуд. угля в запас для обратного плавания. Здесь невольно родится вопрос: для чего выгружать остальной уголь в Хакодате, и для какого обратного плавания? Ведь пароход зашёл в Хакодате именно для того, чтобы пополнить израсходованный уголь и сдать почту, а не выгружать неизвестно для чего, – 1500 пуд. угля. Разве это толково: обессмыслить чужое донесение, да ещё и окрестить его «извлечение из рапортов». Такое обращение с чужими статьями нельзя назвать «извлечением». В действительности же было вот как: придя из Посьета в Ольгу, я выгрузил там, (т.е. в Ольге, а не в Хакодате, г. Автор М. обозр.) 1500 пудов топлива для того, чтобы возвратившись из Хакодате опять в Ольгу за рогатым скотом, пополнить на этом переходе израсходованный уголь и уже с полным грузом смело идти против свежего NO в Косунай, где я должен был сдать скот. Моё предположение оправдалось на деле, и несмотря на вышесказанную предосторожность, NO шторм заставил меня спуститься обратно в Ольгу (т.е. сделать 460 миль). Угля осталось только на 4ро суток, и я должен был покупать дрова. Снявшись оттуда, корвет пошёл опять в Косунай, а потом в Дуэ, и несмотря на хорошую погоду, – угля едва хватило до якорного места.
Может быть, читатели удивятся, что пароход так мало берёт топлива, то для разъяснения этого скажу, что гротовая угольная яма была до половины занята маслом и солью, которые я вёз в Николаевск для порта.
2-х) Потом в извлечении говорится как-то вскользь об шторме, который я выдержал на высоте м. Дизапоинт, и о потере скота. Как всё это случилось, и в какой степени дул шторм, читателю неизвестно! По моему мнению, главный интерес рапорта для моряка и состоит в подробном описании этого шторма; тем более что в весеннее время они бывают редки; а сведения о барометре, термометре и силе ветра не могут не интересовать мореплавателей, которым приходится посещать наш бурный Татарский пролив; и наконец, если взявший на себя роль «извлекать» из морского рапорта плавал бы в море или имел бы в виду плавать в плохо описанном проливе, – то, вероятно, он так легко не посмотрел бы на донесение о шторме и не стал бы выметать метеорологические данные.
3-е) В извлечении так же пропущен подробный отчёт о работах парохода в Южных гаванях, а это весьма интересно для сравнения службы судов Сибирской флотилии с другими судами нашего флота.
4-е) Потом сказано в «Поморье», что «Америка» пришла в Николаевск 5-го июня, и ничего не упомянуто о том, что она привела на буксире 2 судна с казённым хлебом, 7-го же опять была под парами с Командиром Сибирской Флотилии, который делал двухдневный смотр пароходу по возвращении его из заграничного плавания. По осмотре в подробности всех частей парохода пробили тревогу и в 3 ½ минуты люди были по местам. Медленность эту здесь нужно объяснить так: тревога была полная, следовательно, нужно было открыть крюйт-камеру, бомбовый погреб и ядерные погреба и осветить их, вынести оружие, которое развешено в жилой камере, и вся команда должна выходить с ним в единственный люк в 5-ть фут шириною, что весьма затрудняет выход людей на верхнюю палубу, а также немало препятствует и машинный коридор, в котором может проходить свободно только один человек, потому первый выстрел можно было сделать в 3 ½ минуты.
5-е) Сказано, что «заряжание бомбического орудия происходило в 4 минуты». Здесь автор уже очень отнёсся необыкновенно, три заряжания бомбового орудия бомбой производилось постоянно во время учения в 2 минуты, а потому я объясню сейчас в чём состоит ошибка: во-первых, когда нужно было открыть огонь их большого орудия, то перед этим Его Превосходительство Командир портов лично приказал принести бомбу к первому Комендору и задавал, как ему, так и другим номерам различные вопросы и потом уже был произведён выстрел, следовательно, эти 4 минуты не могли считаться пределом скорости, а напротив это время скорее могло считаться экзаменом, как командиров, так и прислуги.
6-е) «Откат орудия на другой борт 4 минуты». Это выражение неудобопонятно для моряка, впрочем, автор желал выяснить этим словом перевозку орудия с одного борта на другой, что во время ученья делается от 1 до 1 ½ минут.
7-е) Заряжание ядрами он пишет 1 ½ минуты, а на самом деле это происходило гораздо дольше, именно потому, что в это же время делался экзамен Командирам и прислуги, во время ученья у 24 фун. коротких пушек делается три заряжания в 1 минуту.
8-е) Вызовы партий продолжались, по словам автора, абордажной в 2 мин., стрелковой 1 мин., и резервной 2 ½ минуты. Мне, как Командиру, весьма лестно прочитать это, но если читатели вспомнят, что тревога была с пальбою, то, к сожалению, и тут я не могу умолчать, что это было совсем не так скоро, как напечатано в Поморье, потому что в такой короткий промежуток времени невозможно раздать патроны и капсюли, которые выносятся из крюйт-камеры во время вызова партий и раздаются наверху. А вот о том, что при пальбе этих партий в щит из выпущенных 48 пуль попали 36 и, наконец, разбили его, автор не упоминает ни слова, по моему мнению, это в настоящее время главнее минут, приняв во внимание, что палили в цель в продолжении 8-ми месяцев только 2 раза.
9-е) У мыса Лазарева, где пароход пережидал туман и свежий ветер, испытывалось управление шлюпками, а о этом манёвре тоже ничего не упомянуто.
10-е) О парусном учении автор пишет следующее: «Постановка всех парусов происходила в 6 ¼ минут». Взятие рифов у марселя в 3 ¼ мин., уборка парусов в 3 ½ мин., потом оканчивается так: «Не совсем удовлетворительный результат последнего испытания надо отнести к тому, что из числа 80-ти человек команды парохода, при работах на верху, могло только быть 28 человек и кроме того тем 2-х месячных усиленных работ в Южных гаванях, команда не имела времени заниматься парусным учением, а шедший перед дождь ещё более помешал скорому исполнению». Жаль, что автор обратил внимание в этом случае только на дождь, на усиленные работы в Южных гаванях и на 28 человек команды, и напечатал, что это не совсем удовлетворительный результат; а главное выпустил из виду, что ученье делалось при 8 ½ узлах хода, и при противном ветре в 527 квадратных фут парусности и эти 6 ¼ минут окажутся блистательными, а не неудовлетворительными, как он полагает, а такие мнения автора Морского обозрения «Восточного Поморья» прямо показывают его незнание в морском деле, и к тому же, приняв во внимание рангоут больших размеров, поставленный в Нью-Йорке для перехода океанами, остался необрезанным, а потому мне кажется, что гораздо бы было приличнее печатать рапорты и донесения Командиров целиком, или вовсе их не печатать, чем составлять из них что-то под названием «Извлечения», а главное, не быв знакомым с морем, нужно быть очень осторожным в своих заключениях о морском деле, а у автора слишком много самонадеянности, а из его морского взгляда каждый может судить о его морских познаниях.
Капитан 2 ранга Болтин /подпись/
27 июля 1866 г.
РГАВМФ. Ф. 1191. Оп. 1. Д. 81. Л. 1-7 об.