В маленьком городке на берегу Волги жизнь текла своим чередом. Уже мало кто вспоминал о том, что был здесь когда-то такой человек Андрей Максимович, добрый и справедливый.

Инга пришла домой после работы поздно вечером, тяжело сняла с уставших ног туфли и, не раздеваясь, прошла в столовую. Как-то совсем не так шла ее жизнь в последние два года. Совсем по-другому представляла она себе существование свободной женщины. И все чаще и чаще по ночам в холодной постели ей приходили мысли: а правильно ли она живет, и не допустила ли она ошибку, однажды, поддавшись соблазну что-то изменить. Из своей комнаты вышел Роман. В последнее время отношения их совсем разладились, он совсем стал уходить в себя, не желая идти на сближение с матерью. Бывало в выходные, находясь вместе дома, они могли часами не разговаривать, он словно не замечал ее присутствия.

– Тебе звонили несколько раз, – не здороваясь, бросил он с порога.

– Кто?

Не знаю, мужик какой-то, – буркнул он в ответ и, не желая больше разговаривать, ушел в другую комнату.

Не успела Инга снять плащ, как раздался телефонный звонок. Она сняла трубку.

– Да.

– Здравствуйте, – раздался на другом конце провода приятный мужской голос, – я хотел бы услышать Ингу.

– Я слушаю.

– Вас беспокоит комиссар районного комиссариата майор Сизов. Скажите, вы официально не расторгли брак с вашим мужем?

– Нет, а что? – Удивленно спросила она.

– Да так, ничего. Это просто для справочки. Прошу вас и вашего сына завтра в двенадцать прийти ко мне в военкомат. Дело очень важное.

– Хорошо.

– Тогда я жду. – И на другом конце раздались короткие гудки.

Всю ночь Инга почти не спала. Какие-то тревожные мысли витали у нее в голове. На следующий день она вместе с Романом в одиннадцать сорок пять вошла в здание райвоенкомата. Дежурный, не спрашивая ее, кто она и куда, словно хранитель древней тайны, внимательно посмотрел на нее и пригласил подняться наверх. Лишь только они поднялись в приемную, секретарь встала и, молча, открыла массивную дубовую дверь. Войдя в кабинет, Инга увидела офицеров и прапорщиков, работников военкомата, сидевших на стульях вдоль стен. За дубовым столом сидел военком, рядом с ним на приставленном стуле незнакомый человек в черной морской форме. Как только дверь за вошедшими закрылась, и Инга с Романом оказались посередине комнаты, военком скомандовал:

– Товарищи офицеры! – Все встали, поправляя кителя.

Военком взял в руки огромную кожаную папку и более торжественно добавил:

– Равняйся, смирно! Слушай приказ министра обороны Российской Федерации. За проявленное мужество и героизм при выполнении особо важного задания, а также за спасение человеческой жизни наградить….

Инга слушала и ничего не понимала, что случилось. При чем здесь она, и что все это значит? И в этот миг до нее дошли слова из приказа:

…орденом мужества… посмертно.

Гром среди ясного неба и то было бы не так пугающе и неожиданно для нее в этот момент. Закончив читать, военком вышел из-за стола и вручил ей орден в бархатной коробочке и нагродные документы. Из-за стола на середину комнаты вышел офицер в морской форме и зеленым кантом по краю погон. Он прямиком направился к Роману. В руках он держал аккуратно свернутый шелковый пограничный флаг, на нем мичманскую фуражку и морской кортик. Подойдя, наклонился, поцеловал мальчика в щеку:

– Возьмите, Роман Андреевич, теперь это, по праву, принадлежит вам и помните, всю жизнь свою помните, – голос офицера дрогнул, – отец ваш был настоящим человеком.

Потом офицеры выпили заупокойную, а Инга с Романом пошли домой.

Выйдя из военкомата, она шла по улице, как в тумане. Мысль, что его больше нет, никак не могла дойти до ее сознания. Так они дошли до проулка, где стояла церковь.

Надо зайти, поставить свечку, сынок, – сказала она и уже сделала несколько шагов к воротам, но увидела, что они закрыты на замок.

– Да, – задумчиво проговорила Инга, – даже церковь для меня и то закрыта.

– За все в этой жизни надо платить, – сказал ей Роман, развернулся и зашагал прочь.