Начиная с XVIII в. Урал надолго становится ведущим промышленным районом страны. Богатые рудные месторождения, топливо, судоходные реки, удобные для транспортировки готовой продукции в центральные районы страны, создавали благоприятные условия для строительства здесь чугуноплавильных, железоделательных, медеплавильных заводов. В основном они размещались на Среднем Урале.
Подлинная история горнозаводского Урала начинается с создания заводов: Невьянского (1701), Каменского (1701), Алапаевского (1704), Уктусского (1702–1704). Особое значение для развития имело строительство завода и основание на его базе Екатеринбурга, официального центра управления уральскими и сибирскими заводами.
Уже к первой четверти XVIII в. в крае действовало 23 металлургических, железоделательных заводов. К середине века их стало свыше шестидесяти (из 75 подобных российских). А к концу столетия на Урале насчитывалось 176 заводов (из примерно 200 существовавших к этому моменту в стране в целом).
Бурное развитие уральской металлургии быстро позволило России перестать закупать металл и оружие в Европе, а наоборот – начать его экспортировать. Общий объем вывоза железа в Англию, Францию, США достиг почти 4 млн. пудов. Россия в это время занимала первое место в мире по выплавке чугуна и первое место в мире по производству меди.
Превосходство на данном отрезке времени могло быть завоевано во многом благодаря массовому использованию труда крепостных, приписанных к заводам. Вот почему Англия, так нуждавшаяся в металле и вынужденная в то время закупать уральскую продукцию, не могла применить этот опыт и сосредоточилась на механизации производственных процессов, поиске и создании новых технологий.
Развитие уральского горнорудного производства являлось составной частью общемирового технического прогресса и опиралось на налаженную систему широкого обмена техническим опытом между казенными и частными металлургическими заводами России, включавшим также целенаправленное заимствование, использование и усовершенствование передовых достижений европейской научно-технической мысли (иногда опережая ее!).
Превращение Урала в район горнометаллургической промышленности, тем не менее, не изменило положения России в целом, остававшейся по-прежнему аграрной, крестьянской страной (90 % населения которой составляли крестьяне). Характеризуя положение горнозаводского Урала, можно сказать, что он был, по сути, превращен в промышленный анклав внутри России.
Противоречие «петровской индустриализации» заключалось в том, что она не была индустриализацией всей страны, а ограничивалась формированием сверхускоренными темпами отдельного промышленного района внутри нее. Формирование Урала как главного промышленного района Российского государства способствовало его стремительному взлету, но одновременно стало причиной появления многочисленных трудностей, проявившихся в последующем развитии региона.
Благодаря деятельности Горной администрации стало возможно проведение целенаправленной политики в развитии края, имевшей во многом беспрецедентный характер. «Птенцам гнезда Петрова» казалось, что они получили шанс в рамках отдельной «земли» реализовать главный проект своей эпохи, что они смогут, начав с «чистого листа», с самых основ построить здесь, на Урале, новую жизнь, находящуюся в согласии с их представлениями. Впервые в России на Урале была разработана (с использованием методов экономического планирования) долговременная стратегия промышленного развития края; разработан особый свод горнозаводского законодательства (Горный Устав): получили хождение «свои» деньги (короткое время с согласия Берг-коллегии чеканка этих медных плат велась на Екатеринбургском монетном дворе).
Наряду с этим в удаленности от столиц, на территории Среднего и Южного Урала, частично западного Приуралья возникло то, что именовали «империей Демидовых», «горным царством» (к концу XVIII в. Демидовы владели на Урале 40 металлургическими заводами).
Горнозаводской Урал уже в силу своей специализированности не мог жить обособленно. Промышленники вынуждены были постоянно думать о производимой ими продукции и возможностях ее сбыта, что в немалой степени определило характер развития производства края. Наряду с шедшими на продажу металлом и металлическими изделиями (котлами, якорями, колоколами, инструментами, предметами крестьянского быта), в условиях безденежья и растущей конкуренции уральские заводы обратили внимание на выпуск пользующейся спросом медной посуды.
Но крестьянская Россия ожидала получить изделия, выполненные в прежнем ремесленническом духе (то есть рукотворные, несущие печать личности мастера). Поэтому на уральских заводах бок о бок начали работать литейщики и рисовальщики, шлифовальщики и граверы. Так зародился феномен уральского промышленного искусства.
В пору расцвета уральские медночеканные изделия пользовались огромным спросом на всех российских ярмарках, продавались в Москве, Петербурге, Нижнем Новгороде, большими партиями вывозились за границу20. Ирбитская ярмарка в период своего расцвета заняла по величине второе место в России после Нижегородской. Учрежденная в 1645 г. крупнейшая среди уральских, она в конце XVII в. почти догнала по обороту Макарьевскую ярмарку, а в конце XVIII в. ее оборот по привозу составил почти 3,5 млн. рублей. Всероссийское значение Ирбитской ярмарки определялось во многом тем, что она связывала Европейскую часть страны и Урал с Сибирью.
Кустарная промышленность быстро превратилась в составную часть создававшегося в крае народно-хозяйственного механизма. На этой основе получили развитие уральские народные художественные промыслы.
К концу XVIII в. на территории Среднего Урала официально существовало семь городов (Верхотурье, Туринск, Екатеринбург, Красноуфимск, Алапаевск, Ирбит, Камышлов) и десятки «заводов»-поселков (их жители составляли 33,65 % населения края). А в 1850 г. на горнозаводском Урале насчитывалось более 30 поселков с населением свыше двух тысяч человек.
Создание уральской металлургии положило начало промышленному освоению богатств Сибири (уральские мастеровые и работные люди принимали активное участие в строительстве красноярских заводов, предприятий в районе Якутска, в создании металлургической базы на Алтае). Дал начало уральский металл и развитию металлургии Украины и юга России (построенный в 1796 г. Луганский завод, первенец южной металлургии, долгое время работал на уральском чугуне). А в конце XVIII в. уральские горные инженеры и мастера первыми отправились осваивать горнорудные месторождения Кавказа.
Своего рода попытку подведения итогов развития Урала XVIII в. можно видеть в появившемся в 1806 г. в период реформ Александра I «Проекте горного положения», который предусматривал создание на Урале горных городов по образцу подобных центров в Германии, Чехии и других стран Европы. Документ предусматривал учреждение пяти горных городов по числу существовавших тогда горных округов. Население этих городов должно было освобождаться от крепостного права. Однако правительство быстро охладело к этому замыслу.
Екатеринбургу – столице горнозаводского Урала – суждено было остаться не только первым промышленным городом в истории градостроительного искусства, но и единственным в России городом, имевшим статус горного. В целом, результатом преобразований, происходивших с Уралом на протяжении XVIII в., явилось то, что к концу столетия в крае действовало в три раза больше заводов, чем в остальной Европейской России, и на этих заводах выплавлялось в 4,5 раза чугуна больше, чем на всех остальных заводах империи вместе взятых. Урал, приняв эстафету от Центрального и Олонецкого районов, превратился в лидера дальнейшего промышленного развития России.
Многое из возникшего на Урале было новым не только для России: «города-заводы» как тип поселений, горнометаллургическая промышленность в таких масштабах в качестве собственной производственно-экономической основы; социальная жизнь, концентрирующаяся вокруг промышленных центров; особое положение связанных с землей рабочих заводов; горная система управления (горная полиция, воинские подразделения, суды); особый микроклимат и духовная атмосфера; историческое сознание, выросшее из осмысления процесса колонизации края; свои вероучителя и святые места у старообрядческой части населения; сформировавшийся здесь тип личности и неповторимый язык.
С начала XIX в. ведущие страны мира вслед за Англией, где уже произошел промышленный переворот, наращивали мощность черной металлургии. Начался «железный ренессанс». Требовавшиеся Уралу перемены должны были бы принять характер коренных изменений. Неоднозначная оценка российским правительством перспектив промышленного прогресса приводила к недальновидной и непоследовательной политике по отношению к вопросам развития горнорудной промышленности Урала.
В царствование Николая I основу сложившейся производственно-экономической структуры горнозаводского Урала по-прежнему составлял труд крепостных. Более того, именно к данному периоду уральской истории относятся известные слова Д. Мамина-Сибиряка о том, что уральские казенные горные заводы находились, по существу, на военном положении, «точно Екатеринбург находился на неприятельской территории». В этом «государстве в государстве» были свои законы, свой суд, свое войско.
Но и без этих особенностей административного положения и управления краем легко можно заметить, что среди океана крестьянской России Урал представлял собой «горнозаводскую цивилизацию» (П. Богословский).