Жалобно пиликнула волынка… Выглядываю в окно. На церковном крыльце в две шеренги, как на подбор – бравые солдатики в чёрной форме с блестящими фуражками. Поблёскивают бляшки на ремнях.

Солнце проглотило весёлую улыбку. Заплакал в форточку ветер.

Военные вытянуты в струнку.

Длинный гроб, заботливо укрытый американским флагом, примостился на плечах. Белые перчатки одной руки опираются о поддон, другая рука – строго по шву.

Впереди гроба застыли двое. Сзади – двое.

Улица перекрыта.

На перекрёстке деловито регулирует движение стройный офицер.

Играя на солнце чёрным лаком, выстроились лимузины.

Во главе – фургон, с хищно разинутой пастью, привычно ожидает «пассажира».

Не останавливаясь, идут прохожие.

Зычная команда! Солдатики мгновенно развернулись.

Придерживая гроб, красиво чеканя шаг, спустились с церковного крыльца. Замерли. Команда!.. Солдатики разом наклонились…

Метнулись махом белые перчатки… гроб «въехал» в заждавшуюся «пасть».

Двое замерли впереди фургона, двое – сзади. Остальные – свечками застыли слева и справа.

Джентльмены в строгих костюмах выводят под руки грузную бабулю в чёрном. Она то и дело подносит платочек к глазам. Сопровождающие осторожно впихивают её в лимузин.

Припадая на трость, с трудом передвигает ноги сухопарый старик. Его поддерживают скорбные дамы и солидные мужчины средних лет. Усаживают в тот же лимузин.

Закрывают за стариками дверь.

Провожающие обнимаются. Гладят друг друга по спине.

Все рассаживаются в свободные лимузины.

Солнце спряталось за тучу. Ветер улетел. Закрапал дождь.

Прозвучала команда. Солдатики торжественно зашагали по мостовой, конвоируя фургон.

Кортеж тихо двинулся следом…

Процессия началась…

Завтра картина повторится.

Февраль 2007 г. Иракская война