Ранним утром, только успела Мария позавтракать, в окно постучали. За стеклом девушка увидела… голову Яшки!

Лось издал трубный звук и обрадованно затряс рогами, которые уже заметно выросли на его макушке. Мария вспомнила, как ещё вчера подумала о поездке ранним утром на Яшке за Купол! Сохатый не только запросто считал информацию, касающуюся его, но и пришёл, чтобы предложить свои лосиные услуги.

Мария приоткрыла окно, высунулась наружу и ласково воскликнула:

– Яшенька, голубчик!.. Явился!.. Я сейчас!

Она быстро облачилась в джинсовый костюм наездницы. На пути к выходу Мария схватила крупный кусок свежевыпеченного хлеба, посыпала его солью. Это было лакомство, которое любили все лоси, включая малышей-лосят. Если ужин, обед и завтрак девушка иногда поручала приготовить дежурному биороботу, то к выпечке хлеба и иных изделий из муки серые не допускались. Мария считала, что хлеб требует особой ласки и тепла человеческих рук…

Она сняла висящие в сенях на стене удила и поводья, подняла лежащее в углу седло и вышла к сохатому.

Вскоре девушка сидела на лосе. За её спиной примостился лук, которым амазонка прекрасно владела. Мария, как и все жившие до неё люди Заповедной Долины, охотилась на уток, глухарей и тетеревов всегда за пределами Купола. Охота на территории долины была запрещена изначально.

Но не охота была целью Марии. Все её мысли в последнее время крутились вокруг… Гвена!

Клон-корусиец, сменивший не одно тело с момента аварии «Небесного Чертога», всегда находился рядом с ней, начиная с самого момента рождения. Более того, мама часто уходила на звездолёт, оставляя дочку на попечительство Кулькатли. Пращур, который часто утверждал, что ему не совсем комфортно под Куполом, мол, это ограничение свободы его, духа Шайтан-камня, охотно занимался воспитанием девочки. Правда, Мария догадывалась, что память духа бередят далёкие воспоминания, когда он сам был амазоном. Но в эти странные мамины исчезновения Кулькатли появлялся сразу же, причём дед вёл себя не совсем обычно. Он как бы извинялся за отсутствие мамы и говорил, успокаивая девочку: «У твоей родительницы там, в “Чертоге”, важные дела». Мария, повзрослев, стала замечать особые взгляды, которыми обменивались мама Люда и командир разбитого звездолёта. Гвен, по сути, был для Марии отцом. Родного папу она совсем не знала, тем более что Николай погиб, как она подозревала, до её рождения. Правда, о точном времени смерти отца Марии как-то странно молчали не только мама с Гвеном, но и Кулькатли. И вот вчерашнее, совсем уж необычное поведение клона, когда она, Мария, сказала, что ей больше нравится не Дария, а именно Корус ощущением полной гармонии жизни. Корусиец так странно посмотрел на неё…

Яшка, шагающий уверенной поступью, легко перешёл через ручей. Лось и наездница минули большую поляну в ельнике и вышли к той самой проплешине, где в прошлый раз и повстречали Кулькатли.

Яшка первым заметил духа и предупредил об этом фырканьем наездницу, занятую своими мыслями. Девушка слегка натянула поводья. Лось остановился. Мария легко соскочила с него и по звериной тропке вышла к месту встречи.