В 1919 году добровольцем пятнадцати лет ушел я в Красную армию. Назначили меня в первый Самарский полк в конную разведку. В это время подходил Колчак. Наш полк, значит был выслан на колчаковский фронт.

И в долгую битву наш полк прогнал Колчака к Челябинску, до села Ивановки, где нас и разбили.

Пятьдесят человек из наших попало в плен в полк «Иисуса Христа». Когда попали в плен, ихний генерал нас всех выстроил, чтобы узнать коммунистов и евреев и расстрелять их.

Начальник карательного отряда на этом не успокоился, велел всем снять обмундирование и в одном нижнем белье выстроить.

Выстроили нас, значит, в одну шеренгу, рассчитали на десять. Десятого – под расстрел. Я девятым оказался, аж в глазах помутнело. Расстреляли, опять показалось начальнику много нас. Рассчитали на пять, потом на три. Мне все приходилось быть то четвертым, то вторым.

Теперь уж от пятидесяти только восемь осталось. Тогда нас и отпустили. Бежать приказали… в разные стороны. А мы все бросились к реке Уралу, красные там встали.

Дали нам пробежать шагов сто – сто пятьдесят. А после казаки за нами пущены были. Сперва мы бежали все вместе. А как увидели, что настигают, мы и рассыпались в разные стороны. Но снега и сугробы не давали нам быстро бежать. Я добежал до реки Урала, обрыв увидал. Слезать негде, ну, я и прыгнул. Казаки меня настигали. Надо было жизнь спасать. Прыжок удачный выдался. Один казак не удержался, сорвался и прямо с лошадью вместе полетел за мной. Попал под лошадь. А в это время я на животе до льда добрался. Этим способом через Урал и перебрался.

Не успел я выбраться, как опять недалеко казаки оказались. Сперва не замечали друг друга. А потом красные казаков заметили, стрельбу открыли. Здесь я из сил выбился: не мог бежать, упал без памяти. Опомнился в селе Ивановке, в избе на печке, весь спиртом натертый.

Долго болеть не пришлось. Я снова был назначен в Петроградскую конную дивизию, в разведку. Дан приказ был: во что бы то ни стало узнать, какая сила Колчака находится около Уфимского моста.

Нас поехало десять человек. Приехали в село, а в этом селе никого из колчаковцев не было. Потом проведали, что поп на колокольне сидел, по телефону связь держал, сообщение передавал.

Из-за этого стрельба началась. Мне достался пост на центральной улице села. Подошел к одной избушке. А здесь снаряд разорвался рядом. Пришлось мне туда кинуться, где разорвался снаряд. Притулился, а тут и началась канонада.

Меня контузило, в голову восемь ранений получил и кисть сломило мне. И был я отправлен в Оренбург в госпиталь, где пролежал я три месяца.

Вылечился, пошел к коменданту города, говорю:

– Направление бы мне в часть свою, обратно.

А тут как раз на железной дороге был поезд штаба Туркфронта, в котором находился товарищ Фрунзе. Комендант и направил меня в распоряжение штаба.

Тов. Фрунзе назначил меня младшим дежурным комендантом.