Как во славном городе Балакове-городе,

На великой на реке, на Волге-матушке,

Жил-работал крестьянин Иван Иванович.

А прозваньем он был Чапаев сын.

И за всю за жизнь свою работную

Не нажил он себе палат каменных,

Не нажил он себе золотой казны.

А нажил себе он долю горькую,

Долю горькую, долю рабочую.

Он работал целый день с утра до вечера.

Гнул он спинушку свою, да молодецкую.

Вот прожил он сорок лет без малого,

И родился у него сыночек первенький,

Первенький сыночек долгожданненький.

Как возрадовался тут Иван Иванович,

Он созвал к себе гостей да именитых,

Чтоб отпраздновать рожденье сына первого

По старинному обычаю отцовскому.

И нейдут к нему же гости званые,

Угощенья не хотят они крестьянского,

А где взять Ивану браги хмельные,

А где взять ему блюда заморские…

Закручинился Иваныч, запечалился

И пошел он прямо в поле чистое,

В поле чистое, во степь широкую —

Поискать себе гостей для праздничка.

Видит он: идут навстречу три странника.

Поклонился он им низко до земли.

И возговорили тут три странника:

«Ой, ты, ой, ты, добрый молодец,

Отчего-то ты кручинишься-печалишься?

Аль беда тебе какая приключилася?

Аль напала на тебя печаль-заботушка?»

Рассказал тогда им добрый молодец,

Добрый молодец, Иван Иванович,

Про свою печаль-кручинушку,

Как родился у него да первой сын,

Что приглашены им гости именитые,

Не хотят они с ним праздник праздновать,

Оттого, что нечем гостей потчевать

По старинному обычаю отцовскому.

Отвечают ему странники убогие:

«Не печалься, не кручинься, добрый молодец,

Уж поможем твоему мы горю горькому,

Пригласи ты нас троих к себе отпраздновать

Сына первого любимого рождение».

Как возрадовался тут Иван Иванович,

В гости он просил к себе трех странников,

Угощал он их одним лишь горьким хлебушком,

А и потчевал водицею студеною.

Как откушали все трое гости званые,

Поклонилися хозяину радушному

И промолвили такое слово дивное:

«Исполать тебе, хозяин добрый молодец,

Что от сердца от всего ты нас здесь потчевал,

И прими от нас, от трех от странников,

Ты подарочек для сына, для любимого.

А от первого прими любовь народную,

От второго – удаль молодецкую,

А от третьего – смерть храбрую, городскую.

Сына назови своего ты Васенькой,

Васенькой, Василием, свет Иванычем».

А спросил их тут Иван Иванович:

«А скажите вы мне, страннички убогие,

Как вас звать, как величать прикажете,

Чтобы знать, кому спасибо сказывать?»

Отвечает ему первый странничек:

«А зовут меня все люди добрые

Пугачевым атаманом Емельянушкой,

А другого моего товарища

Атаманом свет Степаном Тимофеичем,

А и третьего мово товарища

Величают Ермакам свет Тимофеичем».

Тут три старца ему в ноги поклонимся,

Поклонилися – и словно их и не было.

То не белая береза к земле клонится,

Не серой туман по полю расстилается.

Расстилается сын да перед батюшкой,

Просит он себе благословеньицо

Ехать в дальнюю сторонушку,

Посмотреть по всей Руси великой,

Как живет-работает рабочий люд,

Как в деревне брат-мужик крестьянствует,

Всюду ль жисть ему не жисть, а горе горькое;

Он повсюду ль с утра до полуночи

Целый день работает и мается,

Зарабатывает в сутки корку черствую,

Отдает пот, кровь злодею лютому,

Лютому злодею, да помещику,

А еще попу-то долгогривому,

А еще царю – злодею лютому.

Отпускает сына родной батюшка,

Добра молодца Василия Иваныча.

И пошел громить лихих разбойников,

Лютых врагов всея Руси великой,

Всей Руси крестьянской да рабочей.

Всех громил, громил до последнего,

Изничтожил силы колчаковские,

Он побил войска чехословацкие…

И вздохнула легче грудь рабочая,

И вздохнула легче грудь крестьянская.

Призадумались злодеи, люты вороги,

Генералы, казаки белогвардейские,

Как осилить им богатыря крестьянского,

Взять в полон Васильюшку Чапаева.

Как на самом берегу Урала-батюшки,

Возле самого Фордоса, возле Лбищева,

Разместилася застава богатырская,

А в заставе атаман Чапай с дружиною,

С дружинушкой своей да с хороброю.

Никому мимо заставы не проехати,

Ни злодею-генералу, люту ворогу,

Ни казаку белогвардейскому.

Вот спустилась-опустилась ночка темная,

Опустилась ночка темная, дремотная,

Крепко спит Чапай Василь Иванович

Во своем шатре да атаманином,

Спит и вся дружинушка хоробрая.

И не слышат, и не чуют добры молодцы,

Что настала ночь последняя.