К июню 1790 года, несмотря на все старания изменников-масонов в командовании русского флота, шведский флот оказался на грани полного уничтожения. Его гибель означала для России не только победоносное завершение войны, а прощание Швеции со статусом европейской державы (что и произошло, в последний раз Швеция рыпнулась уже в самом начале XIX века, вновь проиграв русским и потеряв окончательно территорию Финляндии, а заодно навечно превратившись в нейтральное, пацифичное государство). Запертый в гавани Выборга, шведский адмирал мечтал уже не о захвате Петербурга, а о том, чтобы прорваться домой. Он знал, что в этом ему мог помочь только «брат» Чичагов и не ошибся. Пассивно лишь наблюдая шведские корабли, строго запретив их атаковать, он равнодушно молчал в ответ на предложения своих командиров усилить позиции плавучими батареями, чтобы затруднить прорыв шведов. Более того, отдал приказ раздробить силы своей эскадры. Отсутствие должной подготовки к воспрепятствованию прорыва шведских судов, намеренное распыление своих сил – ЧЕТВЕРТАЯ ЗАГАДКА поступка адмирала Чичагова.
Наконец, 22 июня 1790 года шведы дождались свежего попутного ветра и пошли на прорыв! Атаковав слабые отряды адмиралов Повалишина и Ханыкова, шведы стали выходить в открытое море. Чичагов, наблюдая прорыв, не оказал помощи русским отрядам и не встал с главными силами наперерез шведам – в этом его ПЯТАЯ ЗАГАДКА.
И тут же создал ШЕСТУЮ: увидев, что большая часть шведских кораблей прорвалась, он, должно быть, перекрестился (или что там делают масоны?) с облегчением и якобы устремился в погоню. Но верный масонской клятве, а наши историки пишут – «по необъяснимой причине», отказался от возможности утопить шведский гребной флот: 200 судов с 14 000 солдат на борту, сильно отставший от парусных шведских фрегатов. Командиры гребных судов стали спускать шведские флаги, намереваясь сдаться в плен. Но разве мог это допустить масон Чичагов? Своим кораблям он поднял сигнал отстать от шведов, сотворив СЕДЬМУЮ ЗАГАДКУ своих поступков. Сильно похожую на измену Родине. Но тут уж адмирал Круз и еще несколько командиров кораблей, «не заметили» сигнала флотоводца-предателя и все же вломились в шведский строй. Захватили 21 гребное судно и 6 транспортов, а могли захватить все 200!
Сами шведы дивились такому поведению Чичагова, петербургская молва того времени считала причиной подкуп. А на самом деле причиной была масонская клятва, данная Чичаговым – «своим» оказывать помощь, не останавливаясь ни перед чем.
Спасенный Чичаговым шведский флот нанес русскому сильное поражение во 2-м Роченсальмском сражении, спустя шесть дней. Стремясь наверстать упущенную возможность, русский флотоводец Ниссау Зиген, гроза турок, сломя голову бросил русские корабли в сражение. Итог? «Балтийская Цусима» ХVIII века: русские потеряли 52 корабля, 7 370 моряков из них 270 офицеров.
Свершилась мечта масонов в столичной Адмиралтейств-Коллегии: русский флот наконец-то разбит, путь шведам на Петербург, к 8-й провинции шведского масонства, – открыт.
День 28 июня 1790 года для адмирала Чичагова был настоящим праздником! Нет сомнения, что в тот день на многих масонских пьянках: в Стокгольме, в Петербурге, в Кронштадте, в каюте Чичагова пили шампанское и пели масонские гимны! 28 июня – дата ВОСЬМОЙ ИЗМЕНЫ адмирала Чичагова. Прослезился должно быть разжалованный матрос-масон Адинцов: наконец-то он отомщен!
Карьера храброго, но неосторожного Ниссау-Зигена в русском флоте завершилась. Чичагова – нет. И что же? Ничего!
Швеция – не Россия! Через полмесяца у адмирала Козлянинова в строю было уже 180 боевых кораблей. У шведов – лишь остатки битых эскадр. Перед мощью православного царства оказались бессильны козни масонов. Король Густав III, с пустым кошельком, проклиная русских «братьев»-масонов, был вынужден заключить с Россией мир, не добившись ничего.
Не достигнув того, ради чего начинал войну: вернуть Русь в 8-ю провинцию шведского масонства. Впрочем, эта масонская междуусобица на Балтике – тактический эпизод. «Агенты влияния английского флота» в адмиральских мундирах российского упорно решали стратегическую задачу, поставленную ими «мастерами» лондонских и эдинбургских лож. Держать Россию в состоянии перманентной войны со Швецией, блокируя интересы русских в Атлантике. Если побеждала Россия – масоны тайно помогали Швеции. Если крепли шведы – масоны под Андреевским флагом мгновенно превращались в патриотов. Но лишь до поры достижения равенства между противниками. Ведь шведский флот, веками бодаясь с русским в Балтийском море, не имел сил и времени конкурировать с Англией в Атлантике и в мировом океане.
А адмирал Чичагов продолжал служить в русском флоте, глотал кофе из наградного серебряного сервиза и горечь разочарования. Его «братья» были всесильны в кабинетах петербургского Адмиралтейства и беспомощны перед монолитом русской монархии и народа. Единственное, что он мог теперь сделать для масонского братства: воспитать сына. Верным масоном и изменником России и ее флоту! И воспитал, но об этом позже.
Не могли масоны «Владычицы морей» обойти своим вниманием русские эскадры в Средиземном море. Надо отметить, что и до и после побед адмирала Ушакова, графа Орлова-Чесменского, Спиридова, вплоть до начала ХХ века – флот Российской Империи не становился инструментом глобальной политики России. Тем более эффективным инструментом. Но вот в годы царствования Екатерины II русские паруса победоносными эскадрами не только с моря защищали столицу державы, но и «гнули колени» турецкой империи. Когда эскадры русского Балтфлота огибали европейский континент, двигались в средиземноморье, в Адмиралтействах Европы кривили губы в снисходительной усмешке… В победу русских над турками не верили ни на минуту. Но, тем не менее, по пути, используя связи в петербургском Адмиралтействе, в русскую эскадру братьев Орловых и Спиридова внедряли своих агентов и вредителей. Одним из них был контр-адмирал Джон Эльфинстон принятый на русскую службу в 1769 году вместе с двумя сыновьями – мичманами русского флота. Уже в июле 1771 года он весте с отпрысками был уволен из русского флота и убрался, с кругленькой суммой в кармане, в родной туман Альбиона. Для него служба российской короне была чем-то вроде прибыльной «халтурой». Нет, он не был дураком, трусом и невеждой в военно-морском деле. В Чесменском сражении показал себя не плохо. Но после побед над турецким флотом открылся прямой путь на Константинополь и, следовательно, проливы, мечту русских еще со времен Вещего Олега. Вот тут-то англичанин Эльфинстон показал свое истинное лицо. Как там по-Библии: по делам, аки по плодам узнаете их?
Его отряду была поручена блокада пролива Дарданеллы. Флаг контр-адмирал Эльфинстон держал на самом мощном корабле русской эскадры 84-х пушечном «Святославе». И вот в нарушение данного ему приказа он самовольно оставляет позиции, то есть открывает путь турецкому флоту и ведет отряд к острову Лемнос. При подходе, несмотря на все протесты русских офицеров корабля, принял лоцмана-англичанина Гордона (какое совпадение!), который намертво посадил «Святослава» на мель. Самый мощный корабль пришлось сжечь.
Английского адмирала Бинга, только за то, что он покинул строй в линейном артиллерийском бою, в лондонском Адмиралтействе приговорили к расстрелу. И расстреляли! Англичанина, адмирала русского флота Эльфинстона за уничтожение собственного и лучшего корабля, за самовольное оставление позиции, сорвавшего план всей кампании… сняли с должности, отдали под военно-морской суд в петербургском Адмиралтействе. На заседании суда пожурили, ласково попеняли и отправили с миром и с деньгами домой. В Петербургской Адмиралтейств-Коллегии правили бал и суд масоны – это общеизвестно. Был ли адмирал Эльфинстон им «братом»? Справки с масонской печатью заверяющей это предположение я не нашел. Но и ее можно подделать. Вот реальные дела Эльфинстона не подделаешь.
Разумеется, не все иностранцы в русском флоте служили ему во вред и были масонами. Не все масоны были трусами, изменниками и неучами. Тут главное другое. Чему и как они служили в действительности на войне – интересам России или общеевропейскому братству?
Среди награжденных офицеров-моряков за Чесменское и Гогландское морские сражения, немало масонов. Это тот же полный адмирал флота (1790 г.) – Александр Иванович КРУЗ – отмеченный орденом Святого Георгия 4-го класса за Чесменское сражение, а за Выборгское – орденом Святого Георгия 2 класса. Английский масон, принятый на русскую службу в 1753 году сделал в России блестящую карьеру. Его отношения с православием и Господом Богом никак не сказывались в бою, за пригревшую его державу он, не скупясь, рисковал не раз головой. Но в боях против турок-нехристей и шведов!
А интересно, как бы повел себя герой-адмирал русского флота, англичанин по рождению Круз, окажись под прицелом его орудий английские корабли? Какой присяге он остался бы верен – российской короне или масонскому братству?
Не один он из числа «братьев»-масонов был отмечен за морскую войну со шведами высшим военным орденом России – Святого Георгия или Георгиевским оружием. Из числа членов ложи «Нептун» Георгиевскими кавалерами в русском флоте стали: лейтенант Вильсон – орден 4 класса (1790 г.), лейтенант Брейер (золотая шпага за 1790 г. И орден 4 класса в 1785 г.), Павел Пустошкин – кавалер ордена 3-го класса (1792 г.), лейтенант Селифонтов – 4-го класса (1773 г.). Сын адмирала – И. Барш за Выборгское сражение был награжден золотой шпагой, а лейтенант Штейн – орденом Святого Георгия 4-го класса и золотым оружием. В Гогландском и Выборгском морском сражениях Балтийского флота со шведами участвовали офицеры – масоны: Астафий Адинцов и Денисов. Погиб – масон-моряк Муловский.
И опять же примечательная статистика. Из 10 героев – половина иностранцы. И «зудит», как больной зуб, вопрос – а столь же храбро сражались бы они против английского флота?
Логика, как беспощадный стоматолог, вырывает ответ – нет, не сражались бы. Перед родным британским флагом они просто отступили бы. Или спустили «свой» Андреевский.