27 декабря 1958 года в 8 часов вечера Че Гевара собрал своих командиров в одной из комнат гостиницы «Лас-Тюльериас» в Пласетасе. Сам занял место по центру за столом.

На стене карта местности, испещрённая цветными значками, стрелами, рядом на столе указка.

– Открываем совещание, товарищи командиры! – Че Гевара подождал, когда полностью уляжется шум, поправил черную повязку на левой руке.

– Командиры, я собрал вас, чтобы объявить, что настал час предпринять решающее наступление на Санта-Клару и двинуться на Гавану!

В комнате загудело, как в улье, раздались аплодисменты наиболее воодушевлённых командиров.

– То, что это третий город на Кубе, ко многому нас обязывает. Не должно быть шапкозакидательства, мы впервые будем штурмовать такую большую агломерацию с населением намного больше ста тысяч человек. Но эта наша сегодняшняя цель, а дальше – Гавана!

Опять в зале раздались приветственные возгласы, на этот раз ещё громче. Че Гевара достал блокнот, рассказал об обстановке в стране, потом остановился на итогах последних боёв, показал на карте места расположения противника и места, где закрепились повстанцы, направление наступления.

– Враг мечется и боится нашего наступления. 24 декабря генерал Кантильо предложил нашему главнокомандующему Фиделю Кастро заключить перемирие в провинции Орьенте, где наши братья по оружию, как и мы здесь, в Лас-Вильясе, занимают все новые города. Позавчера поступило и мне предложение о перемирии от полковника Флорентино Россела, командующего бронепоездом, направленным из Гаваны в Санта-Клару. От меня полковник получил ответ, что революция делалась не ради таких вот сиюминутных компромиссов, и мы на них не пойдём!

– А теперь о главных задачах. Наступление на Санта-Клару будет проведено силами отрядов «Революционного директората» 13 марта с юга, а моя колонна наступает с севера и востока.

– Нами уже взорваны в провинции несколько мостов. На карте вы видите их отмеченными значками костров красного цвета. Этим мы изолировали в крупных городах гарнизоны правительственных войск. В том числе взорван мост на Центральном шоссе, при этом выведена из строя часть полотна железной дороги, тем самым прервано сообщение между Гаваной и Сантьяго-де-Куба.

– Чтобы заблокировать возможное прибытие подкреплений из Гаваны, поставлен в засаду отряд западнее Санта-Клары. Второй отряд занял место здесь, – Че Гевара показал указкой место его расположения. – Этот отряд будет прикрывать наше наступление со стороны Атлантического океана. Чтобы исключить прибытие подкреплений из городов Тринидад и Сьенфуэгос, мы их окружили, изолировав от Санта-Клары.

– За последние две недели приобрели необходимый боевой опыт, взяв мелкие города и посёлки. Каждый партизан сейчас знает своё место в бою!

– Далее, Нуньес Хименес, ваша задача: провести колонну незамеченной по проселочным дорогам в район университетского городка «Марта Абреу». Выдвигаетесь в два часа ночи. Ждёте там моего прибытия.

– Атаковать город будем с разных сторон, чтобы не дать противнику сконцентрировать силы в один кулак. Подробности обсудим индивидуально. Гарнизон Санта-Клары силен, недавно получил подкрепление из Гаваны и будет драться ожесточенно, я думаю, это понимает каждый здесь присутствующий.

– Всем командирам ожидать распоряжения на штурм Санта-Клары ориентировочно с 6 до 7:00 утра. По прибытию в университетский городок, я оценю обстановку и приму решение.

Антонио Нуньес Хименес. Расскажу об этом замечательном человеке подробнее. Он бывший профессор в университете Лас-Вильяс. Написал книгу «География Кубы», в которой разоблачил губительные для страны последствия империалистического господства. Цензура запретила её, тираж, по приказу диктатора, был сожжен. Нуньес Хименес перешел на подпольное положение, участвовал в «Движении 26 июля», в дальнейшем вступил в восьмую колонну.

После победы революции, капитан Нуньес Хименес займёт ряд ответственных постов, возглавит первую кубинскую официальную делегацию, посетившую Советский Союз в 1960 году.

– Товарищи командиры, слово предоставляется одному из лидеров «Движения 26 июля» в Санта-Кларе Исмаэлю Суаресу, попросим!

Суарес подошёл к трибуне и, рассказав о положении в городе, посмотрел в зал:

– Товарищи! Я тоже почти тридцать часов вел переговоры с полковником Росселом. Они окончились ничем, но кое-что мне удалось узнать!

Взял указку, подошёл к карте.

– Вот в этих местах расположены основные части трехтысячного гарнизона. Россел поставил свою главную ударную силу – бронепоезд – на северной окраине Санта-Клары, рядом с укрепленной позицией на холме Капиро. На вершине укрепились батистовцы, у ее подножия – два вражеских танка. Экипаж бронепоезда состоит из трёхсот семидесяти трёх солдат с большим количеством оружия и боеприпасов, вооружён ракетными установками, мортирами, зенитными пушками. Чтобы войти в город, вам придётся блокировать или захватить бронепоезд. Командует им полковник Россель Лейва, он же командующий инженерными войсками Батисты.

Но надо сказать, что еще по пути из Гаваны в Санта-Клару бронепоезд покинули десятки солдат. Мы организовали их массовое дезертирство, и я вам скажу, что было организовано дезертирство стольких солдат, сколько сумели достать одежды, чтобы переодеть их в гражданское платье. И если не дезертировало больше, то лишь потому, что у нас не было столько гражданской одежды. Это происходило на каждой станции, по всей линии, где мы имели свои организации.

Заканчивая доклад, добавлю, что руководить обороной города Батиста поручил полковнику Касильясу Лумиуй, который лично застрелил известного лидера рабочих сахарных плантаций Хесуса Менендеса. Касильяс Лумиуй разместил свой штаб в казарме «Леонсио Видаль».

– Вот за эту информацию особое спасибо, товарищ Суарес! Очень для нас ценная информация! Проходите, садитесь, пожалуйста, продолжим!

Че Гевара снова вышел на средину кабинета, продолжая инструктаж:

– При штурме основными направлениями считать казарму «Леонсио Видаль», полицейское управление, гостиницу «Гранд-отель», Дворец правосудия, церкви, тюрьмы, аэродром. Капитан Фернандес, вначале вы двигаетесь вместе со всеми, решаете со своим взводом первостепенные задачи по обеспечению прорыва укреплений противника. Вы и займётесь бронепоездом, а выполнив задачу, переключитесь на штурм полицейского управления.

Далее Команданте скрупулёзно поставил задачи каждому командиру, добившись полного понимания всех деталей операции. Подводя итоги совещания, сказал:

– Желаю всем нам успеха и полной победы! Как говорится в воззвании Нуньеса Хименеса: «Народ! Вперёд с революцией! Рабочий! К борьбе! Крестьянин! Организуйся! Революционная армия продолжает своё неудержимое и победоносное наступление, и вскоре вся провинция Лас-Вильяс будет провозглашена Свободной территорией Кубы!».

В два часа ночи триста бойцов восьмой колонны погрузились на машины во главе с Антонио Нуньесом Хименесом. Через два часа они добрались до университетского городка. Увидев колонну, студенты и преподаватели выбежали на улицу, встречая партизан с восторгом.

В 6:30 утра в университетский городок прибыл Че. В восемь часов он отдаёт приказ наступать на Санта-Клару по Центральному шоссе, ведущему в город.

Взвод Эль Вакерито первым входит в Санта-Клару. В 12 часов дня 28 декабря бойцы колонны подходят к горе Капиро, доминирующей над городом.

– Капитан Фернандес, – Че Гевара подозвал к себе командира взвода, – отправьте людей уничтожить железнодорожную колею между Капиро и Санта-Кларой!

– Есть, Команданте!

Неожиданно ударили танки со стороны высоты Капиро. Через мгновение к ним присоединились пулемёты бронепоезда и защёлкали винтовки солдат. Тут же по ним был открыт ответный шквальный огонь со стороны повстанцев. Танки взревели и стали отходить в город, увлекая за собой каскитос с вершины холма.

А вокруг бронепоезда поднялись клубы пара, раздался гудок, поезд тронулся и, увеличивая скорость, стал уходить на станцию Санта-Клары. Повстанцы, воодушевлённые успехом, поднялись в рост и пошли в атаку, ведя огонь по врагу.

И снова впереди взвод во главе с Эль Вакерито. Смелыми действиями, используя ручные гранаты, бойцы продвигались вперёд.

– Фернандес, Вакерито! – Че Гевара нашёл глазами капитана. – Двигайся на полицейское управление, здесь уже всё решено!

Пелотон увидел начавший движение бронепоезд, он только недавно отогнал два бульдозера, разворотив ими рельсы, даже захваченная взрывчатка не понадобилась.

– Рассредоточиться вдоль насыпи, девять человек с этой стороны, девять – на другую. Занять позиции, приготовиться к бою! – отдавал он распоряжения.

Раздался грохот, бронепоезд на всём ходу сошёл с рельсов, передний паровоз и несколько вагонов перевернулись, издавая оглушительный скрежет, вверх потянулись клубы дыма, пара. В общий шум вплелись выстрелы повстанцев, залёгших с двух сторон от бронепоезда, тут же полетели бутылки с бензином. Огромное пламя, видное на много километров вокруг, поднялось к небу.

«Через несколько часов вся команда сдалась, в наших руках оказались двадцать два вагона, зенитные орудия, пулеметы и баснословное количество боеприпасов», – так напишет о своих впечатлениях того момента Че Гевара.

Че Гевара, 1959 год.

Источник: commons.wikimedia.org.

Бой стал перемещаться в глубину города, отдаваясь эхом взрывов и выстрелов. Че Гевара, разгорячённый боем, вышел к пленным:

– Кто старший?

– Энрике Гомес, – представился офицер.

– А где ваш полковник Россель Лейва? – Че посмотрел в глаза офицеру.

Тот отвёл взгляд и, немного замявшись, ответил:

– Полковник Россель Лейва бежал.

Че Гевара подозвал к себе Нуньеса Хименеса:

– Сколько взято в плен офицеров и солдат?

– Четыреста человек, Команданте!

– Разрешаю офицерам сохранить личное оружие, всех пленных отправьте в порт Кайбариен, оттуда дальше перешлите их в распоряжение войск Батисты. Пусть ему передадут от меня привет!

Нужно сказать, что батистовский генштаб в Гаване отказался принять пленных, ответив, что считают их подлыми трусами, с которыми повстанцы могут расправиться по своему усмотрению. Ввиду этого, пленных поместили в местном морском клубе, поручив дальнейшую заботу о них местной народной милиции.

Отдав распоряжения, Че Гевара вернулся в Санта-Клару, где продолжались ожесточенные бои. Выдвинувшись к полицейскому управлению, Че выслушал доклад Эль Вакерито:

– Команданте, ведём бой, оттесняем, но медленно, пока каскитос держатся!

– Понятно, Фернандес! Капитан, поджигайте полицейское логово! Будем выкуривать!

Полицейское управление запылало, постепенно огонь охватывал здание.

– Команданте, солдаты готовы сдаться при условии, что им будет разрешено безоружным укрыться в казармах «Леонсио Видаль», – Эль Вакерито смотрел на Че.

– Хорошо, даю разрешение, капитан, отпустим!

Скоро триста батистовцев вышли с поднятыми руками. Но цена победы над ними оказалась слишком большой. В ходе последних столкновений Роберто Родригес Фернандес был смертельно ранен в голову. Че Гевара, увидев рану, в глубоком горе только и смог сказать: «Должно быть, потребовалась сотня человек, чтобы одолеть его. Это как если бы сто человек убили меня».

В городе во всех его концах грохотала стрельба, клубы дыма от пожарищ затягивали небо. На улицах стояли баррикады. Горожане массово оказывали помощь повстанцам во всём.

29 и 30 декабря взяты здание суда, «Гранд-отель», церковь «Буэн виахе» и церковь «Кармен».

Че Гевара был неутомим, его видели везде, привычно одетым в кожаную куртку и чёрный берет, с забинтованной левой рукой и с неизменной сигарой во рту. Он то принимал доклады, то отдавал распоряжения, постоянно вникал в обстановку, перебрасывая отряды в критические места.

К 1 января 1959 года в городе только тюрьма, казармы и примыкавший к ним аэродром оставались в руках противника. Утром Че Гевара вызвал к себе капитана Антонио Нуньеса Хименеса и Родригеса де ла Вегу:

– Полковник Касильяс Лумиуй, руководитель обороны города, тайно покинул казармы, но был схвачен нашими людьми и расстрелян. Сейчас его место занял полковник Эрнандес. С целью уменьшить напрасные потери с обеих сторон, ставлю вам задачу: направиться в казармы «Леонсио Видаль» и попробовать уговорить гарнизон сложить оружие. Пообещайте, что солдатам и офицерам будет разрешено разойтись по домам или направиться в любое место Кубы по их выбору. Нам нужно торопиться, ведь если начнётся интервенция США, мы можем не устоять.