– Чиф, извини, виноват. – Так, войдя в ЦПУ, повинился второй механик. – Поторопился, не открыл какой-то клапан, наверное. Хомут поставили надёжно, течь устранили.

– На самом ахтерпике и не открыли. Он в глаза не бросается. Чего вы туда вообще без команды полезли, вот чего я не понимаю. Больше так не делай! Давай, секонд, становись на реверсы, а я в кресле покурю.

Поглядывай за температурой охлаждающей воды. Автоматика запаздывает и на малом ходу приходится насос забортной воды останавливать. Но я рядом буду, а скоро третий… А, вот и он! Принимай вахту, Рамон.

– Чиф, я на палубу выйду, можно? – спросил Валера.

– Иди, отдохни. Пообедай, полюбуйся на канал. Только рацию не выключай.

Судно было уже в третьем, последнем шлюзе системы Гатун. С мостика было хорошо видно озеро, лежащее впереди. Мария была занята, передавала вахту второму помощнику. Потом подошла к Валере.

– Я пока свободна – до следующего шлюза. Пойдём обедать?

– Пойдём. Меня тоже отпустили проветриться.

– Как там твои новые коллеги?

– Да нормально. Осваиваются пока. Всё же лучше было замену после канала устроить. В Бальбоа. А так, – на манёврах четыре новых человека в машине. Дед ругается, и справедливо.

– Так судовладелец распорядился. Не хочет задерживаться в Бальбоа.

В кают-компании уже обедали второй механик, четвёртый и сварщик.

– Гуд апетайт! – пожелала приятного аппетита Мария.

– Спасибо! – молча закивали славяне.

– Ну что, как вам филиппинская кухня? – Поинтересовался Валера. – По хлебу не скучаете? По компоту?

– Рис вполне заменяет хлеб. А вода с лимоном – компот. Привыкнем, лишь бы вкусно было, – ответил Николай.

Мария, в предвкушении встречи с родными, почти не ела, и решила подключить к разговору и второго механика.

– Дмитрий, вы говорите по-английски? Понимаете меня?

– Конечно. Я понимаю лучше, чем говорю. Вы живёте в Панаме, да?

– Да, в Панама-сити. Если вы хотите что-то узнать про Панаму, не стесняйтесь.

– Администрация канала, она ведь до сих пор американская, это правда?

– По условиям договора 1903 года между отделившейся от Колумбии Панамой и США, так и было. До 36-го года Панама была под американским протекторатом. И только в 1977 году удалось добиться нового статуса канала. В 2000-м году канал станет полностью панамским. Но мы должны быть готовы к этому. Поэтому все должности, которые занимают в администрации канала американцы, дублируются панамцами. К тому времени я надеюсь стать одним из лоцманов канала.

– И у нас появится свой знакомый лоцман.

– Только учиться на лоцмана надо долгие годы. Это очень сложно и ответственно. Ну что, пойдём фотографироваться? Кто-то обещал красивые фото? – Мария явно адресовала свои слова четвёртому механику.

– Пошли. Может, переоденемся?

– Только не я. Хочу быть на фото в форме с погонами. И вместе с русскими механиками.

После «фотосессии» Валера спустился в ЦПУ, где нашёл третьего у пульта управления, а Дмитрия в кресле с журналом реверсов в руках.

– Стармех поднялся пообедать. Манёвров ещё час не предвидится.

– Так может, я займусь электродвигателем? Всё равно он не рабочий. Сварщика дадите мне в помощь?

– Конечно, он в токарке. А подвесите тали, и я могу спуститься, помочь мотор на плиты положить.

– Мы с Христо справимся. Если что, моторист поможет.

Затруднений с разборкой двигателя не было. Мотор сняли быстро, разобрали тоже без проблем. Съёмники подшипников на судне были качественные. Валера с помощью моториста помыл статор паром и пресной водой, поставил его вертикально, потом подвесил внутри электролампу для сушки.

– Элек, ты же хотел скалы посмотреть, а сам по уши в грязи. Мы уже давно в шлюзах, – в шутку упрекнул его стармех, довольный таким трудовым рвением.

– Хотел, да работой увлёкся. Люблю я это дело с детства. Другие капитанами мечтали стать, а я – нет. Мне нравится руками работать.

– Элек, ты можешь идти ужинать, Без тебя уже справимся. Вот, занеси на мостик капитану эту бумагу, он просил. Только переоденься сначала.

Валерка поднялся в каюту, надел свежий комбез, и поднялся наверх. Впереди был огромный мост через залив из Северной Америки в Южную. Капитан разговаривал с лоцманом. На левом крыле мостика, самого борта стояла Мария, а напротив, на смотровой площадке, в двух метрах от неё – её родители и сестрёнка. Мария приглашающе махнула рукой.

– Это Валера, из Одессы. Мой лучший друг на судне. Электромеханик. Мы ещё в Лас-Пальмасе встретились.

– Я очень рада, Валерий, – произнесла элегантная моложавая креолка. – Марии нужен старший друг на пароходе. Она о Вас очень хорошо отзывается.

– Спасибо. Рад познакомиться.

– Вам нравится судно, Валерий? – спросил отец, высокий, лет пятидесяти, подтянутый шатен.

– Какой экипаж, такой и пароход. Я так думаю.

– Разумно. Рад, что вы подружились.

– Мария и сама за себя может постоять. Её уважают на судне. Она работает не хуже мужчин.

– Приятно слышать.

– Но это так, это не комплимент. Извините, мне пора, Не буду вам мешать, – сказал Валера, и двинулся на ужин.