День двести пятый
Самым жёстким событием было то, что на днях у нас отжал интернет заместитель командира. Пришёл что-то распечатывать и увидел ведущий к подоконнику кабель. И со словами «Че, блядь, за хуйня?! Специалисты-интернетчики, бля!» выдернул его из разъёма, засунул в карман и унёс к себе в кабинет. Нам было очень смешно. Несколькими месяцами раньше мы бы просто в штаны наложили от такой ситуации. Мы поржали и начали придумывать варианты, как его вернуть обратно. Естественно, сразу же залечили ему, что он нам нужен по работе, потому что по нему мы действительно находим много полезной для работы информации. На что тот, ни говоря ни слова, пошёл к командиру:
– Товарищ командир, представляете, эти, блядь, специалисты провели интернет в строевую к рабочему компьютеру!
– Да не может быть! Ой-ой-ой! Какой ужас! Вот негодяи!
Я потом подошёл к командиру и спросил:
– Товарищ капитан второго ранга, ваш зам отдавал вам наш шнурок с модемом?
– Нет, ничего не отдавал.
– Можете нам помочь вернуть его обратно?
– Ну уж нет. Сами спалились, сами и разруливайте.
На следующий день я собрался с мыслями и пошёл отжимать наш шнурок обратно. Подошёл к заму и сказал, что командир поставил задачу, – найти какой-то там приказ. Приказ – найти приказ! Что может быть непонятного?
На что зам мне ответил:
– Ну, и что ты хочешь?
– Хочу вернуть обратно шнурок.
– …
Нависла такая пауза, что я чувствовал, как идёт незримая борьба между нами. Я-то уже сделал свой выстрел, сказав, что мне нужно, и видел, как он борется сам с собой. У меня же не было никакой внутренней борьбы, т. к. мне нечего было терять. Я почувствовал, как силы противника переходят на мою сторону. Этот бой длился порядка четырёх секунд.
– Пойдём.
На моем лице промелькнула улыбка. Он достал из сейфа то, что отжал и то, что по праву принадлежало нам, хоть и являлось в части запрещённым.
– Но только чтобы я не видел этого у вас в служебное время.
– Конечно! Спасибо!
Я выходил из его кабинета, едва сдерживаясь от смеха. Командир, стоящий в коридоре, не мог не заметить моей счастливой и наглой рожи. А когда он увидел у меня в руках шнурок, то сразу всё понял и, посмотрев на меня, наверняка подумал: «Вот сученок!».
День двести девятый
Вчера должен был состояться концерт П.Т.В.П. в Калининграде, но не состоялся. Из-за нелётной погоды его пришлось перенести на сутки вперёд, то есть на сегодня. Мне написал Слесарь, что ребята сидят в аэропорту и ждут следующего рейса. Все три дня с тех пор, как я узнал о концерте, бешено придумываю, как нам попасть на этот концерт.
Все, что я придумывал, нёс на обсуждение командиру. Разговаривал с ним уже три раза, пока безрезультатно. Но мы не сдаёмся!
Сначала 10 декабря я получил сообщение от Слесаря, что П.Т.В.П. выступают в Калининграде 11 декабря, в эту субботу. Я попросил у него договориться с парнями на три билета на концерт, нас сразу внесли в список гостей. Это была очень мощная новость и очень большая надежда на завтра! Ощущение было такое, что я уже нахожусь на концерте!
Начали думать, как лучше всё замутить. Вписываться на концерт нам надо было по-любому вдвоём с Фёдором. Если бы мне предложили поехать на концерт одному, я бы даже не согласился. Если есть возможность поделиться таким событием с друзьями – им надо делиться, от этого оно станет ещё больше. Решили через нашего старшего Серёгу Соловья мутить увольнение: командир его хорошо знает, и для Соловья увольнения никогда не были проблемой. Созвонились с ним. Он сказал, что конкретно в этот день занят капитально и встретить нас в городе не сможет.
Мы сказали, что не беда, главное, чтобы он подтвердил тот факт, что мы вместе идём и что мы у него будем ночевать. Серёга сказал, что это без вопросов.
Алиби готово. Теперь надо мутить реальность.
Мы хорошо дружим с Савой – нашим дежурным по управлению. Захожу в роту охраны, нахожу его, спрашиваю:
– Ты любишь панк?
– Да, люблю. Панк – это круто!
– А с творчеством П.Т.В.П. знаком?
– Не очень близко.
– Есть отличная возможность с ним познакомиться.
– Какая?
– Они приезжают завтра в Калининград с концертом и у нас есть три вписки. Надо идти в увал втроём: Ты, Фёдор и я.
– Бля, круто! Я вообще-то берег свой увал на то, чтобы поехать домой на Новый год, но раз такое дело…
– Ну и отлично. Пиши рапорт.
Все вместе сели писать рапорты, потом разошлись подписывать их у своих командиров. Осталось только выписать командировочные и подписать их у командира. Делов-то!
Когда мы писали эти рапорты, нас разрывало на части. Мы и подумать не могли о том, что вообще когда-либо будем их писать, к тому же чтобы пойти на панк-концерт в армии. Тем, кто не из Калининграда или области, увалы не положены. Точка. А мы пишем! И даже у командира роты уже подписали!
Время 16:00, мы с Фёдором решили вместе идти на доклад. Рапорты вместе писали и добиваться своего увала решили тоже вместе.
Приходим. Командир:
– Почему вдвоём?
Протянули ему два листа бумаги. Командир посмотрел на нас, потом на рапорты, потом ещё раз на нас и ещё раз на рапорты. Положил их на стол и говорит:
– Вам честно сказать?
– Да.
– Вы охуели? Куда вы собрались?
– Мы созвонились с Соловьём Сергеем, кстати, он вам передавал большой привет! И он предложил нам приехать к нему в гости в эти выходные, показать Калининград.
– Нет, вы точно охуели. Кто такой Соловей? Я такого не знаю.
– Как?
– Ну, так.
– Старший матрос Сергей Соловей. Строевик. Совсем недавно демобилизовался. Лучший старший матрос призыва «Весна – 2009».
– Бля, не помню такого. Я может пьяный был.
– У нас есть видео.
– Какое?
– Как вы ему подписываете военный билет и отправляете его домой.
– Нет. Никаких увольнений. Вы неместные.
– Ну а что такого? Мы сделаем за сегодня и за утро завтрашнего дня всю работу и поедем.
– Ну, всю работу вы никогда не сделаете. И чего напрягать Соловья? У него жена, ребёнок, маленький.
– Так мы его и не будем напрягать. Он же сам предложил приехать к нему в гости.
– Как и на чём вы собираетесь добираться?
– Мы договорились встретиться в Советске. Там нас Соловей заберёт на машине, и мы поедем к нему домой.
Это был прокол № 1, хотя мы думали, что это всё выглядит правдоподобно и железно.
– А почему он сюда за вами не может приехать?
Это был очень правильный вопрос.
– Он сказал, что ему будет так проще. Здесь дорога завалена снегом, и он может просто не доехать до части.
Прокол № 2 – «Карасёвая отмазка»
– Он доедет.
Стоим, тупим, сказать нечего.
– Не, нихуя. В воскресенье – пожалуйста. Приезжает Соловей, хоть в 8:00 и забирает вас на целый день. Идёт?
Это уже победа. Никто из неместных не мог и не может себе такого представить.
– Нет. Нам надо быть в субботу вечером в Калининграде.
– Почему?
Замечательный вопрос! Придётся выкладывать всё начистоту.
– В субботу вечером приезжают наши друзья с концертом. У нас есть приглашения. Соловей идёт с нами.
– Нет. На концерт я вас точно не отпущу. Там курят, пьют и морды бьют.
– Мы не курим, не пьём и ведём здоровый образ жизни.
– В вас-то и в ваших друзьях я не сомневаюсь. Я говорю обо всех остальных на том концерте. С вами что-нибудь случится, а мне потом отвечать. Я отвечаю здесь за всё, начиная от наличия иголок и ниток у вас в шапке и заканчивая оружием и боеприпасами, находящимся в части. Хотите увольнение – идите в воскресенье. Все. Свободны.
Мы побрели в строевую. Настроение было интересное. Мы не расстраивались: до предполагаемого увольнения было ещё больше суток и за это время можно было что-то предпринять.
Для начала мы решили переделать всю текущую работу, чтобы к нам не было никаких претензий. В этот день за старшего оставался заместитель командира части. Я подошёл к нему, чтобы показать проделанную работу. Он всё проверил, одобрил. Дальше мы начали думать, что ещё замутить, чтобы оказаться на концерте.
Посоветовались с моим братом, и он подкинул нам хорошую идею – сказать, что мы делаем закрытый концерт для командира и что нам необходима помощь наших друзей музыкантов по поводу музыки к некоторым песням, а ещё нам нужны серебряные струны для гитары, потому что на нашей гитаре они закончились.
Иду к командиру.
– Товарищ капитан второго ранга, разрешите обратиться.
– Что у тебя?
– Я по поводу концерта.
Командир встал и куда-то пошёл. Я за ним.
– Ну, говори, я слушаю.
Я, честно говоря, метался, не зная, с чего начать.
– Так я с вами разговариваю, а вы куда-то убегаете от меня. (Ох, хорошо завернул!)
– Да мне надо начальнику отзвониться, доложить обстановку.
– А, ну так вы позвоните, а я чуть позже подойду.
– А чего ты ко мне по этому вопросу вообще обращаешься? – это он говорил, уже находясь в кабинете у своего заместителя. – Ты нештатный делопроизводитель, а это, – он указал на своего зама – твой нештатный начальник по делопроизводству. К нему обращайся сначала, а потом мы с ним решим, что и как.
Заместитель командира как раз собирался идти к нам. Я проводил его до нашего кабинета, и, закрыв за ним дверь, загрузил по полной. Про концерт я ему не сказал ни слова, иначе мой монолог оказался бы коротким. Он долго переваривал. Молчал минуты три. А потом говорит:
– Мне надо поговорить с командиром.
– Я могу присутствовать при обсуждении?
– Нет. Я тебе скажу результат сам.
– Хорошо.
Через пять минут он пришёл и сказал, что точно не отпустит, потому что мы собираемся на концерт, да и вообще, обоих сразу нас нельзя отпускать, иначе в случае чего наши «караси» не справятся с каким-либо заданием самостоятельно.
Что делать? Надо думать дальше. Искать другие пути-выходы.
Придумали такую фишку: написать рапорты о том, что мы самовольно оставляем часть для того, чтобы встретиться с любимыми девушками, которые прибывают в Калининград в субботу вечером, и что мы берём на себя всю ответственность за содеянное, и что вины командования части в произошедшем нет.
Утром я пришёл к командиру с этими рапортами. Разговор надо было начать с концерта и закончить им же, а рапорты оставить на крайний случай.
– Товарищ капитан второго ранга, разрешите обратиться! – когда я говорю эту фразу, невольно представляю, сколько раз я её уже сказал, и что я уже наверняка достал этого порядочного человека.
– Говори.
– Мы готовим вам концерт. И нам нужна помощь наших друзей музыкантов по поводу музыки к отдельным песням. Без этой консультации концерт будет не таким хорошим, как хотелось бы.
– Бля, не ссы, охуительный концерт получится!
– Без музыки к этим песням он будет неполноценным.
– Да я тебе говорю, охуительный будет концерт!
– Хорошо. Вы говорили ещё вчера по ответственность, которую вы за нас здесь несёте. Мы написали рапорты о самовольном оставлении части. При наличии такого рапорта мы снимаем с вас ответственность.
– Нет. Это не прокатит.
– Ну, товарищ капитан второго ранга! Это очень важно! Нам нужны этот концерт и консультация!
– Да не парься ты, будет другой концерт!
– Не будет другого.
– Ты меня совсем не хочешь понять.
– Да я вас хорошо понимаю.
– Ну, вот и всё, – и запел: – Не надо печалиться. Вся жизнь впереди. Вся жизнь впереди. НАДЕЙСЯ и ЖДИ! Все, я пошёл биатлон смотреть! Иди музыку послушай, кино посмотри!
Вот ведь жесть, ещё и прикалывается. Но ни шагу назад! «Гни свою линию!»
Пришёл Сава. Мы ему рассказали, что нас не отпускают. Он заметно обломался. И даже как-то потерял интерес к концерту. Но я ему сказал, что помимо концерта есть диск для Слесаря с записью концерта «Балтийского чая», который надо передать ребятам из П.Т.В.П.
– Диск? А вот это уже прикольный квест. Я пойду на концерт и передам его кому надо.
Пока писался диск, я написал небольшое письмо Слесарю. Из письма сделал конверт для диска и положил его туда. Отдал Саве конверт и, сказав ему напутственные слова, отправил с Богом.
А днём Слесарь написал, что концерт перенесли на воскресенье! А это новая возможность всё-таки попасть на концерт. У Савы, к сожалению, она пропала.
Поговорив со Слесарем, мы решили, что это всё неспроста, что из-за погодных условий был перенесён концерт и что необходимо реагировать правильно на эти перемены. Мы решили так: поскольку командир отвечает за нас целиком и полностью и раз Сава вчера уехал в увал и не попал на концерт и не использовал приглашения, то это говорит о том, что мы должны ехать с командиром на этот концерт.
Вчера весь вечер и всё сегодняшнее утро думал, как ему преподнести идею о том, что он едет на концерт, а мы едем с ним. Когда я это представил, я подумал, что такое событие он запомнит на всю жизнь, и мы никогда не забудем, как ходили на панк-концерт с командиром.
Командир обычно раз в две недели ездит за водой на родник. И я прикинул, что сегодня он как раз должен ехать и что нужно с ним вписаться и по дороге поговорить про концерт. Также вчера вечером Слесарь мне скинул ссылку на свою страницу в ЖЖ, где он выложил фотоотчёт нашей с ним работы на стене дома – огромного портрета Лехи Никонова вокалиста П.Т.В.П. Этот фотоотчёт предполагалось использовать в качестве ещё одного аргумента, подчёркивающего значимость события и для того, чтобы всё-таки попасть на концерт.
И вот, утром сижу, сохраняю этот фотоотчёт, чтобы показать командиру. Открывается дверь – командир. На ловца и зверь бежит. Заходит с пустой канистрой. За водой собрался, подумал я. Надо вписываться.
– Кто со мной за водой?
– Я.
– А ещё кто?
– Влад (Фёдора «карась»).
– Хорошо. Сейчас биатлон посмотрю и поедем.
– В какое время нам быть готовыми?
– После обеда.
Командир собирался уходить, но я его спросил:
– Разрешите кое-что вам показать.
– Показывай.
– Так это на компьютере надо показывать.
– Ну, пойдём.
Я сажусь за комп, командир цепляет мою только что налитую кружку чая, садится рядом. Рассказываю историю про то, как мы рисовали портрет, про то, какая у нас была истерика и какая была истерика у Никонова, про то, как мы любим творчество группы П.Т.В.П. и прочее. Командир слушает, пьёт чай, улыбается. В моменты, где я говорю, что П.Т.В.П. – это самая крутая пост-панковская группа, а Слесарь басист «Психеи» – самой крутой российской альтернативной группы, говорит:
– Я знаю, что ты пиздоболить хорошо умеешь.
Внимания на его приколы не обращаю. Гну свою линию:
– Так вот, это всё была предыстория. А сейчас самое интересное – концерт перенесли на сегодня в связи с метеоусловиями. И, по правде сказать, мы уже смирились с тем, что вы нас не пустили на концерт вчера. Поэтому сегодня мы хотим подарить его вам. А поскольку вы за нас полностью отвечаете, то мы бы поехали и приехали вместе с вами.
– У меня семья. Я лучше проведу это время дома.
Командир ушёл. Я не обломался и решил, что поговорю с ним, когда поедем на родник.
Через час нас вызвали. Взяли канистры, вышли на улицу. Смотрю – возле машины жена командира. Подошёл, поздоровался, выяснил, что она едет с нами. Подумал: «Да, мужского разговора не выйдет…» Но ничего не поделаешь – надо делать то, что должен. Независимо от ситуации и условий. Подъезжаем к КПП, командир вышел взять лопату. Пользуюсь моментом, пока командира нет. Спрашиваю у жены:
– Можете ли вы отпустить командира сегодня на концерт?
– Конечно, нет! Смотри, погода какая! Тем более на ночь.
– Вовсе не на ночь. Концерт начнётся в 20:00 и закончится в 22:00. В 23:00 уже будем в части. И мы будем ехать не спеша, не превышая скорости.
– Не отпущу. И не обижайся.
– Да я не обижаюсь.
Это правда: давно уже решил не обижаться, спокойно взвешивать ситуацию и думать, что делать с ней дальше.
Вернулся командир с лопатой, поехали дальше.
Подумал, что надо уловить момент, когда её рядом не будет. Она хоть и не решает, но повлиять на решение командира может.
Как раз подъезжаем к магазину. Останавливаемся. Жена командира выходит – подарок судьбы!
– Товарищ капитан второго ранга, разрешите обратиться.
– Ну.
– Я всё по поводу концерта.
Командир молча улыбается.
– Ведь это такая возможность! Её просто нельзя упустить! Понимаете, Виктора Цоя больше нет, Егора Летова тоже. Есть только Никонов, который, можно сказать, является их последователем.
– А Соловей пойдёт на концерт? Пусть подойдёт к ним, возьмёт диск послушать.
– Нет, Соловей не пойдёт. Он мог пойти вчера, а сегодня – уже сегодня. А диск – это всё ерунда. Диск мне и по почте могут выслать и скачать можно, а вот увидеть всё это вживую – это совершенно другое дело. И я очень хочу, чтобы вы это увидели. Вам понравится.
– Верю, что понравится. Но не могу. Мне надо быть на службе. Вдруг что случится. Сейчас проблема с котельной. Наебнется – всю систему отопления потеряем. Любая херня – я должен быть на месте через пять минут.
– Ну, сегодня же выходной.
– Да нет у меня выходных, понимаешь? Думаешь, мне по приколу сидеть в части в воскресенье? Если даже я не ответственный за порядок в части сегодня, я всё равно должен там быть. Если бы я был в отпуске – другое дело. Ты пойми, мне не на кого оставить часть. Поэтому, извини. И вообще, ты че сюда приехал? На концерты ходить?
– Ну, не только ходить на них, ещё и самому давать.
В этот момент пришла из магазина жена. Разговор на всякий случай продолжать не стал.
Отъехали от магазина. Командир говорит жене:
– Меня на концерт приглашают.
– Я уже слышала. Нет. Никаких концертов. Дорога плохая и вообще.
«Вот отстой», – подумал я.
Говорю:
– Это подарок командиру.
Жена спрашивает:
– А по какому поводу?
– Для такого подарка не нужен повод.
Разговор как-то замяли. Поднимать опять эту тему не стал.
Приехали на родник. Там были ещё люди, которые тоже приехали за водой. Пока ждали, когда они наполнят свои канистры, командир дал задачу расчистить ступеньки от снега. Не зря лопату брали. Пока мы расчищали снег, командир закидал снежками свою жену.
Подошла наша очередь набирать воду.
Спустились с канистрами к источнику. Жена осталась наверху, а Влад продолжил расчищать ступеньки. Я понял, что такая ситуация сложилась неспроста. Сейчас вот пишу и понимаю, что это было так круто – набирать воду на источнике и разговаривать с КОМАНДИРОМ о МУЗЛЕ и СЛУЖБЕ!
– А вам нравится «Гражданская Оборона»?
– Нравится. Честно говоря, музыку нет времени слушать, только, когда в машине еду – слушаю. И это само по себе уже удовольствие. Мне даже, последнее время, нравится Григорий Лепс.
– Так это понятно. Высоцкого нет. Цоя нет. Летова нет. Настоящих почти не осталось. Есть только П.Т.В.П. И это последние ПАНКИ. – Я давил на все рычаги, какие только приходили в голову. – И очень жалко, что у вас не получается попасть на их концерт. Мне-то по фиг – мы уже вчера с концертом пролетели. Будет обидно, если сегодня с ним пролетите вы.
– Да, наверное. Жаль, что не получилось на них пойти. А я так хотел! Так рвался! – с наигранным рвением подколол командир.
– Хорошо, что вы любите панк. Дело в том, что мы репетируем закрытый концерт. Только для вас – вы будете единственным его слушателем. Некоторые песни были написаны под влиянием «Гражданки», и нам важно было знать, способны вы к их восприятию или нет. В противном случае их бы пришлось исключить их программы. А так всё чётко, всё по плану идёт.
– А «мы» – это кто?
– Плаунов Артём с моего призыва и я. Ещё надо определиться с датой. Когда у вас будет время? Вы, вроде как, по графику ответственный за порядок в части в новогоднюю ночь.
– Не могу точно сказать.
– Ладно, ближе к делу будет видно. А ведь мы даже с дежурным по управлению – старшим матросом Савичевым – договорились, он привезёт нам гражданку с увала, чтобы было в чём на концерт идти.
– Все продумали. Молодцы. Но вот главную причину так и не учли.
– А всё-таки какова эта причина? Плохая погода? Долг службы?
– Конечно же, долг службы. Мне вообще больше всего плевать на то, какая там погода! Ты вот не поверишь, мне даже мои друзья не верят, что я не могу уйти в отпуск или оставить часть хоть на пару дней. Просто я так воспитан. На мне висит большая ответственность, и я не имею права дать слабину даже себе в свой выходной.
Больше про концерт я не задавал ни единого вопроса, т. к. было совершенно ясно – наш командир человек здравых принципов и чести. Настоящий офицер. Сознательно отказать себе в том, чего тебе больше всего хочется, это даже круче, чем получить это.
Концерт удался, и даже круче, чем я ожидал. Когда мы возвращались в часть, я осознал, что за эти три дня переговоров и муток по поводу концерта я почувствовал себя взрослее. Это нелёгкое дело – уговаривать командира. Многие даже подойти к нему просто боятся. За эти три дня я научился сдерживать свои эмоции и спокойно относиться ко всему. На гражданке я бы вынес себе мозг раз пятьсот, если бы что-то ВОТ ТАК не получалось. Да и что может на гражданке ВОТ ТАК не получаться? Там практически нет таких людей, как наш командир. Да и сам по себе поход на концерт на гражданке мало что из себя представляет. Захотел – пошёл. А где прогиб, аскеза, жертва? Где тот труд, который ты приложил к тому, чтобы пойти на него? А ещё на гражданке концерт может оказаться «не очень» или вовсе не понравиться. Почему? Именно потому, что просто захотел и просто пошёл, ничем для этого не жертвуя. Не событие, а досуг.
Теперь я даже рад, что мне посчастливилось так конкретно обломаться с концертом, но за счёт этого получить для себя кучу опыта в общении с вышестоящим командованием и с самим собой.
Возвращались с родника – заехали в банкомат. Командир вышел закинуть денег на телефон. Влад попросился выйти покурить. Вышел. Сидим с женой командира в машине:
– А ты, Андрей, не куришь?
– Да как-то нет. Не хочу. Иногда, когда ведусь на поводу у чувств, могу выкурить сигарету, но это редко и в привычку не переходит. Да и не помню уже, когда последний раз курил.
– А я вот курю. Говорю мужу: «Бросай курить – и я брошу!». А он говорит: «Я с такой работой точно не брошу». Вот и я бросить не могу.
– А давно курите?
– Давно. Два раза бросала, оба раза, когда беременная была, а остальное время постоянно.
– Понятно…
Пауза. Через некоторое время жена командира говорит:
– Хорошо бы банкомат работал, а то он тут единственный и, как правило, не работает.
– А другой ближайший только в Калининграде?
– Ага.
– О, так если этот не работает, можно поехать в Калининград, денег на телефон положить и заодно на концерт сходить, хотя бы на пару песен.
В это время пришёл командир.
Жена командиру:
– Положил?
– Положил.
– А то тут, слышишь, предложения поступают в Калининград в банкомат ехать и по пути на концерт заглянуть.
– Если бы здесь банкомат не работал, то пришлось бы в Калининград ехать. А он работает.
– А сколько положил?
– Тысячу.
– Так, 50 – Люське, 150 – мне.
– За интернет ещё 250.
– Ещё на Белорусскую симку положить надо.
– Да, на Смаргонскую… На Бобруйскую! – это уже было сказано с присущим для той местности диалектом.
Командир в ту же секунду, уже поворачиваясь ко мне:
– Бля, ёпта, я думаю, чего ты такой доёбистый?! А ты же ИЗ БОБРУЙСКА!
Вот такой был концерт.
Приехали в часть – отзвонились Ростиславу, чтобы он не привозил гражданку. Кстати, он подарил эту вписку на концерт своим друзьям, так что диск с записью нашего проекта «Балтийского чая» будет передан, и вообще, получилось ещё лучше – на концерт пошли совершенно незнакомые для нас люди, причём по той вписке, которая замутилась здесь, на флоте, и была передана как знамя из рук в руки.
Путь мы пролетели с этим концертом, но сделали всё для того, чтобы диск попал в нужные руки!
После отбоя долго не мог уснуть: хотел описать события этих дней. Время 23:22, концерт наверняка закончился. Интересно, какой он был? И самое главное – передали ли диск? Иду в рубку дежурного. Нахожу там Саву. У него, похоже, температура, выглядит очень уставшим. Но сменить его некому, и ему надо продержаться до трех ночи, после чего он может лечь спать, а сон – лучшее лекарство. Там уже и утро скоро, а после завтрака его сменит другой наряд, и Сава будет с чистой совестью спать до обеда.
Спрашиваю:
– Сава, а что с диском?
Сава, плохо понимая, что вообще происходит, отвечает:
– С каким?
– С тем, что надо было на концерте передать.
– А, надо позвонить.
– Позвонишь?
– Здесь телефон не ловит, а мне не отойти.
– Давай я позвоню.
– Давай. Чела зовут Даниил.
Выхожу на улицу:
– Ало, это Даниил?
– Да.
– Это Андрей, от Роста Савичева.
– А, да, привет.
– Вы попали на концерт?
– Нет.
– Почему?
– Да что-то чуваки отказались, а я панк не очень люблю.
– И диск, соответственно, тоже не передали?
– Нет.
Тут меня случилась небольшая истерика – приступ смеха.
– Хуёво. Очень хуёво.
– А его можно как-то в другой день передать?
Опять приступ смеха.
– Не, уже никак. Ладно, давай!
Снова истерика – приступ смеха минуты на три.
Спокойно выхожу их строевой.
Спокойно отдаю записную книжку Саве, рассказываю прикол и так же спокойно возвращаюсь обратно.
Спокойно, с идиотской ухмылкой, дописываю произошедшее пять минут назад.
Спокойно иду спать.
Я ничему не удивляюсь, ни от чего не тревожусь.
«Кто в армии служил, тот в цирке не смеётся» и т. д., и т. п., и П.Т.В.П.
Silent Smile