К началу второй мировой войны ВМФ Королевства Румынии имел в своем составе 4 эскадренных миноносца, сведенных в I Морскую дивизию. Еще 3 миноносца 1913–1915 гг. постройки, одну-единственную подлодку «Дельфинул», 4 канонерские лодки времен I мировой войны, плавбазу подводных лодок 1929 года постройки, 2 новейших минных заградителя, учебный парусник и представительскую яхту. Это в Черном море. На Дунае дислоцировалась военная флотилия из 7 мониторов и 3 сторожевых кораблей, все «ветераны» I мировой войны. Военно-морской авиации Румыния не имела.
Эти данные интересны в сравнении с мощью советского Черноморского флота на 22 июня 1941 года. Следует напомнить, что в первое лето войны на Черном море у советского адмирала Октябрьского не было иного противника, чем румынский флот. Причем все румынские корабли были наследством Германской или Австро-Венгерской монархий, либо собственной постройки. От русского Императорского Черноморского флота Румынии не досталось ничего.
Адмирал Октябрьский мог быть хозяином всего Черного моря. У него, по сути, не было противника на море…
Также известно лишь об одном офицере русского флота, который в годы второй мировой войны служил в королевском флоте Румынии.
Это Балас Александр Иванович, родившийся 8 ноября 1883 года. В 1905 году окончил Морской кадетский корпус. В 1909 году «за отличие» был произведен в лейтенанты, в 1915 так же «за отличие» – в старшие лейтенанты. За службу православному царю был пожалован орденами Святой Анны 3-й степени с мечами и с бантом, Святого Станислава 2-й степени с мечами, Святой Анны 4-й степени с надписью «за храбрость». Шведское королевство отметило его орденом Кавалерского меча 2 класса. Старлей Балас свободно владел французским, английским и немецким языками. Служил и воевал в Балтийском флоте, последняя должность перед революцией – старший офицер эскадренного миноносца «Сибирский стрелок».
Судьба Александра Ивановича после 1917 года неизвестна. Какими ветрами он был заброшен в Румынию – также пока тайна. Как и чем жил до 1941 года – загадка. Но его фамилия «всплыла» в 1943 году в оккупированной Одессе, в роли офицера портовой службы военно-морской базы румынского флота. На иную должность человека, которому к этому времени уже исполнилось 60 лет, вряд ли могли назначить. В 1944 году, когда Румыния вышла из войны с Советским Союзом, а Констанца и Бухарест были заняты красной армией, его фамилии уже не было в списках офицеров румынского ВМФ. Мог и раньше выйти в отставку, а мог уехать из Румынии. Бывшему царскому офицеру, белоэмигранту не улыбалась встреча с сотрудниками советской госбезопасности.
Румынский ВМФ в первый год Великой Отечественной войны был практически единственным противником на море советскому Черноморскому флоту. В подтверждение этого достаточно отметить, что летом 1941 года против советского Черноморского флота могла действовать лишь одна-единственная румынская подводная лодка «Дельфинул». Но и она редко выходила в боевые походы к советскому побережью – первый ее боевой поход состоялся лишь в конце июля 1941-го. Лишь летом 1942 года в Черном море появились германские подводные лодки и итальянские катера. Румынские адмиралы не имели такого количества подводных лодок и эсминцев, не имели линейных кораблей и крейсеров, такого числа самолетов военно-морской авиации. И потому максимум, на что они были способны – это худо-бедно оборонять собственное побережье. Все Черное море фактически было в распоряжении сталинских адмиралов. Но никто из них своим флотоводческим талантом, личной храбростью, стратегическим мышлением не смог стать даже бледным подобием адмиралов Ушакова, Лазарева, Корнилова, Нахимова, Эбергарда и Колчака…
Пусть историки действий Черноморского флота в период с 1939 по 1941 годы ответят на вопрос – сколько раз главные силы флота – линкор, крейсера, эсминцы – эскадрами выводил в море на боевую учебу лично адмирал Октябрьский, отрабатывая взаимодействие со своими подводными лодками, самолетами, береговыми батареями, частями морской пехоты? Учились ли отбивать морские десанты вероятного противника? Сталинские черноморцы готовились к войне наступательной, так кто же им мешал наступать, если в море практически не было противника?
Имея к 22 июня 1941 года в своем составе линейный корабль, 5 крейсеров, 16 лидеров и эсминцев, 44 подлодки, более 150 мелких кораблей минных заградителей, тральщиков, сторожевых и торпедных кораблей, 625 самолетов морской авиации, – советский Черноморский флот готов был воевать… С одной-единственной румынской подлодкой и малыми кораблями прибрежного действия (сравните силы советского ЧФ с силами ВМФ Румынии еще раз).
Обладая практически абсолютным господством в силах, советское командование, похоже, вообще не имело продуманного плана наступательных операций в западной части Черного моря. Ведь в первые две недели войны даже сухопутные войска вермахта прямо не угрожали ни Одессе, ни Севастополю, но и это обстоятельство не способствовало тому, чтобы быстро разработать план наступательной войны на море. Убедительный настолько, чтобы его одобрили в Москве. «Калибр» военно- морского искусства и флотоводческого мужества советских адмиралов для этого, видимо, был мелковат. Но иного и ожидать было нельзя от людей, которые свои адмиральские шевроны получали за покорность, безынициативность и личную «осторожность». Людей храбро и широко мыслящих, решительных в действии, дорожащих личным достоинством «селекция» сталинской кадровой политики в предвоенный период на ответственные посты просто не допускала.
Командующий ЧФ адмирал Октябрьский абсолютно не владел обстановкой. В конце июня 1941 года он пугал своего прямого начальника Наркома ВМФ адмирала Кузнецова, что против черноморцев якобы действует не менее 10–12 подлодок противника. В действительности же единственная румынская подлодка «Дельфинул» вышла в боевой поход только в конце июля 1941 года. Видимо, чтобы не быть голословными, советские черноморцы уничтожили у румынских берегов свою же подлодку класса «Щ». Но этого было мало. Адмирал Октябрьский вправе рассчитывать на занесение своего псевдонима (настоящая фамилия его Иванов, но он ее почему-то стеснялся) в международную Книгу рекордов Гиннеса. Как адмирал, уничтоживший собственных кораблей и судов, больше всех адмиралов в мире! Зная, что у румын и немцев в Черном море летом 1941 года практически не было крупных надводных и подводных кораблей, адмирал Октябрьский приказал выставить более 8000 мин. Вскоре на них подорвались два советских эсминца, три катера и 8 транспортных судов, включая танкер. Еще один эсминец и 2 транспорта получили повреждения. Советский адмирал Октябрьский просто ас минной войны, как царский адмирал Колчак, только на его минах подрывались свои корабли, а не вражеские.
История не имеет сослагательных наклонений. Так принято считать. Но все же можно предположить, что адмирал Октябрьский имел к 22 июня 1941 года в сейфе план широкомасштабной десантной операции силами всего флота на румынском и болгарском побережье…
Стоит вспомнить для начала, что вице-адмирал Колчак, прибыв в июле 1916 года в Севастополь, в первый же день своего командования флотом вышел в море во главе отряда кораблей на перехват германского крейсера «Бреслау». Сколько раз за три года войны, выводил в море отряды кораблей ЧФ адмирал Октябрьский лично – считал ли кто-нибудь? Уверен, что разница в счете огромна. Адмирал Колчак был буквально флотоводцем. Адмирал же Октябрьский… только командовал флотом с берега.
Сама география давала ему возможность совершить стратегическую операцию, оказавшую бы влияние на ход всей войны на советско-германском фронте. Такой возможности просто не могло быть у его коллег на Балтике и на Севере.
А ведь можно представить такой ход событий… Отбив налеты немецкой авиации в ночь на 22 июня, советский Черноморский флот приступил к выполнению десантной операции. В ночь на 23 июня первый эшелон кораблей – крейсеров и эсминцев – во главе с линейным кораблем «Парижская коммуна» под флагом командующего флотом, с транспортными судами Одесского пароходства, заполненными войсками Одесского военного округа, вышел в море и начал штурм Констанцы и Варны. Вся авиация ЧФ и Одесского военного округа задействована в прикрытии с воздуха. Залпы главного калибра линкора, крейсеров, эсминцев и канлодок подавили береговые батареи немцев и румын, а морская пехота высадилась на берег. Пока идут бои в прибрежной зоне, в поддержку войскам идут колонны транспортов из Крымских и Кавказских портов, с войсками Северо- Кавказского и Закавказского военного округов. Разумеется, ощутимы потери от германской авиации – но в открытом море, на полном ходу легче маневром уклониться от пикировщиков, да и группой отбиться зенитным огнем легче. Не говоря уже о том, что в июне 1941 года советские аэродромы Одесского военного округа еще не были захвачены немцами, а значит, что еще есть и свое воздушное прикрытие.
Сопротивление слабой румынской армии сломлено, в Болгарии начинается восстание «братушек» против немцев. Отчертилась прямая угроза нефтяным промыслам в Плоешти, нефтяные скважины и перерабатывающие цеха находятся под ударами советской авиации, в окрестностях высаживаются парашютные десанты черноморцев. Если адмиралу Октябрьскому удастся захватить Плоешти, вермахт со своими танками, самолетами, грузовиками и мотоциклами, без горючего к ним – парализован. А на календаре всего лишь первые числа июля 1941 года.
Ясно, что немцы спешно перебрасывают войска и авиацию из Италии и Югославии, а главное – из состава группы армий «Юг», ведущей наступление на Киев. Начинаются затяжные бои, но советские войска, действующие в Румынии и в Болгарии, непрерывно снабжаются кораблями и судами ЧФ. Наступление немцев на Украине сильно тормозится. Германские мобильные части испытывают острый дефицит горючего, а без него «блицкриг» вести невозможно.
Самый худший вариант развития этого сценария. К октябрю немецкие самолеты все же наносят урон кораблям и судам ЧФ настолько, что снабжение морем практически прерывается. Остатки советских частей либо уничтожены, либо попали в плен. Но!
Первое – Одесса продолжает борьбу. Под Севастополем осенью 1941-го нет немецкой пехоты. Киев по-прежнему русский. Ошеломляющего разгрома и пленения войск советского Юго-Западного фронта нет. А без него нет и осеннего прорыва вермахта на подступы к Москве. И нет октябрьского разгрома Западного фронта. К зиме фронт затихает на линии Одесса – Киев Смоленск – Псков – Нарва. Ленинград не испытывает ужасы блокады, он хоть и прифронтовой, но свободный город.
Возможен ли был такой вариант событий? В принципе, в нем нет ничего фантастического. Для этого нужно было выполнение трех условий. Первое способность адмирала Октябрьского сплотить вокруг себя решительных и думающих штабистов, способных разработать план стратегической десантной операции. Второе – готовность адмирала Октябрьского командовать флотом в море, не бояться вести корабли в бой и рисковать в нем своей жизнью. Третье – должная выучка экипажей кораблей, в первую очередь комендоров орудий и зенитных расчетов.
Разумеется, Черноморский флот в таком варианте понес бы большие потери. Но он и так их понес, в сухопутной, прибрежной войне, без стратегической пользы.
Хотя, размышляя о Черноморском флоте летом 1941 года, возникают и более неожиданные догадки.
Если планов оборонительной войны, обороны своего побережья у адмирала Октябрьского не имелось, и он готовился наступать – то против кого? Если бы имелись планы против Румынии, они бы были реализованы, но действия черноморцев в западной части Черного моря летом 1941 года это скороспелая импровизация. Очень похоже на то, что одновременно с планами захвата (или освобождения) Европы от фашизма войсками РККА западных военных округов, в Кремле и в Наркомате РККФ разрабатывался план «освобождения» летом 1941 года проливов Босфор и Дарданеллы от буржуазных турок. А как вы думаете, читатель, только для Европы «мировая революция», а для Турции – тихая буржуазия? Получается, что Гитлер, приказав вермахту осуществить превентивный удар по СССР в июне 1941 года, не только отсрочил свою кончину, но и спас Турцию от «освобождения» коммунистами. Очень любопытная страница открывается, и не только в истории Черноморского флота…
К 1 ноября 1917 года Азовско-Черноморский морской бассейн разделяли флоты России, Турции, Австро-Венгрии, Румынии и Болгарии. К 1 декабря 1918 года число морских держав изменилось. Остались Турция, Болгария и Румыния. Исчезли Российская и Австро-Германская Империи. Но появились ВМФ Украины, Грузии, Всевеликого Войска Донского, мечтала о черноморском флоте сухопутная Армения. К 1 ноября 1921 года военно- политическая карта Черного и Азовского морей окончательно сформировалась. Главными «дольщиками» остались Турция и Россия, ставшая советской. Канули в лету ВМФ донских казаков, Украины, Грузии и Армении. Западное побережье Черного моря поделили Болгария и Румыния. Надо отметить, что только Румыния и Турция после 1917 года обошлись без кораблей русского флота. После первой мировой войны русских моряков не было только в списках ВМС Болгарии и Турции.
В других же «крестники Андреевского флага» создавали ВМС молодых государств Черноморья со всей творческой смелостью, в невероятно сложных условиях. Часто рискуя жизнью и теряя ее. Но не оставляя службы морю и флоту.