В то же время, что такое раскрутить или затереть артиста мы наглядно увидели на примере сестры Софии Ротару. Аурика Ротару, изумительной красоты девушка, с прекрасным голосом и репертуаром. Пела с прекрасным ансамблем «Мрия». Но этого всего оказалось не достаточным, чтобы завоевать известность и стать популярной певицей. Она наверняка превзошла бы свою знаменитую сестру, любимую и по сей день на всём постсоветском пространстве.

Не было месяца, чтобы взрослые члены нашей семьи не сходили 2-3 раза в концертный зал, театр или кинотеатр. Благо, когда живёшь в центре города, любой из названных объектов культуры находится в пределах 5 – 25 минут ходьбы от дома.

Такой довольно активной культурной жизни способствовало и то, что наша покупательная способность была выше в сотни раз по сравнению с сегодняшним днём, несмотря на то, что оклады наши того времени выглядят смехотворно по сравнению с сегодняшними окладами. Кроме того, получки мы получали ежемесячно, что называется день в день с13 по 15 число. Отсюда уверенность в завтрашнем дне и возможность планировать свой бюджет, в т. ч. культурную жизнь семьи.

Человек, не знающий армию и флот, представляет себе, что там совсем другие люди, оторванные и отрезанные от окружающего мира. Конечно, в условиях боевых или систематических действий вступают в силу правила и законы военного времени. Но в условиях мирного времени, несмотря на определённую специфику, каждый офицер, сержант, солдат тысячами нитей, и не только семейных, связан с окружающим миром, страной, обществом и гражданскими лицами. Забегая вперёд, следует сказать, что именно такие связи способствовали разложению, как и всего общества и государства, одного из институтов последнего – вооружённых сил, начиная с т.н. горбачёвской «перестройки» и тем более в ельцинский период безвременья и беспредела.

Среди разных категорий военнослужащих тоже есть разные люди: труженики и лентяи, умные и не совсем, культурные и не очень, любители спорта и любители спирта, любители пива и любители шахмат. Вот о последних хотелось бы немного рассказать.

Вооружённые силы, в т.ч. ВМедА и кафедру МОТ не обошла стороной шахматная лихорадка, творившаяся в 70-е – 80-е годы в Советском союзе. Причём увлечение было столь сильным, что, не смотря на характер труда преподавательского состава: умственное напряжение при проведении учебных занятий, научных исследований, да в помещении, при малой подвижности – после работы разгорались жаркие шахматные баталии, с бурными эмоциями игроков и комментариями, присутствующих болельщиков. Дело благое, чрезвычайно интересное и увлекательное. Грешен и я в этом увлечении. Были периоды в моей жизни, когда я очень увлекался и позволял себе вдоволь отвести душу за шахматной доской, изучал шахматную литературу. Постепенно накопилась библиотека порядка 30 книг. Причём это увлечение много лет успешно сочеталось с увлечением бегом на длинные дистанции и офицерским многоборьем.

Однако в этот период, как я уже говорил, времени и так оставалось в обрез для занятий диссертационными делами. Не просто было удержаться и не дать себя затянуть в эти многочасовые шахматные баталии. Но и заниматься серьёзными делами в описанной атмосфере было не возможно. И я, пользуясь тем, что Рябоконь был в отпуске, перебрался на несколько летних месяцев работать в другое помещение – музей кафедры.

Но только было настроился на рабочий лад, как был срочно отправлен по распоряжению начальника кафедры на 40 дней командиром роты абитуриентов на лагерный сбор в учебном центре академии в Красном селе, тогда пригороде Ленинграда. Досталась мне рота № 13, последняя, в которой собирались последние из приезжающих абитуриентов – военнослужащих. Среди этой публики традиционно, а в том году особенно, большинство в этой роте составляли так называемые «туристы». Так их называли потому, что они ехали не поступать учиться, а использовали возможность попутешествовать, отдохнуть от службы в дороге и, если удастся на сборах в Красном селе и главное в Ленинграде. Однако у меня ещё довольно свежи были воспоминания о том, сколь много и напряжённо пришлось работать, в то время когда я сам сдавал вступительные экзамены в этом же учебном центре. И какое это было интересное, не смотря на трудности, время.

Поэтому, а также учитывая моё личное отношение ко всякого рода тунеядцам, лодырям и прожигателям жизни и указания командования лагерного сбора по жёсткой требовательности и отбору кандидатов в курсанты академии, «туристы» приезжали и уезжали «пачками». Подавались мною на отчисление фамилии любителей самоволок, спиртных напитков, «красивой жизни», разгильдяев по внутреннему содержанию и внешнему виду.

И всё же из тех, кто остался в 13-й роте, поступили в академию прекрасные ребята, труженики, достигшие многого в жизни. Например, заместитель начальника кафедры одной из хирургических клиник академии доктор медицинских наук Ханев, начальник одного из факультетов академии доктор медицинских наук Попович, начальник одного из военных госпиталей Украины Панченко Н.М. и другие. С некоторыми из них много лет поддерживалась связь и даже дружба, с взаимными визитами по месту жительства. А тогда за работу по отбору абитуриентов я был удостоен благодарности от командования ВМА.

В сентябре у меня выходил срок очередного воинского звания – капитан медицинской службы. Замечаний по службе не было, даже вот появилась выше упомянутая благодарность. В адъюнктуру я пришёл с майорской должности. То есть не было причин меня наказывать. Но Рябоконь тянул с представлением и провоцировал меня на резкие движения. Мало того, чтобы придать оправданность и весомость своим действиям, пытался даже привлечь меня к … партийной ответственности за якобы плохое хранение партбилета. Тогда у него ничего не получилось, и он временно отступил.

Несмотря на все эти козни, я старался наверстать упущенное для диссертационного исследования время. Но не тут-то было – на меня навесили ещё одну, пусть и общественную, должность, требующую также затрат времени, – редактор кафедральной газеты «Военный провизор». Мои доводы и объяснения, что я врач и мне не корректно быть редактором газеты «Военный провизор» – были проигнорированы. А в армии приказ начальника – закон для подчинённых. Пришлось сесть за анализ этой работы и «разложить всё по полочкам»: выяснить сколько номеров за год и к каким датам готовятся выпуски газеты, сколько заметок в каждом номере, на какие темы кто будет писать заметки – чтобы участвовали все сотрудники кафедры и охватывались все стороны жизни коллектива. С этой целью каждому автору предлагалось за 2 недели до назначенного срока тема и размер заметки. Художественное оформление проводилось также с таким расчётом, чтобы к определённому празднику или событию газета была вывешена в установленном месте на кафедре, была интересной и красивой. Как правило, это удавалось. На конкурсах газет подразделений академии мы занимали призовые места. Сотрудники кафедры её читали, рассматривали, высказывали свои предложения и мысли.

Все годы обучения на морском факультете академии мне, в своё время, довелось ежегодно участвовать в том или ином качестве на первомайском или ноябрьском военном параде или демонстрации трудящихся на Дворцовой площади Ленинграда. Много раз, когда проводились эти торжества было холодно, сыро и даже снежно. Но, несмотря на это, празднично! И вот теперь как адъюнкт академии, уже с сыном Андрюшкой, 4-х лет от роду, весёлым, общительным парнем, смотрящим на мир восторженными, распахнутыми настежь глазами мы участвуем в демонстрации, в честь Великой Октябрьской Социалистической революции, в составе колонны Военно-медицинской академии, входящей в общую колонну трудящихся Выборгского района Ленинграда. В течение нескольких часов идём от Гренадерского моста через Петроградскую сторону до Дворцовой площади. В местах остановок и на площади, в атмосфере всеобщей эйфории, приподнятого настроения и веселья поём, танцуем. Проходя мимо трибуны с руководством города и командованием Ленинградского военного округа и Ленинградской военно-морской базы на Дворцовой, выкрикиваем здравицы в честь благородного труда военных медиков и нашей Alma mater. А затем пешком, а где-то Андрейка на шее у папы, домой на Литейный. Конечно, всё это было заранее отрежиссировано и подготовлено. И правильно – праздники тоже надо готовить. А вечером от Литейного моста на Кутузовской набережной (что ни слово то поэзия, история) пошли всей семьёй смотреть салют у Петропавловской крепости. Каждый залп дружно сопровождаем громкими криками и восторгами. А дочка Ирочка, всего 2 годика было ей, смотрит на нас и не поймёт, чего это мы так радуемся и шумим. Но видя, что все смеются, тоже робко улыбается. Это зрелище достойно венчает наш праздник. За весь праздничный день восторгов и впечатлений масса.

–«Делу время, делу время, а потехе Ч – а – а – с ! – как пела одна из особо раскрученных наших певиц. Кстати, лично я всю свою жизнь ждал поумнеет ли она когда-нибудь и будет ли нести хорошее и доброе людям, своими песнями, видом и поведением, имея такой талантище. Но тогда, увы, так и не дождался.

Ну а в жизни наоборот: потехе час, а делу вр – е – е – е – мя!

Жизнь опять свела с рядом замечательных людей, увлечённых своим делом – делом служения военно-морской медицине.

Михаил Иванович Кондратьев – воспитанник военно-морской медицинской академии, истинный учённый военно-морской медицины. Он разработал уникальную методику изучения влияния подводных взрывов на организм личного состава кораблей ВМФ. Использование его данных, применительно к авианесущим кораблям, позволило определиться мне со средне-максимальными санитарными потерями от ведущих поражающих факторов ядерных взрывов на море. Определённые по его методике величина и структура механических повреждений личного состава кораблей такого класса и водоизмещения были наибольшими от ударной волны подводного ядерного взрыва. Михаил Иванович – человек чрезвычайно высокой культуры, интеллигентности и доброжелательности. У меня сложилось впечатление, что с первой нашей встречи между нами установилась взаимная комплиментарность. Совместная работа с ним меня очень многому научила и способствовала, не смотря на достаточно большую разницу в возрасте, возникновению дружеских отношений, которые мы поддерживали в течение многих последующих лет.

По ходу работы всё больше выясняется, что диссертационное исследование будет, как у нас говорят, прежде всего О –Т – М – С – ное, т.е. посвящённое вопросам организации медицинского обеспечения личного состава авианесущих кораблей в мирное и военное время. Кроме того я как врач мог быть соискателем учённой степени кандидата медицинских наук. Поэтому было принято решение сдавать кандидатский минимум по специальности «Организация медицинского обеспечения сил флота». Кандидатские минимумы по философии и иностранному языку у меня уже были сданы. Спасибо Г.П.Донченко за помощь в организации подготовки и приёма этого экзамена. На подготовку и сдачу экзамена ушло порядочно времени и сил.

В те времена было принято периодически на партийном собрании или на партийном бюро кафедры отчитываться коммунистам о своей работе, а адъюнктам – по выполнению плана адъюнктуры. Это была полезная система контроля. Несмотря на предвзятость ко мне, по указанным ранее причинам, считаю, что такие отчёты были полезны всем. Они позволяли систематизировать материал, осмотреться, оценить, что удалось сделать и что ещё предстоит сделать. Первый мой отчёт был по первой главе диссертации и прошёл без особенностей.

По непрерывно идущей методической работе в этот период хочется ещё раз отметить мудрость и порядочность У.А. Тарханкута, который был рецензентом очередной лекции подготовленной мною. Рецензент он был строгий, не всегда выносил лицеприятные суждения и выводы, но всегда по существу и справедливо.

Хочу возблагодарить судьбу за встречу на жизненном пути, науку и совместную работу с Виктором Ивановичем Юнкеровым. Более двух десятков лет мне посчастливилось встречаться и поддерживать не только деловые отношения с этим выдающимся человеком. Он пришёл в ВМедА из соседней Военно-артиллерийской академии на улице Комсомола. Профессиональный математик, кандидат военных наук он быстро врос в проблемы военной медицины и сделал очень много для поднятия военно-медицинской статистики и уровня математической обработки научных исследований в академии и в медицинской службе Вооружённых сил. Благодаря ему, удалось разобраться и использовать вероятностные методики, в т.ч. квантиль и повысить надёжность расчётов величины и структуры вероятных санитарных потерь и заболеваемости на авианесущих кораблях (АНК) как от различных видов оружия массового поражения так и от пожаров в мирное время.

Пожары, в связи с авиационным вооружением, были «ахиллесовой пятой» кораблей данного типа. Использование доступных источников литературных и других – позволило собрать и проанализировать, впервые в отечественной медицине, материал по этой тематике. Изучались данные по авианосцам США, Японии, Великобритании, Франции, Бразилии, Китая, СССР в период II Мировой войны и в послевоенный период.

Методику определения вероятных санитарных потерь от различных видов оружия на кораблях ВМФ различного типа, в плане выполнения совместной научно-исследовательской работы довелось разрабатывать совместно с А.С. Коноплёвым. Высокий профессионализм и культура работы были характерны для Александра Семёновича. К сожалению, постепенное отчуждение в последующие годы было вызвано всё большим расхождением в образе жизни каждого из нас. Условно говоря, образ жизни здоровый и не здоровый. Много лет я не жалел времени и сил на борьбу за здоровый образ жизни, против его антипода, который был очень распространён в советском обществе, а в постсоветский период, благодаря направленной «помощи Запада», достиг таких размеров и степени, что привёл к геноциду россиян. В те годы это не могло не сказаться и на наших взаимоотношениях. Однако, деловые отношения мы сохраняли на должном уровне все годы совместной работы.