АПЛ «К- 3» («Ленинский комсомол») первенец российского атомного кораблестроения в своей истории отражает все перепитии развития не только атомного подводного флота, но и развития атомной энергетики вообще. Она достойна быть музеем-памятником. Но этот вопрос, к сожалению, не решён до сих пор.

47 ЛЕТ НАЗАД.

Шли 56-е сутки похода. Подводная лодка «Ленинский комсомол» находилась в Норвежском море, возвращаясь домой из Средиземного моря. До базы было ещё 1770 км, но подводники жили уже домашними мыслями. В 1 час 52 минуты на глубине 40 метров в Центральном посту (ЦП) из первого отсека поступил доклад: «Пожар, весь трюм в огне!». На лодке была объявлена аварийная тревога, пламя моментально охватило первый отсек. Начался объёмный пожар. Объёмные пожары из неоткуда на подводных лодках будут возникать неединожды, но тайна их не разгадана до сих пор.

Пожар сопровождался интенсивным выделением угарного газа, вследствие чего личный состав первого и второго отсеков вышел из строя через несколько минут. Погибло 38 человек, но лодка сумела всплыть и своим ходом прибыть в базу.

Начались расследования, которые не дали истинной картины трагедии, а только напустили тумана. Почему? Объяснять не надо – всё было засекречено и сделано так, как было сказано с верху.

ВЕРСИИ.

Да были ли они вообще тогда? Нет. Приговор был один – виноват личный состав. Кто-то закурил в первом отсеке, даже была найдена улика – зажигалка. О каком награждении могла идти речь? Правда, командир БЧ-3 (минно-торпедная часть) Лев Каморкин, который якобы спас лодку, предотвратив взрыв боезапаса, был представлен к ордену Боевого Красного Знамени.

Автор этого материала был однокурсником Каморкина, встречался с ним перед тем злополучным походом. У Льва тогда было тяжёлое предчувствие. Перед их походом я делился с командиром АПЛ «К – 3» Юрием Степановым опытом форсирования пролива Гибралтар, мы только вернулись из Средиземки и «К – 3» шла нам на смену. Встречался я со Степановым и послее аварии. Вполне достойный командир, хотя многие в то время пытались представить его в негативном свете. «Каждый мнит себя стратегом – видя бой со стороны!», как говорится, без комментариев.

Одним из первых автор этого материала в 90-х годах прошлого столетия опубликовал рассказ о тех событиях, который назвал «Памяти друга», и тут прорвало… Пошли не только версии, а сплошной вымысел. Некоторые, как, например, капитан-летенант Лесков, помощник командира «К-3», потребовал себе даже звания Героя страны, хотя во времена аварии о нём никто и не слышал.

Домыслы множились, но та трагедия не стала достоянием общей памяти в 1967 году по известным причинам, времена были такие, не попала она в фокус внимания и в «период гласности», были уже и другие трагедии национального масштаба, не знают о ней толком и сегодня.

Пользуясь этим, немногие тщеславные люди, которые ныне ещё живы, пытаются сделать из себя героев, позабыв о мёртвых.

ГИБЛИ ВО ИМЯ ЖИВЫХ.

14 ноября 2014 г. Министр Обороны РФ Сергей Шойгу вручил Орден Мужества вдове капитан-лейтенанта Анатолия Маляр, погибшего на АПЛ «К – 3» в 1967 году. И это очень правильно. Заслуженная награда нашла героя. Капитан-лейтенант Маляр выполнил свой долг до конца, не дав распространиться огню дальше второго отсека.

Капитан 3 ранга Лев Каморкин бросился в пылающий первый отсек, и последний его доклад был о затоплении отсека – единственно правильное решение. Как пишет Николай Черкашин, писатель – маринист, – «Казалось, что атомоход обречён на верную гибель: ведь в первом отсеке на стелажах лежала добрая дюжена торпед, а в аппаратах находились торпеды с ядерными боеголовками. Ситуация, как на «Курске» – ещё полторы-две минуты и взрыв всего боезапаса вместе с ядерными БЗО – боевыми зарядными отделениями. А рядом – берега Норвегии, натовской страны…»

Но кто сегодня вспоминает о Каморкине? Да и версия затопления первого отсека подвергается сомнению, хотя остаётся открытым вопрос – Почему первый отсек выгорел меньше, чем второй?

Командир отвечает за всё и обязан знать всё. Пока был жив командир АПЛ «К – 3» Юрий Фёдорович Степанов все молчали, как только его не стало, откуда-то вдруг появились герои – спасители АПЛ «К-3», о которых в своё время не слышал никто. Почему? А вот об истинных героях забыли.

ПОСТКРИПТУМ.

Не хочу вдаваться в технические стороны трагедии в Норвежском море осенью 1967 года. Были высокие комиссии, которые определили суть события, хотя, надо сказать честно, в полную объективность их заключений я верю мало.

Меня сегодня больше волнует моральная сторона вопроса. Почему люди, о которых мы мало и совсем не слышали во время трагедии, сегодня претендуют на высокое звание Героя России?

Да, я согласен, что спустя 47 лет страна по достоинству оценила подвиг экипажа АПЛ «К – 3», но и здесь тоже должна присутствовать объективность, а не вера в пустые слова.

Случай с трагедией на АПЛ «К – 3» показывает, что чем дальше уходят от нас события, тем меньше объективности в их понимании, и, это, наверное, закон жизни!

Р. S. Моряки, погибшие во время пожара на АПЛ «К – 3», были похоронены в братской могиле в Западной Лице, в двух км от посёлка. В могиле покоится прах 38 человек, а в списке 39. Но 39-й член экипажа, боцман, погиб уже на Родине на мотоцикле. Загадочная, мистическая смерть. Комсомолец 7 апреля – День памяти подводников экипажа

АПЛ «К – 278» («КОМСОМОЛЕЦ»).

Глубоководная атомная торпедная лодка «К –278» («Комсомолец»)