Прошло несколько дней. О Париже Серов больше не заговаривал. Подполковника Токаева он перестал замечать. При встречах смотрел сквозь него своими холодными глазами, на приветствия демонстративно не отвечал. Григорий написал еще один рапорт о переводе в Москву, принес его генерал-майору Александрову.

– Что это, Токаев, тебя так тянет в Москву? – полюбопытствовал Александров.

– Устал, товарищ генерал-майор, – ответил Григорий.

– А ты не рано стал уставать? Сколько тебе?

– Уже тридцать восемь лет.

– Тогда да, не рано. Оставь рапорт, рассмотрим. А пока готовься к отъезду.

Сослуживцы словно почувствовали изменившееся отношение Серова к Токаеву. Он ощущал, как вокруг него растет стена отчужденности. Стала назойливее слежка за ним. Ему запретили пользоваться своей машиной, присылали служебную с водителем, Григорий отправлял ее обратно. Он продолжал работать, но словно бы нехотя, через силу. Аза видела, что с мужем происходит что-то не то, но не спрашивала. А он ей ничего не говорил. Осетинские мужчины не нагружают женщин своими проблемами.

И вот настал памятный день 3 ноября 1947 года, разделивший жизнь Григория на две части. Он начался как самый обычный день. Аза собирала дочь в школу, Белла училась в школе для детей русских офицеров в Карлсхорсте. Григорий перед завтраком просматривал газеты. Вчерашние западногерманские газеты доставляли в Восточный Берлин утром следующего дня. Токаеву разрешили выписывать Die Welt и Süddeutsche Zeitung. Их можно было читать на службе, но Григорий предпочитал это делать дома, когда никто не мешает и не отвлекают телефонные звонки.

Так и в это утро он начал с Die Welt. Внимательно прочитал международный раздел, перешел к хронике происшествий. В Западном Берлине обезврежена банда малолетних преступников, грабивших магазины. Полиция извлекла из Ванзее труп неизвестного, убитого выстрелом в голову, личность погибшего устанавливается. В округе Панков при разборке развалин обрушившаяся стена дома стала причиной гибели двух рабочих. В Париже предотвращена попытка похищения немецкого ученого.

Григорий впился глазами в заметку. В ней было:

«Наш корреспондент передает из Парижа. Вчера в пригороде Парижа была предотвращена попытка похищения немецкого ученого Эйгена Зенгера. Как сообщил на пресс-конференции представитель службы безопасности Франции, La Direction Centrale des Renseignements généraux (RG), в нападении на дом ученого принимали участие четверо вооруженных преступников. В перестрелке с охранниками один был убит, трое захвачены силами безопасности. Все четверо оказались агентами советской разведки, работавшими во Франции. Похищение ученого было успешно предотвращено, так как служба безопасности имела информацию о том, что готовится нападение, и усилила охрану своими сотрудниками».

Григорий отбросил газету. Счет пошел на минуты. Приказал Азе:

– Быстро собери вещи, лишнего не бери. И неси все в машину.

– Что-то случилось? – испугалась она.

– Да.

– Что?

– Потом скажу. Мы уезжаем.

– Когда?

– Немедленно.

– Куда?

– Узнаешь…